Донор

Майкл собирался, как ни в чем не бывало, и Остин с трудом сохранял лицо. Он, конечно, согласился на эту авантюру, но это вовсе не означало, что он сильно горел желанием в ней участвовать. Зато Майкл был в восторге. Желание вытащить друга в какой-нибудь клуб было настолько сильно, что временами превращалось в идею фикс. -Ну, и чего ты такой кислый? Мы идем на вечеринку, а не на похороны. Остин отвернулся, засунув руки в карманы джинс. Он и сам понимал, что ведет себя сейчас, как ребенок. Дуется на ерунду, словно ему все обязаны. По правде сказать, согласиться пойти с другом в клуб, было спонтанным решением, порывом из разряда: «а почему бы и нет?» Он настолько редко выбирался куда-то, что иногда ему даже хотелось побывать на людях. Но это не означало, что шумные клубы тусовщиков будут приводить Остина в восторг. -Тебе там понравиться, гарантирую. Остин вновь промолчал, уверенный в обратном. Отказываться от обещания он не собирался. Но ему было не по себе, он не ожидал от прогулки ничего хорошего. Никогда прежде в подобных заведениях ему бывать не доводилось. Сегодняшний день Остин решил мысленно пометить галочкой, в шутку подумав о вещах, которые нужно сделать в молодости. Хотя у него никогда не было списков с пунктами. -Ну что, идем? – поинтересовался Майкл, отвернувшись от зеркала. Словно это не он, а Остин предыдущие полчаса собирался на выход. Удивительно, но этому парню для сборов порой необходимо было столько же времени, сколько некоторым девушкам. *** В клубе было шумно, душно и неприятно. Попасть внутрь оказалось не так сложно, как предполагалось изначально. Внутри Майкл почти сразу отправился к бару, весело и непринужденно лавируя между толпой трущихся тел. Заказал какой-то напиток ядреной расцветки, и практически сразу ускользнул с барного стула прочь, уводимый крепкой рукой полуодетого мужчины. Остин проводил друга взглядом, наблюдая за толпой, скрывшей его, еще какое-то время, потом просто отвернулся, барабаня пальцами по полированной столешнице, уже изрядно испачканной пролитой выпивкой и неизвестно чем еще. Бармен глянул в его сторону, но Остин только ладонью показал, что ничего не нужно. Освещение клуба совсем скоро стало таким же ядреным, как коктейли посетителей. Грохот музыки сотрясал до самых костей, за ним не было даже слышно самой мелодии. Толпа бесновалась, терлась друг о друга, пытаясь перекричать шум. От сладкого запаха алкоголя и перегара, вперемешку с ароматами одеколонов, духов и прочей косметической дряни, начинало подташнивать. Голова болела от мигающих прожекторов. Майкла совсем не было видно. Остин выделялся среди всей этой толпы слишком приличной одеждой и трезвым видом. Темные джинсы и чисто-белая футболка казались смокингом среди спортивок, в сравнении с откровенными нарядами веселящейся толпы. Удовольствия Остин не получал абсолютно никакого. Пить он не собирался, танцевать тем более. Оглядевшись в последний раз, чтобы отыскать Майкла, и, убедившись, что это невозможно, он просто поднялся и двинулся в обход толпы, пробираясь на выход. На освободившийся табурет у стойки его буквально свалили, толкнув разом с двух сторон толпой. Как это получилось, он не понял, оглядываясь по сторонам, пока выравнивал равновесие, вцепившись в стойку. Взгляд зацепился за сидящего на диванчике мужчину. Толпа как-то поредела и ему стало видно темный закуток с одиноким посетителем, неспешно потягивающим темный напиток. Откинувшись на спинку дивана, и закинув на нее локоть, тот скользил взглядом по веселящейся толпе. Остин смотрел на мужчину, и ему казалось, что он попал в какое-то другое измерение, настолько тот смотрелся неуместно в клубе. Примерно, как сам Остин. Взять хоть то, что он был одет в брюки, рубашку и жилетку, которые пусть и выглядели стильно, и были ему к лицу, все же для клуба совсем не подходили. То, что он неприлично долго пялиться на незнакомца, Остин понял только после того, как тот обернулся в его сторону, отсалютовав бокалом, с улыбкой на лице. Остин залился краской, быстро спрыгнул с табурета и поспешил удалиться. -Ос! - чужая рука вцепилась в запястье, останавливая. Остин обернулся, не сразу признав Майкла. - Как дела, приятель? Остин шагнул ближе, сокращая расстояние, чтобы можно было расслышать друг друга. Майкл улыбался, продолжая подтанцовывать в такт грохочущей музыке. -Душно, - Остин старался перекричать грохот, но не был уверен, что ему это удалось, поэтому он наклонился ниже. - Пойду, перекурю! -А, бывай, - Майкл отсалютовал бокалом, наполовину пустым, но явно с другим уже коктейлем, чем заказывал при друге, отвернулся, теряя интерес к Остину. Пользуясь моментом, Остин выскользнул из мешанины тел, преодолевая сопротивление. Как очутился на улице, он так и не понял. Все-таки все эти вспышки здорово дезориентировали. Вдыхать ночной воздух, полный влаги прошедшего недавно дождя, было куда приятнее. Изо рта вырвалось облачко пара. Да, без куртки было немного прохладно, да и воздух был, хоть и свежий, но по-городскому тяжелый. Потирая плечи руками, Остин двинулся к метро. Возвращаться он не собирался. -Уже уходишь? Голос был неожиданным, Остин аж вздрогнул, оборачиваясь. Давешний мужчина наблюдал за ним, сунув руки в карманы пальто. Теперь он казался еще страннее, поскольку сложно было представить одетого в приличное пальто мужчину, которому явно за тридцать, в молодежном клубе-дрыгалке. Когда Остин не ответил, мужчина с улыбкой оглядел его сверху вниз. Взгляд искоса придавал ему какое-то очарование, как и легкий изгиб губ. -Может, прогуляемся? Остин отмер, с непониманием оглядывая этого странного типа. -Вы от меня чего-то хотите? - Остин с недоверием оглядел мужчину, как недавно рассматривали его самого. - Если да, то скажите прямо. Я не из тех, - парень кивнул в сторону здания, намекая на оставшихся развлекаться людей и не найдя им сходу определения, - которые ищут приключений. -Верно, ты не из них, - улыбка стала чуть шире. - Я заметил. Вот и захотелось познакомиться. Это запрещено? В вопросе не было насмешки, но Остин все равно смутился, ощутив, что все же был не слишком вежлив. Понять это было можно, но