Назад в детство

Гарри проснулся от яркого солнца, которое беспощадно светило ему в лицо. Мальчик пять секунд хлопал глазами, а после подскочил. Голова не болела, нога, которую Гарри уже успел осмотреть, тоже, вот только часы показывали десять утра. Гарри закрыл голову руками и застонал. Он опозорился по полной. Ну разве он виноват, что как только видит медицинскую иглу, так сразу впадает в панику. А ведь на него еще и заклинание влияет, так что Гарри не чувствовал вины в сложившейся ситуации. Переодевшись в домашнюю одежду, Поттер решил, что на уроки он не пойдет, Гарри выглянул в коридор. Стояла тишина. Осмотрев остальные доступные ему комнаты, Гарри осознал, что в апартаментах в полном одиночестве. Что ж, значит можно реализовать кое-что интересное. Снейп не запер свою кладовку, там хранился всякий хлам, который выкинуть не поднималась рука, поэтому Гарри без проблем достал свою Молнию. Сжав древко в руке, парень зажмурил глаза на секунду, чтобы переждать слезы воспоминаний, и направился в свою комнату. Там находился очень удобный балкончик, с которого Гарри и взмыл в воздух. Лететь на квиддичное поле было опасно, мало ли кто мог его увидеть, а вот полетать над озером было самое то. Ветер дул в лицо, вместе с ним слетали тяжесть и апатия. Гарри любил летать, ему бесконечно нравилось ощущение свободы и легкости, которое дарил ему квиддич. А еще, в небе не было проблем с земли. Не было войны, смерти, крови и проклятий, только облака и солнце. Гарри сделал несколько кругов над водой, помахал русалкам и кальмару рукой и решил отдохнуть на большом камне недалеко от леса. До этого места сложно было добраться пешком, только долететь, да и Гарри никогда не видел здесь посторонних, одни мелкие животные, который обитали на окраине леса. Даже друзья не знали про его секретное место, оно было только для Гарри и его души. Валун был огромных размеров, округлый, только посередине сверху была небольшая вмятина, как раз чтобы удобнее было сидеть. Гарри отыскал его еще на втором курсе, когда летал в тайне ото всех перед рассветом. Это место стало его убежищем, островком безопасности, местом, где никакой темный лорд или злобный профессор его не достанут. Камень был теплый, солнце еще не перешло в зимний режим, радуя обитателей замка. Гарри поудобнее разместился на камне, достал книжку, которую ему принес Драко, что-то про королевские корни Малфоев, и не заметил, как прошло несколько часов. Когда Гарри наконец поднял голову – чтиво оказалось на редкость интересным – обед в Хогвартсе уже давно прошел. Нужно было возвращаться. Как только Гарри зашел в комнату, он сразу понял, что что-то не так. атмосфера нагнетала, хотя все осталось так, как было утром, когда мальчик улетел. Засунув метлу поглубже в шкаф, Гарри аккуратно приоткрыл дверь и тут же утнулся во что-то теплое и пахнущее травами. На него смотрел злой директор.

