надеюсь, у тебя нет аллергии на клубнику

Артём пулей вылетает из неизвестного кабинета и пытается пробраться через толпу подростков, зависающих все перемены в коридоре. Щурясь, оглядывается в поисках своего класса, но сталкивается взглядом с каким-то кудрявым шатеном, направляющимся в его сторону. - Эй, ты новенький вроде, не потерялся? - спрашивает парень. - Да, новенький. Заплутал слегка. - пожал плечами Артём. - Ну я если что одноклассник твой, прост тебя походу забыли представить классу. Наша классная говорила, что к нам кто-то новый придëт. Пошли за мной, наш класс прямо по коридору. - сказал Юра и взял Шатохина за запястье. - Да это я опоздал просто, залетел в какой-то рандомный кабинет, отсидел урок. Ну похуй, зато урок прогулял. - непринуждённо улыбнулся шатен, оголяя зубы. Шли они недолго, минуту в полной тишине. - Ну мы пришли. Сядь куда хочешь, Мара придёт - представит тебя. - похлопав по плечу, сказал Юра и прошёл в класс к друзьям. Артём, почесав затылок, прошёл в конец и сел за последнюю парту. Оглядев класс, он сделал вывод, что в принципе сдружиться тут можно со многими, но больше всего ему импонировал Юра. Услышав цоканье каблуков, парень увидел женщину, вошедшую в кабинет. - Артём Шатохин! Ко мне подойди. - грозно крикнула Марина Александровна, топнув ногой. Артём вскочил со стула и подошёл к женщине: - Марина Александровна, простите меня пожалуйста. Я опоздал, поэтому был растерян и зашёл не в тот кабинет. - с наигранным отчаянием во взгляде, произнёс парень. - Ладно, верю. Но впредь чтобы больше никаких опозданий! - женщина положила на стол тетради. - Класс, внимание! У вас новенький, знакомьтесь. - классная руководительница положила руку на плечо шатена. - Я Артём Шатохин. Приехал из Уфы. Надеюсь, подружимся. - сказал голубоглазый, подняв взгляд на класс. Пройдя на своё место, к нему подсел тот кудрявый парень из коридора: - Я Юра Авангард, - протянул ладонь. - ты прикольный чел. Я б хотел с тобой общаться. - Я только за, - пожал руку в ответ, - кстати, а Авангард это реальная фамка, или кликуха прост? - с интересом спросил Артём. - Ну это тип прозвище моё. Настоящая фамилия Сëмин. Я музыкой заниматься недавно начал, мой псевдоним «Вышел покурить» - слегка улыбнувшись, поделился парень. - О, прикольно. А как тебе такое название на ум пришло? - Да с кентами на хате были, потом я вышел покурить на лестничную клетку, вот мне и пришла в голову идея так назваться. А ты сам чем увлекаешься? - Тоже музыкой. В прошлой школе меня называли «Депо», а так мой полный псевдоним «Бульвар Депо». Продолжительное время мы семьёй жили на бульваре Хадии