Безразличие созвучно смерти

― мы действительно противоположности ― смеётся Хван.  ― и ты туда же! Все так говорят, но у нас же есть что-нибудь общее? ― задаётся вопросом Феликс.  ― разве что это деревня ― ещё один смешок.  ― ничего общего? Совсем ничего? ― нас связывает деревня, а мы, ― Хёнджин двигается ближе, шурша травой ― полные противоположности. Но, знаешь что? ― противоположности притягиваются ? ― Ли улыбается.  ― верно! Ликс быстро встаёт с травяного покрова, шагает буквально два небольших шажка и валится на старшего, крепко-крепко обнимая.  И им ничего не нужно. Присутствие друг друга … это действительно так важно и так сложно.  Лето ― это что-то максимально странное, но приятное. Оно напоминает молнию, редко приходит и быстро уходит, заставляя ждать ещё неизвестное количество времени ради следующей встречи. Лето ― это про свободу, велосипеды и самокаты, ромашки и рассветы. Мимолётно, но атмосферно, а некоторые моменты имеют ощущение бесконечности. Это что-то на тёплом, сопровождающееся клубникой и освежающим лимонадом.  Приятное.  ― сейчас бы на велик и уехать в бесконечное лето, где никто не потревожит ― выкидывает в разговор блондин.  ― чего сидишь? Бери велик и поехали, только не в бесконечность, а в обычное лето ― Хван поднимается, отряхивается и протягивает руку младшему, а тот встаёт уже с его помощью. ― побежали? ― спрашивает Ликс. Ответа не последовало, Хёнджин только кивнул, всё ещё держа Феликса за руку, а потом убежал к началу поля, где парни и оставили свой транспорт.  Так и гуляли до утра. Проехали все улочки по нескольку раз, вспоминая каждый раз родные моменты из прошлого; шутили и сами смеялись, до такой степени, что младший полетел с велосипеда, раздирая колонку о твёрдые камни. Хван сразу остановился, спустился с велосипеда, и, оставив его на дороге подбежал к блондину.  ― аккуратнее будь .. ― он доставал из сумки, повешенной на поясе, бинты и пластыри, которые таскал всегда.  ― смешная шутка была, да ? ― Ли продолжает смеяться.  ― да, но о себе забывать тоже не стоит, видишь, колонку разодрал ― Хён ещё копошился в сумке, ожидая найти что-нибудь полезное, и ему повезло. Перекись, но совсем немного. ― потерпи немного, щипать будет.  ― не маленький! ― и после прикосновения жидкости к коленке он вскрикивает.  ― я вижу. ― смеётся Джинни, продолжая обрабатывать и время от времени дуть на рану, чтобы немного уменьшить боль. Через пару минут перевязывая обработанное место бинтом. ― не хочу уезжать отсюда, совсем ― Ликс поджимает ноги к груди, оставаясь на траве.  ― оставайся там, где твоё сердце улыбается и чувствует покой.  ― иногда ощущение, что я общаюсь с философом или писателем. Ты хорошо излагаешь мысли, я бы так не смог.  ― а ещё могу нахвалить тебя. Твои карие глаза ощущаются как долгие объятья, тёплый чай с лимоном в зимний вечер, а ещё, в твоих глазах я иногда вижу звёзды, что так гонятся за мечтой, и, я знаю как ты устал, но ты проделал огромный путь и я горжусь тобой. Ты сильно старался, но учёба учёбой, а жить тоже надо. ― Джинни улыбается. Говорил чистую правду.  ― спасибо за твоё существование, не могу сказать бо́льшего.  ― скромничаешь? ― смеётся Хван.  ― а ты и не заслуживаешь бо́льшего! Хёнджин смеётся ещё громче.  Всё что им надо: шесть утра, аромат ромашек и разодранная коленка. ― ты будто бы погрустнел, улыбайся, ты всё смог ― Хён кладёт ладони на лицо младшего. ― мысли изнутри сжирают, даже сейчас ― устало выдыхает Ли.  ― Ликси, выпей чая, собери волосы и мы решим всё это вместе. Я тебя никогда не брошу.  ― спасибо ― блондин обнимает Хвана. ― спасибо за то что ты рядом. Ты единственный, кто- ― слёзы уже подступали, а ком предательски застрял в горле, не позволяя выговорить и слова.  А Хван только сильнее прижимает Ликса к себе, разрешая выплакаться. Тут его не осудят.