временное чувство неловкости все равно заставило ненадолго опустить глаза в пол. -Ты ведь наблюдал за мной? - голос мужчины оставался плавным и ненавязчивым. -Да, простите, это было невежливо с моей стороны, - Остин поднял голову и пропал. -Ничего страшного, - бархатный голос укутывал в зелень этих глаз. - Я совсем не против, если ты понаблюдаешь за мной еще. Сказать на это что-то еще Остин просто не мог, завороженный блеклым цветом его глаз. Он все так же смотрел в эти глаза, когда мужчина подошел к нему практически вплотную и прикоснулся к локтю. Ощущение чужой руки было неожиданным, заставив внутренне вздрогнуть и очнуться. Посмотрев на бледные пальцы, ненавязчиво придерживающие его под локоть, Остин осторожно выпутался из хватки, что ему позволили сделать очень легко. -Так что ты надумал? - голос незнакомца заставил опять посмотреть в лицо собеседника и вновь потеряться. -Что? - непонимающе уточнил Остин, пытаясь собраться с мыслями. -Прогуляешься со мной? - повторил вопрос мужчина. Остин замешкался. Он не хотел идти куда-либо с кем-либо, он с большей радостью отправился бы домой. С другой стороны, причин для отказа у него, вроде как, тоже не было. Да и вечер только начался. -Холодно, - все же отозвался Остин с извиняющимися нотками в голосе. Мужчина понимающе улыбнулся. -Может, тебя проводить? Остин нахмурился, обдумывая это предложение, насколько хватало разбежавшихся мыслей. Причин для отказа находилось еще меньше, чем раньше. Остин потер глаза, прогоняя муть из глаз, на ресницах оседала вечерняя влага. Пронизывающий ветер норовил пробраться под футболку, по коже бежали мурашки. -Если только до станции, - сдался Остин. Мужчина не изменился в лице и не перестал улыбаться, просто посторонился, пропуская Остина вперед из переулка. Они шли по малолюдной вечерней улице в молчании, которое, на удивление, не было неуютным или напрягающим. Временами Остин краем глаза посматривал на своего спутника. Мужчина шел непринужденной походкой, какой обычно расхаживают люди, прогуливаясь по парку, наслаждаясь каждой потраченной минутой. Редкие прохожие не обращали на них абсолютно никакого внимания. До метро они дошли, остановившись у входа. Остин сунул руки в карманы, стоя перед незнакомцем, рассматривая его ботинки. Тот не торопил его и сам не торопился прощаться. Несколько раз Остин набирал воздух, чтобы уже сказать что-нибудь и распрощаться, но только медленно выдыхал, так и не сказав ни слова. Сколько это продолжалось бы — неизвестно, только мужчина все же зашевелился первым. Остин еще только заметил, как бледные руки возятся с белым шейным платком, удивительно подходящим под костюм мужчины, а ткань уже легла ему самому на шею, согревая чужим теплом горло. Остин вскинулся, замер, разглядывая спокойное лицо перед собой. К чужим губам он потянулся сам. Отстраняться или отталкивать его мужчина не стал, наоборот чуть наклонился, делая прикосновение плотнее, глубже. Он не колебался, поддержав поцелуй, осторожно погладил холодные руки Остину, вызывая новою волну мурашек, теперь от приятного ощущения чужого тепла. Отстранился незнакомец слишком быстро. Поцелуй с ним был легким, невесомым, за которым Остин невольно потянулся, желая еще. В глазах мужчины, потемневших от эмоций, мелькнуло понимание. -Бедный мальчик. Ты так истосковался по ласке. Ничего, у меня ее еще много. Пойдем со мной. Остин совсем не сопротивлялся чужим рукам, направляющим его, уводящим в сторону от метро. Они шли по ночным улицам города и молчали. Этот странный мужчина больше не прикасался к нему, кроме как случайно плечом, когда они шли слишком близко друг от друга. Наверное, так было даже лучше, ведь в городе было много людей, даже ночью. Яркие огни влекли к себе отдыхающих, как мотыльков, в воздухе витало веселье. Остин не любил шум и ночные развлечения, он и сегодня бы ни за что не вышел из дома, но Майкл каким-то неведомым способом смог его уговорить попробовать. Наверное, обещанием, что если Остину не понравится «выход в свет», как он это назвал, то он отстанет от друга и больше не станет пытаться вытянуть его на гулянки. Мимо них прошла целая компания из мужчин и женщин, не обращая внимания на окружающих и на то, что заняли всю дорожку. Остину пришлось остановиться и шагнуть в сторону, ближе к ограждению, чтобы его не сшибли с ног. Его попутчик осторожно привлек Остина ближе сбоку от себя, закрывая собой от толпы. Такая близость заставила Остина невольно вздрогнуть, он не привык, чтобы за ним кто-то ухаживал подобным образом, это заставляло теряться. Он посмотрел на мужчину, такого спокойного и надежного, испытывая противоречивые эмоции. Было приятно ощущать тепло через его пальто и сжимающие его руки. Проводив взглядом толпу, мужчина заметил, как Остин смотрит на него и едва заметно улыбнулся. С такого расстояния, под светом фонарей, можно было без проблем рассмотреть его лицо. Длинный нос с небольшой горбинкой и острым кончиком, острые скулы, подчеркивающие разрез глаз. В описании Остин не был силен, но это лицо можно было назвать стройным, но не болезненным. Лишней растительности на щеках не было, даже щетина не пробивалась. Зато в коротких волосках виднелась небольшая седина, серебрящая темно-каштановую шевелюру. Остин моргнул, смутившись. Он сам не понимал, почему рассматривает другого мужчину и позволяет тому трогать себя так открыто. Он не считал себя геем, хотя нормально относился к любым сексуальным ориентациям. Общаться с Майклом и иметь предубеждения против того, что не привлекает тебя самого просто не получалось. Но все равно было слишком странно так спокойно относиться к их обнимашкам. Тактичность и аккуратность делали свое дело, мужчина не переходил границ, хотя и позволил себе поцелуй у метро. -Пойдем, - позвал мужчина, слабо потянув не сопротивляющегося Остина, и они снова пошли вдоль набережной, как до этого. Руки он убрал. Остин огляделся по сторонам. Они ушли не так уж далеко от клуба, эту часть города он знал, хоть и не очень хорошо. Яркие вывески и огни освещали улицу и этого света хватало даже на то, чтобы просочиться сквозь листву, создавая полумрак на дорожке у воды. Зато