Воробушек

      Как только профессор Поттер удалился за дверь, в аудитории раздался восторженный голос Мориса Лестрейнджа:       — Интересно, сколько же получают авроры, которые защищают наш покой, если они носят такую старую униформу?       Аврор Мейхел даже не шевельнул бровью, лишь сдержанно заметил:       — Достаточно, чтобы свести концы с концами.       На эти слова послышались смешки студентов, наполняя атмосферу легким весельем.       — Итак, начнём… — произнёс Мейхел, стараясь вернуть внимание к лекции.       — Подождите, я ещё не закончил! — воскликнул Лестрейндж, не желая упускать момент.       Аврор, уже раздражённый, произнёс:       — Что-то ещё, молодой человек?       — Да, — ответил Морис с ухмылкой, — если я не собираюсь работать здесь, могу ли я уйти? А то боюсь, что усну на ходу и храпом помешаю вашему, безусловно, интересному рассказу.       Студенты загомонили в знак поддержки, подбадривая своего товарища.       — Молчать! — скомандовал мужчина, его голос стал более строгим. — Сейчас вы отправитесь к Главе Аврорората на ковер.       Внезапно раздался тихий, но уверенный голос Дариана Вильямса:       — Вот и ковер нарисовался, Лестрейндж. Ты первый, у тебя и опыт найдётся.       — О, хочешь приобрести опыт на ковре? — с ухмылкой ответил Лестрейндж. Он уверенно начал приближаться к своей «жертве», а студенты, расступаясь перед ним, не решались преградить ему путь.       — Стоять на месте! — скомандовал Мейхел, но Лестрейндж уже не слышал никого вокруг. Его взгляд был устремлён на цель — Дариана, который уверенно смотрел ему прямо в глаза. Это только подогревало его хищный азарт.       — Так личные отношения будете выяснять в другом месте, — произнёс аврор, пытаясь вернуть ситуацию под контроль.       — Это точно никогда не закончится! — выкрикнул кто-то из студентов, поддерживая атмосферу напряжённого ожидания.       — А сейчас мы это и проверим, — ответил Мейхел, и в этот момент сильный порыв ветра втянул Лестрейнджа в небольшую комнату, которая только что появилась в стене.       — Вильямс, сам пойдёшь? — спросил мужчина, оборачиваясь к Дариану.       Тот кивнул, и, войдя в замкнутое пространство, явно почувствовал удовлетворение, которое не ускользнуло от внимания Мориса.       — Птичка сама прилетела в клетку? — с ухмылкой произнёс он, уже не собираясь угрожать всему Аврорату связями своего отца.       Дверь за ними захлопнулась с глухим звуком.       — И что дальше? — спросил Дариан, его голос звучал с лёгким беспокойством.       С последними его словами стены начали медленно сближаться, создавая атмосферу нарастающего напряжения.       — Что за чертовщина? — воскликнул он, глядя на приближающиеся стены.       — А мне это нравится, — с ухмылкой ответил Лестрейндж. — Так ты сам по мне придёшь.       Стены остановились в своем движении только тогда, когда парни оказались в плотном контакте друг с другом, ощущая теплое дыхание друг друга. Рука Лестрейнджа, скользнувшая по стене, плавно переместилась на талию Дариана, вызывая недовольное фырканье последнего.       — Нравится? — с лёгкой усмешкой поинтересовался Морис.       — Если я скажу, что нет, разве это тебя остановит? — ответил Вильямс, пытаясь сохранить видимость невозмутимости.       — Конечно же нет, — с ухмылкой произнёс слизеринец, опуская ладонь на ягодицу гриффиндорца. Дариан, почувствовав это, попытался убрать руку, но та, казалось, не желала сдвигаться с места.       — Что же ты такой сильный?! Не учили правилам приличия?! — возмутился он.       — Мы знакомы уже более семи лет, куда уж эти приличия, — с ухмылкой ответил Морис.       Дариан, уткнувшись в плечо однокурсника, произнёс:       — Ты невыносим.       — Знаю, но именно этим тебя и завожу, — с игривой улыбкой ответил тот, ущипнув Дариана за ягодицу, чем вызвал его возмущённый писк.       Лестрейндж, наклонившись ближе, прошептал Вильямсу на ухо:       — Сходим в Хогсмит в воскресенье, а то в субботу у меня тренировка по квиддичу.       Дариан поднял голову и встретился с его глазами, полными искренности:       — Серьёзно?       — Вполне, — ответил парень с лёгкой улыбкой. Другой рукой он нежно приподнял подбородок Вильямса и, наклонившись, поцеловал его, слегка оттягивая губу и отпуская её с игривым звуком.       — В твоих глазах я вижу звёзды и космос, в котором хочу утонуть, — произнёс он, словно это было самым естественным делом на свете.       Дариан, слегка смутившись, спросил:       — Ты знаешь, что такое космос?       Лестрейндж усмехнулся и с задорным блеском в глазах ответил:       — Нет, но я уверен, что прав.       Гриффиндорец, с лёгкой улыбкой, произнёс:       — Непременно.       Затем он наклонился к слизеринцу, грубо и властно прикасаясь к его губам, что вызвало удивлённый стон Лестрейнджа:       — Я согласен, ты и я.       — Отлично, — ответил Морис, его глаза сверкали от радости.