Как жить с ним?

Прошло несколько часов. Северус спал у себя, даже не переодевшись. Тело ныло, плечи были неприятно напряжены. Ему хотелось массажа но никто никогда не делал ему этого, и он даже не представлял, каково это. Гарри скучал. Находиться дома без дела становилось невыносимо. Он слушал старую маггловскую музыку, которую когда-то скачал, но даже она надоела. Писать в дневник не хотелось — мысли путались. Единственным светлым моментом оставалась мысль:завтра он наконец увидит близких. *** Вечер. 18:45. Снейп, наконец, поднялся с кровати. Голова болела невыносимо, но тело успело немного отдохнуть. Он сразу отправился в душ. Сняв одежду, он включил теплую воду и запрокинул голову назад. Горячие капли стекали по телу, которое в последнее время стало ещё худее. Он и раньше был в худом телосложении, но теперь потерял ещё несколько килограммов. Кожа почти мраморно-бледная, волосы на теле — тёмные, резкие. Выйдя из ванной, он заметил Гарри, тот стоял в гостиной, вдалеке, и, похоже, чего-то ждал. Северус замер, улавливая этот взгляд. Гарри быстро вошёл в ванную, и, казалось, ещё секунда и он не выдержит. Снейп отвернулся и прошёл мимо, налил себе воды и сел в кресло у камина.Как только он опустился на мягкую обивку, пламя в камине вспыхнуло зелёным, и из огня вышел знакомый силуэт — Люциус Малфой. Он, как всегда, выглядел безупречно: чёрная рубашка, строгий костюм, идеально выглаженные брюки. Всё казалось слишком элегантным для вечера у друга, но ему шло. — Добрый вечер, — весело распахнул он руки и устроился на диване рядом. Северус лениво приоткрыл глаза, откинувшись в кресле. Он был в чёрной футболке и свободных чёрных брюках — непривычно неформальный. — Здравствуй, — тихо отозвался он, снова закрывая глаза. Люциус нахмурился, изучая уставшего друга. — Что с тобой? Где Поттер? Он аккуратно поставил трость, оперев её на край дивана. Северус не успел ответить — из ванной вышел Гарри и резко замер. Он явно не ожидал увидеть Люциуса, да ещё в такой момент. Немного склонив голову, он поздоровался: — Мистер Малфой, — голос был вежливым, но немного напряжённым. — Мистер Поттер, — холодно отозвался Люциус и сразу же повернулся обратно к Снейпу. Гарри молча покинул комнату, поняв, что его присутствие здесь нежелательно. — Он уезжает завтра, — ровно произнёс Северус, не открывая глаз. Люциус удивлённо приподнял бровь: — Куда? И что ты скажешь Лорду? — В штаб-квартиру Ордена. С Дамблдором всё уже решили. Он пробудет там несколько недель, возможно до конца лета. Тёмному Лорду я скажу, что мальчик под прикрытием Альбуса, а где именно не знаю. Голос был усталым, почти безжизненным, но спокоен. — Эти… орденовцы. Особенно Уизли. Придётся потерпеть ради союза, как бы ни тянуло покинуть комнату при одном их виде. Он усмехнулся с явным отвращением. Северус тоже тихо фыркнул, словно соглашаясь. А может, и согласен. — Там будет и Блэк, разумеется, — начал он, уже с раздражением в голосе. Смотрел на столик, но мысли были явно где-то дальше. — Как только Гарри появится, он тут же начнёт играть роль невинного покровителя. Он не видит в нём Гарри, он видит Джеймса. И это… раздражает. Северус бросил короткий взгляд на друга. Люциус слушал молча, наблюдая за ним, словно пытаясь уловить больше, чем было сказано словами. Он устроился поудобнее, почти по-домашнему, хотя в своём поместье давно уже не чувствовал настоящего уюта. — Что и ожидалось от чёрного пса, — сухо произнёс Люциус, чуть приподняв бровь. — Гарри нужен кто-то, кто думает головой, а не лезть куда попало при первом удобном случае. Не человек, который путает крестника с призраком друга. Ему нужен наставник, — голос Северуса звучал спокойно, но за сдержанностью чувствовалось что-то личное. — Или… опекун? — протянул Люциус, глядя в бок, словно невзначай, вытягивая слова из воздуха. Снейп метнул в него острый, колючий взгляд, но промолчал. Люциус откинулся на спинку дивана, и уголки его губ дрогнули в лёгкой усмешке. — Ты боишься, что он привяжется к Блэку сильнее, чем… следовало бы, — тихо заметил он. Это не был вопрос. — Он уже привязан, — холодно отозвался Северус. — Сегодня днём… так обрадовался, узнав, что уезжает.