канал блестел бликами поверх темных вод. По другую сторону было уже не так ярко, там начинались спальные районы, и дома светились редкими окнами, а внешних огней не было вовсе. Разглядывая более темную часть города, разделенную водой, Остин невольно снова посмотрел на мужчину. Как-то они смотрелись вместе странно: высокий, статный, в этой одежде и пальто мужчина и одетый в одну футболку и джинсы Остин. Шарф, накинутый мужчиной ему на шею, совсем не сочетался с его одеждой, но снять его не хотелось, он так приятно согревал. -Тебе не холодно? - прервал мужчина размышления Остина, после того как случайно прижался тыльной стороной ладони к его руке. -Нормально, - пожал он плечами. - Я не замерз. -Ты холодный, - обхватив его запястье, мужчина погладил предплечье снизу вверх, ероша волоски, заставляя мурашки бежать к затылку по руке. Остин невольно повел плечами, пытаясь сбросить это щекочущее ощущение. -Пойдем. Я угощу тебя горячим чаем, - придержав за локоть, мужчина повел Остина на светлую сторону улицы. Вывесок было уже меньше, вокруг было больше уютных дневных магазинчиков, которые уже закрылись, чем ночных заведений. Да и в них обычно было сложно раздобыть что-то горячительное помимо алкоголя. Так что предложение выпить чаю было необычным и удивило. Того, что они пройдут мимо всех этих завлекательных дверей центральной улицы Остин не ожидал. Вместо этого они прошли в узеньком переходе между домами и очутились сразу во внутреннем дворике нескольких домов. Окутавшая их тьма и приглушенный шум удивили такой резкой переменой, хотя казалось бы только руку протяни и вот оно, веселье. Зато сразу отпустило странное напряжение, которое он испытывал, когда они шли по улице, где их могли открыто увидеть. Остин не хотел, чтобы на него смотрели и, тем более, попасться на глаза кому-нибудь из своих знакомых. Да и вообще расслабленности способствовала тишина вокруг, поскольку он не привык к шумным гулянкам. Парадная, в которую они вошли, была широкой и какой-то праздничной, отделанной под старину. Смотрелось это все красиво и прилично, видимо дом был каких-то богачей. Об этом было сложно судить, но представить его спутника в задрипанном подъезде не получалось. Хотя Остин больше полагал, что тот живет в каком-нибудь доме на окраине, чем в многоквартирном доме. Они поднялись на третий этаж и остановились перед одной из дверей. Пока мужчина возился с ключами и замками, Остин чуть перевел дух и стянул с себя платок, намереваясь вернуть его хозяину, как только они переступят порог. Мужчина открыл перед ним дверь, пропуская внутрь и Остин посмотрел на него, прежде чем зайти. Странно, но он совсем не выказывал беспокойства тому, что привел незнакомого парня, которого подцепил в баре, в свой дом. Остин зашел в темный коридор, сжимая в руке мягкую ткань платка и остановился. Мужчина зашел следом, закрывая дверь, включил свет. Остин обернулся, наблюдая за тем, как он снимает пальто и вешает на вешалку на стене. Когда он обернулся, Остин отвел глаза и, замешкавшись, все же протянул хозяину его вещь. Мужчина молча порассматривал ее, прежде чем забрать и повесить там же, у двери. Остин чувствовал себя неловко. Раньше его к себе другие мужчины не приглашали, хотя в ситуациях, когда с ним флиртовал его же пол, он был. Но тогда, обычно, рядом тусовался Майкл, перетягивая на себя все внимание, избавляя от неловких объяснений. А сейчас как объясняться Остин просто не знал. Он ведь сам пошел с этим мужчиной, приняв приглашение, в котором его чаем угостят дай бог только утром. Да и поцелуи он позволял вполне охотно, не пытаясь оттолкнуть. Так что дальнейшее было очевидно, хотя Остин никогда не считал себя геем и не понимал, как оказался в такой ситуации сейчас. Мужчина подошел к нему, приподнял голову за подбородок, заглядывая в глаза, и напряжение в груди стало рассеиваться. Это было чем-то невероятным, он не понимал свей реакции. Остину было очень трудно сбросить это наваждение. Это было похоже на наркотический туман, хотя он никогда не пробовал наркотики. Свою реакцию на прикосновения этого мужчины он решительно не понимал, хотя это и оказалось приятно. -Давай мы тебя согреем, - прервал тишину мужчина. Вопреки словам, он стянул футболку Остина через голову. Зато прикосновения действительно были теплыми, от них согревалась замерзшая кожа. Ладони скользили вверх по рукам, обвели ключицы, заключили в плен шею и затылок, взъерошили пальцами короткие волоски. Остин глубоко вдохнул, наслаждаясь такой лаской и открыл глаза, не заметив даже, что закрывал их. Мужчина улыбнулся, чуть сощурившись, отчего в уголках глаз у него собрались морщинки. Когда, притянув молодого парня к себе, он наклонился, целуя, Остин покорно чуть наклонил голову, снова закрывая глаза, теперь осознанно. Руки сами скользнули от чужих локтей, укутанных в рукава рубашки, вверх, остановились на плечах, несильно сжимая. Он мог бы стоять так целую вечность. Но оторваться все же пришлось, когда его осторожно стали оттеснять назад. Мужчина коротко прижался к его губам, как бы извиняясь и снова его теплые руки развернули Остина, направляя. Оказаться в спальне было шокирующе, такого стремительного развития он просто не ожидал, хотя все к этому и шло. Так что на пороге он немного затормозил. Пальцы мужчины осторожно очертили линию по плечам и спустились вдоль позвоночника до самого пояса джинс, но не попытались пробраться под ремень. -Можешь положить вещи на стул, - шепнул он Остину на ухо и отступил, уходя куда-то по коридору, оставляя одного. Остин остался стоять на пороге спальни, гипнотизируя застеленную кровать. Что ж, к этому все их знакомство и шло. Странно было думать, что оно сейчас продолжится таким образом, но уйти почему-то тоже не хотелось. Так что он прошел в комнату и остановился рядом с углом кровати, только сейчас найдя в себе силы оглядеться. Комната была не такой уж большой, но довольно плотно обставленной и уютной. Помимо двухспальной кровати и тумбочек около нее, в комнате был письменный стол со стулом в шаговой доступности от постели. Еще было кресло с высокой спинкой, стоявшее посреди комнаты. У стены стоял