Новая игра.

Любовь? Ки Хун не мог поверить тому, что происходило — он пришёл сюда, чтобы остановить этого человека, а теперь тот целует его. Но вместо того чтобы отстраниться, Ки Хун остался неподвижен. Во-первых, у него не было сил сопротивляться. Во-вторых, его целовал тот, кого он когда-то считал другом, человеком, которого он всё ещё в глубине души воспринимал как хорошего. Сердце его колотилось, поцелуй продолжался не больше минуты. Оба отстранились. Их дыхание было тяжёлым и прерывистым. После того как они отстранились, в воздухе повисло молчание. Ки Хун не знал, что сказать. Он понимал, что этот момент изменил всё, но теперь ему оставалось только выбрать — продолжить борьбу или сдаться в этой игре, которая уже давно перестала быть игрой для него. Ён Иль смотрел на него с спокойной решимостью, как будто знал, что всё, что будет дальше, уже предрешено. В глазах Ки Хуна мелькала нерешительность, но и странная, неизведанная надежда. Он встал, сделал шаг назад, но не мог уйти, не зная, что будет дальше. Ки Хун стоял перед Ён Илем, его сердце все ещё било с той же сумасшедшей скоростью, как и в момент поцелуя. В глазах горела решимость. Он не мог поверить, что всё, во что он верил, рушилось перед ним. Он не мог принять того, что его доверие было предано. И всё-таки, что-то в нем менялось, даже несмотря на боль. Но перед тем как уйти, он встретился взглядом с Ён Илем и с тихим, почти неслышным шепотом сказал: — Ты разрушил всё, во что я верил, но почему я не могу просто уйти? Почему ты заставляешь меня остаться рядом с тобой? Ки Хун закрыл глаза, чувствуя, как с каждой секундой, проведённой рядом с Ён Илем, его чувства изменяются. С каждым поступком и взглядом Ён Иля, Ки Хун ощущал, что его собственное сердце начинает плавиться. Этот поцелуй был не просто жестом — он был признанием, которое Ки Хун должен был осознать. Он посмотрел на Ён Иля, который, несмотря на свою жестокость, выглядел таким уязвимым. Возможно, это не конец, а начало чего-то нового. Ки Хун спросил: — Ты считаешь, что этим поцелуем ты можешь исправить моё отношение к тебе? — Его голос звучал глухо, словно он уже устал бороться. Но он всё равно не мог избавиться от чувства, что всё ещё не завершено. Ён Иль ответил спокойно, почти мягко: — Нет. Я знаю, что этого недостаточно. Но разве ты сам не чувствуешь, что борешься не с тем, с кем надо? Ки Хун замер, его взгляд потух. Эти слова задели его глубже, чем он ожидал. Он не хотел этого признавать, но всё внутри него кричало, что Ён Иль прав. — А с кем тогда? С собой? — тихо спросил он. — С системой, которую ты не можешь изменить, — ответил Ён Иль, делая шаг ближе. — Мы — её марионетки. Ты считаешь, что можешь остановить это? А что тогда останется? Без этих игр мир просто забудет о тебе. Ты хочешь вернуться к своей пустой жизни? Ки Хун отвернулся. Каждое слово резало его как нож. Он вспоминал те долгие два года, что он потратил на поиски. И в итоге оказался здесь, наедине с человеком, которого ненавидел всем своим существом. — Я мог бы убить тебя прямо сейчас, — пробормотал он, но его голос был слабым. — Да, — спокойно согласился Ён Иль. — Но это ничего не изменит. Игры продолжатся. Система найдёт другого, кто займёт моё место. Ки Хун тяжело вздохнул. Он чувствовал себя сломленным. Всё, ради чего он боролся, оказалось бессмысленным. — Зачем ты делаешь это? Зачем снова и снова запускаешь эти игры? Ён Иль посмотрел на него серьёзно. — Потому что мир сам этого хочет. Они жаждут зрелищ, Ки Хун. Люди готовы продать всё ради надежды, ради иллюзии лучшей жизни. Я просто даю им то, чего они ищут. — Это отвратительно, — прошептал Ки Хун. — Да. Но это реальность, — ответил Ён Иль. — Ты можешь её ненавидеть, можешь бороться с ней, но ты никогда не сможешь изменить её. Ки Хун замолчал, опустив голову. Его пальцы бессильно сжались в кулак. Он думал, что сможет всё исправить. Но теперь он понял, что всё было не так просто. Ён Иль сделал последний шаг к нему, их лица оказались совсем близко. — Ты можешь стать частью этой системы, Ки Хун. Если не ты, то кто-то другой займёт это место. Но только ты способен сделать её лучше. — Лучше? — с горькой усмешкой переспросил Ки Хун. — Как можно сделать эти игры лучше? — Ты найдёшь способ, — ответил Ён Иль. — Ты всегда был не таким, как все. Вот почему я выбрал тебя. Молчание снова повисло между ними. Ки Хун смотрел на Ён Иля, и в его глазах боролись боль и отчаяние. — Ты хочешь, чтобы я стал ведущим? — наконец спросил он. Ён Иль кивнул. — Да. И я знаю, что ты согласишься. Ки Хун закрыл глаза, чувствуя, как тяжесть этого решения давит на него. Он понимал, что сопротивляться бесполезно. Но если он сможет хотя бы немного изменить эту систему, может быть, всё это не будет напрасным. Он открыл глаза и встретил взгляд Ён Иля. — Хорошо. Но это будет моя игра. Ён Иль улыбнулся, протянув ему руку. — Именно этого я от тебя и ждал. Ки Хун медленно пожал её, чувствуя, как этот жест символизирует не только конец его борьбы, но и начало новой главы - главы, где он больше не пешка, а игрок. — И ещё кое-что. — Дополнил Ён Иль. — Что? — Слегка вопросительно наклонил голову Ки Хун. — Моё настоящее имя не Ён Иль. Это имя я выбрал лишь для роли в игре. Меня зовут Хван Ин Хо. — Хван Ин Хо…? — повторил Ки Хун, всматриваясь в его глаза, будто пытаясь понять, насколько искренен этот человек. — Теперь ты знаешь всё. — Ин Хо улыбнулся. — Настоящее имя. Настоящая игра. А теперь — твой ход, Ки Хун. [ Ки Хун, став ведущим, изменил игры, превратив их в испытания, где участники могли обрести второй шанс без смертельного риска. ]