Давлетшиной, рядом с уфимским депо. Это и вдохновило меня на такое название. - Вообще супер. Я в ахуе, как у нас в школе много музыкантов развелось. - задумался Юра, ложась щекой на ладонь. - Да не переживай, музыкантов может быть много, но тех, кого действительно будут слушать люди, единицы. - попытался подбодрить товарища Артём. - Да, там чел с параллели уже такие тексты пишет, да и фанаток у него целая наша школа. - вздыхая, ответил Сëмин. - А че за чел? Покажешь на перемене? - с неподдельным интересом спросил Кулик. - Глеб Голубин. Покажу, конечно. - парень поднялся с места, направившись к своей парте. Как только прозвенел звонок, все сели по местам, переключая своë внимание на учителя, а если быть точнее, в телефон или окно. Урок проходил долго и нудно, поэтому Артём, пинавший под партой чей-то портфель, чуть не заснул, опустив голову на согнутые руки. Услышав звонок на перемену, голубоглазый вскочил с места, схватил Юру за рукав дорогого худи и вывел в коридор: - Я пиздецки курить хочу. Покажи мне пожалуйста, где тут у вас туалет. - жалобно проскулил Шатохин. - Да вообще без проблем. Идём, отведу. - кудрявый пожал плечами, жестом показывая идти за ним. Юра уверенно пошёл прямо, пока Артём еле успевал за ним. Открыв дверь, Юра застал обыденную картину - на подоконнике сидел сам Глеб Голубин, а с обеих сторон от него две девочки модельной внешности в коротких юбках. - Вот, это и есть Глеб Голубин, у которого музыка классная. Его псевдоним «Фараон», ты, наверное, слышал о таком. - стоя в проходе, сказал Сëмин на ухо шатену. - Не, не слышал. - парень с безразличием посмотрел на объект, сидящий на подоконнике. Парни прошли к кабинкам. Артём, облокотившись на одну из них, достал пачку сиг, взяв одну себе, а другую протянув Юре. Затянувшись, Шатохин расслабленно наблюдал за звездой школы. Внезапно Глеб спрыгнул с хлипкого подоконника и, намеренно задев плечо шатена, подошёл к Юре: - Слышь, Сëмин, а это че за пятиклассник? - с усмешкой посмотрел на шатена сверху вниз Голубин. - Ты че, самый выëбистый? Я как и ты, в 9. - с силой оттолкнул парень светловолосого от Юры. Юра, потрепав острое плечо Артёма, прошептал тихое "не надо". - Да ты у нас борзая малышечка оказывается. - Глеб подошёл вблизь и, нагнувшись, усмехнулся и посмотрел в голубые очи. Артём передал сигарету Юре и со всей силы вмазал кулаком Голубину в челюсть: - Слишком много на себя берёшь, звезда. За языком своим следи. - сплюнув на пол, Шатохин вышел из туалета, дожидаясь кудрявого в коридоре. - Мы с тобой ещё пообщаемся, сука... - откинув блондинистые волосы назад, он сплюнул кровь на грязную кафельную плитку.