длинный шкаф под потолок, а напротив окна — комод, над котором в тяжелой раме висело прямоугольное зеркало. Пол почти полностью скрывал ковер, а окно закрывали плотные шторы. Свет мужчина включил приглушенный, настенные бра освещали достаточно, чтобы ориентироваться, но не било по глазам яркостью. Снимать оставшуюся одежду не хотелось, но и садиться на кровать в уличных джинсах было неприлично. Тут даже мебель была с мягкой обивкой, потому садиться было просто некуда. Испытывая крайнюю неловкость, Остин скинул кроссовки и медленно стал расстегивать джинсы. Казалось, что сейчас хозяин квартиры придет и спросит: какого черта он, Остин, делает. Лицо горело. Мужчина вошел именно в тот момент, когда Остин стоял со спущенными джинсами на бедрах. Румянец бросился в лицо, перекинувшись на уши и шею. Мужчина замер на пороге, рассматривая его, но скоро сам вошел в спальню, подходя к парню вплотную. В руках он держал чашку с оговоренным чаем. Встав рядом с Остином, мужчина потянулся, поставив напиток на стол, а затем провел руками по бокам гостя, зацепил пальцами края трусов, при этом обхватив ладонями поверх ткани. -Ты позволишь? - наклонился он над Остином, прижавшись почти вплотную. Остин еще больше покраснел, но кивнул, разрешая делать все, что вздумается. Мужчина потянул вниз его трусы, при этом нагибаясь и почти касаясь Остина. Его дыхание прошлось по оголенной коже груди. Спустив белье до края джинс, которые Остин еще удерживал руками, мужчина подцепил и их, стягивая все вместе. Остин стоял, не шелохнувшись, пока с него снимали остатки одежды, и жмурился, чтобы не видеть, как встает на колено мужчина, помогая избавиться от ткани. Его голова была так близко к обнаженному паху, что становилось по-настоящему стыдно. Последняя одежда была снята, даже носки постигла та же участь. Остин осмелился открыть глаза, чтобы увидеть, как коленопреклоненный мужчина посмотрел в его лицо. Привычная спокойная улыбка скользнула по его губам и он поднялся, держа вещи Остина в руках. Шагнув в сторону, он аккуратно повесил все на спинку стула. Остин совсем засмущался, наблюдая за ним, испытывая неловкость теперь еще и от того, что он полностью обнажен, а мужчина даже жилетку не снял. -Чаю? - указал на чашку на столе мужчина, увидев, что Остин стоит на прежнем месте и неловко мнется. -Мм, нет, пожалуй, не надо, - пробормотал Остин. Комментировать отказ и алеющие щеки мужчина не стал, просто подошел и снова поцеловал. Остин вцепился в плечи мужчины так, словно хотел устоять на ногах с его помощью. В два коротких шага его подвели к кровати и, не прерывая поцелуя, помогли сесть. Погладив по плечу, мужчина подтолкнул его, укладывая на спину, лаская кожу. В этих движениях не было ничего сексуального, все те же неспешные поглаживания, не переходящие рамки. Похоже, только поцелуй намекал на что-то большее, потому что под ласками оказывались руки, шея, голова, иногда бока, но ниже пояса ладони не спускались. Возбуждения не было, хотя такие прикосновения были очень приятными. В голове не было ни единой мысли. Если так, он был даже не против продолжения, хотя и очень смутно представлял себе, как это будет происходить. Теорию он знал, безусловно, но как он сможет отдаться — понятия не имел. В какой-то момент все прекратилось, мужчина встал, погладив по щеке напоследок и отошел от кровати. Остин остался лежать, впитывая эту нежность, которую на него направили. Даже то, что его больше никто не трогал, не развеяло того приятного чувства, которое оставил после себя поцелуй. Остин не мог понять до конца, что он делает. Нет, он полностью понимал, что именно, но понять, почему он это делает, никак не удавалось. Мысли ускользали, и чем дальше, тем больше хотелось поддаться этому сладкому ощущению. Так приятно было лежать обнаженной кожей на чистой прохладной постели. Запах был незнакомым, но довольно приятным и ненавязчивым. Таким расслабленным он не чувствовал себя уже очень и очень давно. Глаза закрывались сами собой. Остин поймал себя на мысли, что чувствует себя расслабленным. В чужом доме, с незнакомым мужчиной, полностью обнаженный и абсолютно спокойный. Что, черт возьми, это значит? Стоило только подумать о странности происходящего, и тут же стало не по себе. По коже побежали мурашки, хотя нельзя было сказать, что в комнате холодно. Остин все равно обхватил себя за плечи руками, чуть повернувшись боком, пытаясь сжаться и прикрыться. Он бы еще и простыней обмотался, но брать без разрешения чужие вещи было для него слишком. -Я отвлекся всего на секунду, и ты сразу зашевелился, - мужчина склонил голову, рассматривая своего гостя. Остин опустил глаза, не желая встречаться взглядом, словно это могло спаси его от разглядываний. Мужчина прошел к креслу, наконец, отвернувшись, и замер у спинки, барабаня по ней пальцами. Обернулся, возвращая внимание к неподвижно лежащему парню. -Ты такой красивый мальчик. -Что?.. - замечание, сказанное в подобном тоне, выдернуло из того состояния, в котором пребывал Остин. Он ощущал себя заторможенным, не мог никак собраться с мыслями, не понимая, где он, что с ним и что происходит. Остин приподнялся на локтях, собираясь хотя бы сесть, чтобы рассеять туман в голове. Создавалось такое чувство, словно его чем-то обкурили. Но он даже ничего не пил, чтобы заподозрить опьянение какими-либо веществами. Это сбивало с толку. Теплые пальцы осторожно развернули его лицо, чужое дыхание согрело губы. Остин судорожно вдохнул, приоткрывая губы. -Ннет, - едва слышно выдохнул он, вжавшись в постель в попытке отстраниться, заставив мужчину удивленно замереть. Смотреть в эти гипнотические глаза было большой ошибкой, но Остин не мог отвернуться. -Ну, что ты? Я не обижу, - нежность в голосе проникала в самое сердце. Обижать отказом было невыносимо, слезы набегали на глаза. Остин с трудом едва-едва покачал головой, закрыл глаза, сглатывая. Поцелуи на ресницах были неожиданными и все такими же неспешными и мягкими. Он никуда не торопился. - Ну что ты, не нужно. Позволь сделать тебе приятно. Голос убаюкивал, ласковые руки успокаивали, но дыхание Остина все равно частило и он все сильнее качал