Салют

— Соруш, ты готов? Дядя Аль-Хайтам уже долго ждет нас! - Раздался голос Кавеха с лестницы. Мальчик начал торопиться. В силу возраста ему было сложно одеваться самому, поэтому сборы времени занимали не мало. Кавех никогда не торопил сына, оставался спокойным, когда мальчик выходил из комнаты в разных носках или вывернутой наизнанку футболкой. “Мы учимся на протяжении всей жизни” - повторял отец, когда Соруш расстраивался на совершенные им ошибки. Вот и сейчас Кавех смотрел на сына с приподнятыми кончиками губ, качал головой и начал объяснять, что две полоски у колготок должны быть сзади, а варешки на разных руках. Малыш внимательно слушал отца, будто это не базовые дела человека, а нечто неземное, космическое, как звезды, которые мальчик любил рассматривать перед сном. На книжных полках можно насчитать около пяти книг о космосе и две по астрономии. Инициатором покупок был Аль-Хайтам, он же и читал перед сном, объясняя непонятые слова или рассказывая факты, которых нет в книге. — Вот и все. Пойдем скорее, скоро салют начнется. - Кавех взял сына за крохотную ручку и повел вниз. Аль-Хайтам, услышав знакомые голоса дорогих людей, спрятал телефон в карман и поднял глаза. Вид Соруш в новой шапочке с кошачьими ушками был высшим пиком милоты для обоих мужчин, несмотря на то, что она куплена два месяца назад - в телефоне хранилось около двадцати фото мальчика в разных местах, с разными эмоциями, но в одной и той же шапочке. — Вы долго. — Дядя Аль-Хайтам, простите. Это из-за меня. - Малыш подбежал к нему и взял за руку, на что тот приподнял кончики губ. Уже в машине Кавех и Соруш начали болтать, останавливаясь лишь на припеве любимых песен. Аль-Хайтам любил этот шум, - точнее этот шум был единственным, который можно слушать вечно, не надевать наушники - фантики от конфет на заднем сидении, расческу или духи, забытые случайно в машине. С появлением этой маленькой семьи, в его жизни появилась новинка - разнообразие эмоций. Черная машина дорогой марки останавливается на обочине, в окна попадает свет гирлянд с елки, разноцветных вывесок и самое главное - салютов. Соруш в нетерпении дрыгал ножками, готовый лопнуть от копошения мужчин на переднем сидении. Стоило только выйти из машины, пройти к центру площади, раздался громкий бабах - фейерверк. Аль-Хайтам посадил малыша на плечи, чтобы тот лучше видел разноцветные краски, заполняющие звездное небо, ловил большие хлопья снега, а каждый раз, когда получалось - кричал от радости. Кавех незаметно достал телефон, обнял мужа и включил фронтальную камеру. На страницах семейного альбома появилось новое фото.