⋆ ˚｡⋆୨୧˚ 1 ˚୨୧⋆｡˚ ⋆
2 января 2025 г., 14:27
Еë сердце было разбито. Он исчез. Тот, кто был предназначен ей судьбой; тот, кто искал еë всю свою долгую, тяжёлую жизнь; тот, кто помогал ей всегда, даже несмотря на еë упрямость и недоверие; тот, кто любил еë всем своим сердцем; тот, кому она отдала свой первый поцелуй; тот, с кем она хотела бы разделить постель.
Он ушел. Оставил еë одну в этом мире. Ушел вслед за Наставницей Ким. Она одна. Больше некому поддержать еë и утешить. Она вновь одна. Впрочем, ей не привыкать быть одной. Даже несмотря на появившихся у неë друзей, они не могли в полной мере заполнить ту дыру, что образовалась в еë сердце. Она не винила их в этом.
Друзья волновались за неë: Хаын крутилась, словно юла, выражая заботу и поддерживая словесно; Тэхо тоже переживал, но помогал по-своему — заботливо налитый чай во время обеда или же неожиданно возникшая на кëнсан тарелка с его любимыми печеньями-лотосами. Она радовалась тому, что нить судьбы свела еë с ними. Без них она не выдержала бы.
Скопленных ею денег, которые она копила для обретения свободы, хватило на покупку хорошего дома в приличном районе. Но без него он казался пустым и безжизненным. Несмотря на яркость еë глаз, она видела лишь серость. Его смерть словно забрала из еë жизни все краски, подобно губке.
Многие люди, живущие по соседству, шептались о ней. Оно и не мудрено — знаменитая кисэн, видящая чужие судьбы, по слухам выкупленная из дома удовольствия одним мужчиной, жила одна. Да еще и принимала в гостях постороннего мужчину. Людям нравятся сплетни. Очень нравятся. Но после всего пережитого еë едва ли волновали их слова. Она сильная. Она справится. Ради него она готова была даже сгнить в нищете.
Она ни в чем себе не отказывала. После покупки дома у неë еще остались сбережения, которые она тратила на личные нужды. Деньги от Тэхо поступали регулярно, но она почти никогда не притрагивалась к ним. Считала это чем-то постыдным. В своей первой жизни, она умерла от старости, окруженная дружеской любовью и деньгами.
Вереница перерождений медленно уматывала еë. На еë глазах сменялись эпохи, прохожили столетия. Всегда она доживала до старости, окруженная богатством. Талант к рисованию преследовал еë все еë жизни, позволяя прославиться. За еë картинами велась настоящая охота, а многие мужчины испытывали к ней романтический интерес. Но еë сердце было навеки отдано другому. Хальмони Самсин хорошо постаралась над нитью еë судьбы.
Загаданные желания больше не исполнялись. Оно и неудивительно — исполнять их было больше некому. Постепенно люди перестали запускать фонари, писать желания на листках и сжигать их. А после пришли технологии, о существовании которых люди еще сто лет назад и не подозревали, и вера в богов исчезла окончательно. А может, оно и к лучшему.
Исчезала и еë способность видеть судьбы, нити. Божественная кисть была сломана, а значит о предсказании судеб можно забыть. Но редкая особенность, которую позже назовут гетерохромией, преследовала еë каждую жизнь. В какой-то она была ярко выражена, а в какой-то еë глаза были очень тусклыми. Обычными.
В этой жизни она Ли Ёнми — холодная и недоступная, великая художница. За прожитые годы она набралась немало опыта, став лучшей художницей во всей Корее. Она всë еще ждала. И что-то ей подсказывало, что в этой жизни всë будет по другому. И она не ошиблась.
Выставка картин проходила также, как и любая другая. Она без особой радости отбивалась от яростных фанатов, на автопилоте раздавала автографы и ходила вдоль ряда картин, высматривая кого-то. Взгляд зацепился за парня, что не вëл себя так, как остальные.
Стоило ей увидеть его лицо, как всë стало на свои места. Вот он — тот, кто был предназначен ей судьбой; тот, кто искал еë всю свою долгую, тяжёлую жизнь; тот, кто помогал ей всегда, даже несмотря на еë упрямость и недоверие; тот, кто любил еë всем своим сердцем; тот, кому она отдала свой первый поцелуй; тот, с кем она хотела бы разделить постель. Бог, исполняющий желания и живущий ради людей. Еë Шин.
— Я же обещал, что найду тебя, моя Лиëн.
