Его глаза

Всех разбудил громкой женский голос, пожелавший доброго утра.  Игрок 456 присел в кровати, широко зевнув. Протерев глаза он постарался привести в порядок одежду, успевшую растрепаться за ночь и встал на лестницу, осматривая остальных игроков. Те по очереди просыпались и спускались вниз, ожидая начала завтрака. Ки Хун последовал туда же, глазами выискивая друзей. Дэ Хо с Чон Бэ болтают, оперевшись о чью-то кровать, только вот.. Его не видно. Впрочем, какая вообще разница? Они даже не приятели, поэтому нет надобности в целом вспоминать о его существовании и тем более думать о нем. Ен Иль лишь помог ему в силу своей доброты душевной.  Наконец собравшись с мыслями Ки Хун направился к товарищам, что без остановки о чем-то верещали. Те встретили его с улыбкой и поздоровались, пожелав удачного дня. — Сэр, какая там первая игра? Сахарные соты? — Спросил Дэ Хо, переводя взгляд с Ки Хуна на толпу, успевшую образоваться за несколько минут, — Точно. Треугольник самый простой, надо запомнить.. Ки Хун сглотнул и молча кивнул, не став комментировать ситуацию и рассказывать о сне. Он искренне надеялся, что все пройдет гладко и в точности так, как предупредил мужчина.  После завтрака оставалось немного свободного времени перед следующей игрой. Большая часть людей собрались в группы и стали обсуждать план действий. Судя по всему, слухи о сотах дошли до всех. Это заставляло Ки Хуна вздрагивать лишний раз, как только к нему подходили, ожидая новую порцию вопросов. Он нервно перебирал край футболки, пытаясь собраться, как к нему подошли игроки 388 и 390. — У нас ориентировочно еще пару часов. Мы пойдем поспим, не теряй! — Улыбнулся Чон Бэ и направился к себе. За ним поплелся Дэ Хо, громко зевая. Эта ночь всем далась тяжелой.  Самочувствие 456-го оставляло желать лучшего, голова кипела и неимоверно болела, мешая спокойно провести оставшееся время. Было решено умыться холодной водой, в надежде, что это поможет. Мужчина двинулся к рабочим, которые провели его до уборной. Там, на удивление, никого не было.  — Видимо, все заняты, — Ки Хун расположил руки на раковине, оперевшись об нее и вглядываясь в зеркало. Последние пару месяцев он не следил за собой, из-за чего выглядел достаточно помято. Большие круги пол глазами сигнализировали о плохом сне. Жизнь его изрядно помотала. В голову снова начали лезть мысли о том, как он всех подставил. Включив холодную воду, Ки Хун пару раз промыл лицо. Смотреть в зеркало больше не хотелось, поэтому он стоял, опустив голову и смотря вниз.  — Господин? — Сзади послышался уже знакомый, спокойный голос. Ен Иль сделал пару шагов в его сторону.  Ки Хун же вытер руки о футболку и двинулся в сторону выхода, ничего не ответив. Рука, приземлившаяся на плечо, притормозила его. Пришлось повернуться лицом к собеседнику. — С Вами все в порядке? — Тот сделал шаг вперед, оказываясь еще ближе. В голосе чувствовалась некая забота. В ответ молчание, — Часто такое происходит?  — Последний год так. Но это не важно.  Рука слегка приподнялась, касаясь шеи, и начала слегка поглаживать оголенную кожу. Место прикосновения моментально вспыхнуло красным, но никого это не смутило. Несколько секунд спустя хватка вдруг усилилась, сдавив шею вперед. Мужчины стукнулись лбами, благодаря сильной хватке и остались стоять в таком положении. Ки Хуну было неловко, но сопротивляться он не стал, лишь молча наблюдал за действиями второго.  — Ки Хун, Вам стоит больше верить в себя.  Это было странно и.. мило. Ен Иль продолжал поглаживать шею, не нарушая зрительного контакта ни на миг. От этого взгляда внутри все переворачивалось, давая сбой в привычном состоянии. Ки Хун, на удивление самому себе, заметил то, насколько же глаза Ен Иля выразительны и безумно красивы.. Они видят человека насквозь, приманивают, не давая и шанса выбраться. За ними скрыто нечто большее, чем обычный взгляд нового товарища, и Сон это чувствовал.  Дверь в мужской туалет с грохотом открылась, ударяясь о противоположную стену. Зашел игрок 257, замерев и с приоткрытым ртом уставившись на интереснейшую картину. Ки Хун отлетел от мужчины как ошпаренный. Ему стало душно, тяжело дышалось. Напоследок взглянув на Ен Иля, тот увидел небольшую ухмылку и приподнятые брови, от этого сделалось еще хуже. 456-ой моментально вылетел из туалета, схватившись за сердце.  — Никому ни слова, — Выражение лица Ен Иля вдруг сделалось серьезным, холодным, таким, каким он бы не стал показываться перед своим новым другом. Он подошел к пареньку и, похлопав того по плечу, направился к выходу, — Иначе тебе конец.  257-ой сглотнул. Ему перехотелось сюда приходить.