Поймать удачу

Приходи ко мне, прошу приходи

И я буду ждать всегда

Ведь даже кучи людей среди

Я сумею найти тебя

      Изуку находился в своем кабинете, тихо заполняя отчет. Сегодняшний день слишком холодный и морозный даже для Токио. Снег и воющий ветер дуют в каждую щель, кажется, что в такой метели не видно даже собственного носа, настолько белые снежинки кружатся в беспорядочном танце. Деку поглядывает в окно, стуча пальцами по столешнице. Скоро Рождество, праздники и выходные, которые придется провести одному. Хотя, возможно он решит приехать к матери, чтобы не оставаться в давящей пустоте комнаты. Изуку никогда не боялся одиночества, но в последнее время, словно бы не хватало чьего-то внимания или прикосновений. Это удивляет и немного пугает.       Неожиданно раздается стук в дверь. Глухой, словно кто-то стучится нехотя. Сотрудник входит в кабинет с папкой бумаги и какими-то документами. На мужчине уже надето пальто и вид немного хмурый, похоже он хотел уже уходить домой и, возможно, к семье, но работа героев — тяжелая и постоянная пытка. Изуку улыбается уголком губ и перестает стучать мерно по дереву, даже отодвигает компьютер с незаполненным документом. Лишняя работа ему не повредит, а пойдет на пользу. Мидория ужасный трудоголик, но это играет очень даже хорошую роль в его компетенции, наверное, это и есть плюсы иметь одинокую жизнь героя.       — Что-то случилось? — спросил мужчина серьезно, смотря выжидающе. — Разве рабочий день уже не закончился?       Мужчина выпускает смешок и ухмылку, видно что он немного застигнут врасплох и совсем чуток расстроенный. Еще бы, в такую погоду ехать в долгой и холодной дороге до дома. Он выглядит так словно его закидали документами до самой ночи, Изуку думает, что так и есть. Сейчас конец года, отчетность и периоды и это все необходимо разгребать. Теперь уже в более взрослом возрасте он не удивляется одиноким героям, так или иначе это тяжелый труд. И приходя домой ты хочешь только поспать, а не любить кого-то (хотя в промежутках мысли проскакивают).       — Случилось, день закончен, но злодеям на это глубоко плевать, — отвечает устало сотрудник, кидая офисную папку с глухим стуком на стол, а пальто кладет на стул напротив Изуку. — В Киото…       — Мне это уже не нравится, — говорит тихо Деку, случайно оброняя смешок, потому он звучит достаточно глуповато.       Мужчина испускает смешок, расслабляя лицо, словно до этого напряжение накапливалось в каждой натянутой мышце на этом лице. Мидория даже немного покраснел, когда заметил этот беззаботный смешок от старшего.       — Два часа на поезде, агентство оплатит вам эти билеты. Необходимо поймать и обезвредить желательно без вреда другим злодея, — вздыхает мужчина и прикусывает зубами нижнюю губу, из-за чего та становится на несколько оттенков краснее. — Предположительно причуда злодея заключается в стихийной силе — буран, но это неточно. Разрушено несколько домов в центре Киото. Отличительный знак — злодей в костюме Санты.       — Что?       Изуку не сдерживается и смеется даже, ну правда злодей в костюме Санты это что-то новое и необычное. Но буран это серьезно, это непросто снег, но снег с очень сильным ветром и, возможно, даже льдом. мидория хмыкает, думая кого можно отправить на это задание, чтобы обезвредить причуду, а поимка это уже второй этап. Деку настолько задумывается, что выпускает из виду важную деталь. Сосредоточившись, он бегло спрашивает:       — «Агентство оплатит вам эти билеты», что вы имели в виду?       — Мы покроем расходы…       — Нет, я не про это это, — перебивает Изуку, а следом быстро и скомкано извиняется. — Вы посылаете на задания меня и кого-то еще? Кого?       — Бакуго.       И вот этим заканчивается его тихий вечер, который Деку хотел провести за отчетами за весь месяц, а не ехать Бог знает куда и черт знает за чем. В их штате есть более опытные герои, ну на крайний случай более предрасположенные с причудой. Усиление это хорошо, но не всегда и не везде. Тот же Тодороки наверняка справится с таким злодеем в сто раз быстрее. Да даже Каччан, его причуда и опыт, атаки и проработанные удары. Зачем он там понадобился? Неужели у Бакуго не хватит сил справиться самому или ему в радость просто перед праздником нервы людям делать. Изуку натянуто улыбается.       — Хорошо, мы справимся.       «Такая уверенность, аж крышу сносит», — шепчет подсознание, и Изуку закрывает компьютер, разочарованный своим «выходным».

