Звонок

—Приветствую! Вы меня не знаете, но я звоню поздравить с новым наступившим годом… —Здравствуйте… спасибо? —Вам как-никак интересно, откуда же у меня Ваш номер? —Было бы странно, если бы меня это совершенно не волновало. —Вот и я о том же! Знаете, я только-только вернулся с командировки, заехал к лучшему другу, Су, он врачом работает при Вашем центре, попросил, чтобы я поднял Вам настроение! Негоже в праздничный день за бумагами сидеть и печалиться… —… —Хотите, сходим с Вами куда? Я очаровашка. —Даже не сомневаюсь… но уж извините, я с командировок не возвращалась, работаю, и передайте доктору Су… что от него не ожидала. —Я Вам ещё позвоню, обещаю!.. Алло? В ответ – три коротких гудка, сбросили номер. Кевин довольно улыбнулся, пряча телефон в карманы брюк и глазами начиная выискивать упомянутого друга в толпе из собравшихся на главной площади города людей. Со всех сторон – голоса, выкрики, разговоры, пытающиеся перекричать один другого, какофония из слов и самых разных звуков, некоторым из которых можно было только подивиться. Но голос, который так сдержанно ответил ему по телефону был единственным, на который по-настоящему хотелось фокусировать своë внимание. Он не видел фотографии, но представлял, его только что отвергла по-настоящему красивая и утончëнная девушка, умнее его раз в сто. Может, поэтому и не была заинтересована. Если бы только Кевин вместо приветствия ей законы какие физические продиктовал, наверное, уже направлялся бы на свидание с незнакомкой. Хотя, если так подумать, если бы ему вместо приветствия незнакомый номер начал перечислять, скажем, алгоритм написания самой простой игрушки, что было связанно уже с его работой, он бы без задней мысли и недолго думая положил бы трубку. Неужели у него и не было шансов? Кевин улыбнулся, замечая спину лучшего друга и начиная проталкиваться сквозь десятки неинтересных ему людей. Су его решениями никогда не был доволен, и сейчас тоже заранее закатил глаза, понимая, что Кевин снова опозорил его перед кем-то очень важным. С другой стороны, он тоже в этом виноват, всë же к алкоголю не привыкший, а за возвращение лучшего друга выпить хотелось, о чëм теперь жалел. Потому что выпили они много. Достаточно для того, чтобы сидеть дураком и жалобным голосом рассказывать про подругу, которую Су удалось найти не просто будучи уже взрослым, а ещё и на работе. Не для кого не секрет, как только исполняется чуть больше подростковой отметки в возрасте, так сразу искать знакомства превращается в задачу, близкой к невыполнимой. В случае с Су, правда, это было невыполнимо уже в детстве, отчего он и мог себе позволить забыть о сдержанности в дни, когда Кевин возвращался домой. История лишëнной повышения учëной Кевина очень возмутила, и причины, по которой это случилось, решили игнорировать оба парня, сочувствуя по-настоящему несправедливым последствиям. Каждый из них так или иначе нарушал правила ради благих целей. И по описаниям интеллекта девушки Кевин понял – здесь этого невозможно было избежать. И честно-честно пообещал лучшему другу, что сможет вызвать у девушки с именем МЕЙ улыбку в самые кратчайшие сроки. Правда, Су достаточно быстро проголосовал «против», сгорая со стыда и ужасаясь от осознания, что Кевин поставил перед собой очередную цель, от которой его нельзя будет уговорить уже никакими средствами. За это тот получил лишь по голове, и Су тяжело, но быстро смирился с тем, что, по всей видимости, подруги у него больше и нет. А Кевин продолжил выстраивать стратегию, сдержав обещание и позвонив на следующий день. —Доброе утро, как и обещал… —Слушайте, пожалуйста, перестаньте мне звонить. —Ни в коем случае. Вы же отчего-то взяли! —Хм… Что ж, против этого мне нечего возразить. Но знайте Ваш номер записан у меня «не брать». —Большая честь! Кроме шуток, расскажите мне про своë утро… доктор МЕЙ. —Как это некрасиво, разглашать чужую информацию… —Красиво! Меня Кевин зовут, Кевин Каслана. Но по фамилии меня не зовите. Я из командировки возвращаюсь не для того, чтоб как на работе