Будто этот дом для него тюрьма. В голосе сквозила сухая обида, плохо спрятанная под привычным раздражением. Он не посмотрел на Люциуса, будто опасаясь, что тот всё поймёт слишком быстро. — Ты сегодня другой, Северус, — произнёс Люциус чуть тише. В его голосе мелькнула тень тревоги. Он не узнавал друга. Северус никогда не говорил так открыто, особенно о чувствах. Повисла тишина. Малфой терпеливо ждал. — Мы с Поттером в ссоре, — глухо сказал Северус. — Из-за ситуации с поездом. Он меня раздражает… до ужаса. Он говорил это резко, почти зло, но в этих словах не было привычной отстранённости. Скорее — усталость и злость. Люциус молча наблюдал за Северусом, затем чуть наклонился вперёд, сцепив пальцы: — Ты всё-таки волнуешься за него, хоть и злишься, — произнёс он тихо, почти буднично. — Это…удивительно.. Северус бросил на него мрачный взгляд, но промолчал. — Хочешь ты того или нет, но ты стал к нему внимательнее, чем к большинству своих учеников за все эти годы. Я это вижу. Он на секунду замолчал, словно обдумывая что-то. — Завтра я пойду с тобой, — сказал он просто. Снейп вскинул бровь. — Что? Зачем? — Просто пойду, — пожал плечами Люциус. — Хочу просто увидеть это место, людей там.— усмехнулся он.—Да и ты выглядишь так, будто один с этим местом не справишься. Северус фыркнул. — Дамблдор будет недоволен.И ты только что говорил что не выносишь их. — А мне всё равно, — спокойно ответил Люциус. — Это моё решение.Пусть в этот раз они будут злиться при виде меня. Он откинулся на спинку дивана, словно вопрос был решён и обсуждению не подлежал. Северус только тихо выдохнул, уже без раздражения. — Делай как хочешь. Дальше они продолжили говорить о неважных вещах.Вспоминая прошлое, говоря о войне и будущем. Гарри в это время сидел у себя и слушал музыку, на удивление он не хотел узнать о чем разговаривали мужчины, подумал что не стоит лишний раз лезть туда, куда не надо. *** На следующий день. Северус, Гарри и Люциус появились прямо перед входной дверью штаба. Чёрный дом дрогнул, расползаясь между маггловскими зданиями. Дверь открылась сама собой — будто почувствовала приближение гостей. На пороге стоял Сириус. — Гарри! — воскликнул он, широко улыбаясь. Гарри шагнул вперёд, и Сириус немедленно заключил его в объятия — демонстративно, с вызовом. Снейп остановился в двух шагах, сверля их взглядом. Рядом с ним Люциус скрестил руки, приподняв бровь. Сириус обернулся, не выпуская Гарри: — Надо же, ты правда его сам привёл. Что, Дамблдор решил наказать тебя отпуском? Снейп прищурился: — Я хотел убедиться, что ты не облучишь мальчика своим идиотизмом с первых минут. — Какая трогательная забота, — фыркнул Сириус. — Только жаль, что ты больше похож на дементора, чем на опекуна. Гарри сжал кулак. Его задевало слова обоих, и по разному. — По крайней мере, я не провёл половину жизни в Азкабане, — резко бросил Снейп. Гарри дёрнулся, как от пощёчины. Сириус сделал шаг, глаза полыхнули. — Что ты сказал? — Ты слышал, — холодно произнёс Северус. — И, если хочешь, могу повторить медленно. Хотя с твоим уровнем интеллекта даже жестами вряд ли дойдёт. — Ты… мерзкий ублюдок, — рявкнул Сириус и сделал ещё шаг вперёд. — Думаешь, если