***

      Изуку уверен, что он проклят дважды. До рождения и после него, потому что иначе описать его неудачу и невезение ну просто невозможно. Бакуго стоит в холле агентства, его вид можно описать как что-то между «Меня все заебало» и «Приемлемо терпимо». брови сведены к переносице, вид задумчивый и замученный. Все же у такого героя, как Каччан нет отбоя от дел. Мидория всегда восхищался им и его стойкостью, это пробирает до костей и мурашек. Изуку сжимает губы в тонкую полоску, стараясь избавиться от чертовой и ужасно мешающей головной боли. Он поднимает руку в знаке приветствия, как Кацуки обрывает его глухим голосом.       — И тебе того же, Деку, — его голос уставший и кажется, что он немного ниже, чем обычно, поэтому Бакуго откашливается. Он читает какие-то документы, Изуку может лишь предположить, что это сводки по тому странному злодею «Санта Клаус».       С годами он стал как будто более сдержанным и спокойным, хотя по блеску этих глаз можно уже все понять. Изуку чувствует, словно его сердце заходится в каком-то бешенном темпе и ему это чертовски не нравится. Он тяжело вздыхает, растирая кожу под глазами.       — Мы выезжаем сейчас? — все что он может сказать, потому что вся эта ситуация до тошнотворного ему не нравится. Это не то, что он желал на выходные и праздники. — Или когда?       — Сейчас, на поезде около двух часов ехать, — отвечает ему динамит, откладывая бумаги и смотря на него так непривычно, что Мидория чувствует как на его руках и предплечьях бегут врассыпную мурашки. — Бери свой геройский костюм, у нас мало времени.       Изуку кивает ему быстро, заходя в свой кабинет и беря в руку чемоданчик с геройским костюмом. Он давно не выходил на миссии, от чего ручка словно бы бьет его током. И нет, это не боязнь, просто плохое предчувствие. Словно что-то должно случится и это что-то явно плохое.       Они собираются достаточно быстро, потому что спустя минут пятнадцать Бакуго и Изуку оказываются на вокзале, Деку продолжает дрожащей рукой сжимать чемоданчик с геройским костюмом. Это не страх, а просто мандраж перед миссией, кажется, что он так давно не выходил на них, что голова начинает кружиться. Мидория занимает свое место, которое удачно оказалось у окна, а Кацуки рядом. Он не выглядит раздраженным или злым, только бесконечно уставшим. Бакуго работает, не покладая рук, и это видно и весьма заметно, он отличный герой, и Изуку не перестанет им восхищаться (черт, сколько раз он уже подумал про это?)       — Переживаешь? — спрашивает Бакуго, выгибаясь на кресле так, что Изуку слышит хруст позвонков. Деку хмыкает прежде, чем что-то ответить и даже отворачивается от окна, смотря точно на Кацуки.       — Нет, скорее просто не был готов, — и эти слова как будто сами вылетают из его рта, Изуку готов поклясться. — С тобой не о чем переживать.       И это неловкое молчание повисает между ними на несколько секунд. Деку краснеет кажется до самых кончиков ушей и пальцев ног, потому что его щеки в миг стали пунцово-красными. Теперь Мидория действительно похож на клубнику: краснеющие щеки, зеленые вихрастые волосы и милые веснушки врассыпную. Изуку прикрывает щеки и глаза ладонью, мямля быстро и очень нечетко:       — Я не это имел в виду.       Бакуго закрывает глаза, тяжело выдохнув. И на ум пришла картинка с быком, потому что он точно так же уперт, как Кацуки. Он не выглядит злым на эти слова или таким, словно сейчас подорвет весь этот поезд. Хотя, пот на руках скапливается, так как ладони немного поблескивают от освещения в вагоне, Изуку это сразу подмечает. Мужчина аккуратно вытирает их об штанины.       — Я понял.       Оставшуюся поездку они молчали, Изуку даже удалось хорошенько поспать. Его глаза как будто сами закрылись, а тело расслабилось, впервые не чувствуя дискомфорт или опасность. Его плечи болят и поясница тоже из-за того, как неудобно он устроился на этом кресле, но Деку все равно. Его ужасно клонит в сон и он, прикоснувшись горящей щекой к холодному стеклу окна, засыпает. Ресницы немного дрожат, отбрасывая на лицо незаметную тень. Прежде, чем совсем уснуть и впасть в крепкий сон, Изуку чувствует…       Как на него опускается теплое зимнее пальто и чьи-то руки заботливо поправляют ткань на плечах, чтобы не съезжала.

