Кровавый завет

***

Лилит и Люцифер направились обратно в свою спальню. В целях экономии, приходилось делать все своими ручками – расчесывать волосы, переодеваться, заниматься прочими мелочами, которые в Аду решались одним взмахом ладони или даже мыслью. И эта рутина, сколь бы нелепой она ни казалась для столь могущественных существ, добавляла особый шарм в их совместное пребывание. Лилит устроилась перед небольшим зеркалом, её взгляд скользил по отражению, такому же привычному и одновременно изменившемуся за время её отсутствия. Она медленно, наслаждаясь каждым движением, расчесывала свои длинные светлые волосы. Золотистая грива струилась сквозь пальцы, мягко спутываясь и распутываясь под мерный скрип щетки. Это было почти медитативно, позволяя ей собраться с мыслями после эмоционального утра. Рядом, в удобном кресле, Люцифер распластался на диване. В его руке был телефон – на удивление обычный, золотого цвета, со змеями и яблоками, все по канону. Он что-то усердно тыкал в экран, его брови хмурились, уголки рта опускались все ниже, а из груди то и дело вырывались нетерпеливые вздохи. Было очевидно, что он не просто проверял погоду. — Ну как? — спросила Лилит, не отрываясь от расчёсывания, но бросив на него внимательный взгляд через плечо. В её голосе звучало лёгкое, но вполне определённое любопытство. Она знала, что его рабочие сообщения – это всегда отдельная песня, и обычно не слишком весёлая. Люцифер издал звук, напоминающий смесь стона и рычания, прежде чем наконец оторваться от экрана. — Уф, пиздец, — прохрипел он, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза тыльной стороной ладони, словно пытаясь защититься от невыносимого потока информации. — У всех проблемы, и все жалуются мне. И это я им ещё не писал, что ты вернулась, Лилит! — Он открыл глаза, и в них плескалась обречённость. — Представляю, что будет. Это только шесть Грехов, а ещё дохуя гоэтии, которые без конца делят свои жалкие владения и устраивают бесконечные склоки. Просто какой-то гребаный детский сад, только с рогами и копытами! — Его голос перешел в почти жалобный скулеж. — Как будто у меня нет своих забот! Он снова уронил голову на руку, всем своим видом демонстрируя нестерпимую усталость от бесконечных дрязг и обязанностей, лежащих на его плечах. Он был Королем Ада, но в этот момент выглядел как многодетный отец, который пытается справиться со всеми проблемами своих отпрысков одновременно. — ВХАХАХАХХАХ! — Я уже и забыла, какие они… доведенные до абсурда. — Ей было искренне смешно видеть Люцифера таким – королем, который готов прогрызть собственную перчатку от досады на своих же подчиненных. Я отложила расческу обратно на туалетный столик, её зубья мягко стукнули о полированную поверхность. Теперь, когда волосы были уложены, а лицо освежено, я чувствовала себя куда лучше. Пора было снова окунуться в мир. — Всё, я поехала.— объявила девушка, поднимаясь она чмокнула в щечку мужа и направляясь к флакону с любимым парфюмом, чей аромат был такой же сложный и притягательный, как и она сама. Люцифер, который уже готов был прогрызть свою перчатку, поднял взгляд. Его хмурые брови всё ещё были на месте, но он все же кивнул. — Хорошо, милая, — пробормотал он, его голос был глухим от продолжающейся ментальной борьбы с виртуальными жалобами подчиненных. Он явно был где-то далеко, погруженный в бесконечную бюрократию Ада. Казалось, он едва ли слышал мои слова, но доверял мне абсолютно, даже если его мир сейчас состоял из цифрового потока проблем.