головой, не в силах этого выносить. В какой-то момент этого стало слишком, он выгнулся, выворачиваясь, пытаясь уйти от этих прикосновений и речей. Захотелось сжаться в маленький комочек, закрыть глаза и уши, и кричать, рыдая в голос. Теплая рука легла ему на лоб, погладила, убирая челку и ероша волосы. Вторая рука все так же мягко сжала выше локтя. Поцелуй в лоб оказался неожиданным. Остина словно парализовало, он замер, тяжело дыша и рассматривая шею перед собой, не скрытую воротником. Расстегнутая пуговица привлекла внимание. Остин нахмурился. Мужчина отстранился, погладив Остина по волосам, заглянул в глаза. Остин судорожно вдохнул, прикрывая веки, прежде чем заглянуть с некоторым отчаянием в уже ставшими привычными глаза. -Не нужно, - прикосновение было нежным, голос понимающим. – Тщшш. Не бойся, все хорошо. Все. Хорошо. Остин ощутил, как скатывается слеза по щеке, чуть отвернулся, закусывая изнутри задрожавшие губы. Сил не осталось, только чувство, что произошло что-то неправильное. Но и оно прошло, когда чужие губы накрыли его сжатые губы в нежном поцелуе. Прохладные пальцы скользнули по виску, поворачивая голову Остина, скользнули за ухо, на шею, чуть приподнимая, тем самым притягивая ближе. Влажный язык скользнул по губам, не настаивая на большем, и от этого захотелось получить еще, продлить это приятное ощущение. Остин приоткрыл рот, позволяя большее, приглашая продолжить, хотя сам и не решился потянуться в ответ. Но чужой язык только чуть глубже огладил чувствительные губы, и зубы прикусили нижнюю. Это было куда приятнее всяких французских поцелуев, от которых иногда возникало ощущение, что тебя засасывают, как вантузом. -Ты что, начал без меня? - новый голос прозвучал над ними неожиданно, но вызвал лишь сожаление, ведь такой сладкий поцелуй прервался, лишая того приятного ощущения, которое возникло у Остина. Мужчина оторвался от губ Остина, улыбнулся открывшему глаза парню, приподнялся на локте, поглаживая его по щеке. Чуть повернулся к пришедшему, не отпуская взгляда своих пленительных глаз. -Нет, просто старался разрядить обстановку. Ты поздно. Остин моргнул, рассеянно пробежал глазами по лицу мужчины, нависшем над ним, повернулся, когда откуда-то с краю упала тень, чтобы рассмотреть вошедшего, который приблизился к кровати. Чужая ладонь погладила его от лба по волосам, зарылась пальцами в короткие пряди. Перед глазами все плыло, он едва ли видел перед собой только что пришедшего. -Думал, что ты никого не нашел, - голос говорившего был моложе, без тех притягательных мягких ноток, как у мужчины, который привел Остина сюда. -Наоборот, отыскал это чудо почти сразу же. Он чуть-чуть разволновался, убаюкать его не получилось, и я решил его отвлечь. -Даже так? Незнакомец обошел кровать, чтобы присесть рядом с ногами Остина. Уже немного знакомый мужчина отстранился, предоставляя ему место, и в груди стазу стало как-то пусто и неуютно. Остин не хотел, чтобы чужак сидел с ним так близко. Он не хотел, чтобы он был в этой комнате. Не хотел, чтобы еще и он его трогал. Остин хотел уйти, но продолжал лежать. Теплая ладонь погладила ему бицепс и это отвлекло, хотя сердце все равно продолжала стучать о грудную клетку, все громче и громче. -А он довольно мил, - пришедший погладил плохо соображающего Остина по щеке, отчего он вздрогнул и постарался отвернуться. - Ого… В голосе пришедшего проскользнуло удивление. А вот у мужчины — какая-то нежность в отношении Остина, и это сбивало с толку, мешало ухватиться за какую-то мысль. -Он не доверяет мне, так что я не смог полностью помочь ему расслабиться. Остин не смотрел на пришедшего, но ощущал, что тот его рассматривает. По спине бежали мурашки от этого взгляда, и Остин не мог понять: приятные они или нет. Но он был твердо уверен, что хочет от этого ощущения избавиться. -Упрямый, - в голосе незнакомца прозвучала улыбка, словно он доволен. И странная нежность. А потом пришедший наклонился к Остину, упираясь руками в кровать, и прижался губами к уголку рта Остина, заставив вздрогнуть. Язык тут же прошелся по шерховатым губам и проскользнул Остину в рот, оглаживая зубы. Этот парень целовался по-другому, он сминал губы Остина, обхватывал своими, припечатывая голову к кровати таким напором. А стоило ему довольно болезненно куснуть Остина, как он очнулся от странного наваждения, которое не позволяло ему до этого даже прикоснуться к незнакомцу, чтобы его отстранить от себя. -Нет, не надо, - Остин отвернулся, уклоняясь от влажных поцелуев. Непослушными руками он еще пытался отстранить парня, закрывал ему рот. Чужие руки не позволили ему этого, прижав запястья к груди Остина. -Отстань, - Остин попытался сесть, перевернуться на бок, но на него навалились сверху, лишая возможности двигаться. Чужое колено вклинилось между ног. Остин вздрогнул, выгнулся. Теплая ладонь на внутренней стороне бедра легла совсем близко к интимному, тому, что не должны трогать другие без дозволения, и это стерпеть уже сил не было. Зато появились силы отпихнуть от себя навалившегося сверху мальчишку, перекатиться набок, ногами вытолкнуть себя выше по кровати. Голова была мутная, но неправильность происходящего побуждала уйти, прекратить все это. Он не успел даже связно подумать о том, что делать дальше, а его уже за локоть притянул к себе мужчина, забравшийся на кровать с другой стороны. Остин попытался отстраниться, потянул руку на себя. Он и сам не понял, что по щекам текут слезы, пока мужчина не притянул его к себе, обхватив ладонями за руки и не слизнул влагу с ресниц. -Не надо плакать, мы не сделаем тебе ничего плохого, - прошептал мужчина, губами касаясь его бровей. Остин зажмурился, кожей чувствуя за спиной присутствие напугавшего его парня. Тот не трогал его больше, но находиться с ним в одной комнате было до ужаса страшно. -Отпустите меня, - тихо попросил Остин, не в силах снова вырваться. Голову вело, он с трудом сохранял равновесие, отчасти благодаря крепкой хватке мужчины оставаясь на ногах. -Тшш, не бойся. Все будет хорошо, - почти прошептал ему в ответ мужчина, отпуская и позволяя опуститься на кровать, поджав под собой ноги, но не дав лечь. Он