прячешься за мантией и Дамблдором, ты неуязвим? — Думаю, ты до сих пор жив только потому, что никому не хочется марать руки, — прошипел Снейп. — Но если ты ещё раз заговоришь со мной этим тоном при ребёнке… — Это мой крестник, не твой, ты гнида! — выкрикнул Сириус. — И уж поверь, ему не нужно твоя забота. — Уж точно не твоё бездарное влияние, Блэк. Если хочешь, чтобы он превратился в такое же безответственное ничтожество, продолжай, ты на правильном пути. — ДА Я СЕЙЧАС… — Я смотрю, ты не изменился, Блэк. Всё тот же шумный позор рода, — лениво произнёс Люциус, опираясь на серебряную рукоять трости. — Гарри, ты уверен, что хочешь, чтобы этот… вспыльчивый остаток Блэков прикасался к тебе при всех? Он перевёл взгляд на Гарри, который стоял в оцепенении, явно в ужасе. — Тебе бы на поводке ходить, Сириус. Тогда хоть кто-то бы тебя держал. Сириус резко повернулся к нему: — Не лезь, Малфой. Тебя сюда никто не звал. Гарри и без тебя разберётся. Он говорил так, будто вот-вот взорвётся от злости. — Разберётся? Ты и в молодости-то был бесполезен, а теперь только умеешь рычать у порога. Как пёс без цепи. Люциус усмехнулся, потом резко посерьёзнел. — Люциус, — предупредительно бросил Северус, но тот лишь пожал плечами. В этот момент в холл вбежал Люпин и встал между Сириусом и Снейпом. — Хватит! Это не время и не место! — Он перешёл границу! — взвыл Сириус, почти вырываясь из рук друга. — Ты слышал, что он сказал?! Северус с Люциусом стояли рядом, внешне спокойные, но злость и отвращение читались в каждом движении. — Я слышал, — устало ответил Люпин. — Оба заткнитесь. Гарри здесь, чёрт подери! Гарри стоял в стороне, глаза расширены, дыхание сбивчивое. Он выглядел так, будто и правда думал, что сейчас начнётся дуэль. Он никогда не видел Снейпа и Люциуса такими. — Что тут происходит?! — прозвучал строгий голос Артура Уизли. Он вошёл с палочкой в руке, сердитый. — Я едва не подумал, что Пожиратели вломились! Увидев Люциуса, он прищурился. — Почти угадал. Ты здесь зачем? Аристократ выдохнул, едва сдерживая раздражение. — Прогуливаюсь, любуясь человеческой глупостью, — хладнокровно ответил Малфой. — А вы, мистер Уизли? Собираетесь использовать палочку? Не лучшая идея, если один уважаемый член Ордена нападёт на другого. Особенно на того, кто недавно спас ваших детей. — Не тебе говорить о помощи! — взорвался Артур. — Ты годами прикрывал Тёмного Лорда, а теперь прикидываешься союзником? За их спинами уже собрались другие орденцы и подростки. Рон, заметив Гарри, хотел поздороваться, но тут же замер, переведя взгляд на агрессивно настроенных взрослых. Молли не вмешивалась. Близнецы и Тонкс переглядывались, выглядывая из-за спин. — Я не прикидываюсь, — ледяным голосом произнёс Люциус, делая шаг вперёд. — Я помогаю. В отличие от тех, кто годами только и делает, что чинит чайники в Министерстве и получает медальки за “примерное поведение”. — Хватит! Артур метнулся вперёд, и мужчины схватились. Раздался глухой звук удара. Затем Люциус резко толкнул Артура, сбив его с ног и навалившись сверху. Снейп нахмурился и бросил взгляд на Сириуса, который был готов кинуться на помощь, но его удерживал Люпин. — Давай, отец! — одновременно крикнули близнецы и Рон. Артур, вскакивая, ударил Люциуса, и они снова повалились на пол. Молли и Тонкс с трудом оттащили Люциуса, но тот тут же отбросил их руки и снова кинулся в бой. Снейп продолжал наблюдать с явным удовольствием. — Нет! — одновременно крикнули Люпин и Гарри, удерживая Сириуса и пытаясь остановить хаос. Наконец Люциус резко отпрянул, тяжело дыша. Его губы были в крови, на челюсти темнела отметина. Он поднялся, поправив одежду. Артур тоже с трудом поднялся с пола. Лицо красное, губа рассечена, кровь из брови текла на ворот рубашки. Гарри стоял как вкопанный. Всё происходящее казалось каким-то неправильным сном. Они кричали, ругались, дрались — взрослые, сильные, уважаемые.