***

      Приехав в Киото, первым, что бросается в глаза — архитектура. Буддистские храмы действительно красивые. Буран успел дойти даже сюда, возможно сбор информации агентства не такой уж и неточный. Изуку выдувает горячий воздух, смотря как он становится паром. Пожалуй, такая погода действительно редчайшая в их стране. Деку чувствует, как все-таки ветер начинает его задувать и плечи немного дрожат, и нос покраснел как у циркового артиста. Мужчина вышел первее Бакуго, стоя спиной к платформе, он наблюдает за городом, который плохо видно из-за снега.       Он чувствует как на плечи давят сильные ладони и ощущает замерзшими пальцами теплую ткань пальто. А потом хихикает:       — В двух пальто я еще не ходил, Каччан, зачем? — спрашивает он, не переставая хихикать, но в пальто послушно укутывается, закрывая воротником рот и нос, которые сильно замерзли. Бакуго в своем геройском костюме, ему тепло. Потому что одежда спроектирована специально так, чтобы он потел и нитроглицерин скапливался в ладонях даже в такую погоду.       — Не хватало, чтобы ты еще заболел здесь, Деку, — отвечает блондин коротко.       Мидория кивает, а Каччан смотрит лишь на него хмуро, сдвинув брови. Он протягивает свою ладонь и стряхивает с зеленой макушки героя снежинки, так не вовремя присыпавших его голову. Изуку улыбается благодарно ему, и они проходят к гостинице. Как сказали Изуку в агентстве, к ним прибудет подкрепление и пока они не приедут в Киото другая команда героев будут пытаться поймать этого Санту Клауса. Из-за спроса на номера в связи с новогодним праздником им пришлось потесниться в одном номере. Для Мидории прошли те времена, когда он боялся даже дышать рядом с Кацуки. «Один номер?» — ну значит потерпит, ничего страшного.       — Тебе прислали координаты, Каччан? — спрашивает Изуку, переодеваясь за дверью ванной. Он быстро застегивает все, что можно, не забыв про ботинки, а потом натянув маску-капюшон на лицо, чтобы при выходе его не задул снег до красных пятен раздражения, вопрошает: — Чем быстрее закончим, тем скорее окажемся дома!       Кацуки кивает, кусая нижнюю губу сильнее, он потирает затылок другой рукой, ища в телефоне сообщение от другой команды героев. Мужчина махает рукой, подзывая к себе и показывая сообщение в телефоне:       — Двадцать минут отсюда примерно, — говорит быстро Деку, анализируя. — Это в горы придется подниматься.       Бакуго быстро кивает, думая о чем-то. У него задумчивый вид, потом он отдает пальто, лежащее на кровати, в руки Изуку, а сам выходит из комнаты, не закрывая дверь:       — Надень хоть что-то, твой костюм не предусмотрен на такой перепад температуры, у злодея стихийная причуда. Не хватало мне еще твою обмороженную тушу тащить.       Изуку хмыкает, а после хихикает, он натягивает пальто сильнее, застегивая все пуговички и кнопки, которые на нем есть. Смотрится это очень странно на взрослом мужчине объемный геройский костюм и пальто, которое из-за размеров костюма практически в облипку. Мидория аккуратно поправляет воротник, отмечая приятный запах от одежды в целом. Деку недолго думает, быстро выходя из комнаты, поспевая за Бакуго: «Это приятно». И от чего-то от этого «приятного», что-то скребется и телу не так холодно. Хотя, возможно, это все из-за пальто.       Изуку давно не практиковался в причуде, посвятив всего себя работе в офисе, монотонному печатанию скучных документов. По сути этот выход на миссию разгон перед чем-то большим, Изуку уверен в этом. Он с помощью длинных черно-зеленых лент, добирается до склона чуть быстрее Бакуго. Похоже в таком холоде достаточно сложно создавать взрывы. Лицо Кацуки покраснело, в особенности нос и щеки. Они стали пунцовыми и даже немного милыми. Они пытались преодолеть расстояние до горы немного быстрее. Бакуго сквозь метель крикнул:       — Нужно найти источник этого ебаного снега, иначе он будет у меня уже и в ушах! — раздраженно и немного рыкнув, выпаливает он, злясь сильнее от погоды и дерьмовой ситуации. Из-за чего на ладонях скапливается пот и следующий залп выходит сильнее остальных. — Блять.       