***

Северус Снейп пребывал в хорошем настроении. Он уже поговорил с врачом из Мунго и договорился принять их после обеда. Они могли прибыть и раньше, чего Снейп очень желал, но Гарри спал, а будить испугавшегося мальчика, который и так переносит дикий стресс, Северус не хотел. Он мог показаться жестким и строгим, ублюдком, который ненавидит детей, но, по правде говоря, своих учеников он в какой-то степени любил. Да, не отеческой любовью, но учительской. Он искренне радовался каждому достижению, да что там говорить, он невероятно хотел, чтобы бедный Невилл научился варить зелья. Когда мальчик на одной из отработок на третьем курсе за очередной взорванный котел смог сварить самое первое зелье, которое Снейп давал первокурсникам, Северус даже втайне ото всех причислил ему пять баллов. Шепотом, пряча лицо за журналом для зельеваров, но ведь вознаградил. Единственный ребенок, которого он любил именно как отец, по-другому это чувство он назвать не мог, был Гарри Поттер. Да, он его раздражал, из-за этого мальчишки Северусу приходилось подкрашивать виски, потому что седина проклюнулась слишком рано, но он его любил. Он никому не говорил об этом, даже Дамблдор не знал, Северус был тайной няней Гарри, когда тот был совсем карапузом. Лили, только перенесшая тяжелые десятичасовые роды, потерявшая незадолго до этого сразу обоих родителей, разругавшаяся с единственной сестрой в пух и прах, не получавшая нужной поддержки от мужа, которому жизненно необходимо было бегать на поле боя в любой момент дня и ночи, впала в депрессию. Северус, который смог возобновить общение, очень распереживался, когда перестал получать от единственной подруги письма. Он мариновался в тревоге почти неделю, после чего почти вломился в дом Поттеров. Джеймса не было дома, он опять выполнял свои аврорские обязанности, Лили с грязным волосами, запутанными в колтуны, тихо плакала в кровати, пока рядом надрывался Гарри. Северус помыл ребенка, накормил смесью, помог Лили привести себя в порядок и буквально поселился у нее, пока Джеймс был в отъездах. А он постоянно отсутствовал. Нет, пока Поттер был дома, он полностью брал заботу о Гарри на себя, но он мог уехать в любой момент и на длительный срок, и именно тогда приходил Северус. За год он начал считать Гарри своим, а потом случилась трагедия. Парень, искренне любивший Лили, на секунду возненавидел ребенка, из-за которого она умерла, всего на секунду, но и этого хватило, чтобы понять, что отцом он никогда не был. Да, он привязался к мальчику, привык играть с ним, укладывать спать и кормить, но он делал это ради своей подруги. Тогда, потеряв единственного родного человека, Северус не смог забрать Гарри себе, не смог пересилить ненависть к Поттеру, о чем жалел долгие годы. За все это время он привык отдалять от себя ребенка, поэтому даже сейчас не мог нормально выразить свои чувства. Уже будучи учителем неугомонного Гарри, Снейп как мог спасал жизнь своего названного сына, да что там, он даже подправил воспоминания одного экзаменатора, который поставил Поттеру “Тролль”. Сейчас он не спал ночами, пытаясь сварить противоядие, чтобы спасти мальчика от ужасной судьбы и очень обрадовался, когда узнал, что его опередили. Он пытался выведать, как именно создали зелье, но молодой зельевар вздернул нос и сказал, что это тайна и вообще, он юный гений, а гении свои секреты не выдают. Северус проглотил завуалируемое оскорбление, мало ли, вдруг этот гений откажется помогать Гарри. После двух часов утомляющих разговоров с родителями безобразников, назначения наказаний и подписи необходимых бумаг, Северус выделил себе час отдыха. Из-за плотного расписания поспать удавалось всего пару часов в сутки, приходилось выбивать у себя же хотя бы несколько минут спокойствия. Снейп планировал десять минут отдохнуть и проверить Гарри, он нутром чувствовал, что оставлять мальчика одного надолго нельзя. По возрасту он может и совершеннолетний, вот только характер и способность находить приключения у Гарри осталась, их игнорировать точно нельзя. Десять минут превратились почти в три часа, изможденный организм просто взял свое, не позволяя сознанию проснуться. Снейпа разбудил один из директоров, который напомнил о назначенной через тридцать минут встрече. Амброуз Свотт славился своей любовью к точности и расписаниям, даже ходили легенды, что во времена его управления все ученики должны были составлять собственные расписания на всю неделю и показывать деканам, планы профессоров проверял сам директор. Став портретом, он взял на себя обязанность напоминать о встречах, что очень помогало занятым директорам. Правда, Дамблдор привилегией не пользовался, у него всегда было какое-то свое особое расписание, о котором никто не догадывался, иногда даже сам Альбус. В комнатах было тихо, что немного встревожило Северуса. С Гарри может стоять тишина только в двух случаях – либо мальчик спит, либо его нет. Так долго спать даже заболевший ребенок не может, а Гарри просто перенервничал. Догадка подтвердилась, когда Снейп наткнулся на совершенно пустую комнату. Пройти мимо даже спящего Снейпа было невозможно, мужчина всегда спал очень чутко, а искать мальчика в гостиной или на кухне было бесполезно. Пугающая догадка поразила Северуса, пока тот быстро шел проверять чулан, куда спрятал метлу. Она отсутствовала. Снейп уже планировал вызывать авроров, потому что на своей молнии Поттер мог долететь до самого Лондона, в способностях мальчика Северус не сомневался. Паника потихоньку пробиралась в мозг, как вдруг хлопнула балконная дверь. Не успел Снейп ворваться в комнату, как на него налетел Гарри, врезаясь в грудь. Он беспокоился о бедном испуганном ребенке? Что ж, забудьте. Выдрать этого ребенка нужно.

