Намекнула

Декабрь резко сменил осень, полностью вступив в свои права. На улице сильно метет снег, засыпая собой все и всех на своем пути. Вот-вот Новый год, наверное, именно поэтому улицы и магазины города забиты огромным количеством людей, которые все суетятся и суетятся в этой предновогодней гонке. Декабрь, кстати, интересный месяц: чудеса могут случаться даже раньше, чем наступит та самая ночь с 31 на 1. Темнеет сейчас рано и довольно резко уже часа в 4 дня, поэтому кабинет заведующей освещал лишь свет настольной лампы, которую Оля включила еще днем. За окном все также неимоверно мело, лица прохожих внизу людей кололи "острые" снежинки из-за сильного мороза, однако брюнетке было так тепло и так хорошо, но точную причину этого состояния она определить не могла: муж, что-то активно рассказывающий ей в свой перерыв между вызовами, а, может, маленький человечек, который пока прячется от этого холода внутри нее, или они оба. Хотя в конечном итоге она поняла, что ответ - явно третий вариант. Самое важное было здесь и сейчас, что не могло не согревать. -Грустно у тебя в кабинете как-то, Оль...-сидя на черном кожаном диване, раскинув по-царски руки, задумчиво сказал Паша, перекладывая ногу на ногу и оглядываясь по сторонам. Арефьева, читая какие-то бумаги на своем столе, повернула голову в сторону Паши, в недоумении изогнув бровь. -Не поняла... -Ну, Оль, ну Новый год скоро, а у тебя из праздничного только снежинка перед компьютером, которую Кулыгин младший принес. Надо же как-то украсить, ну праздник там, все дела,-он игриво улыбнулся, показав свою ямочку на щеке. Рыков и правда всвязи с последними событиями уже несколько месяцев был настолько счастлив, что даже как будто впал в детство, и ему хотелось, чтобы все вокруг был таким же радостным, как и он сам. -Рыков, когда это я кабинет свой украшала? Мы и так из нашей квартиры устроили цирк какой-то, а ты еще и подстанцию хочешь в это превратить?-Ольга развернулась к нему на своем стуле, аккуратно поглаживая уже довольно видимый живот. В последнее время она часто смеялась с мужа, потому что видела его таким счастливым и окрыленным, что ей казалось, что перед ней не колючий Рыков, хотя для нее он уже давным давно перестал таковым быть, а маленький Пашка, который хочет все и сразу. -Так, ну квартира это святое. Да и к тому же, тебе пора привыкать к этому, следующий Новый год у нас уже вообще-то с ребятенком будет, а ей ой как захочется всего этого яркого!-он все также улыбчиво покачал головой,- Кстати, как там ребятенок? Все еще не хочет с нами общаться? -Не хочет, Паш, и меня это очень пугает...-немного поникнув, Оля опустила голову, продолжая поглаживать живот. -Ладно, не переживай, я уверен, что все хорошо, просто пока нет повода себя проявлять,-он подмигнул жене и дернул головой, показывая, что ей тоже пора сменить положение и присесть к нему на диван. -А над кабинетом ты все-таки подумай... Ну-ка, дочь, намекни маме, что надо кабинетик то развеселить!-Оля встала со своего кресла и уже хотела присесть к мужу, как резко схватилась правой рукой за живот. -Оль, что такое? Больно?- подскочив с дивана, Паша легонько приобнял жену за руку. -Дай руку,-она улыбнулась и положила его руку под свою правую, вновь чувствуя шевеления. Она могла бы засомневаться: чувствует ли он тоже, но видя его горящие искрами глаза и улыбку до ушей, точно поняла, что он тоже все почувствовал,- Вот что значит девочка - намеками с нами видимо будет общаться... -Олька!- очень тихо, почти шепотом проговорил он, не сводя своих восторженных глаз с ее больших голубых, таких же счастливых,- Не, ну тут уже дочь! А желание дочери - закон! И вообще, двое против одного, значит кабинет мы все же украсим! -Дурак ты, Рыков,-Арефьева засмеялась, качая головой, одновременно любуясь своим мужем, таким оказывается нежным, чувственным и все еще как-будто по-детски наивным. Рыков обнял ее за талию и своими большими руками аккрутно притянул к себе, окутывая ее теплотой и бесконечной любовью. -Я так вас люблю, девчоночки...-прошептал он и прильнул своими губами к Ольге, с каждой секундой наполняя свой поцелуй еще больше любовью, нежностью, трепетом и искренним счастьем. Чуть отстранившись, Ольга вновь посмотрела на него. -А мы тебя, папа Паша,-игриво проговорила она и вновь слилась с ним воедино в трепетном поцелуе, от удовольствия и спокойствия прикрывая глаза. И пускай за окном зима не на шутку взыграла и пугала всех своим колючим морозом и сильной метелью, в этом маленьком кабинете было так тепло, спокойно и уютно, что абсолютно никто и ничто не смог бы помешать этой идиллии.