***

Спустя 3 месяца учёбы, Артём завёл себе много знакомых в этой школе. Именно друзей было мало, наверное только Юру он считал близким другом. Но ему тут и вправду нравилось: вписки были еженедельно, в каждую пятницу до конца выходных они всей школой зависали у одиннадцатиклассников на съëмной хате. Много выпивки, травы, сигарет, людей, веселья - это нравилось Артёму. Эти вещи действительно помогали отвлечься от реальности, которая твердила: скоро экзамены, спустись с небес на землю, зай. Но школьникам было отнюдь не до экзаменов, когда шлюха трясла задом на барной стойке под визги малолеток, когда в тесном туалете делили один косяк на всех, когда утром воскресенья бежали домой с лютым перегаром, надеясь успеть до пробуждения родителей. Артём почти никогда не закусывал, только жевал мятные жвачки, поэтому его вставляло раньше всех и больше всех. С ним весело, когда после очередной бутылки тот творит херню, когда смешно матерится после жжения в носу, когда зарывается тонкими пальцами в кудри Юры, пытаясь их распутать после очередной пьянки. Естественно Глеб тоже присутствовал на всех этих тусовках, но ни с Юрой, ни с ребятами из параллели он не общался, потому что все они общались с этим Депо, даже друзья Голубина так и искали момент, чтобы пообщаться с уфимским урлой. Это очень бесило Голубина. Тот очень ревновал. Фараон даже слегка завидовал общительному Артёму, который мог поддержать диалог с каждым, но никто об этом не узнает. На вписках Глеб обычно сидел в окружении красивых лали, так и прижимая каждую ближе к себе, чтобы показать, кому они принадлежат. Украдкой наблюдал за улыбчивым Депо, катающимся на шее какого-то высокого амбала-одиннадцатиклассника. Сжав зубы, он вцепился ногтями в нежную кожу какой-то девушки справа от него, от чего та зашипела, и, оперевшись на её ляжки, встал и направился на балкон. Достав из кармана блант, он присел на какой-то стул и принялся крутить его. Поднеся другой конец бланта ко рту и вдохнув, Глеб блаженно расслабился, пропуская траву внутрь. Просидев на балконе ещё полчаса, ему стало скучно и он решил направиться домой, всё-таки завтра в школу, а очень укуренным придти не хотелось. Схватив с полки шарф и накинув куртку, парень обулся и вылетел из подъезда.

