Ещё один день

Солнце уже давно склонилось за горизонт, оставив фонарям освещать улицы. Если всмотрется, то внутри них можно увидеть тени статуэток белочек с шишками — кажется, маленькая деталька, а если заметишь — так сразу улыбаешься. Вокруг то и дело слышатся радостные возгласы, крики, разговоры, смешки, а воздух наполняется лёгким морозцем. Каждый шаг по вымощенной брусчатке сопровождается хрустом снега, который под светом фонарей блестит будто горсти драгоценных камней. Почти каждое здание рядом украшено гирляндами, окна искрятся и светятся, создавая в холодную ночь тёплую, праздничную атмосферу. Посреди парка стоит величественная ёлка, украшенная яркими шариками, золотыми и серебряными лентами — и не ленятся же каждый год такую громадину наряжать. Её огоньки переливаются в темноте, привлекая детей и взрослых, которые останавливаются, чтобы сделать снимок на память. В воздухе витает запах горячего шоколада, корицы и имбирных пряников. Откуда-то издалека доносится рождественская мелодия, снег медленно кружится в воздухе, а ветер утихает совсем, позволяя снежинкам падать хаотично. Люди вокруг завернуты в тёплые шарфы и шапки, впрочем, как и наша компания. В этом году погода выдалась действительно чудесной — в мягкие, высокие сугробы можно падать сколько душе угодно, ветер не пробирает до костей, но все же стоит мороз, заставляющий надевать тёплые варежки и подштанники. — Голубки, поворкуете в тёплой квартире, у меня сейчас руки отмерзнут. — Невер оборачивается назад и останавливается, ожидая, пока Лера и Илья наконец перестанут любоваться друг другом и ускорят шаг. В руках у него двя тяжёлых пакета с продуктами и, несмотря на зимние перчатки, пальцы замёрзли знатно. — Да ладно тебе, Невер, дай ты им побыть немного вместе. — Джек перебирает лапами в зелёных ботиночках, чтобы те окончательно не оледенели. Он ходит кругами вокруг Невера, то и дело обсыпая его снегом. — Джек, прекрати, как маленький ребёнок, ей Богу, — он ставит пакеты на заснеженную лавочку и закуривает сигарету, немного грея руки о зажигалку. — А ты ворчишь, как старый де- — Это кто тут у нас дед? Слышь, охренел? Сейчас пакеты потащишь! — Извиняй, у меня лапки, — Джек демонстративно приподнимает одну из передних лап и ей же сыпет снег на штанину чёрных брюк. — Ах, ты…! — Невер не выдерживает и шеркает ногой по земле, поднимая небольшую лавинку на пса, но тот быстро уклоняется и прячется за скамейку. — Ну держись у меня… Илья со всей нежностью, точно Лера сделана из хрусталя, который на морозе трескается от любого прикосновения, берет её руку в розовой варежке и прикладывает к своей щеке. — Ты такая красивая, — он говорит тихо, выдыхая мелкие клубы воздуха. Илья снимает свои варежки, пряча в карман и убирает Лерины волосы ей под шапку, открывая светлое лицо, которое на фоне снежного пейзаж становится ярче. — У тебя снежинка на лице, — он влюблённо улыбается и осторожно проводит тёплой ладонью по лицу, топя крупинки снега. — Я очень рада, что этот новый год мы проведём вместе, — Лера расплывается в улыбке и её глаза наполняются блеском. — Илья, я люблю тебя, — она говорит практически шёпотом, вторую руку кладёт ему на щеку, а затем обнимает за шею, приближаясь к его лицу. — И я тебя люблю, — Илья протягивает свои руки к талии Леры и цепляет их на её спине. На фоне мигающей ёлки, с плавно падающими сверху крупными хлопья и снега, они выглядят, будто вылезли из сцены какого-то фильма. Илья, как агент второго уровня, замечает приближающуюся опасность даже боковым зрением, и сразу поворачивается вместе с Лерой так, что снежок попадает ему в спину. Он расцепляет руки, резко разворачивается и ищет нападавшего — сейчас задаст ему по полной. Такой момент испортили! Посреди парка не так уж и много