Его защита. Его семья… пусть и странная. И всё это — из-за него. Он смотрел на Сириуса, Снейпа, Люциуса, Артура и не понимал, как так вышло. Разве они не сражаются за одно дело? Ему было горько и стыдно. Он не просил, чтобы его защищали, не хотел становиться причиной чужой ненависти. Не хотел, чтобы из-за него били друг друга кулаками. В этот момент он чувствовал себя не героем, не мальчиком, которого спасают, а просто… проблемой. — Ты… грязный выродок… — Учитесь проигрывать с достоинством, — холодно бросил Люциус. — Разойтись! — прокричал Люпин. — ВСЕ! СЕЙЧАС ЖЕ! Снейп повернулся к Гарри. — Поттер. Береги себя. Гарри молча кивнул, потрясённый.Северус взглянул на Люциуса. — Пошли. Люциус кивнул Гарри без злобы, даже с лёгким уважением, и вместе с Снейпом исчез с глухим хлопком. Гарри остался стоять в полной тишине. — Они… они… — Он не смог закончить фразу. Сириус обнял его за плечи. — Они больные на голову. Но мы нет. Пошли. Люпин вздохнул, оглядев побоище и стены: — А я думал, что хуже уже не будет. Остальные молчали, переосмысливая всё, что только что произошло. Молли увела Артура, чтобы заняться его ранами на лице, а Сириус повёл Гарри на кухню. Зайдя, парень обнялся с Роном, поздоровался с близнецами и Джинни, которая спустилась под конец драки и ничего не успела понять. — Что с отцом? — обеспокоенно спросила она. — Подрался с Малфоем старшим…— тихо сказал Рон, следя за её реакцией. Та резко нахмурилась, приоткрыв рот: — Ну всё, не обращайте внимания на неуравновешенных слизеринцев, — вмешался Сириус, идя вперёд. — Пойдёмте кушать. Хотя он всё ещё выглядел злым и нервным, старался ради Гарри не показывать этого. Он не хотел портить ему первый же день. Гарри последовал за ним, поставив сумку где-то у лестницы. *** На улице было пасмурно, но воздух тёплый, почти жаркий, от чего становилось тяжело дышать. Ни ветра, ни дождя, только плотные облака, окутавшие всё небо. Тем временем двое стояли на улице, вдыхая свежий, хоть и тягучий воздух. Люциус не пытался стереть кровь с лица, он лишь поправлял одежду, будто это было важнее всего. Северус внимательно смотрел на друга, затем не выдержал и тихо усмехнулся.Аристократ бросил на него вопросительный взгляд. — Чего? Если что, я справился отлично, — буркнул он, отведя взгляд, но без обиды. Северус убрал чёлку со лба и стал серьёзнее: — Конечно, справился. Но такое ощущение, будто ты это репетировал. Он снова усмехнулся, язвительно, но по-дружески. Малфой цокнул языком, сжимая трость. — Ничего я не репетировал. Всё само собой. Тем более, я давно хотел врезать ему… Можешь считать, что только ради этого и пришёл. Он улыбнулся, с окровавленными зубами, но быстро поморщился от того что рана зашипела. Снейп едва сдерживал смех. Он, возможно, впервые в жизни хотел рассмеяться посреди улицы. Малфой выглядел одновременно смешным и чертовски крутым. — Я пошёл. Надеюсь, Нарцисса не отругает за испорченное лицо. — Герой. Ты хотя бы умойся, — остановил его Северус, едва коснувшись плеча. — Что, если Лорд увидит тебя в крови? Блондин ничего не ответил и исчез, оставив после себя лёгкий вихрь пыли. Снейп тяжело выдохнул — и тоже пропал из виду. Он вошёл в дом. Здесь было особенно пусто. Когда Гарри был здесь, из его комнаты доносились звуки, разговоры, музыка, которая Снейпа раздражала. А теперь ничего. Северус сел на диван и, закрыв глаза, подумал только об одном: лишь бы с Гарри всё было хорошо, рядом с Сириусом. *** Люциус появился