***

В школу Артёму идти не хотелось от слова совсем, но мать с пинками гнала, говоря что сын в новой школе совсем нéучем и лентяем стал. Головой Артём понимал, что мать права, но думать об этом не хотелось. Хотелось курить и лежать на скамейке в раздевалке, поэтому Шатохин со всех ног побежал в школу, вспоминая что первым физкультура, а до урока 10 минут, из которых 5 надо только на то, чтобы переодеться. Забежав в раздевалку, он быстро пожал руку уже переодетому другу и принялся переодеваться сам. Сняв мешковатый худак на размера 3 больше его самого и джинсы, парень застал удивлённый взгляд друга: - Тëм, у тебя всё в порядке? Я раньше не замечал, что ты настолько худой. Да и ты бледный какой-то, уверен что сможешь заниматься? - с волнением спросил Авангард. - Юр, брось. Всё в порядке у меня. Прост я спешил на физру, может стрессанул, хз. - пожал плечами парень, накидывая большую чёрную футболку и широкие серые джоггеры. - Ладно, поверю. Пойдём, а то Михалыч щас орать будет, мы ж сегодня с параллелью играем в пионербол. - О нет. Сейчас опять Всевышний Глеб Геннадьевич Голубин будет в гневе от нашей победы. - с наигранной грустью выпалил Шатохин, а потом рассмеялся. Авангард усмехнулся, а потом сказал: - Ты аккуратней реально будь, а то кенты его сегодня не узнают, говорят не в духе он, агрится на каждое слово. Артём только закатил глаза и забежал в спортзал, незаметно вставая на свою позицию - главное чтобы Андрей Михалыч не заметил, что они опоздали на 10 минут. Подавая мяч, Депо забил гол. Следующим подавал Ракитин, который в этом вообще бог. На изи забив, Егор ухмыльнулся радостным визгам девочек со скамьи. Потом подавал Юра, но тот часто кидал слишком далеко, поэтому аут. Мстить своей команде вызвался Голубин. Он прицеливался в ту сторону, где стоял Слава Машнов, но это было лишь для того, чтобы отвлечь внимание. На самом деле, он со всей силы бросил мяч прямо в Депо, и тот, неудержавшись на ногах, рухнул на пол, потеряв сознание от сильного удара мячом по голове. Какая-то девчонка первая подбежала к Артёму, пытаясь привести его в сознание, но бесполезно. Сëмин побежал в коморку к физруку, но тот закрыл её изнутри и любезничал с какой-то дамой, не слышав крики подростков. Пока все носились по спортзалу в непонимании что делать, Голубин подбежал к лежащему на полу парню и с лëгкостью поднял его на руки, направляясь к медсестре. Тот был слишком лёгкий, намного легче чем девушки, которых Глеб носил на руках. Смотря на его бледное болезненное лицо, ему стало стыдно за свой поступок. Он невысокий, ниже Голубина на сантиметров 15, хрупкий, но всегда стоящий на своём, со стальным характером, не заслужил сейчас без сознания лежать на кушетке в кабинете медсестры, которая подносит нашатырь к его носу и бьёт по щекам, пытаясь привести в сознание. Ну не заслужил мальчишка такого. Глебу даже захотелось извиниться перед ним. Спустя 5 минут Артём всё-таки очнулся, медленно открывая глаза: - Я где? - сиплым голосом спросил парень, - И че ты тут делаешь? - обратился он, видимо, к Глебу. - Ну, я в тебя мячом попал, прям в голову короче, ты отключился. Все испугались, я тебя до медсестры донëс. - на одном дыхании, пытаясь говорить с безразличием, произнёс Глеб. - А ты испугался? - Что? - Ты испугался за меня? - повторно по слогам спросил шатен. - Да, - без раздумий ответил Голубин, - прости меня. - уже сбавив тон голоса, дополнил парень. - Прощаю, всё в порядке. - слегка похлопав по плечу Глеба, Артём попытался встать, но моментально рухнул обратно, в этот же момент зашла медсестра: - Ишь какой, ты куда собрался? - женщина всунула парню в руки шоколад. - Давай ешь, сахар будем тебе поднимать. Вообще хлипенький, не понимаю, куда родители смотрят! - Ирина Васильевна, я... не хочу сейчас. Мне плохо, меня тогда вырвет. - Господи, Глеб, бери своего дружка под руки и веди домой, он тут до конца дня не доживёт, упрямец эдакий! - она стукнула папкой по столу. - Сходила в столовую, шоколад за свои деньги ему купила, чтобы не отключился, а он заелся, уже и шоколад ему не нужен! Глеб аккуратно взял за локоть Шатохина, выводя из кабинета крикливой медсестры. - Тëм, ты реально прости меня. Я не должен был всё это начинать. Ты неплохой чел, просто когда все мои знакомые стали уделять тебе больше внимания, из-за зависти и ревности мне хотелось тебя как-то задеть. - Голубин буквально наступил на свою гордость, произнеся эту почти правдивую фразу, но на душе стало определëнно легче. - Глеб, я тебя простил. Раз у нас тут откровения, то в первый же день, как я пришёл в эту школу, и Юра рассказал мне про твою репутацию в этой школе, о твоём таланте в музыке, я тоже позавидовал. - Артём тяжело вздохнул, закидывая в рот клубничную жвачку и поднося пачку к ладони Глеба, из которой тот взял одну. - Ну вот видишь, как у нас всё взаимно. - усмехнулся Глеб. - Зависть действительно превращает людей во что-то дикое. - Это точно.

