Нескучный декрет

      Декабрьская конференция в военном институте прошла достаточно скучно. Доклады были среднего уровня, поэтому даже тезисы Марины, в некотором смысле написанные на коленке, казались чем-то более удачным. С другой стороны, места на этой конференции не присуждали, поэтому сказать, какое могла бы занять Марина, представлялось маловозможным.       Обитатели кафедры, казалось, успокоились на тему постоянных подколов Марины. Девушка даже наслаждалась этим, в глубине души желая, чтобы подобная ситуация продлилась как можно дольше. Все вокруг казалось каким-то миром перед скорой войной, однако об этом Марина старалась не думать.       Однако больнее всего было вспоминать даже не пересдачу, а тот самый разговор в отделе аспирантуры, который застрял в сердце Марины, будто заноза. И если к подобным экзаменам девушка была привычна еще со времени обучения в магистратуре, отдел аспирантуры вольно или невольно, а, может быть, и то, и другое сразу, надавил на больные места.       — Я хочу написать заявление об отчислении из аспирантуры, — произнесла Марина.       Сотрудница посмотрела на лицо девушки, увидела, что даже глаза не успели толком просохнуть, не говоря уже о том, чтобы окончательно прийти в обычный вид, сказала:       — Почему? Вы же просто хотели выручить кафедру и университет.       — Я передумала, — ответила Марина. — Я решила попробовать поучиться и в полной мере осознала свою недостойность.       — Тогда тем более вам не стоит сдаваться при первых же трудностях, — произнесла женщина. — А давайте-ка я попробую угадать! Какой-то кандидатский экзамен не удалось сдать?       — Да, — сказала Марина. — Специальность.       — И зачем вы полезли сдавать специальность так рано, если стандартное время — это второй курс? — спросила женщина. — У вас впереди около года, чтобы к нему подготовиться.       — Мне предложили, — ответила Марина.       — Вам даже отчисление не грозит, потому что идете не просто в сроки — опережаете их, — сказала сотрудница. — Возможно, с вас даже стипендию не снимут за то, что сдали иностранный на тройку. Вы ведь опережаете индивидуальный план. Спокойно готовьтесь год, читайте — вот и сдадите.       Марина промолчала.       — Вы же начинающий преподаватель, — продолжила женщина. — Не все может получаться, вам еще совершенствоваться и совершенствоваться! Это первая ступенька вашей карьеры. Потом будете писать диссертацию, защититесь, пойдете дальше… Зачем останавливаться на минимуме?       — Хорошо, — ответила Марина. — Не буду.       — У вас все впереди, недаром специальность не сдают так быстро, в первые же месяцы обучения, — подытожила сотрудница.       За конференцию Марине пообещали небольшую премию — успешное же выступление. Однако вскоре на почту пришло письмо от Катерины с каким-то файлом и комментарием: «Марина, зайди как будет время».       Файл Марина открывать не стала — с телефона неудобно, с компьютера могут увидеть другие. Несмотря на то, что та же Ворона совершенно не стеснялась не просто зайти на Вайлдберриз, но еще и оставить открытую страницу, пока выходит по делам, и все вольно или невольно могли увидеть подборку разделочных кухонных досок, то Марина испытывала некоторую неловкость, даже если просто читала прилюдно новости. Именно поэтому девушка ограничилась заголовком «служебная записка о премировании» и успокоилась на этом — видать, Катерина решила прислать скан в ПДФе, чтобы ее успокоить — премия никуда не денется.       Марина закрыла почту, отправилась к Катерине.       — Марина, файл прочитала? — спросила женщина.       — Еще не успела, — ответила Марина.       — Тогда читай оригинал, — Катерина протянула документ.       Марина начала чтение. «Служебная записка о премировании»… Казалось, все было достаточно очевидно: она съездила на конференцию — ей подкинули немного денег за научную деятельность, несмотря на тот самый досадный инцидент некоторое время назад.       — Пять тысяч за активную научную деятельность, — сказала Катерина. — Не за это выступление, а именно за активную научную деятельность. Иначе говоря, повод вернуть недоначисленные стимулирующие.       — Спасибо, — ответила удивленная Марина.       — Вот только на первый раз стимул премией возмещаю, больше так делать не буду, — произнесла Катерина. — Будет второй раз — акт и объяснительная в кадры на приказ на замечание, стимул наполовину меньше, третий и более раз — приказ на выговор и голая зарплата без стимула. В трудовую книжку сейчас, конечно, ничего уже не вносится, а в личном деле все равно останется. Надеюсь, все понятно?       — Да, понятно, — подтвердила Марина.       — На кафедре лучше не говорите, — продолжила Катерина. — Спросят про премию — вы ее получили за научную деятельность. Как говорится, все получают, кто этими вопросами занимается. А за тот самый случай сняла с вас десять процентов — и все, сняла, нет их. Вас же дурочкой, которую жалко, с которой даже деньги снять неловко, будут считать, не меня.       К Новому году уже от ректората была обещана «просто годовая премия». Прибрасывая в глубине души, что по итогам этого месяца ее зарплата может приблизиться к сотке, Марина подумала:       «Нет, за такие места надо держаться зубами и ногами. Как говорится, в технаре хорошо, технарь рядом с домом, а здесь и студенты лучше, и зарплаты приятнее».       То, что кроме плюсов были и минусы в виде не самых лучших коллег или заморочек с диссертацией, думать не хотелось.