с людьми формально. —Каслана-сан, — голос девушки весело дрогнул, — мы пока ещё не друзья, чтоб не как на работе… а кем Вы работаете? —Мы пока ещё не друзья, чтоб я вот так и рассказал. —Но Вы же наверняка знаете, кем и где я работаю. Быть может даже знаете те вещи, которые я не хочу, чтобы Вы знали. Хотя доктору Су я доверяю. Как видите настолько, чтобы не сбрасывать ваши настойчивые попытки… А чего Вы добиваетесь? —Улыбки. —И всë?.. —Да. Именно так – Вашей улыбки и всë. —Про утро моë хотите знать?.. — МЕЙ слегка смутилась, — у меня всë, как у всех, даже хуже, завариваю кофе, открываю телефон с новостями, за ночь часто выходят разные статьи с размышлениями о новых изобретениях. Понятное дело, что чего-то нового выходит мало, от этого учëным и остаётся только статьи с мнениями, да переосмыслениями писать. —Новости про науку? Никогда не думал, что их и вправду кто-то читает, ничего себе. —М-м… сделаю вид, что мне послышалось, но да, Каслана-сан, новости про науку мы читаем и пишем… вы зря так, комментариев оставляют много, по большей степени из-за броских заголовков. Журналисты есть и у нас. Ну а Вы? Неужели вы новости не читаете? —Я про науку не знаю, стыдно перед Вами признаться. Новости не читаю, но принимаю каждый день видео-звонки, в них информации гораздо больше, чем на веб-сайтах. Правда не всегда суразной. Признаюсь Вам, перед тем, как Вам позвонить, пришлось выслушивать от ребят с работы всякий бред… очень ждал именно Вашего голоса. Вы умная. —Вы бы лучше работой занялись. —Давайте сходим куда, доктор МЕЙ? —Что же Вам дома не сидится, раз только приехали?.. —А что дома держит Вас? —До завтра, Каслана-сан, — в голосе снова намëки на веселье, и снова три коротких гудка. Сброшено. А ведь Кевин не успел рассказать про то, как проводит своë утро, даже если рассказывать ему было даже меньше, чем загадочной девушке. Он счастливо улыбнулся, поправляя белую майку, которую не успел даже переодеть и свободной рукой нащупывая сделанный на скорую руку омлет, сложенный треугольником. Дотронулся до него кончиками пальцев и замер, фокусируясь на бесформенные цифры в телефонной книжке – исходящий вызов. Два нажатия, и неизвестный номер уже имел принадлежащее только ему одному имя, которое он надеялся произнести и завтрашним утром, тоже. «МЕЙ». Так скромно, так по-обычному, но отчего-то до ужаса приятно знать, что в этот раз его даже будут ждать. Ждать, когда он снова нажмëт на контакт и будет задавать глупые вопросы, вызывая в голосе незнакомки, нет, теперь МЕЙ, приятные эмоции, может быть даже совсем лëгкое смущение… И он позвонил на следующее утро вновь. —Доброе утро, МЕЙ. —Что же, я больше не «доктор»? —А Вы доктор, как врач, или Вы защитили научную степень? Вы уж простите, совершенно в этом не разбираюсь. —Каслана-сан… невежливо задавать у учëных такие вопросы… — девушка расстроенно произнесла после короткой паузы. Кевин напрягся. —Извините, а почему? —Вот видите, снова, — неловкий вдох, — удивлена, что доктор, как врач, Су, Вам об этом ничегошеньки не сказал. —Он мне вообще мало что рассказал. Вот так, а Вы успели в нëм разочароваться… —И ничего я не разочаровывалась! В любом случае… что ж, признаюсь и я Вам, я как раз-таки на пути к тому, чтобы еë защитить. Поэтому я ещë вовсе не Доктор. Мою работу отклонили вот уже несколько раз. И скажу Вам сразу, раз об этом зашла речь, мы никуда не пойдëм… —Совсем-совсем?.. —… дослушайте!.. Мы никуда не пойдëм, пока я и вправду не смогу называться… доктором МЕЙ. —Услышал, доктор МЕЙ! Когда у Вас защита? —Через месяц. —Это ужасно долго. Я не очень терпеливый. —Хм-м?.. Как раз наоборот, я тут тоже связалась с доктором Су, спросила, что же у Вас за работа… программист? Получается, Вы почти как и я часами, может и днями, сидите за компьютером и перед собой видите только строчки кода? Как по мне, это хуже бюрократии. —Даже друзьям нельзя доверять. —Он лишь уровнял наши с Вами шансы! —В чëм? А я Вам тоже интересен, заметили? —… —Доктор МЕЙ? —Расскажите и про Ваше утро, тоже, Каслана-сан. —Вы