в коридоре прямо перед своей спальней. Вошёл и первым, что увидел, была Нарцисса. Она сидела у туалетного столика и расчёсывала волосы. Эльфы вокруг перебирали украшения. Увидев мужа, Нарцисса замерла. Эльфы исчезли бесшумно. Люциус стоял, как ни в чём не бывало. Его лицо было всё тем же сдержанным, только чуть мягче. — Люциус?.. — её голос дрогнул, и она медленно поднялась с места. — Что стряслось? Он молча поставил трость рядом и пошёл к ней. Она нахмурилась и, быстро подойдя, осторожно коснулась его лица, большим пальцем едва гладя рану на губе.Он поцеловал её палец так нежно, что по её коже прошли мурашки. — Уизли-старший. Я подрался с ним. И, между прочим, победил можно сказать, — тихо сказал он и усмехнулся. Она смотрела на него, как на полного идиота. — Подрался? Ты серьёзно? Ты школьник, что ли? Ты и твой сын будто соревнуетесь, кто чаще будет драться. Нарцисса убрала руку. — Иди умойся, бунтарь. Потом я обработаю рану. Она повернула его за плечи и подтолкнула к ванной.Люциус с тёплой, почти стыдливой улыбкой ушёл, повинуясь. Малфой стоял у раковины, из которой вода текла не из крана, а струилась прямо из воздуха, тёплая, чистая. Сняв мантию, он закатал рукава рубашки и аккуратно омыл руки до локтя, а затем принялся за лицо, стараясь не зацепить волосы. В зеркале отражалось уже почти чистое лицо. Только трещина на губе и красная отметина на скуле напоминали о недавней драке. Дверь слегка приоткрылась после одного короткого стука и Нарцисса вошла, не дожидаясь ответа. — Садись, — тихо сказала она, указывая на место рядом с раковиной. Он послушно сел на край раковины, наблюдая за ней с интересом, в котором читалась тень нежности. Нарцисса приблизилась, взмахнула палочкой и из воздуха возникла серебристая салфетка, зависшая в полдюйме от его кожи. От неё исходил мягкий голубоватый свет, который будто гладил лицо. Люциус ощутил, как лёгкий холод коснулся скулы. Затем она подняла небольшой флакон с густым, переливающимся зельем и неспешно его открыла. В воздухе повис терпкий аромат лаванды, мокрого железа и магии. — В следующий раз хотя бы попытайся увернуться, — с лёгкой усмешкой сказала она, не отрывая взгляда от раны. — Удар в лицо не самая лучшая идея для уважаемого мужчины.Ты всё-таки представитель Министерства… и Пожиратель. Люциус сдержал улыбку, не хотя мешать процессу, который её рукам казался почти ритуалом. — Следующий раз? А мне, признаться, понравилось. Выплеснуть злость без магии, странное, но приятное чувство. Теперь я начинаю понимать магглов. Она приподняла брови, искоса глядя на него. От него редко можно было услышать что-либо подобное, даже в шутку. В её глазах промелькнуло лёгкое удивление. Он и вправду становился слишком другим рядом с ней. — Ты невыносимый, Малфой, — выдохнула она с тихим смехом. — А я люблю тебя, — мягко, но без шутки сказал он. — И сделаю всё ради тебя. Голос стал неожиданно тёплым. Он поднялся, подошёл вплотную и медленно коснулся её волос, затем обнял за талию, прижимаясь к ней так, что нос утонул в ароматной смеси её шеи и шелковистых локонов. Нарцисса улыбнулась, мягко оттолкнув его, но в её взгляде не было и намёка на холодность. Только скрытое счастье и та нежность, которую она позволяла видеть лишь ему. — Ну хватит, Люциус, — прошептала она, положив ладони на его щеки. Щетина слегка колола но именно эта неровная, живая деталь сейчас казалась ей особенно реальной, настоящей. Люциус смотрел прямо в её глаза, всё ещё улыбаясь. Без слов, только тепло прикосновений, которых им всегда не хватало. *** Гарри сидел на полу в одной комнате с Роном, облокотившись спиной о край кровати. Он молчал, уставившись в одну точку. Настроение было испорчено после ссоры между Снейпом и Сириусом. Уизли боялся нарушить тишину, но всё же аккуратно спросил: — Гарри, расскажи, что случилось? Он слегка наклонился вперёд, вглядываясь в лицо друга. Гарри грустно поднял глаза. — Я не знаю… Как только всё хоть немного налаживается, хотя бы на неделю…всё в следующий же день рушится.