обхватил его голову большими руками, ероша волосы и пропихивая пальцы под затылок, вынуждая запрокинуть голову. Остин с трудом открыл глаза и заметил в последний момент, как к кровати подошел тот молодой парень, встав прямо за ними. Отстраниться не было никакой возможности. Мужчина наклонился к нему, отвлекая, прижался губами к шее, втянул кожу, оставляя после себя засос, посасывая и лаская языком. Теплые руки огладили его по плечам, лопаткам. Твердое уверенное объятие, прижавшее к груди мужчины, было согревающим, успокаивающим разогнавшееся сердце. Это было… Остин почти обмяк, теряясь в странном ватном состоянии, накрывшем его с головой, но в чувство его привело прикосновение зубов, которые с необычайной силой сомкнулись на его шее. Укус был болезненным. Противная прохлада разливалась по плечу, пальцы левой руки заледенели за пару секунд. Дернувшись, он вцепился ими в плечо склонившегося над ним мужчины, тут же ощутив что-то странное. Он ощущал прикосновение, но как-то неправильно: словно наждаком по оголенным нервам. Дыхание сбилось, в груди возник комок, мешающий дышать. Каждый вдох давался с усилием. Попытавшись тряхнуть головой, чтобы разогнать муть перед глазами, добился лишь головокружения, хотя движение далось с трудом. А еще огнем резануло шею. Остин застонал, когда его обняли со спины, прижимаясь к обнимавшим его рукам. Второго укуса он почти не ощутил, только давление, но онемение неприятно разливалось уже с обеих сторон, спускаясь все ниже, проникая в легкие, сковывая их. Наверное, так ощущают себя утопленники. Тело не слушалось, онемело и покалывало одновременно, холод неприятно растекся уже по каждой жилке, дышать не получалось. Перед глазами все потемнело, уши заложило, мысли заволокло, отбрасывая куда-то в вязкую черноту. К шее прижался просто ледяной кусок какой-то ткани, и чужая рука с силой надавила на него, прижимая к пульсирующему, разрывающему болью месту укуса. Тело непроизвольно дернулось, пытаясь уйти от этих ощущений, пересохшие губы сами разомкнулись, выпуская раскаленный воздух из легких, царапая горло стоном. Чужие руки сжали ему запястья, не позволяя двигаться более резко, хотя с этим уже немного запоздали. От инстинктивного рывка, когда руки попытались дотянуться до шеи и отмахнуться, плечи заныли, а по венам от ключиц стали разбегаться холодные ручейки, покалывающие мышцы изнутри. Голова перекатилась в сторону, отчего кожа натянулась, словно ссохшаяся корка. Стоило только попытаться открыть глаза, их тут же резануло ослепительно ярким светом, отчего слезы потекли по вискам. Чужие пальцы проследили мокрую дорожку от ресниц вниз, едва касаясь. Скользнули по коротко выбритому виску, ероша волосы кончиками пальцев. Остин мотнул головой, скидывая с себя чужие руки, но шею продолжали сдавливать. Он с удовольствием бы отмахнулся, тем более что его уже не держали, но руки не поднимались, налитые свинцовой тяжестью. Ею налились не только руки, все тело было неподъемным. Ему словно тяжелую плиту положили на грудь, вдавливая в кровать, на которой он лежал. Дышать было не то, чтобы тяжело. Ему просто казалось, что дышать — это слишком. Поэтому он выдыхал, ощущая легкость. Только тело было против и спустя непродолжительное время требовало воздуха, из-за чего приходилось усилием воли делать вдох, чтобы не задохнуться. Руку от шеи убрали, оставив только ткань, под которой все зудело. Открыть глаза было тяжело. Шея горела огнем. Руки подрагивали. Голова превратилась в колокол, такой же большой, тяжелый и пустой, и кто-то бил в нем тяжелый ритм, от которого череп грозил расколоться. Остин перекатил руки по постели и стиснул виски ледяными пальцами. -Сделай чаю, покрепче и послаще, - произнес голос рядом с Остином. Разлепив слезящиеся глаза, Остин успел заметить, как с кровати сползает мужчина, все еще одетый в рубашку и брюки, как он уходит за дверь, оставляя их наедине с тем молодым парнем. Почему-то посмотреть на сидящего в непосредственной близости незнакомого парня было трудно. Остина и так трясло оттого, что к нему прижималось теплое бедро через тонкую простыню. Хотелось оказаться отсюда как можно дальше. Встать и уйти. Парень молчал и просто смотрел на него, сидя на краю постели. Остин был бы, наверное, просто счастлив, если бы тот перестал его рассматривать и тоже куда-нибудь ушел. Мечтам не суждено было сбыться, он продолжил молча сидеть, а Остин так же молча лежать, пока в комнату не вернулся мужчина, развеяв тягостную атмосферу одним своим присутствием и запахом ароматного чая. Остин посмотрел на мужчину и тот слабо ему улыбнулся одними уголками губ. И не скажешь, что совсем недавно он со своим молодым дружком кусали Остина. О своей ненормальной реакции на произошедшее он не хотел даже думать, просто хотел уже подняться и уйти, чтобы забыть о странном происшествии, как о дурном сне. Может ничего такого и не произошло, просто он перебрал незнакомого коктейля или словил случайно какую-то наркоту, поэтому у него были глюки. А эта парочка разводил хотели его уломать на тройничок, но Остин вовремя оказался в отрубе. -Вот, чай. Крепкий и сладкий, чтобы прийти в себя, - мужчина осторожно сел на край кровати, удерживая чашку на весу. -Спасибо, я не хочу, - переводя взгляд с кружки на лицо мужчины, отказался Остин. -Попей, станет легче, - молодой парень наклонился, убрал сложенное небольшое полотенце с его шеи на прикроватную тумбочку и потрепал Остина по волосам, заставив вздрогнуть и перевести внимание на него. Остин хмуро отвернулся, приподнимаясь на локте и ощущая противную слабость, ледяными волнами разливающуюся от затылка. Сев на кровати, согнув ноги к груди, чтобы не соприкасаться с этим странным парнем, Остин протянул руку в сторону, молча соглашаясь забрать чашку. Мужчина передал ему емкость, придержав снизу, что оказалось нелишне, поскольку чашка оказалась ощутимо тяжелой в слабой дрожащей руке. Чай был горячий, но не обжигающий, приятно согревающий озябшие пальцы. Остин едва отхлебнул жидкости, прижав губы к краю, опустил локти на колени, устало переведя дух. Хозяева квартиры молча наблюдали за ним, не торопя. Остин старательно