Тепло

Вывести из равновесия и без того слабое взаимопонимание между игроками проще простого: достаточно забрать у них половину одеял с кроватями и понизить температуру в комнате, и вот вновь ссоры и конфликты на потеху випам! Четыреста пятьдесят шестой обнимает себя за плечи, пытаясь хоть как-то согреться. Он чувствует, как коченеют его руки, пальцы болят, а все тело покрывается мурашками, отчего кожа наверняка сейчас напоминает гусиную. «Плед бы кто дал хотя бы», — проносится в голове мужчины, отчего тот грустно хмыкает, стараясь поудобнее устроиться на таком же холодном полу, как вдруг кто-то подсаживается рядом с ним — это Ин Хо. — Ч-что тоже одеяла и кровати не досталось? — грустно улыбаясь, спрашивает тот. Его голос слегка дрожит, да и сам он выглядит неважно. Как бы не заболел бедолага. — Да, тоже не повезло, — Сон Ки Хун складывает руки на груди, всматриваясь в чужое, за короткое время игр начинающее ему даже нравиться, приятное лицо. — Да уж, мы прямо друзья по невезению! — смеётся мужчина, а после неожиданно смущённо отводит взгляд куда-то в сторону, о чем-то задумавшись. Сон Ки Хуну кажется, что рядом стоящий слегка краснеет, но он списывет все на то, что ему просто мерещится из-за плохо освещенной комнаты. Он тихо спрашивает: — Что-то случилось? — А, да, конечно! — мужчина изо всех сил старается изобразить неловкость и нервозность, отчего, поджимая нижнюю губу, предлагает: — А может… поспим в обнимку? Не пойми меня неправильно! Просто я слышал на уроках биологии в школе, что трение вызывает тепло… ой то, есть близкий контакт! — мужчина наиграно путает слова, заикается, но вот отчего-то чувствует, как его щеки и в самом деле начинают слегка гореть. Сон Ки Хун всматривается в чужое лицо внимательно, после чего на лице появляется слабая улыбка. Он отодвигается немного, давая мужчине место. Хван Ин Хо радостно улыбается, садится на это самое место, чувствуя при этом как копчик и ягодицы неприятно мерзнут, да и сидеть на твердом некомфортно. — Ну, доброй ночи? — слегка неловко спрашивает Сон Ки Хун, укладываясь на бок и ложа руку под голову. Почувствовав как неожиданно теплая чужая рука ложится ему на талию, он вздрагивает, но не сопротивляется, ведь так теплее.

***

Сон Ки Хун старается уснуть, он плотно сжимает глаза, но становится только хуже, ведь все остальные чувства обостряются и он прекрасно ощущает теплое дыхание на своей шее, которое будто бы обжигает, заставляя кожу снова покрываться мурашками, но уже по другой причине. Он чувствует как чужие руки обнимают его, всё крепче прижимая к себе. Ему даже на пару мгновений показалось, что рука спустилась ниже пресса, но эта иллюзия исчезла так же быстро, как и появилась. Но это были всего лишь цветочки, а вот тепло чужого тела окончательно добивало мужчину. Чувство, как что-то теплое прижимается к нему и притягивает к себя поближе, цепляет за одежду слегка отросшими ногтями, сводит с ума не хуже слабого наркотика. Ки Хун мысленно отмечает, как же сильно он отвык от банальных прикосновений, ведь после окончательного обрыва связи с женой он так ни разу и не был ни с кем. Какого-то черта он хранил верность бывшей супруге, это было так странно, глупо, но почему-то совсем не хотелось, да и не до того было. А теперь ощущать что-то подобное, причем к своему же товарищу по несчастью, казалось таким странным, таким неправильным, но таким желанным? Это кружило голову, сводило с ума, от этого хотелось облить себя холодной водой, лишь бы не ощущать такие странные эмоции. Но игроку четыреста пятьдесят шесть оставалось лишь смириться, давая судьбе вновь управлять им, словно игрушкой. Ровно до того момента, как он осознает, что его член начинает твердеть — это пугает не хуже сломанной сахарной соты. Ощущение того, как орган трется о грубую ткань трусов и штанов, как холодный пол, который сначала слегка отрезвлял, теперь отчего-то усиливает это нескромное желание, как тело умоляет проявить к себе внимание за годы одной лишь мастурбации, в лучшем случае в каком-то затрепаном отеле, на грязном матрасе, в окружении тараканов. В худшем — в общественном туалете, над грязным унитазом, который по ощущениям не чистили с самого открытия. Что же делал первый номер? А он и не спал вовсе, лишь делал вид, что давно окунулся в приятные сны Морфея, а сам даже с закрытыми глазами упивался реакцией тела мужчины на его прикосновения, дыхание, тепло, получая в разы больше, чем рассчитывал получить. Ощущая как же быстро бъется сердце мужчины, то, как по его шее медленно стекают капельки холодного пота, то, как он весь дрожит то ли от холода, то ли от невыносимости ощущений. Ин Хо наслаждается тем, как его невидимая власть над мужчиной становится всё сильнее и сильнее, потому решает пойти на рискованный шаг. Он резко качнулся бедрами вперёд, как будто просто дернулся во сне — реакция в виде тихого приглушенного стона не заставила себя долго ждать. Адреналин и желание переполняет обоих, медленно сводя с ума, а ограничение в виде того, что рядом с ними лежат посторонние, которые могут застукать, лишь подстегивает азарт. Всё это напоминало одну из смертельных игр. Хван Ин Хо, понимая свою безнаказаность, аккуратно спускает руку ниже, проводя ладонью по впалому животу мужчины. Сон Ки Хун же старается убедить свой слетевший с катушек разум, что ему это все просто кажется, что ничего на самом деле не происходит, просто его «сосед» дергается во сне, вот и всё. Но телу плевать, оно жадно желает вновь ощутить прикосновения теплых чужих рук, потому двигается навстречу, в конечном итоге получая его. А после двух-трех секунд ощущения тепла сзади и руки на животе неожиданно становится достаточно. Сон Ки Хун сначала не понимает что произошло. Внезапно чувство экстаза застигает его врасплох, пока оно в конечном итоге не заканчивается, давая ощутить неприятный холод и липкость в нижнем белье. Мужчина тихо ахает от стыда, его щеки заливаются предательским румянцем, который правда не был никому виден, если не считать уже даже не скрывающего улыбку Хван Ин Хо.