***

Юра, увидев издалека идущих в обнимку Глеба и Артёма, знатно прихуел, подбегая к ним: - Объяснитесь? - с глазами по пять копеек, спросил Авангард. - Юр, Глеб извинился передо мной за всё, мы помирились. Теперь будем все вместе общаться. - с лёгкой улыбкой поделился Артём. - Ну я в шоке. Поздравляю, парни. - Юра приобнял обоих за плечи. - Тëм, ты в норме вообще? Тебя домой медсестра не отправила? - потрепав голубоглазого по голове, уточнил парень. - Отправила она его домой, я его провожу, не ссы. Заодно и сам домой пойду, а то чет мне выпить охото. - ответил Голубин, слегка улыбаясь. - Не сомневался в тебе, Глебка. Всегда найдешь повод выпить. - Сëмин цокнул. - Ладно, я пошёл на физику, а то Романыч мне за опоздания уже въебать готов. - Давай Юр, живи. - Артём приобнял друга одной рукой, а Глеб пожал тому руку, кивая с закрытыми глазами, мол «удачи». Выйдя из школы, Шатохин вспомнил, что забыл переобуться и переодеться: - Бля, я переодеться забыл. - шатен ударил себя по лбу. - Ну пошли назад, я подожду. Зайдя обратно в школу, Артём понëсся в раздевалку так быстро, что светловолосый еле успевал за ним. Быстро скинув куртку, футболку и штаны, Шатохин надел худи и джинсы, мигом переобуваясь в зимние кроссовки. Зашнуровав обувь и обратно накинув куртку, он прихватил Фараона под руку и направился к выходу. Выйдя из здания, Глеб всё-таки решился на вопрос, который почему-то его терзает: - Тëм, извини за нескромный вопрос, если не хочешь - можешь не отвечать на него, но... Ты чем-то болеешь? - посмотрел в глаза собеседника Голубин. - Ничем я не болею. Просто комплекс у меня насчёт роста, думаю, это итак понятно. - он смотрел под ноги, не намериваясь поднять взгяд. - Я ни разу не видел тебя в столовой за 3 месяца учёбы. Как ты выживаешь, питаясь жвачками этими? - Ну вот так, привык. В прошлой школе меня травили за щëки. Ну, это была детская припухлость, вся хуйня. Но по мне это пиздец как ударило, - усмехнулся парень, как будто говорит о чём-то смешном, - и вообще, я не люблю разговаривать на такие темы. Не люблю свою внешность, поэтому часто коверкаю лицо. Мне 16, но у меня бейби фейс и, как ты выразился в нашу первую встречу, выгляжу на 5 класс. - не зная, зачем вылил всё это на нового знакомого, Шатохин тяжело вздохнул. - Тëм, ты конченый? Я хоть и парень, но бля, могу с уверенностью сказать, что ты ахуеть красивый. Тебе идёт твой невысокий рост и бейби фейс, это твоя изюминка, всё смотрится гармонично с твоим телом. Шатохин смутился, на его впалых щеках выступил едва заметный розоватый румянец: - Спасибо? - неуверенно произнёс Артём. - Такое мне ещё не говорили. - Ну буду я говорить значит. Будем тараканов травить в твоей башке. - Это мы теперь типа друзья? - с интересом спросил шатен. - Друзья, да. - с какой-то печалью произнёс Голубин. - Глеб, ну тогда у меня к тебе тоже есть нескромный вопрос... - парень с азартом посмотрел на собеседника. - Можно к тебе? Выпьем за знакомство, - Артём переминался с ноги на ногу, явно волнуясь. - просто я домой пойти не могу щас, мама сегодня выходной, а если узнает, что мне плохо стало и опять уроки прогулял, будет выговор мне очередной. - Вообще без проблем, я только за. В компании пить всегда веселее. - светловолосый подмигнул шатену, ехидно улыбаясь.