***

— Здравствуйте, молодые люди, – Сметвик вышел из камина с широкой улыбкой. Сразу за ним следовал молодой парень в синей мантии зельевара Мунго, – это Джереми, очень перспективный зельевар. Джереми криво улыбнулся, с вызовом смотря на Снейпа. Гарри, который после войны своего профессора в какой-то степени зауважал, не понравился этот взгляд. Никто не имеет права так смотреть на этого человека. Человека, который год за годом жертвовал собой ради сына врага, который бесконечно долго безответно любил мать Гарри, пронеся это чувство сквозь тяжелое время. Тем более, Гарри это признал еще на третьем курсе, а удостоверился на шестом, Снейп был поистине гением. — Я надеюсь, что вы скажете мне, как работает данное зелье, – тон Снейпа не оставлял возможности отказаться, но Джереми скривился. — Это моя разработка, и я планирую запатентовать ее. Не знаю, за что считал вас самым лучшим зельеваром, но в этот раз я вас перегнал. Снейп поднял бровь, но даже не успел ничего сказать, как вдруг Гарри зашипел. — Ты не имеешь права так разговаривать с героем войны. — Мистер Поттер, я благодарен вам за то, что защищаете мою честь, но этот человек прав, он первый создал нужное нам зелье, – Северус ухмыльнулся, – и я надеюсь, что оно не имеет ярко выраженных побочных эффектов. Сметвик, до этого наблюдавший за перепалкой с той же широкой улыбкой, заверил, что Джереми рассказал ему о своем зелье, и оно не должно сильно повлиять на Гарри. Джереми достал из сумки два флакончика с резными крышечками. В одном зелье было оранжевым с розовыми переливами, другое – почти прозрачное с голубоватым оттенком. — Выпить нужно с интервалом в тридцать секунд ровно. Гарри повертел скляночки, откупорил первую и сразу опрокинул в себя. Зелье было горьким с привкусом апельсина, не самое противное, что довелось пить. Когда часики в руках Сметвика тонко прозвенели, Гарри опустошил и второй фиал и принялся ждать. Сначала он почувствовал сильный жар, потом кости словно принялись непроизвольно ломаться, причиняя сильную боль. Руки уменьшись, голова закружилась, и через пять секунд перед взрослыми стоял плачущий шестилетний ребенок. Мальчик стоял в больших для него кроссовках, штаны и синие мокрые боксеры валялись около его ног, а рубашка свисала и напоминала сорочку. Жар не прекратился, хотя кости больше не болели, только причиняли остаточный дискомфорт. Гарри, не понимающий, что произошло, зарыдал пуще прежнего. Он не мог успокоиться, пока сильные руки не подняли его, и Гарри не уткнулся носиком в плечо Снейпа. Ребенок автоматически обвил руками шею мужчины, шмыгая и пытаясь прийти в себя. Ему подсунули что-то в прохладном стакане, и Гарри выпил мятную водичку, а потом сразу погрузился в спасительный сон.

