Омела в лесу

«Герои застревают в новогодней декорации, которая вдруг превращается в настоящий зимний лес.»

      Четвертый курс Хогвартса был относительно спокойным. Не считая деталей, о которых золотое трио вспоминать не особо любит. Несмотря на то, что были плохие моменты, школа волшебства радовала детей одним своим существование, — и совершенно не радовало учебой никого, помимо Гермионы.       Все шло своим чередом и, после всех событий, очень спокойно. Под конец полугодия все почти забили на учёбу, утопая в веселье и недавно появившемуся снегу.       Запах холода ещё пару недель назад проник за стены Хогвартса, витая по всем закоулкам и комнатам. Мороз доставал детей и преподавателей, все ходили намертво укутанными.       Декабрь всеми был прожит очень медленно и устало, поэтому наступление каникул стало чем-то очень радостным, сродни новогоднему чуду.       Тех, кто на период праздников оставался в замке — а их было ужасно мало — попросили помочь с украшением Хогвартса. Рон и Гарри уже представляли, как сбегут в гостинную Гриффиндора и начнут наматывать украшения по помещению, но их позвала к себе Макгонагалл.       — Мистер Уизли, Вы будете работать с мистером Малфоем в коридорах. Все елки там должны быть украшены. И, пожалуйста, — она строго посмотрела на него. — Без глупостей!       — Почему не с Гарри? — нахмурился Рон, схватив друга за руку.       — Спальни Гриффиндора будут украшать многие дети, но отправить вас обоих будет излишне.       Рональда не устроил такой ответ, но он, глянув на Гарри, отпустил его рукав и, поморщив нос, спросил: — Где Малфой?

