Хорошие дни, плохие дни

Иногда, только в хорошие дни, Зоро нравилось быть более уютным с Санджи чем обычно. Он проводил пальцами по столу, когда они вместе завтракали после дежурства, или смотрел ему в глаза дольше, чем нужно, когда они вместе мыли посуду. Зоро не мог перестать восхищаться нахмуренными бровями Санджи, когда тот оглядывается прежде чем крепко схватить его за руку, или тем, как он всегда кусал губы, прежде чем украдкой поцеловать его. В хорошие дни, Зоро покрывал Санджи поцелуями когда тот приносил ему онигири на перекус. Хотя (на данный момент) он довольствовался бесконечными объятиями и сдержанными поцелуями когда он нёс посуду на кухню. В хорошие дни, Зоро затевал глупую драку, чтобы чувствовать его бедра, прижимающиеся к его клинкам и его дыхание рядом с его. В хорошие дни, он дразнил повара отрабатывая удары бёдрами своим весом и наслаждался, когда он краснел от осознания этого. В хорошие дни, Зоро совсем не волновало, что Санджи не хотел, чтобы команда узнала что между ними что-то было, даже если у этого ещё не было названия, даже если ни один из них не осмелился на этот шаг. В хорошие дни, Зоро просто хотел наслаждаться своим поваром как можно дольше. В хорошие дни, Зоро просто хотел Санджи. Иногда, в плохие дни, Санджи нуждался в большем общении с Зоро, чем обычно. Он лежал в своём гамаке, когда просыпался замерзшим от особенно ужасного ночного кошмара, чтобы вернутся обратно в настоящее, в его безумно тёплых объятиях, или втягивал его в глупую драку когда замечал, что собственные мысли пытаются поглотить его. Когда его мир погрузился во тьму, маримо удалось выкрасить его в ужасный, радиактивный, невероятный надежно-зелёный цвет. В плохие дни, Санджи просто хотел свернуться калачиком рядом с Зоро, завернувшись в одеяло и переплетая пальцы, пока мечник рассказывал ему истории о звёздах, которые чудесным образом оказывались там, куда он указывал. В плохие дни, Санджи спокойно пек печенье матча почти без сахара, а Зоро наблюдал за ним из-за кухонного стола со стаканом сакэ, который никогда не заканчивался и разговаривал с ним об уходе за мечами. В плохие дни, Санджи никогда не чувствовал себя совершенно бесполезным человеком, пока Зоро поглаживал почти невидимые шрамы на его руках и спрашивая его о каждом ожоге или порезе. В особенно плохие дни, Санджи просто хотел кричать, послать всех к черту и разрыдаться, потому что даже драки с Зоро не могли расслабить его мышцы, его волосы падали ему на лицо, у него чесались руки, он чувствовал что его тело стало слишком чувствительным, и он знал, что если будет продолжать в том же духе то не сможет дышать и другие заметят его чересчур напряженную улыбку, когда он подавал еду. В особенно плохие дни, Зоро заворачивал его в одеяло, убирал его руки от волос и крепко его обнимал на коленях, шепча о традициях его родины, где переломы лечили золотом. В очень плохие дни команда знала, что к вороньему гнезду и близко подходить нельзя до тех пор, пока они оба не спустятся или у Зоро не перестанут белеть костяшки пальцев. В плохие дни, Санджи было наплевать на то, что Зоро хотел скрыть их отношения от их накама, пока они не смогут дать этому название. В плохие дни, Санджи просто хотел молча растворится в его глазах и верить, что он заслужил все, что, казалось, обещал ему своим взглядом мечник. В плохие дни, Санджи просто хотел Зоро.