***

Снейп орал. Его магия пригвоздила к полу даже Сметвика, который больше не улыбался, а Джереми так вообще не мог двинуть и пальцем. Никогда не матерящийся Северус вспомнил все выражения, который когда-то кричал пьяный Тобиас, и обрушил свой гнев на парнишку. — Ты что, сукин сын, такое сварил? Ты хоть одной своей извилиной покрутил, прежде чем давать это ребенку? – Снейп зло посмотрел на Сметвика, – а вы где были? Вы уверяли меня, что зелье абсолютно безопасно, и что я наблюдаю? Гарри уменьшился, у него сильнейшая лихорадка, и мы даже не знаем, сохранил ли он свою память. — Северус… — Я поверил вам, доверил здоровье Гарри, а вы что сделали? Да уменьшающее зелье я сварил еще в первый день своих экспериментов, вот только оно не должно было дать такого эффекта. Мальчик бы просто сразу превратился, без боли и лихорадки. Что ты туда добавил, сучонок? — Северус, я даю тебе слово, что все ингредиенты безопасны. Я не знал, что оно вызовет обратный эффект. — Вы сказали, что нужно зелье, которое прекратит проклятие. Он уменьшился, и оно на него больше не влияет, – робко проговорил Джереми. — Да ты идиот! Ты что же подумал, что вокруг тебя все тупые и не догадались бы дать уменьшающее? Вот только нам важно было вернуть ребенка в свой возраст. Ты что туда добавил, отвечай, щенок. Джереми, заикаясь от страха, проговорил составляющие. Снейп взревел. — Ты добавил волдырь клабберта? Ты совсем умом поехал? Этот ингредиент запрещено использовать в детских зельях, он вызывает неконтролируемую панику и мочеиспускание. Ребенок будет целый месяц страдать от последствий. А как ты додумался кинуть туда яйцо Огневицы? Они не сочетаются с подземной травой и вызывают жар. — Я разделил их, было два компонента. — Они смешались в желудке! Ты где знаний таких понабрался, гений недоделанный? Решил, что самый умный? Да ты идиот каких поискать. — Я не знал про запрет использовать волдыри, – возразил оскорблённый Джереми, – тем более, Гарри Поттер уже вырос. — Ему ментально восемнадцать, а физически только пятнадцать лет исполнилось, теперь ты его еще и уменьшил. Ты бы хоть книги по детской медицине прочитал, прежде чем браться за дело. Решил по карьерной лестнице подняться? Так я тебе помогу, спущу на самое дно, недомерок. Северус всегда был сдержанным человеком, ругал обычно тихо и со вкусом, оскорбляя до глубины души, но сегодня вся ярость, которую он сдерживал на протяжении всех лет роботы в школе, вырвалась из него одним потоком, обрушиваясь на Джереми. Он кричал и обзывался, матерился, запугивая парнишку. Его магия красными всполохами кружила по кабинету, причиняя боль. Как бы не раздражали его ученики, он никогда не позволит безнаказанно им вредить. Каждый ребенок, обучающийся в Хогвартсе, находился на его попечении, и Северус костьми ляжет, но защитит юных волшебников. Он директор, герой войны, шпион и просто человек, Северус не даст издеваться над мальчиком, которого качал на руках семнадцать лет назад.

