Семья, работа, дом, Антон.

Семья, работа, дом, Антон.  — Арс, я твой рот ебал! — Это было с утра, а сейчас помой посуду пожалуйста, я вещи закину в стирку.  И казалось бы что такого в этом коротком диалоге? Но он ведь не один такой в их жизни.  Они живут вместе уже пол года а любовь не угасает ни на процент. Разве можно так любить?  ***  Арсений сидел в офисе и обсуждал с коллегами новый мерч «Уберите рыбу». Головы кипели, куча всяких предложений которые отметались не обсуждаясь даже и минуты. Время было уже позднее все хотели домой, но точно ли все?  Кому то звонили жены, а те ругались мол «Сейчас не до тебя», «Позже позвоню». Другим же звонили мужья и кричали в трубку: «Когда ты уже придешь?», «Где тебя носит?», а они отвечали «Скоро буду!», «Не кричи, я тебе не изменяю».  И лишь Арсению никто не звонил. Не ждали его дома да и все.  Те кто смотрели на Арса не понимали как можно не звонить партнеру когда он задерживается на час. На час! Черт же знает где его носит. Вдруг изменяет, вдруг шляется где, может в клуб пошел, а им не сказал!  И вправду. Как можно не звонить то? А что ещё хуже: как можно не проверять переписки мужа? Наверняка же заигрывает с той которая прошла мимо «вильнув хвостиком».  А как не караулить жену после работы чтобы не свернула куда не попади? Ну с вероятностью в восемьдесят процентов хотела сесть к тому что сверкнул дорогущими часами на руке!  Ну хорошо, может не у всех все так плохо. Кого-то и вправду дома ждут. Дела.  Вон она сидит, — та которая вчера пришла домой, а ее ждал сюрприз в виде беспорядка и мужа который жалуется что «Могла бы и успеть если бы поторопилась». А там в телефон кричит тот который в четверг придя домой быстренько смотался в гараж. Арсению все еще никто не звонил. Даже как то пусто стало. Все на телефонах, а он никак не дождется.  — Ребят, я наверное пошел домой, жена кипишует.  — Ага, мне тоже манатки надо собирать, мой скоро с ума сойдет. Видите ли «жрать охото».  А Арсений все сидит и не дождется. Все почти разошлись, да и он уже стоит у выхода наблюдая как льет дождь ливнем.  Собравшись с мыслями и вздохнув он открыл стеклянную дверь и раскрыл зонтик.  Сегодня увы без машины, она в ремонте. Ну и ладно, заодно подумает почему так и не дождался звонка от Шастуна, что наверняка сидит дома и лупит какой нибудь злоебучий фильм. Тут уже вспыхнула злость.  Антон ни капли не волнуется! Мог бы хотя бы написать!  А вот и зависть пробегает. Всем уже позвонили, а ему нет! Ну и что что тем в трубку кричат и матерятся, а они в ответ это же выдают, как мячик в пинг понге.  Зато о них помнят.  Арсений шел со своими мыслями и даже не заметил как прошагал пятнадцать минут до дома.  Зайдя в подъезд свернул зонт, вызвал лифт, зашел, нажал на цифру тринадцать, вышел, прошел два метра, постучал.  —Сейчас, Арсюша! Сейчас! — слышалось за дверью.  Сидел-сидел, а теперь Арсюша? Как мило. И по предательски.  Дверь открылась чуть не задев Попова.  — Привет, родной. Замерз? — Антон взял из его рук зонтик и поставил стекать.  Арс молча зашел и ухмыльнулся.  — А с чего ебет?  Шастун опешил. Что он сделал не так?  — Как это? Кажется мы чуть чуть любим друг друга или это уже не взаимно?  — Да, не взаимно, но только с твоей стороны взаимности нет! Ни разу не позвонил, не написал, даже не маякнул! Небось сидел фильмец смотрел на радость душевную? Ну давай рассказывай, какого это забыть в тот же день когда целовал? Всем позвонили, за всех волнуются, всем пишут. Да, может кричат, но помнят , Антон! Ждут их дома, понимаешь?  — Давай ты зайдешь сначала, а потом мы поговорим, хорошо? Арсений снял обувь, кофту, и взяв ее в руки прошел дальше, но повернув голову на право увидел на столе курицу и варенную картошку с луком.  — Мой руки, переодевайся и пойдем кушать.  Попов прошел в ванну и пока мыл руки смотрел в зеркало.  Ужин? Для того кого не ждали? Совесть кажется начала просыпаться.  Он вытер руки и хотел пойти в комнату дабы переодеться, да вот только на тумбе уже лежали приготовленные для него домашние штаны и футболка.  Арс нервно облизал губы и переоделся.  Затем он вышел и прошел на кухню садясь на против Антона который сразу же отложил телефон, отвлекаясь от всего.  — Как прошел твой день? — Шастун будто проверял можно ли ему что то говорить.  Арсению же кусок в горло не лезет. Ни сказать, ни еду попробовать не решается. Секунд тридцать он лениво ковырял курицу, а затем встал и подошел ближе к шатену.  — Встань, — и Антон встал. Арсений вжался в него всем телом. Шастун замер и чуть позже неловко обнял в ответ.  — Прости. Я был не прав. Мне правда жаль то что я тебе сказал такие вещи.  — Больше так не делай, пожалуйста, — Шаст провел по его спине рукой, —  а теперь кушай. Я старался.  И они поужинали. Все было вкусно, Антон помыл за него посуду. Они пошли помылись, Шаст обработал Попову свежую ссадину, дал таблетку от головы, а затем парни легли в кровать закрывая глаза и прижимаясь друг к другу.  И тут Арсений понял что его ждут как никого другого