не смотрел на них, ощущая, как по коже бегут мурашки. Он замерз, а одежды на нем не было, только легкая простынка. Чтобы заполнить неловкую паузу между ними, он сделал еще несколько глотков из чашки, проглатывая горечь во рту. Он практически чувствовал, как теплая жидкость заполняет пустой желудок, и сам не заметил, что выпил почти всю чашку. Устало переведя дух, Остин опустил посудину на кровать, чтобы не уронить, ощущая муть в голове. Молодой парень забрал у него чашку и встал с кровати, отошел к столу, ставя ее там. Остин потер лоб, прогоняя неясное чувство, сдавливающее виски обручем. -Полегче? - мужчина улыбнулся уголком губ и Остин кивнул ему. - Хочешь еще полежать? -Во всяком случае сейчас активно прыгать не стоит, - прервал молодой парень прежде, чем Остин успел ответить, и глянул прямо в глаза гостя. - Ты пол-ночи провалялся, пока приходил в себя. -А что со мной было? - осторожно осведомился Остин, поворачиваясь к мужчине. Говорить с парнем по-прежнему не хотелось, хоть он и сам понимал, насколько это странно, поделать с собой ничего не мог. -Небольшая потеря крови, - ровно ответил опять парень. - Как-то ты очень чувствительно отреагировал, не ожидал. Нежные нынче юноши пошли. Остин переводил взгляд с одного хозяина квартиры на другого, все больше напрягаясь от нехорошего ощущения. Посмотрел на свои руки, проверяя на наличие ранок, из которых могла пойти кровь. Но ни на руках, ни на груди ничего такого не наблюдалось, под простыни же он лезть не стал, неожиданно даже для себя замерев и медленно поднеся ладони к шее, повинуясь смутным воспоминаниям о том, где он ощущал чужие зубы. Мышцы под пальцами отозвались притупленной болью, кожа, неприятно шероховатая, под пальцами показалась немного воспаленной и слабо пульсировала. Глаза Остина забегали по помещению, он боялся взглянуть на мужчин. Тяжело сглотнул, лихорадочно пытаясь понять, что происходит. -Я, наверное, лучше пойду. Меня друг уже потерял и будет искать, куда я пропал, - пробормотал Остин, спуская ноги и выползая из-под одеяла. Брехня, конечно, Майкл не скоро еще его хватится, он небось и из клуба еще не ушел, если не подцепил себе никого. Молодой парень в два шага оказался рядом с Остином, заставив замереть на краю кровати со спущенными на пол ногами, навис над ним. -Никуда мы тебя не отпустим. А то свалишься еще где-нибудь по дороге. Оно нам надо? Отоспишься и пойдешь домой. Могу даже подвести, если далеко добираться. -На мотоцикл ему в таком состоянии лучше не садиться, - подал голос мужчина. Посмотрел на Остина. - Оставайся. Отлежишься до утра, позавтракаешь, тогда и пойдешь. Другу можешь позвонить, чтобы не волновался. -Я… у меня нет с собой телефона, - Остин отвернулся, снова прижимая руку к шее. -Тем более, раз тебя некому даже встретить, - молодой парень склонился над ним, осторожно обхватив руками за плечи и неожиданно нежно прижался губами ко лбу Остина. - Останься, Остин. Поспи. Остин растерянно поморгал, обернулся к мужчине за спиной. Тот спокойно наблюдал за ними, не вмешиваясь. Почему-то это заставило Остина засомневаться в своей непоколебимой решимости как можно скорее уйти домой. В конце концов он в самом деле еще ощущал себя не очень хорошо, а до дома добираться было далеко. Словно прочитав его мысли, мужчина приглашающе откинул простыню в сторону, открывая постель. -Поздно уже, метро закрыто и никакой транспорт не ездит в такое время. Побудь до утра, а там уже и домой поедешь. Остин медленно моргнул, снова чувствуя навалившуюся усталость. В глазах мутилось. Он перевернулся на бок, забираясь обратно под простыню, укладываясь на подушку. Сразу стало очень хорошо, хотя голова и казалась тяжеленной. Его опять погладили по голове. Молодой парень выключил свет от светильника над кроватью и, кивком головы позвал мужчину за собой. Тот послушно поднялся, остановившись на выходе одновременно с парнем, они оба посмотрели на сонного Остина, выключили свет в помещении и вышли. Остин повозился на кровати, укутываясь плотнее в покрывало. Сознание медленно проваливалось в сон. На краю сознания мелькнула мысль: а когда он успел пораниться, что потерял сознание от потери крови? Чернота поглотила его внезапно, не дав проснуться и как следует обдумать эту мысль. *** Проснулся Остин с тяжелой головой, с трудом повернулся на кровати, перекатившись на спину. Глаза не желали открываться, клонило обратно в сон. Вообще состояние было каким-то муторным, неприятным. С трудом приоткрыв один глаз, Остин огляделся. Вчерашнее помнилось с трудом, как полузабытый сон, но он точно все еще был в той квартире у непонятной парочки. Через плотные шторы просвечивал легкий утренний свет, разгоняя непроглядный мрак. Оторваться от подушки оказалось делом непростым, тело запротестовало движению решительным образом. Остин с усилием сел на краю кровати, упираясь в колени локтями, пытаясь прогнать темные пятна из глаз. Все болело, словно он на тренировке перестарался, при том на все мышцы разом. Потерев лицо и, особенно глаза, Остин слеповато прищурился, все еще борясь с сонливостью, и огляделся. В комнате, кроме него, никого больше не было. На счастье, кровать с ним хозяева не делили, ночуя где-то в другом месте. Мурашки побежали по коже, Остин притих, вслушиваясь в тишину квартиры. Сейчас, когда он поспал и стал относительно лучше соображать, ему стало очень не по себе от странного поведения парней. Казалось бы, очень благородно с их стороны оставить у себя незнакомого парня, которому стало плохо, когда они решили провести с ним вечер. А с другой… припоминая все события вечера, Остин не мог четко вспомнить, что вообще соглашался на что-то с самого начала. Да и то, что происходило в этой квартире, нельзя было назвать прелюдией. Он смутно припоминал, что эти двое говорили и делали, но четко помнил, как пугал его молодой незнакомый парень. Да еще этот странный обморок. Чай он выпил после того, как ему поплохело, так что его вряд ли опоили. И еще эта оговорка про кровь. Он ведь нигде не мог пораниться. Зато смутные воспоминания о чужих зубах на его шее никак не хотели выветриваться из памяти, все больше беспокоя. Вообще