***

Джереми до семи лет рос только с мамой. Женщина никогда не говорила, где его родной отец, но ребенок был любопытным, а Глория много работала, поэтому пробраться на чердак было пустяковым делом. В пять лет в дальней коробке с толстым слоем пыли Джереми нашел фотографию мужчины с подписью. “Спи спокойно, Элиот Джереми Далтон” Так Джереми понял, что его отец мертв, а назвали его в честь дедушки. В семь лет мама привеала домой незнакомого мужчину, который представился Льюисом. Так он и остался жить у них. Льюис работал целителем, хорошо разбирался в зельях, водил Джереми на квиддич и бейсбол, а еще ходил на все родительские собрания. Так у Джереми появился папа. Льюис никогда не повышал голос, обычно просто читал длинные нудные лекции, но и Джереми рос послушным, не баловался и любил следовать правилам. А еще он с самого детства понял, что у него талант к зельям. Через несколько лет после свадьбы Глория забеременела, ей пришлось лечь в больницу почти на пять месяцев, поэтому Льюис таскал Джереми по всем конференциям, на которые его приглашали. Именно на одной из них Джереми увидел его. Северуса Снейпа. Молодой симпатичный парень с грустным взглядом представил общественности свою новую разработку – ликантропное зелье. Это вызвало фурор. Еще никому не удавалось создать его, хотя волшебники уже несколько веков экспериментировали. Джереми восхитился, он поставил себе цели стать таким же, как этот человек. Он пытался узнать любую информацию про гениального зельевара, расспрашивал целителей и коллег, но Северус был слишком закрытым человеком. Джереми учился на дому, его мама, потерявшая ребенка во время родов, запретила уезжать в школу и закрыла сына рядом с собой. Джереми не сопротивлялся, ему это даже было на руку, он мог беспрепятственно посещать собрания, где собирались зельевары. На одном из таких Джереми услышал, как два почтенных старичка обсуждали Снейпа. — Он просто прожигает свой талант, сидя в Хогвартсе. — Может там учится его ребенок? Я однажды видел его с младенцем на руках, когда он заходил в мою аптеку за древесными лягушками. Такой милый пухлый малыш. — О чем ты, старый дурак, все знают, что детей ненавидит. В особенности маленького Поттера. — А ты с чего решил? Приснилось тебе, что ли? — Внук рассказал, Снейп Поттера просто третировал. Джереми подслушал и сделал выводы. Когда в начале сентября его позвал к себе Сметвик и объяснил ситуацию, Джереми сразу понял, как утереть нос Снейпу. Да, он восхищался им в начале, но потом, когда он и сам начал выступать на конференциях, Снейп стал костью в горле. Этот напыщенный пожиратель постоянно был на устах у всех участников, им восхищались, его буквально боготворили в закрытом сообществе мастеров, считали гением, а на Джереми не обращали внимание. Снейп всегда был первым, он соглашался выступать только раз в году на июльских конференциях, и каждый раз производил фурор своими изобретениями. Именно поэтому Джереми решил насолить Снейпу вдвойне – сварить нужное зелье быстрее и вылечить ненавистного для профессора Поттера. Не думал он, что все обернется таким образом. Торопясь как можно быстрее сварить нужное зелье, Джереми не удосужился углубиться в корень проблемы. Он схватился за первое пришедшее в голову решение – уменьшить Поттера до нужного размера. Он придумывал рецепт и насмехался над Снейпом, ведь это именно Джереми додумался до столь простого решения. Вот только сейчас он откровенно боялся. Разгневанный Снейп пугал. Хныканье Гарри, которого оставили в кабинете, спас от той ярости, что обещала убить. Снейп быстро подошел к проснувшемуся ребенку, подхватил его на руки. — Можете идти, больше вам не разрешено появляться в Хогвартсе. Гарри Поттер снимается с вашего наблюдения, я не намерен доверить ребенка кучке шарлатанов, которые мало того, что не помогли, так еще и навредили, – Северус покачал плачущего мальчика, – ах да, я сегодня же подниму вопрос об отнятии лицензии и исключении из Гильдии Зельеваров. Всего доброго. Джереми почувствовал, что невидимая сила толкает его прямо к камину. Когда целители появились в каминном коридоре, Сметвик выглядел мрачным. — Целитель Сметвик, простите… — Все нормально, Джереми, ты не виноват. С мистером Поттером ничего ужасного не случилось, я и сам планировал предложить уменьшающее, жалобу мистера Снейпа я отклоню.