Я боюсь всего. Особенно… — он замолчал, тяжело выдохнув, — своих чувств к профессору.Мы с ним поссорились из-за нападения Пожирателей на поезд. Я чувствую вину перед всеми. То, что меня спасли, а остальных, пусть даже не тронули, всё равно ощущается неправильным. Он говорил быстро, будто спешил выговориться, как будто внутри него смешалось слишком много чувств. Рон внимательно слушал. Он не был таким чутким, как Гермиона, но старался изо всех сил. — И ещё… ссора Сириуса с Северусом, Малфоя с твоим отцом… Всё из-за меня. Эти слова Гарри выдавил с трудом, будто горло сдавил ком. Может, так и было. Рон не был уверен. Гарри опустил голову, ещё больше замыкаясь в себе. Ему было тяжело. Ему всего лишь четырнадцать. — Ты ведь знаешь, что не обязан всех спасать и защищать? — тихо заговорил Рон. — Ты не должен чувствовать вину только потому, что оказался в такой жизни. У каждого свой путь. Даже если бы ты тогда мог спасти других — судьба всё равно сделала бы по-своему. Люди умирают, Гарри. Иногда это нельзя изменить, кто бы ты ни был. Он говорил спокойно, ровно, на одном дыхании. Гарри поднял голову. Он внимательно слушал, вникая в каждое слово. — Тебе тяжело, потому что и Снейп, и Сириус дороги тебе по-своему. Это нормально.Ты ведь раньше не придавал значения словам Снейпа, а теперь всё по-другому. Потому что появились чувства. И больно от того, что он о них не знает. Рон придвинулся ближе, мягко положил руку на плечо друга. — Я всегда рядом, Гарри. Говори мне всё, что чувствуешь. Я выслушаю. Глаза Поттера защипало от тепла этих слов. Он вдруг резко обнял Рона, крепко прижимая его к себе. Уизли ответил улыбкой и похлопал друга по спине. — Рон, ты лучший… — Ну всё, разошлись мы, — с усмешкой сказал Рон и медленно отстранился. — Хочешь поплачь. Перси говорил, что это помогает. Гарри протёр очки подолом рубашки, снова надел их и улыбнулся. На душе стало немного легче. *** Прошло несколько дней. Гарри начинал чувствовать себя уютно в этом доме, среди людей, которые искренне поддерживали его. Сириус и Ремус, как обычно, рассказывали истории, то весёлые, то серьёзные. Порой разговоры переходили к обсуждению войны, к будущему, которое могло быть страшным… Но имени Снейпа никто не произносил. После последнего конфликта было понятно: Гарри это тревожит. Сириус же, напротив, всё чаще и настойчивее повторял, что совсем скоро станет его официальным опекуном. Говорил об этом с убеждённостью, с гордостью. Гарри в ответ лишь уважительно кивал и натягивал вежливую улыбку.Но внутри он задумывался: а действительно ли он хочет этого? Что почувствует Северус, если это случится? Радость? Облегчение? Он корил себя за эти мысли. Считал себя наивным. Разве Снейпу не будет только лучше? Гарри был уверен, что тот давно хочет освободиться жить спокойнее, без него. И всё же… что-то внутри сжималось при мысли о Сириусе как об опекуне. Что-то неуловимое. Он не мог это объяснить и, наверное, именно это пугало сильнее всего. С каждым днём он всё меньше вспоминал ссору. Почти забыл. Всё казалось тихим и простым. Молли была с ним особенно тёплой, как будто ощущала, что он нуждается в заботе. Артур относился к нему с мягкой отцовской добротой. Тонкс всегда находила способ рассмешить, а близнецы как обычно устраивали безумные пранки, подслушивая разговоры Гарри и Рона и вмешиваясь с шутками не к месту. За эту неделю Гарри и Рон дважды ходили в Хогсмид. Они объедались сладостями, болтали часами, но возвращались всегда до заката — Молли настояла на этом. Гарри не спорил. Он понимал, что Лорд всё ещё охотится за ним. И не перестанет. Он чувствовал это, как холод в затылке. И потому двигался осторожно, почти по инстинкту. *** Северус же жил как обычно.