людей — и подозрительным кажется только Невер со снегом в руках, который в растерянности смотрит в их сторону. — И-Илья, ты не подумай, я просто… Где-то у ног Леры бегает Джек, и от неожиданности она чуть не пинает его. — Ты! А ну иди сюда…! — Невер грозно смотрит на пса, набирает в перчатки ещё снега, лепя комок, и грозно направляется в его сторону. — Ну я тебе сейчас задам, будешь знать, — Илья, с помощью тепла собственных рук, быстро состряпал пару-тройку снежных комочков, один из которых попадает точно в лицо Невера, отчего тот только больше злится. — И ты туда же! — Невер недовольно стряхивает с щеки снег и собирает его в ладонь. — Вот ему, так держать, Илья! — Джек пару раз радостно тявкает. — А ты так вобще молчи, — остальные два снежка Илья с обеих рук отправляет в Джека, но если правая — рабочая и попадает прямо в цель, то левой он пользуется крайне редко и теперь, бросив ей снежок, тот угодил прямо Лере в живот. — Ой… — Да вы издеваетесь?! — Лера яростно смотрит на Илью, который медленно пятится назад, ища укрытие, затем на Невера, готовящегося к атаке и наконец на прячущегося за её спиной Джека. — Сами напросились, — и вот Лера уже слепливает гигантский ком снега. На лавочке стоят два одиноких пакета, в которых рыба скоро совсем превратится в ледышку, а сок, глядишь, не оттает до полуночи. По всему парку летают снежки, бегают в поисках укрытия от них люди и раздаётся хохот вперемешку с матами. После двадцатиминутной игры в «догони-меня-кирпич-новогодняя-версия» все окончательно выдыхаются. — Так… — Невер рывками вдыхает холодный воздух. — Поребячились, и хватит… Нам ужин готовить надо… И не хватало ещё заболеть… Быстро домой! — Да ты прямо как папочка, — Джек отрывается вперёд и спешно направляется к многоэтажке на другой стороне улицы. Лера и Илья только еле слышно хихикают, беря мокрыми от снега варюжками друг друга за руки, а Невер закатывает глаза и что-то бубнит под нос. — Так, здесь осторожней, держись крепче, — Илья тепло улыбается. Перед подъездом с табличкой «Осторожно: гололед» и вправду довольно скользко. Лера, сделав всего пару шагов, чуть было не падает, но Илья успевает подставить руки ей под спину и они замирает так, в позе, будто танцуют вальс. — Пошевеливайтесь давайте, дверь-то тяжёлая! — Джек препятствует закрытию массивной железной двери в подъезд, а Невер стоит уже там, оглядываясь через плечо. Они делают ещё пару шагов, Илья отпускает руку Леры, давая ей пройти вперёд, и его ботинок тут же скользит, он падает на спину. И темнота. Исчезает всё — Невер, Джек, Лера, все его друзья, ждущие их возвращения, Новогодняя ночь, гирлянды на домах, праздничная музыка, тёплый смех и приятные запахи. Всё, кроме пробирающего до костей холода и снега, сыплющего сверху. Отчего ему так холодно?… Илья пытается подняться, но тут же падает на твёрдый лед сверху слегка прикрытый снегом. Рука… Тёплая? Он поднимает ее над головой и пытается что-то разобрать в темноте, прищуривая глаза. Илья проводит большим пальцем по остальным на его ладони — он скользит, точно рука в какой-то жидкости. И тут в нос ударяет кислый запах крови. Точно. Илья дотрагивается той же рукой до своего торсу, потому что другая не двигается совсем, грудная клетка вся разодрана до мяса, до костей, но он не чувствует боли — только жуткий холод. Все будет хорошо. Невер все исправит, как всегда, он же не может лежать где-то рядом, верно…? Илья не может даже повернуть голову - все, что он видит - это тёмное небо без единой звезды и контрастные с ним ослепительно-белые хлопья снега. На глаза непроизвольно подступают слезы, но Илья улыбается тем воспоминаниям, одним из самых счастливых за всю его жизнь, и поднимает рабочую руку, ловя снежинки. — Можно… Мне ещё один… Такой день…?