соскакиваете с темы! —Могу себе позволить, я кандидат наук. Кевин засмеялся, на секунды отнимая телефон от уха и с любопытством разглядывая экран с красивым именем. Он же говорил, что он – очаровашка. В этот раз они говорили целый час, однако работа для девушки всë ещë была намного важнее разговоров с чудным и настойчивым программистом. И на следующее утро он снова слушал только еë голос. —А куда именно Вы ездили? Что за командировка? —Забавно совпало, но в свою родную Германию. Правда родственников у меня там не осталось, всë равно жил в отеле. И пиво с колбасами я не ел, опережая Ваш вопрос… —Я точно не это хотела спросить. Как глупо… —Простите, — смущëнный смешок, — это у меня по привычке… Вы когда-нибудь были в Германии, доктор МЕЙ? —Никогда. Я не была нигде, кроме Японии, хотя мой отец и посещал различные страны, но никогда не брал в них свою семью. Наверное, тоже было по работе, но знаете, мечтающий о просторах ребëнок об этом думать не будет… —Обидно? —Конечно, обидно. Но не сильно, всë же отец показал мне гораздо больший мир, чем существует за пределами Японии. —Мир науки? —В шутку спрашиваете? —Ни в коем случае. —Слышу, что в шутку, — вдох, — но это и вправду так. —… Доктор МЕЙ, я могу предложить Вам показать этот менее больший мир, когда защитите своë честное звание. Уверен, для Вас не секрет, работа у меня скучная, но отправится на зарплату в кругосветное не составит большого труда… —Какой Вы, всë-таки, наглый парень! — мягкий смех, — нам тоже платят хорошо! —Каждое Ваше слово лишь усиливает моë желание украсть Вас и посадить в самолëт, хоть в крайние штаты Америки… —Тогда я вызову полицию. —Боюсь, боюсь… И в этот раз они говорили на час больше, чем вчера. В следующий – на два, а через неделю Кевину приходилось сидеть на полу у зарядного устройства, чтобы телефон не встретил свой конец прямо во время разговора с девушкой, только чтобы как можно больше слышать еë голос. Не заметив этого, они стали проводить друг с другом всë своë свободное время, не делая перерывов на приëмы пищи и, по воле случая, даже не выходя на улицу. Кажется, обстоятельства были только «за» увлечëнных друг другом людей, поскольку программисты могли легко работать из дома, а готовящиеся к очередной защите кандидаты обязаны были часами писать сложную работу, чтобы выйти на совершенно новый уровень. И работали они тоже вместе, ища некоторое успокоение в том, что можно в любой момент позвать друг друга по телефонной связи, сказать хоть единое глупое слово, прерывая настроенную на интеллектуальный труд тишину. МЕЙ, как правило, заканчивала первая, разделяя одну главу от другой, а Кевин, скрывая то, что работал он только чтобы поддержать дух девушки, тут же закрывал программы и делился с уставшей учëной успевшими появиться в его голове мыслями. Никогда раньше он не был настолько болтлив. Они болтали, как им казалось, бесконечное количество часов, и нередко ловили себя на ощущении, что сидят в одной квартире, рядом друг с другом, что стоит протянуть руку и тут же можно было с лëгкостью задеть чужое плечо. —Я хочу спать… уже три часа ночи. —Засыпай, я расскажу про один случай с работы, нам казалось, нас уволят, но… —Что?.. —Что? —Ну… не будем же мы засыпать вместе, Кевин… Парень поглубже укутался в лëгком одеяле, уже некоторое время держа пальцы на переключателе и тут же от неожиданности на него нажимая. В комнате стало темно, чего Кевин, кажется, даже и не заметил. —Почему? —Какая глупость… —Ты смущена! Смущена, смущена. —Потому что… ну не по тринадцать же нам лет! —Нет, мы гораздо старше. Доктор МЕЙ… Мне кажется, мы знакомы даже в других вселенных… у тебя есть что в диссертации про вселенные? —Даже если пришлю, не поймëшь и слова. Другие вселенные… —Тоже смутил, да? Признаюсь, фраза была романтичной. —Какой же ты глупенький, Кевин. Парень улыбнулся, видя, как телефонный звонок резко сбрасывается. Да, возможно, это и было глупо. Он никогда не скрывал – он достаточно глупый и слишком искренний человек, кажется, один из тех, кто мог бы девушку