Он доложил Волан-де-Морту что Гарри под защитой Дамблдора.Тот отреагировал злобно, как и ожидалось.Беллатриса не переставала смотреть на него с подозрением, и говорить что-то унизительное. Без Гарри Поттера было тише и спокойнее, хотя мысли о ссоре никак не покидали его.Он каждый раз злился на парня, считая что он не прав. *** Гарри лежал на спине, вцепившись в простыню, стиснув зубы и зажмурив глаза. Ему явно снился не добрый сон. Он чувствовал, как Лорд проникает в его разум. Он оказался в тёмной комнате. Почти ничего не было видно — лишь слабый свет вдалеке, медленно приближающийся. Это был свет палочки.Люмос. Гарри сидел, прикованный к стулу. Пот стекал по вискам, по шее, по спине. Шрам жёг так, что хотелось выть. Руки были скованы, и он не мог даже прикрыть лицо, не мог отгородиться. Он дрожал всем телом, и страх подступал к горлу такой, что казалось: он умрёт, просто не выдержит. Свет подбирался ближе, ослепляя, вонзаясь в глаза. Кто-то подходил. Высокий силуэт — худощавый, скользящий, почти беззвучный. Гарри с усилием повернул голову, прищурился, стараясь рассмотреть. И тогда он увидел лицо. Оно было почти человеческим. И только отсутствие носа парня насторожило.Он увидел гладкую, бледную голову без единого волоска как и остальное тело, зловеще бледное, словно вылепленное из воска. Тонкие ноздри, почти невидимые губы, и глаза, смотрящие на него с ненавистью… и с чем-то ещё. Интересом. Холодным вниманием хищника, наблюдающего за жертвой. Свет в комнате чуть усилился, даже когда тот опустил палочку. Мантия лежала на нём безупречно, словно часть его самого. Только край несколько длинных прядей ткани — плавно колыхался в воздухе, будто был живым, оголяя ноги и отчего-то напоминая щупальца. Гарри не произнёс ни звука. Он хотел закричать, но из горла вырывалось только тяжёлое, рваное дыхание. Тело замерло от ужаса, и он лишь смотрел вверх, в эти безжалостные глаза. Он сразу понял, кто перед ним. Не из-за черт, а по ощущению. По той знакомой, почти физической ненависти, от которой пульсировал шрам. Волан-де-Морт. Он чувствовал, как лоб будто разрывается, шрам налился болью, словно в любую секунду должен был лопнуть. Лорд наклонился, криво усмехнулся. На его бледном лице эта улыбка выглядела особенно жутко. Затем, медленно, он высунул змеиный язык, раздвоенный, гладко двигающийся. Язык извивался, замирал и вновь колыхался, как у настоящей гадюки. И тогда Гарри закричал. Вскрик вырвался из него наяву. Он резко сел на кровати, сдёрнув с себя одеяло и вцепившись в грудь. Его дыхание сбилось. Пот струился по лбу. Рон рядом дёрнулся, испуганно пробудился, и, увидев Гарри, тут же сел, глядя на него встревоженно. — Всё нормально? — выдохнул он, но ответа не получил. Гарри быстро стёр пот с лба, уставившись в одну точку. Сердце колотилось в груди, шрам будто ещё тлел, напоминая о себе. Той ночью он больше не уснул. Он долго лежал, прислушиваясь к каждому звуку, чувствуя, как страх от сна перерастает в тревогу. Он знал — что-то приближается. Что-то плохое. Мысли вернулись к Северусу. Было почти смешно: всего несколько недель назад он хотел наконец жить у Снейпа… А теперь лежит в Штаб-Квартире Ордена, в доме, где постоянно разговоры про войну и про мальчика-который-выжил.А он ведь всего лишь мальчик которому скоро пятнадцать..