***

      Драко был найден в глубине коридора, рассматривающим коробки с елочными игрушками. Он был настолько сосредоточен, что не сразу заметил подошедшего Уизли.       — Я не буду говорить, что тебя тут не было. Можешь сваливать, — сказал Малфой, не обернувшись.       — Ещё чего! — фыркнул Рон. — Быстро все сделаем и забудем об этом.       Драко закатил глаза и пододвинул мишуру и шары в сторону парня, пока сам уже небрежно наматывал зелёные украшения.       Когда Рон уже хотел что-то сказать и собрал всевозможный сарказм, на них с Малфоем упала ёлка, перевернув все украшения.       Оба выругались, и оба попытались вылезти из сияющей и запутанной кучи.       — Даже этого не умеешь, рукожоп, — шипел Уизли.       Послышалось заглушенное «завались», прежде чем Рональд понял, что все вдруг стало белым, даже моргнуть не успел.       Парень обеспокоенно вскочил на ноги, услышав соответствующий снегу хрустящий звук. И услышал уже громкую ругать Малфоя, на которого наступил.       Вокруг все блестело белой пеленой и ярким, но ужасно холодным солнцем. Деревья окружали молодых людей и на ветках каждого растения что-то виднелось.       Рон похлопал себя по карманам, но не нашёл палочку. Тревога стала безумно сильной и он не знал, что делать. Стало вдруг очень холодно, но мантия кое-как помогала положению.       — Малфой, куда ты нас забросил? — от удивления хрипло спросил Уизли.       — Самому бы знать, — прозвучал ответ. Повернувшись, Рон увидел, что Малфой сам удивленно оглядывается и всматривается в деревья. — Там... Омела?       — Точно она?       — Рождественская омела. Почему ты тут, скажи мне! Она на каждой ветке, нам придется поцеловаться, идиота кусок!       — Сам, значит ёлку уронил, а я теперь идиот. Идем, — резко сказал Рон и потянул Драко в сторону ближайшего дерева, которое радостно сверкало снегом и потряхивая растением.       — Ты совсем спятил?       — Чем быстрее, тем лучше.       Они шли по заснеженным тропинкам, утопая и проваливаясь в чистейшее одеяло. Парни шли рядом, пытаясь не смотреть и, не дай боже, не коснуться другого. Правда, через пару минут завязался спор и они уже толкали друг друга в горы снега и кидались снежками, пока их ноги не застыли под деревом.       Честно говоря, они уже забыли, что перед ними неприятнейшее испытание, но, подняв голову на омелу, резвость сразу ушла, как будто её никогда и не было.       — Господи, молю, скажи, что ты хорошо чистишь зубы, — прошипел Драко, не отрывая взгляда от растения, висевшего над ними. Ноги не двигались, они могли только беспомощно водить головой и махать руками.       — Я соблюдаю базовую гигиену! — прикрикнул Рон, пытаясь не показывать неловкость и стыд. Хотя красные уши очень красноречиво говорили за мальчишку.       — Ого, даже в семействе Уизлов гигиена это база? Я поражён.       — Замолчи ты уже. Выберемся из-под омелы и я тебя прибью!       Малфой, мерзко улыбаясь, — Рону очень хотелось плюнуть или, ещё лучше, ударить парня — но дрогнув улыбкой, приблизил лицо к Уизли, а тот крепко зажмурил глаза и, нахмурившись, сцепил их губы. Сразу же отскочив, он победоносно вскрикнул, но вдруг его ноги снова не двигались.       Глаза Рональда пугливо и глупо поднялись к лицу Драко, а тот закатил глаза, мол, вот и стой там всю жизнь, хотя подошёл и, все также неуверенно, снова оставил легкий поцелуй.       Омела рассыпалась им на плечи, а парни совершенно точно не собирались встречаться взглядами, рассматривая противоположный стороны.       Ощущения вдруг стали странными, как если бы сильно приложиться к сливочному пиву или к чему покрепче. Все-таки Драко пробовал кое-что на застольях родителей.       — Я думал, что они пропадут, — поджал губы Рон, а когда опомнился, протер их рукавом. «Гадость!» подумал он, но даже не поморщился.       — У тебя всегда это плохо получалось, — закатил глаза Малфой, но обеспокоенно осматривал путь. Мальчик ругнулся, прежде чем снова подать голос. — Сколько же нам надо будет... — он запнулся, но решил не продолжать.       — Кстати! У тебя палочка ещё с собой?       Драко поднял бровь, но палочку поискал. Не найдя её, он посмотрел на Уизли и тот снова нахмурился.       — У меня тоже её нет.       Малфой, наполненный решимости, схватил Уизли за руку и повёл его вперед. Когда ноги дальше идти отказывались, то повернулся к тому и поцеловал смелее, чем раньше. Ещё одна ветка омелы опустилась им на плечи. Разум немного шёл кругом.       — Я себя как-то странно чувствую, подожди, — тихо сказал Рон, но Малфой продолжал вести его в глубь леса.       — У меня тоже, но надо поскорее выбраться.       С каждой упавшей веткой Драко все быстрее искал губы Уизли и все дольше не отрывался. Рон тоже не оставал и после первого десятка омелы он хватался за парня, шел все ближе и ближе к нему и даже успел нагонять Малфоя, первым прибегая к поцелуям.       Когда деревья уронили ещё одно растение, номер которого скорее всего переходил за двадцать-двадцать пять, мальчишки уже откровенно ластились друг к другу, отталкивая другого ближе к дереву, чтобы не терять равновесие.       Губы саднило у обоих тупой болью, но, опьяненные благодаря Рождественской традиции, эта боль сразу же забывалась как что-то ненужное и совершенно неважное.       Когда преграда в виде леса закончилась, то парней, целующихся уже в ярый и прыткий засос, перенесло в тёмный угол коридора Хогвартса, где рядом с ними тлела одна свеча. Все-таки потеряв равновесие, они упали рядом с сокрушенной елкой.       — Повторим? — хрипло спросил Рон. Не совсем понятно, спрашивал ли он про поцелуй или про лес, — что, в принципе, обозначало продолжить пьяное буйствование.       — Разумеется, — ответил Драко, тихо смеясь.

— Господи, молодые люди! — послышался крик Минервы Макгонагалл.