***

Лилит вышла из их покоев, и гулкий стук её каблуков эхом разнёсся по бесконечным коридорам. Зеркальный блеск мраморного пола отражал тусклый свет, и каждый шаг казался нелепо долгим. «Бля, и зачем нам так много пустых комнат, да, хуево без магии,»— пронеслось у неё в голове. Раньше этот путь занимал мгновение, стоило лишь подумать – и ты уже там. Теперь же приходилось мерять метры собственными ногами, и каждый изгиб коридора, каждый витиеватый узор на стенах, казался дольше, чем нужно. Внутренний мир дворца уже вовсю гудел от новостей. Возвращение Королевы Ада из многолетнего отсутствия было событием, о котором шептались в каждом уголке, от самых пыльных подвалов до самых высоких башен. Все хотели увидеть Госпожу лично, понять, какая она теперь, после столь долгого затишья. Демоны-прислужники, низшие аристократы , осмелившиеся задержаться во дворце, вытягивали шеи, бросая украдкой взгляды. Она двигалась с присущей ей грацией, каждый шаг был наполнен царственным достоинством. Одетая в струящееся красное шелковое платье, которое облегало её фигуру, подчёркивая каждый изгиб, она выглядела воплощением опасной красоты. Поверх платья на её плечах лежала белоснежная шубка. По пути Лилит едва заметно кивала прислуге, которая, едва завидев её приближение, дружно содрогалась, почтительно склоняя головы или опуская глаза. Их движения были нервными, а шепот быстро стихал, оставляя после себя лишь легкое шуршание. Кто-то из них, возможно, помнил её ещё до исчезновения, кто-то слышал лишь легенды. Но одно было ясно: даже без своей полной магической силы Лилит источала ауру такой власти и непредсказуемости, что само её присутствие заставляло Ад вздрагивать.