раздражать, но даже не смотря на это, он это точно знал, ему удалось еë очаровать. Кевин закрыл глаза, с некоторой гордостью представляя, как сейчас в своей кровати сгорает от смущения родная незнакомка, и хотелось было перезвонить прямо сейчас, ничего не скрывая, признаться ей: «Влюбился в тебя, правда». Но такие слова лучше выносить за пределы виртуального мира, пропущенных через сотовую связь слов и напечатанных чëрным по белому букв. Такие слова лучше преподносить с еë любимым горьким шоколадом в руках, с цветами, которые она не могла терпеть, как и не могла терпеть настойчивый характер внимания Кевина. С билетами в Германию, которые лежали у него на комоде вот уже какую неделю, разжигая в нëм всë больше и больше ожиданий к предстоящей встрече. Кевин, рассказывая Су про то, как сильно тот ему помог в выстраивании личной жизни, не мог не увидеть в глазах лучшего друга самый настоящий шок. Он говорил что-то про невозможность влюбиться в чужой голос, про не веру в то, что Кевину хватало и фотографий для вдохновения к стихам о красоте девушки, но совсем скоро затих, видя во взгляде друга какие-то незнакомые для него ранее нотки счастья. Наверное, они оба это понимали – Кевин Каслана и Доктор МЕЙ были по-настоящему одинокими людьми. Быть может, это было первой причиной, почему часы проведëнные вместе увеличивались с каждым днëм, пока не разрослись до не сонных ночей и робких попыток МЕЙ согласиться на встречу «куда угодно». И день защиты кандидатской всë же пришëл, одевая учëную в старое официально-сдержанное платье, а Кевина в найденный ещë с выпускного в университете деловой костюм, который был ему даже маловат, на что он не обращал никакого внимания. Перед выходом оба проверяли сегодняшную дату, вбитый в карты адрес и ещë несколько минут потратили на смелость для одного простого звонка, самого короткого из всех, что у них когда-либо был: —Удачи, доктор МЕЙ. —… Спасибо, Кевин… И где было ждать мучительнее, перед комиссией или перед серым зданием Центра, сказать было трудно, поскольку это ожидание съедало обоих заживо, жадно и путая все возможные мысли. Однако долгожданная минута наступила, и на встречу растрёпанному от нервов к тому моменту Кевин вышла не менее потрёпанная МЕЙ, уже не-кандидатка-наук-МЕЙ. Они уставились друг на друга, ожидая инициативы, которую, чему удивился Кевин, последовала от девушки, бросившейся к нему на встречу со всех ног, второпях снимая чëрные каблуки и распутывая натирающий высокий хвост. Упаковка первоклассного шоколада упала на асфальт вместе с букетом, и в руках у Кевина теперь была лишь МЕЙ, которую он сжимал крепче любой электроники, вдыхая приятные запахи женского парфюма и с неугомонным трепетом в груди ощущая тепло чужого тела. Как во всех его мечтах – она и вправду здесь. —Доктор МЕЙ?.. —Да… —Прошу, будьте моей… —… я так полагаю, девушкой? — мягкая улыбка, Кевин замолчал, поражаясь тому, какой нежный и живой взгляд с ним разговаривал весь этот месяц, не веря в собственную удачу. —Полагаешь так… Парень робко поцеловал МЕЙ, забывая про уроненные подарки и про людей вокруг, влюбляясь в по-другому сдержанный голос всë сильнее с каждым протекающим мгновением. —Германия?.. —И цветы, тоже… —Звучишь не так уверенно, как по телефону, — поддразнила МЕЙ Кевина, заставляя того смущаться. —Раскусила, в жизни я тот ещë трусливый мальчик… ты очень красивая. —Ещë и умная. —Самолëт в три дня… —Какой кошмар!.. —Ты мне очень нравишься, я давно хотел сказать… влюбился в тебя, правда. Вживую скажу. —Какая же… —Глупость? МЕЙ лишь рассмеялась, смущëнно кивая в ответ. Кевин поднял подарки, быстрым движением вручая их любимой девушке и тут же беря ту на руки. Спросить адрес он успеет по дороге, но сейчас ему лишь хотелось никогда больше не отпускать свою самую любимую собеседницу из рук, дивясь тому, что она и вправду существует. Быть может это и вправду – одна большая глупость, но ни одна глупость никого из них ещë не делала такими счастливыми. Чего только стоил один звонок для поздравления с новым годом.