Язва

В фантастическом мире, в особенности в Академии Магии «Кетнерри», за последние десятилетия произошли глобальные изменения. И это не касается современных технологий, новых вступительных экзаменов или ремонта. Дело в обитателях. Отношения между существами перешли на новый уровень: никто не хочет перегрызть друг другу глотки, навести порчу или превратить в камень из-за вспыхнувшей ссоры. Высшие и низшие расы теперь живут в мире вместо вечных воин кланов. Делят одну крышу, комнату в общежитии, а иногда и постель. Они ходят на одни занятия в академии, веселятся на кампусе, обсуждая приближающиеся зачеты и строгого преподавателя Юн, занимаются спортом и ходят в таверны по вечерам. Академия Магии «Кетнерри» располагается в густом лесу Готжавал на острове Чеджу, который омывается холодным, бушующим океаном. В ней учатся самые разные создания: от гиан и дриад до оборотней и вампиров. Опытные преподаватели ведут занятия по травологии, зоомагии, чародействам, тайным искусствам, контролю тела. В академии сохранились и некоторые традиции, такие как балы или состязания между факультетами. Одно из которых как раз запланировано на Новогодние праздники.  «Кентерри» — это место загадок и тайных лабиринтов. Магии и знаний. Странствий и исследований. Вражды и дружбы. Ну и любви, конечно.  — Знаешь, что сказала та фея с общемагического факультета? — внезапно спрашивает Тэхён, незаметно придвигая свою грязную тарелку ближе к моющему посуду Чонгуку.  — Что? — отвечает и забирает посуду, усмехнувшись.  — Профессор Юн будет придираться к каждому ответу на экзамене. Он валит всех!  — Тэхён, ты же хорошо знаешь его предмет. Уверен, немного твоей настойчивости, и он сдастся.  Тэхён дует губы и прилипает к Чонгуку сзади, обхватывая торс руками и прижимаясь щекой к горячей спине.  — Он меня мучил весь семестр. То ему не нравится, как я историю магии трактую, то заклинание не то, — от злости сильно сжимает руки, но Чонгук этого даже не ощущает. — И меня завалит. Чувствую, как он потирает своими ладошками, предвкушая мой провал. — Ну хочешь я ему голову откушу? — смеется парень, выключая воду и вытирая руки полотенцем.  — Не нужны мне твои волчьи повадки. Сам справлюсь. Ты вообще не воспринимаешь эту ситуацию всерьез. Вот возьму и отравлю тебя, пока ты будешь спать.  — Тэхён, — парень разворачивается, чтобы посмотреть в темные с обиженным прищуром глаза. — Я в тебе слишком уверен, чтобы переживать из-за какого-то профессора Юна. Ведьмак фыркает, недовольно сверкнув взглядом. И только Чонгук знает, что за этим гневом и возмущением скрывается хрупкая неуверенность и излишний перфекционизм.  — Ну хочешь вместе позанимаемся? Я тебя поспрашиваю.  — Нет уж, спасибо. Я позову Чимина.  — Ты такая язва.  — Поддерживаю статус, — отвечает, все еще держа Чонгука в своих руках.  — Я тебя за это и люблю, — говорит, мягко улыбнувшись.  Тэхён таким был с самой первой их встречи. Со вздорным характером и острым языком. Чонгук с ним столкнулся в том году на одном из ежегодных турниров между факультетами академии.  Они тогда участвовали в одном этапе, в котором нужно было найти выход из запутанного и темного лабиринта, полного опасностей. Чонгук, как оборотень, был уверен в своих силах и обостренных способностях к обонянию. Парень глубоко вдыхает, уже чувствуя запах своей победы. Прохладный и дурманящий. Почти сводящий с ума и заставляющий волчью сущность удовлетворенно рычать. Последний этап, выиграет — и его факультет заберет кубок. Проще простого. Всего лишь выбраться из лабиринта.  Чонгук твердо стоит на линии старта, когда фигура сбоку неожиданно начинаете говорить.  — Если ты не сдашься в этом раунде, волчонок, я позабочусь о том, чтобы твой год в академии превратился в кошмар.  Оборотень поворачивает голову в сторону, осматривая загадочного собеседника в капюшоне. Волчонок? С ним в академии до этого никто так пренебрежительно не разговаривал, даже если все существа общаются друг с другом на равных. Да он с этим парнем в миг разберется, не обращаясь. Но его эта ситуация пока лишь забавляет. — Ведьмак? — усмехается Чонгук. — Настолько не уверен в своих силах, что просишь меня проиграть?  — Всего лишь повышаю свои ставки на выигрыш. И я не прошу.  Чонгук хмыкает. Этот парень что, совсем не в себе? Их факультеты действительно борются за звание лучшего, опережая друг друга в каждом последующем раунде. Но если они хотят выиграть, им придется вырывать победу из клыков Чонгука. А они у него крепкие.  — Даже не надейся, что я поддамся какой-то ведьмочке, — незаинтересованно отвечает и разворачивается, засунув руки в карманы брюк.  Ведьмак вмиг оказывается в нескольких сантиметрах от лица оборотня, а Чонгук даже не дергается. Смотрит и ждет. Глаза противника бездонные, с недобрым прищуром. Ощущение, будто он прожигает взглядом насквозь, плавя все внутренности.  — Не недооценивай меня, хвостатый, — угрожающе рычит парень.  — Тогда покажи мне, что ты можешь, — не подумав, отвечает, игнорируя дикое прозвище.  Чонгук следит за тем, как взгляд ведьмака сверкает алым огнем, и проскальзывает в нем что-то похожее на решимость и легкую игривость. Они расходятся по местам, услышав сигнал судьи.  В этот вечер они идут бок о бок к выходу из лабиринта. Чувствуют присутствие друг друга, анализируют поведение и не теряют бдительности. Чонгук пытается оторваться от противника, доверяя особенностям своей сущности, а ведьмак ходит за волком по пятам, отставая лишь на пару шагов.  Оборотень останавливается у высокой стены лабиринта. Тупик. Он знал. Пришел сюда специально. Он резко оборачивается, надеясь увидеть ходившего за ним парня, но за ним никого не оказывается.  Чонгук выжидает несколько секунд, вслушиваясь в шелест травы под ногами и шарканье чужой обуви в нескольких десятках метров от него. Это не он. Волк его не чувствует. Удалось скрыть свое присутствие? Зачем?  Оборотень продолжает путь, ускоряя шаг. Финиш где-то рядом. Он знает. Слух улавливает разговоры студентов и преподавателей за стенами. Чонгук поворачивает направо. Осталось всего несколько проходов. Свернуть. Прямо. Еще раз свернуть. Ловушка.  Он проходит последний проход и улыбается, радуясь потенциальной победе. Но завидев финиш, уголки его губ опускаются. В груди разливается жар. На траве, прислонившись к стене, сидит ведьмак. Он вскидывает подбородок, приподняв бровь.  — Как-то ты долго, волчонок. Я уже заждался. Хотел увидеть, как ты будешь смотреть на меня, выходящего из лабиринта и забирающего кубок, — довольно скалится парень.  Чонгук усмехается. Поразительно. Держал его за дурака всю игру? Обвел вокруг пальца? Но у него все еще есть последний шанс. В скорости волкам равных нет. Оборотень кидается к финишу, но ведьмак ловко подскакивает на ноги и переступает границу, объявляя себя победителем этапа.  Чонгук смотрит на то, как к парню несутся его друзья и приятели, выкрикивая что-то об их победе. Оборотень, если честно, не вслушивается. Он сталкивается с горящим и опасным взглядом ведьмака. Показал, на что способен, значит.  И Чонгуку вовсе не обязательно знать, что ведьмак с красивым именем Тэхён нагло пользовался телепатией и знал все его ходы наперед.  — Назови основные типы магии, — просит Чимин, который сидит, оперевшись на мягкую кровать, и хрустит шоколадными батончиками.  