***

*Пик пик*. Раздался лёгкий механический звук, и двери ярко-красного кабриолета, бесшумно распахнулись. Лилит, с лёгкой, но хищной улыбкой на губах, грациозно скользнула на водительское сиденье. На самом деле, она обожала гонять на разных пиздатых тачках. Скорость, рёв мотора, ветер в волосах – это было одно из тех редких земных удовольствий, что она действительно ценила. Обычно её расписание было забито до предела, много работы оставляло мало времени для такого рода баловства. Но теперь… теперь у неё появилось время. И это было просто превосходно. Её пальцы привычно легли на руль, ощущая гладкую поверхность. В глазах зажегся азартный огонек. Пришло время немного отдохнуть, и что может быть лучше, чем промчаться по дорогам Ада, ощущая под собой мощь сотен лошадиных сил. «Покажу кто тут батя на дороге, сучки,» — пронеслось в её голове, когда она включила зажигание. Красный кабриолет стремительно скользил по дорогам Ада, оставляя за собой лишь легкий шлейф аромата выхлопных газов и едва уловимую ауру чего-то величественного. Но вместо того, чтобы сразу направиться к отелю Чарли, Лилит резко свернула на одну из улочек, и притормозила у фасада, который не блистал вычурной адской архитектурой, а наоборот – был выполнен в элегантном, почти классическом стиле, напоминающем лучшие кондитерские Парижа. Это была её любимая кондитерская, место, куда она наведывалась даже будучи очень занятой. Чтобы не привлекать лишнего внимания – хоть её и так мало кто ожидал здесь увидеть – она накинула на себя широкополую шляпку, едва прикрывающую глаза, и легким движением бросила взгляд на свое отражение в боковом зеркале. Идеально. Кондитерская была местом для элиты, и постоянные посетители – преимущественно демоны высшего круга и Гоэтия, которых не смущала высокая цена и необычайно изысканные вкусы – были слишком погружены в свои светские беседы и наслаждение деликатесами, чтобы обратить внимание на очередную даму в шляпке. Никто даже не пикнул, когда Лилит, сохраняя идеальную осанку, вошла внутрь. Воздух внутри был наполнен невероятно аппетитным, почти божественным ароматом свежей выпечки, шоколада и ванили, что было редкой роскошью в Аду, где преобладали запахи серы и горечи. Она подошла к прилавку, где за стеклом покоились произведения кондитерского искусства, и улыбнулась сквозь полутень шляпки, заметив знакомое лицо за прилавком. Через пару минут она уже вышла обратно к кабриолету, держа в руках аккуратный пакетик. Внутри лежали её любимые лакомства: несколько воздушных круассанов с сочной клубничной начинкой, и изысканный десерт, который был идеальным адским аналогом тирамису – с насыщенным кофейным вкусом и легким сливочным кремом. В отеле, как обычно, царило оживленное движение, хотя и не без привычной для этого заведения доли хаоса. Удобно развалившись на диванах, Черри Бомб и Энжел Даст оживленно переговаривались, жестикулируя, пока Вэгги, скрестив руки на груди, и Чарли, внимательно слушая, иногда посмеивались над их историями. Хаск, как всегда, угрюмо потягивал что-то крепкое за барной стойкой, а Аластор, небрежно прислонившись к стене, тихо напевал себе под нос, иногда бросая едкие реплики в общий разговор. — Ха-ха! Но это не сравнится с тем, как я могла отпиздить ту сучку Тиффани, НО, не стала этого делать, и сказала ей извиниться передо мной. — Черри энергично тряхнула головой, ее глаз горел озорным огнем. — Мне кажется, я уже искупляюсь, ахах! — Воу, — протянула Вэгги, прищурившись, — мне кажется, или я вижу у тебя нимб над головой? Ты прямо сама доброта! — сарказм, но уголки губ дернулись в смешке. — Ой, ну хватит уже! — Чарли засмеялась, прикрывая рот ладонью. Она как раз собиралась что-то добавить, когда её телефон завибрировал. Взглянув на экран, она тут же посерьезнела. — Мама написала… надеюсь, у них всё хорошо. — Что?! — хором воскликнули Черри и Энжел, синхронно повернувшись к Чарли, словно по команде. Чарли нервно потеребила край своего платья. — Ой, я совсем забыла вам сказать… Пока вас не было, вчера… мама пришла. И папа тоже. Они теперь вместе. Глаза Энжела округлились. — Ахуеть, и ты нам не рассказывала?! — Вы не забыли, как мы вчера Энжела утешали?! — добавила Вэгги, указывая на паука, который тут же сделал невинное лицо, но все еще выглядел слегка помятым. Чарли, проигнорировав их возгласы, уже открыла сообщение. Она быстро пробежалась по строчкам, и её глаза широко распахнулись. *Милая, скоро буду. Я одна.* — МАМА СКОРО ПРИЕДЕТ! — воскликнула Чарли, её голос сорвался на восторженный визг. — А разве она не может телепортироваться или типа того? — спросил Энджел, глядя на Чарли с некоторым недоумением. — Да не знаю я, Энджел! — Чарли всплеснула руками, на её лице отражалась смесь волнения и паники. — Мы уже посмотрели на главного хуя, интересно, какая главная пизд… — не успел договорить паук, как Вэгги, молниеносно отреагировав, закрыла ему рот ладонью, бросив испепеляющий взгляд. Внезапно в тишине, нарушаемой лишь бормотанием Энжела и хмурыми взглядами Вэгги, раздался отчетливый, размеренный стук в главную дверь. *Тук тук*. Все замерли. Разговор оборвался. Черри и Энжел вытаращили глаза, Хаск поднял голову от своего стакана, а Аластор, обычно невозмутимый, чуть заметно повернул голову в сторону двери, его улыбка стала еще шире, но взгляд был острым и оценивающим. — Это она? — прошептала Черри, ее голос был напряженным. Чарли, несмотря на легкую нервозность, светилась от предвкушения. — Да! — ответила она, уже устремляясь к двери с решительным шагом. Она повернулась к замершим друзьям, сияя. — Охохо! Теперь вы будете знакомы со всей моей семьёй! — в её голосе звучали неприкрытая гордость и волнение. Даже Хаск и Аластор, которые обычно игнорировали любые семейные драмы, особенно королевские, проявили нескрываемый интерес. Хаск, опершись локтями о стойку, внимательно наблюдал за дверью, а в глазах Аластора загорелся любопытный огонёк. Радио-демон, известный своей любовью к чужим страданиям и неординарным ситуациям, явно предвкушал зрелище. Появление Королевы Ада, супруги Люцифера и матери Чарли, обещало быть чем угодно, но только не скучным.