Вкус победы

Пируй, Джейми. На ней красивое белье. И сама она красива. Она сексуальна двадцать четыре на семь, но сегодня она явно готовилась к тому, что ее празднично трахнут. Когда они говорили о спасении ранчо, когда она сказала: «Попроси меня» и он попросил о помощи — он не думал, какую придется платить цену. Не думал, что устранить главную помеху окажется легко и быстро, что это вообще получится. Что отец не просто отойдет в сторону, а в самом деле умрет; и Монтана нихрена не вздохнет с облегчением. Сегодня она горькая. Он давится слезами не столько от ее вкуса, сколько от вкуса своей ебучей победы. Морщится, но продолжает лизать. Когда он закончит, на его перемазанных ее влагой, все еще горящих от ударов сестры, щеках она слез не заметит, а если заметит, то ей будет плевать. Она лишь посмеется. Как обычно, по-змеиному удовлетворенно. Смертельная тварь, брошенная им под копыта жеребца и вонзившая в того клыки. Никто бы не подумал, что какая-то змея свалит жеребца с ног. ...Какого черта у него стоит, пока он лижет ей? Возможно, все-таки стоит ее трахнуть на этом гребаном прокурорском столе, от которого теперь никакого толку, и придушить в процессе. Убивать теперь не страшно.