Чимин — друг Тэхёна. Они познакомились во время вступительных испытаний. А еще Чимин — фея. И Чонгук до сих пор удивляется его способности стойко выносить характер ведьмака.  — Я хочу ёлку, — Тэхён игнорирует вопрос, витая в своих мыслях.  Хочется уже забыть о зачетах, экзаменах, надоедливых профессорах (об одном конкретном). Ему бы комнату украсить и провести все выходные, лежа с оборотнем в обнимку и иногда выводя его из себя. А он последнюю неделю только и делает, что учится и практикуется. Читает заклинания, ошибается, злится, ходит в библиотеку, читает книги, изучает яды и противоядия, путается и снова злится.  — Не отвлекайся, — друг легко ударяет его кипой материалов с вопросами по голове, отчего тот недовольно стреляет в него взглядом.  — Существует несколько классификаций типов магии. Поговорим про одну из основных. Выделяют магию стихий, жизни, некромантию, психическую и магию природы, — ведьмак загибает пальцы. — Правильно, — удовлетворенно кивает Чимин и ставит галочку напротив вопроса. — Дальше…  Дверь комнаты негромко хлопает, а в коридоре щелкает выключатель. Помещение сразу же наполняется морозной свежестью, и Чимин рефлекторно придвигает ноги ближе к себе. Ведьмак тихо извиняется перед другом и поднимается на ноги.  — Ты где был? — спрашивает Тэхён, заглядывая в коридор и осматривая копошившегося в нем Чонгука.  — В лесу, — отвечает, отряхивая снег с волос и куртки, и улыбается парню.  От него пахнет хвоей и мускусом. От Чонгука пахнет домом. Скажи Тэхёну из прошлого, что в его мыслях возникнет подобное, он бы никогда не поверил. А сейчас стоит, пялится на эту глупую улыбку и ощущает разливающееся в груди тепло.  Тэхён скептично дергает бровью, не понимая. Чонгук, уловив в этом жесте недоумение, снова открывает дверь комнаты и выходит в глубокий коридор.  А через пару секунд возвращается с настоящей ёлкой. Небольшой, но пушистой и пахнущей. И счастью ведьмака нет предела. На нехарактерный для парня возглас в тамбур выглядывает даже Чимин.  Уже через пару часов, после плотного ужина, которым любезно занялся Чонгук (по просьбе Тэхёна), они втроем сидели в комнате и украшали новогоднюю елку. Чимин распутывал запутавшиеся гирлянды, параллельно задавая вопросы ведьмаку из экзаменационных билетов. А Тэхён уже с большим энтузиазмом отвечал, успевая поспорить с Чонгуком по поводу того, какая игрушка должна висеть на ветке.  — Какие травы добавляются в зелья?  — Мандрагора, белладонна и полынь. Чонгук, сними это. Повесь эту. Она лучше смотрится, — пальцем показывает на яркий красный шар и вытягивает руку с игрушкой в виде домика.  — А части животных?  — Так, — на секунду задумывается, кладя в рот дольку мандарина. — Змеиный яд…  — Ага.  — Крылья летучей мыши. — В точку, — Чимин передает скорчившемуся Чонгуку гирлянду и снова ставит галочку рядом с вопросом. — Это был последний вопрос.  — Как на экзамене расправиться с тем, кто тебя бесит? — вздыхает Тэхён, забирая из рук друга папку с листами. — Откусить ему что-нибудь.  — Нет, — удивляется фея.  — Тогда съесть.  — А что-то более социально приемлемое нельзя придумать?  — Ничего вы не понимаете, лучший способ — это яд, — вклинивается в диалог Тэхён и отвечает на свой же вопрос.  — Вы варвары, — вздохнув, подытоживает Чимин. — А теперь попрошу меня простить, но мне пора. Я встречаюсь с Юнги.  Он поднимается с кровати и ловит на себе игривый взгляд друга.  — Что? — С Юнги? — переспрашивает, играя бровями.  — Мы готовимся к зимнему балу, — закатывает глаза и отмахивается, пряча легкий румянец.  — О, да. Как же, — смеется ведьмак, вставая вслед за ним, чтобы проводить.  