***

Северус вызвал в свои покои мадам Помфри, чтобы она оказала помощь Гарри. — Я дал ему мятный настой, чтобы успокоить, другие зелья ему нельзя давать как минимум две недели. Этот недоумок намешал ингредиентов, они дадут неблагоприятную реакции при смешении. — Что ж, – Помфри ополоснула руки, – положи Гарри на диван. Через пятнадцать минут осмотр был закончен. — У Гарри выявилась аллергия на эссенцию пятинога, лихорадка сама сойдет через пару часов, можно дать мороженое для ускорения, мышцы повреждены, кости слишком хрупкие. Купировать панику придется самостоятельно, можно давать немного мятного настоя, но не больше столовой ложки в день. Давно он спит? — Около получаса, но просыпался. — Видимо, от боли. С помощью зелий к вечеру он был бы полностью здоров, но придется лечить магловскими методами. Я выпишу рецепт, нужно будет заглянуть в магловскую аптеку. Я послежу за Гарри. Северус частенько бывал в аптеках в Лондоне и всегда удивлялся их отличиям от волшебных лавок. В Косом переулке внутри магазинчиков было ярко, зелья переливались всеми цветами радуги, пока в лондонские аптеки сияли своей белизной и стерильностью. За стеклом с небольшим окошечком стояла милая молодая девушка, которая тут же натянула улыбку, когда прозвенел колокольчик над дверью. Снейп передал ей записку мадам Помфри, скупо приподняв уголки губ. Фармацевт быстро пробежалась глазами по ровным строчкам, задумалась на пару секунд и поспешила в заднюю часть аптеки. Вскоре она вышла с несколькими коробочками и пакетами, выкладывая все на прилавок. — Возьмите еще вот эти витаминки в виде мармеладок, с ними дети легче переносят лечение. — Как вы догадались, что это для ребенка? — Тут врач написал дозировки, их обычно детям прописывают, для взрослых другие. А еще вы выглядите как обеспокоенный отец, – девушка по-доброму хмыкнула, когда Северус округлил в удивлении глаза, – я тут уже давно работаю, научилась читать по лицам. Оплатив все нужные лекарства, витаминки в том числе, Северус вышел на оживленную улицу, планируя отыскать закоулок потемнее, чтобы побыстрее добраться до Хогвартса, как вдруг его взгляд скользнул по вывеске “Selfridges”. У Гарри, конечно, была одежда – несколько рубашек и брюк, но они не подходили шестилетнему ребенку. В магазине было не так уж и много людей, несколько женщин с трехлетками в одной руке и кучей разноцветной одежды в другой. К Северусу сразу же подскочил парнишка лет двадцати. — Вам помочь? В первую секунду Снейп хотел отказаться, но, обведя глазами сотни полочек и вешалок, все же кивнул. — Только можно побыстрее. Мне нужен стандартный гардероб для мальчика шести лет. Стен, как гласил бейджик, улыбнулся и поманил за собой, скидывая в корзинку футболки, шортики, брючки и несколько комплектов домашней одежды. Северус особо не вдавался в подробности, просто оплатил все, что ему предложили, и через десять минут уже был в своем кабинете. Мадам Помфри сидела около кровати Гарри и читала какой-то справочник. Мальчик спал, укутавшись в одеяло. — Гарри просыпался, но я усыпила его заклинанием, он сам попросил. Боль довольно сильная. — А разум? – Северус протянул белый пакет целительнице. — Сохранен, по крайней мере меня он помнит, про тебя тоже успел спросить. Помфри осторожно достала тонкую ручку ребенка, протерла спиртом и подсоединила капельницу. Стойкой послужила вешалка из кладовки. — Только поняла, что у нас нет ничего из магловской медицины в кабинете, даже шприцов мало осталось. Женщина заклеила иголку пластырем и села за стол. — Я напишу инструкцию по применению на всякий случай, сейчас сезон квиддича, эти дети так и норовят попасть ко мне, – Помфри устало вздохнула, – итак, уколы нужно будет колоть раз в день по утрам, они для восстановления мышц, таблетки только после еды, не больше двух за раз, я сейчас распределю. Капельницы я буду устанавливать сама, но тебе придется следить за ним как минимум два часа, чтобы он ее не сорвал. — Почему ты сама укол не сделаешь? – Северус