***

Зайдя в дом к Голубину, Шатохин потерял дар речи. Трëхкомнатная квартира, с тремя телевизорами, в бежевых тонах, с различными дорогими картинами, узорчатыми вазами, два компьютера, огромный шкаф одежды, шикарная двуспальная кровать, прикроватная тумбочка, множество постеров с металл-группами, на столе куча исписанных листов. - Не обращай внимания, мой отец просто любит выделяться и показывать своё богатство. - махнул рукой Фараон, приглашая гостя присесть к нему на кровать. - Я заметил. А что за листы исписанные? - А, да так, текста для песен придумываю. В последнее время на ум ниче не приходит, они лежат на одном месте уже недели две, - Голубин взял в руки листы, передавая Шатохину. - если хочешь, можешь почитать. Артём, не отрывая удивлённых глаз от текста, всё больше вникал в смысл, прокручивая фразы в голове. - У тебя классно получается, мне нравится очень. - дочитав последний лист, парень передаёт тексты их автору. - Я слышал, что ты тоже музыкой увлекаешься... - Глеб задумчиво взглянул в окно. - Если хочешь, можешь включить свою музыку, послушаем. Артём достал из кармана джинс потрëпанный телефон, выискивая в диктофоне свои работы. Прослушав пару песен Шатохина, Глеб был удивлëн, насколько круто звучал его голос, и как много смысла в строчках. Буквально с помощью одной песни можно было узнать человека лучше. - Тëм, ну это вау. Я в восторге. Нам надо будет фитануть, - произнёс Голубин, вставая с кровати. - ща я приду. Блондин заходит в комнату с тарелкой намытой клубники, двумя стаканами и блендером. Артём, затаив дыхание, с удивлением смотрел то на клубнику, то на Глеба. Зима всё-таки, а этот где-то клубнику раздобыл. - Сегодня без алко, отец всё спрятал. - вздохнул Глеб, перекладывая ингридиенты на стол. - Будем делать клубничный фрэш. Надеюсь, у тебя нет аллергии на клубнику. Артём смотрел на Глеба с настоящими искрами в глазах. Он никогда бы не подумал, что может ощущать что-то тëплое и родное рядом с людьми. Пока Глеб настраивал блендер, Артём срезал зелёные хвостики клубники. После того, как Голубин и Шатохин справились со своими задачами, Артём засыпал клубнику в блендер, и пока ягода перемалывалась, они все испачкались в клубничном соке. Прямо как дети, пачкая грязными в сладком соке руками открытые части тела друг друга, подростки бегают по комнате. Когда голубоглазый попал в тупик, и блондин окружил его руками с обеих сторон, Глеб подошёл вблизь, поднося палец к губам шатена. Тот облизнул палец, и тогда светловолосый этим же пальцем во рту притянул губы Артёма к своим губам и, со всей нежностью, что есть в его чёрствой душе, впился в губы напротив. Шатохин ответил не сразу, не понимая что происходит, но через секунд 5 он уже изучал рот Голубина языком, оглаживая нëбо и острые клыки. Плавясь под тёплыми руками блондина на талии, шатен с трудом заглушал стоны. А Голубин тем временем под надоедливым слоем одежды очерчивал каждый изгиб парня напротив, сгорая от желания прикасаться к желанному телу, которое отвечает на ласки настойчивым поцелуем и крепко сжимает плечи напротив. Необычайно приятно тянуло внизу живота, словно змея клубилась, создавая узел. Поцелуй был со вкусом клубники, сиг и жвачек Артёма.

***

Лëжа на кровати с голыми торсами, Глеб поглаживал выпирающие рëбра Шатохина, пока тот перебирал блондинистые пряди. - Тëм. - обратился к нему Голубин, приподнимаясь на локтях. - М? - Ты мне нравишься очень. С первого дня, сука. И, если быть честным, ревновал я не своих знакомых к тебе, а тебя к ним. Мне пиздецки хотелось касаться тебя. - запыхавшийся парень уткнулся носом в шею голубоглазого. - Я знаю, Глебка, знаю. Я видел, как ты в своём взгляде с отвращением прятал чувства ко мне, видел, как тебе было сложно притворяться моим врагом, - он поглаживает мягкие волосы Голубина. - ты мне тоже, наверное... - тихо произнёс Шатохин. - Ну, тогда я хочу с тобой встречаться. Хочу чувствовать твой запах, ощущать твои губы на своих, курить с тобой одну на двоих, встречать рассвет, провожать закат, касаться твоего тела, смотреть в твои небесные глаза, жевать твои жвачки и помогать справляться с твоими комплексами, решать проблемы с питанием. - Глеб, словно ласковый кот, ложится на грудь к Артёму, с надеждой глядя в его глаза. - Ну, я понимаю, ты сейчас на эмоциях, а сейчас мне надо домой, задержался уже со школы на 4 часа. - Шатохин невесомо коснулся своими губами до губ Голубина и быстро встал с кровати, натягивая на себя худи. Когда Артём покинул его дом, Глеб ещё долго лежал в своей спальне, глядя в потолок. - Ты никогда не врубишься о чëм я... - незамысловато шептал он, пока голову переполняли различные мысли. Он чувствовал многое, но никогда не чувствовал того, что почувствовал сегодня. Влюблённый, до одури вдохновлëнный, идёт писать новую песню, уже с точностью понимая, кому её посвятит. На столе клубничный фрэш В небе появилась брешь Курю в ночи и слышу лес Вхожу в рудник, я снова свеж Ты никогда не врубишься, о чем я Я хочу чувствовать себя никчемней Ты никогда не врубишься, о чем я Я хочу чувствовать себя никчемней.