Чимин машет Чонгуку и, хлопнув дверью, скрывается в коридоре волшебного общежития.  Тэхен возвращается в комнату, и Чонгук выключает свет, позволяя им полюбоваться красочными гирляндами и полностью украшенной елью. Ведьмак завороженно рассматривает каждую веточку, каждый шарик и огонек.  Он ощущает прикосновение горячих ладоней к плечам и тихий шепот на ухо:  — Доволен?  — Очень, — так же шепотом.  — Ты устал? Заварить тебе травяной чай? Пойду поставлю чайник, — он убирает руки и разворачивается, чтобы уйти, но цепкая хватка Тэхёна не дает ему этого сделать.  Ведьмак тянет оборотня на кровать, заставляя его лечь, и сам устраивается рядом. Прислоняется спиной к широкой груди и смотрит на переливающиеся огоньки гирлянды. Чонгук приподнимается на локте, чтобы видеть парня, а второй рукой тянется к его лицу. Бережно касается темных волос, убирая их с глаз, проводит ребром ладони по щекам и спускается вниз, легко сжимая руку Тэхёна.  Они оба молчат, вслушиваясь в размеренное дыхание друг друга и тихую музыку, доносившуюся с кампуса академии. Действительно, репетиция бала.  — Чонгук, — зовет ведьмак.  — Что? — Ответь сейчас серьезно, без шуток. И в ответ ничего не спрашивай, иначе я на тебя разозлюсь, обижусь и не буду разговаривать, — предупреждает, хмурясь, Тэхён, и натягивает одеяло выше, чтобы спрятать хотя бы часть порозовевшего лица.  — Хорошо, — от Чонгука веет спокойствием, и это выбивает Тэхёна из колеи, потому что он успокоиться не может.  — Ты когда-нибудь жалел, что мы стали парой?  Вопрос — ножом по сердцу. По сердцу Тэхёна.  Зачем, зачем, зачем — молоточком по вискам. Страх застревает в горле колючей проволокой. Ему очень тяжело даются эти слова. Каждый раз скрывает свои переживания за язвительностью и безразличием. Прячет их в ящик с двойным дном, чтобы никто и никогда не обнаружил, что Тэхён тоже. Боится, сомневается, завидует, беспокоится, заботится и любит.  Сам понимает, каким он бывает. Отстраненным, вредным и выводящим на эмоции. Стыдно признавать, но он думал о том, что было бы, встреть Чонгук существо своего вида. Волка. Вместе и навсегда? Вожак стаи и его верный спутник?  — Никогда, — низким уверенным голосом вызывает табун мурашек. — Даже когда ты выносишь мне мозг, даже когда избегаешь меня в тяжелые времена или угрожаешь отравить меня ядом. Никогда, слышишь, Тэхён?  Чонгук подносит ладонь ведьмака, которую продолжал держать в своей, к губам и оставляет на ней мягкий поцелуй.  — Я каждый день благодарю тот турнир за то, что сейчас в моей жизни есть ты. Каждый день. Ты — мое драгоценное сокровище. И я до безумия сильно боюсь тебя потерять. Тэхён разворачивается лицом к Чонгуку и зарывается носом в горячую шею. Оборотень на него действует, как самое сильное и надежное успокоительное. Рядом с ним уже и не чувствуешь себя таким ужасным человеком.  — Я люблю тебя, ведьмочка.  — И все-таки не хочу я идти на экзамен к Юну, — меняет тему Тэхён и кусает губы, пряча улыбку.  — Ты не собираешься сказать мне то же самое? — возмущенно спрашивает Чонгук.  — Может я просто прибью профессора? — Нет, Тэхён.  — Даже чуть-чуть? — Это не имеет никакого смысла.  — Это значит, да? — В какой, блять, Вселенной это — да?  — Я тоже люблю тебя, волчонок, — Тэхён приподнимается и оставляет мокрый поцелуй на чужом подбородке, любуясь довольным оборотнем.  В мире за последние десятилетия произошли большие изменения. «Кентерри» — это академия для всех: от гиан и дриад до оборотней и вампиров. Создания здесь живут, учатся магии или зельеварению, знакомятся на балах и разгадывают волшебные тайны.  А, ну еще и любят, конечно.  И Тэхён и Чонгук — главное тому доказательство.