проходил медицинские курсы, но ему никогда не нравилось применять свои знания. — Он доверяет тебе. Не знаю, почему, ваша история довольно сложна, но во время прошлой паники он меня и близко не подпустил. Сейчас приступов станет больше, а еще, я тебе настоятельно советую почитать про детскую психику, мальчика придется успокаивать во время инцидентов. Мерлин, лучше бы он полностью превратился в шестилетку. Северус, слушавший до этого очень внимательно, вопросительно поднял брови. — Гарри выпил зелье с волдырями в составе, начнутся ночные приступы. Если бы ему было шесть, его смогли бы успокоить и просто объятия, но ему восемнадцать. Представь себя в таком возрасте, писающим в кровать. Как бы ты себя чувствовал? Пришлось согласиться, Гарри будет очень тяжело справляться со всем этим. Нужно будет пригласить друзей для поддержки и Драко, только разделить их по времени. Вскоре мадам Помфри ушла, оповещающие чары около кабинета зазвенели у нее в голове, кто-то опять свалился с метлы или наслал на себя вместо освежающих чар фурункулы. Северус остался сидеть с мальчишкой. Гарри выглядел очень изможденным. На самом деле, Северус только сейчас смог рассмотреть ребенка повнимательнее, отмечая про себя излишнюю худобу и болезненный вид. И если второе было по вине Джереми, то телосложение являлось работой его опекунов. Мальчик явно недоедал. Мысленно Снейп уже составлял диету, на которой Гарри быстрее наберет здоровый вес. Нужно будет еще включить в расписание тренировки и зарядку, мышцы одними лекарствами не укрепишь. Через час Гарри заворочался в кровати, пытаясь перевернуться, Северусу пришлось его придержать, чтобы ребенок случайно не дернул рукой с иглой внутри. Гарри скривился и открыл глаза. Несколько секунд он смотрел куда-то в сторону затуманенным взглядом, как вдруг сильно дернулся и начал вырываться. — Поттер, успокойтесь! – ноль реакции, Гарри испуганно озирался, – Поттер! Это директор Снейп, ты помнишь меня? Поттер! Гарри! Вот тут зеленые глаза уставились на Снейпа, и в них промелькнуло узнавание. — Профессор. Голос ребенка был хриплым и каким-то молящим, словно он хотел попросить чего-то, но сам не знал, что именно. Северус поднес к искусанным губам стакан с теплой водой, давая вдоволь напиться живительной влагой. Гарри попытался придержать рукой, но тут же тихо охнул, когда согнул руку с капельницей. — Что это? – паника снова начала разгораться, – почему оно здесь? — Поттер, попейте воды, успокойтесь, я сейчас все объясню, – Северус дождался, пока Гарри возьмет эмоции под контроль, помог ему принять более удобное положение и прикрыл левую руку мальчика одеялом, – Джереми напоил вас сильным зельем, компоненты в нем редкие и используются в крайних случаях, они очень плохо взаимодействуют с другими ингредиентами, поэтому вас придется первое время лечить магловскими методами. Ничего страшного. А теперь, не могли бы вы описать свои ощущения. Гарри колебался пару минут, с осторожностью поглядывая на прозрачную трубочку капельницы, по которой размеренно капала жидкость. Северус уже думал оставить мальчика одного, как вдруг он заговорил. — Руки болят очень, ног я не чувствую вообще, живот крутит, ребра ноют, еще тяжело голову держать. В голове каша, я не могу разобраться, мне хочется плакать, спать и при этом я все помню и не ощущаю себя маленьким. Северусу показалось, что Гарри начал вести себя с ним чуть смелее, обычно мальчишка использовал короткие фразы для ответов, а тут спокойно описал свои ощущения. — С вашей головой мы разберемся чуть позднее, сначала вам нужно поесть, принесу кашу. И никаких возражений. Северус ушел, а Гарри, стараясь не думать об игле в руке, улыбнулся. Рядом с этим человеком было спокойно и хорошо, хотелось как можно дольше оставаться рядом с ним. Гарри было передёрнулся от столь странной мысли, все-таки это Снейп, противный профессор, но потом задумался и понял, что и угрюмый зельевар изменился после войны. Все изменились. И Гарри этим воспользуется.