все, что происходило с ним в этот вечер с трудом можно было назвать нормальным. Он и сам не понимал, зачем он вообще пошел с этим мужчиной в его квартиру. Адекватного объяснения для подобного у него не было. Почему он не ушел? На этой мысли Остин огляделся в полутемном помещении. Через плотные занавески в комнату не проникало света, зато из коридора немного просачивалось в щель, выхватывая угол кровати. Поискав глазами, Остин сумел разглядеть на стуле свои сложенные вещи. Поднявшись, он устало доплелся до стула, с усилием переставляя тяжелые ватные ноги. Он чувствовал себя разбитым, но желание уйти отсюда как можно дальше пересиливало телесный недуг. Не хотелось проверять, что еще с ним могут сделать в этой квартире. Одеться стоило некоторого усилия, но чем больше он двигался, тем легче ему становилось. Времени на все про все нужно было немного, но, казалось, прошла целая вечность, пока он смог напялить на себя последнюю тряпку. Чтобы обуться пришлось все же сесть на стул, и подняться сразу же не получилось. Остин откинулся на спинку, переводя сбившееся дыхание и ожидая, пока перестанет бухать кровь в голове. Внимание привлек стол, на который попадало немного света. Чашку с чаем они так и не убрали, оставив на столе. В горле сразу вспыхнуло ужасное ощущение сухости, Остин с трудом сглотнул вязкую слюну. Страшно хотелось пить, но он просто не рискнул прикоснуться к чашке, помня свое странное состояние. Отвернувшись, Остин поднялся и тихо пошел к двери. Приоткрыв щелку пошире, он выглянул в коридор, где горел тусклый светильник. В квартире было тихо и нигде больше света не наблюдалось, так что Остин тихонько просочился в коридор и на цыпочках дошел до входной двери. Ключ был вставлен в замок, позволяя выйти в любой момент. Не веря своей удаче, Остин ухватился за округлую часть ключа, поворачивая его с тихим щелчком. Нажав на ручку двери, Остина посетило странное ощущение: нереальности происходящего. Почему Остин обернулся, он и сам не понял. Хотел проверить, что не разбудил шумом хозяев. И вздрогнул, увидев стоявшего в проеме другой комнаты молодого парня. Тот смотрел прямо на Остина и тени придавали его лицу вид какой-то темной восковой маски. Красивой, но отпугивающей. Остин замер на долгое мгновенье, волосы на затылке встали дыбом. Он высочил в коридор, едва не упав, и сразу же припустил по лестнице, хватаясь за перила и вскидывая голову в пролетах, чтобы убедиться, что за ним никто не бежит. Он был почти в самом низу, когда запрокинул голову и увидел, как за ним наблюдает сверху тот парень. Из парадной подъезда Остин буквально вывалился, с трудом удержав равновесие. Бежать было тяжело, ноги налились свинцом, грозя подкоситься в любой момент. Сердце бухало в груди так, что едва ребра не проломило, до боли сжимаясь, качая кровь, которую из него еще не успели выкачать. Голова раскалывалась, было откровенно плохо. Он выбежал к набережной, по которой вчера они с мужчиной шли от метро. Нужно было поторопиться и нырнуть в спасительное нутро станций, где наверняка уже столпились люди, которые с утра пораньше ехали до работы. Далековато же они ушли, бежать всю дорогу у Остина не хватило бы сил, даже чувствуй он себя полностью нормально. Он замедлил бег, выдыхая облако пара, устало остановился, наклонившись и обхватив колени ладонями, тяжело дыша и стараясь выровнять дыхание. Даже затянутое серыми тучами небо все равно било по глазам. Остин обернулся, опасаясь, что та парочка вдруг решит последовать за ним. На его счастье, улица была пустынной в это раннее время суток. Облегченно переведя дух, Остин уже хотел продолжить свой путь, когда обернулся и замер на месте, как вкопанный. -А ты неплохо бегаешь, - заметил Остину парень, спокойно подпирая ограждение у воды. Оторвался от перил, неспешно подошел к человеку. - Прогуляемся? Остин молча его разглядывал, дрожа от слабости и холода. В груди все обрывалось. Он не мог вымолвить ни слова, часто моргая из-за влаги, витающей вдоль канала, оседающей на ресницах. -Ты ведь домой собрался? Провожу тебя до станции, раз уж ты себя настолько хорошо чувствуешь, чтобы бегать. Домой доедешь. Хотя поспать еще тебе бы не повредило. Парень расслабленно остановился перед ним, молча разглядывая с непоколебимым спокойствием на лице. Остин молчал и не шевелился, просто смотрел на парня. Высокий, выше него на полголовы, с узкими чертами лица, короткой стрижкой. В противоположность от своего партнера, который привел Остина на ту квартиру, парень был одет довольно по-молодежному, с цветастой кофтой под джинсовой ветровкой, и выглядел, наверное, даже моложе самого Остина. Но он вызывал какой-то подсознательный страх, от него хотелось убраться как можно дальше, желательно, не поворачиваясь при этом к нему спиной. Никогда раньше другой парень не внушал ему такого чувства. -Расслабься, Остин, я тебя просто до метро провожу, - закатил глаза парень. -Откуда ты знаешь, как меня зовут? -Оттуда же, откуда и все остальное, - парень протянул руку, собираясь коснуться шеи Остина, но тот увернулся. – Ой-ой, какие мы недотроги. А Витору ты и не такое позволял делать. Остин промолчал, догадываясь, что это имя того мужчины. Комментировать же свое поведение в их квартире он по-прежнему не хотел. -Ладно тебе. Я бы тебя вообще до дома подбросил. Только Витор запретил тебя на байк сажать. -А тебе не пора возвращаться? – проигнорировал его замечание Остин. – Светает. Парень неприкрыто улыбнулся на такой явный намек, и даже не попытался сделать вид, что не понимает о чемречь. -Неплохая попытка. Не стану разубеждать тебя раньше времени, - сунув руки в карманы, парень отступил на пару шагов. – В конце концов, у нас еще куча времени впереди. Парень отвернулся и, перейдя пустую дорогу, просто оставил Остина, как тот и хотел. Остин стоял на месте, всматриваясь вслед ушедшему парню, пока очередной порыв ветра не пробрал холодом и сыростью до костей. К тому времени парня давно не было видно, и Остин решительно зашагал к метро. Нужно было добраться домой. А потом добраться до Майкла, чтобы устроить взбучку безответственному другу, из-за которого он влип в эту ситуацию.