Изуку всматривается в этот сгусток снега, веток и ветра, стараясь сосредоточиться. Холод, кажется, пробирает до самых костей, заставляя челюсть дрожать сильнее, зубы стучать чуть громче. Деку похоже перестает чувствовать чертовы пальцы, пусть он и старается как можно больше двигаться, разгоняя кровь по венам и капиллярам. Деку подлетает чуть выше, схватившись за массивную ветку на высокой сосне и замечает практически эпицентр этой вьюги.       Чуть дальше от них, в чертовых десяти метрах виден большая сфера из снега, похожая на отдельное пространство в воздухе, где скапливается весь воздух и шторм, а уже от него снег разносится все дальше и дальше. Правда эта сфера большого размера, и снег там выглядит жуткой. Смешанный со льдом, похоже в кожу он будет врезаться по ощущениям наравне со стеклом. Изуку в очередной раз вздрагивает сильно, чувствуя холод и мороз, идущий по его позвоночнику маленькими разрядами. Пальцы начинает сильнее покалывать, из-за чего он трет руки друг о друга сильнее, а потом кричит герою:       — Каччан! Центр в десяти метрах от нас, — и это выходит настолько громким и четким, что Деку уверен, что Кацуки не понять его не сможет. От крика из легких будто сперло весь воздуха, от чего они заполнились холодным воздухом. Который в свою очередь сильно раздирает глотку и грудь от боли своих острых морозных когтей. Мидория старается откашляться от снега и холода, продолжая движение вперед.       У Бакуго в свою очередь словно второе дыхание открывается, он сильнее целится в снег, подлетая выше и быстрее, Деку за ним не отстает. В считанные секунды они оказываются около эпицентра, внутри которого похоже находится злодей. Динамит делает запал прямо в центр, отлетая на добрых шагов десять от мощности взрыва и ветра. Пространство этот залп вроде даже и не задел. Изуку не слышит, что именно сказал Бакуго из-за шума ветра и снега, задувающего даже в уши, но он уверен, что это что-то вроде: «Сука, чертов злодей!». Деку отходит (скорее отлетает от силы ветра) назад, не замечая из-за слипшихся глаз от снега практически ничего. Мужчина не успевает как следует прицелиться, как щелчком пальца и перчатки выпускает силу в воздух, атакуя центр ударом воздуха.       В их ситуации это единственное решение, потому Изуку делает «выстрелы» в эпицентр, в котором находится злодей, чтобы замедлить его и дать Каччану разобраться с ним. Холод врывается в кожу своими ледяными зубами, а осколки льда очень больно врезаются в кожу лица и рук даже через маску и перчатки. Мидория продолжает атаковать сжатым воздухом, под конец не чувствуя указательный и большой пальцы. Центр постепенно рассеивается, как в какой-то видеоигре с монстрами. Из-за чего Деку не теряет хватку, пока не чувствует горячую ладонь на плече. Даже скорее горящую от огня и взрывов, Изуку клянется, что даже сквозь пургу, летящую в лицо, видит серьезное выражение Бакуго без злобы и ненависти.       Бакуго делает заряд из нескольких мощных взрывов, складывая ладони так, чтобы они прижимались друг к другу, от чего взрывы выходят мощнее и попадают на более далекие расстояния. И это отлично срабатывает, потому что пространство, сотканное из снега и льда рассеивается быстрее, и среди этого хаоса уже заметна фигура Санта Клауса. Похоже Кацуки берет азарт, потому что он стоит на ногах намного увереннее, да и снег рассеивается и буря наконец подходит к концу. Изуку отряхивает себя и от снега быстро неповрежденной рукой, чувствуя кончиками пальцев холод и мысленно радуясь этому. Он замечает пальцы на правой руке. Некоторые слишком белые, практически цвета снега, некоторые только синеют, а ладонь красная до ужаса. Он понимает, что не может согнуть пальцы, поэтому просто засовывает руку подальше в рукав, надеясь, что так хотя бы до первой фаланги они согреются.       — Деку, — кричит ему Динамит, и Изуку устремляет выстрел сжатого воздуха прямо в фигуру злодея «Деда Мороза». Зеленый глаз ловко настроил прицел, потому он и попал в цель, правда падение от такого потока силы не самое приятное.       Бакуго уже обезвреживает злодея чуть быстрее, чем Деку пробегает эти несколько метров. Кацуки ловко закрепил запястья Санты его же поясом. Злодей оказался мужчиной около двадцати лет, причуда действительно возникновение метели и вьюги, сам злодей ничем не примечателен, разве что кроме его «злодейского амплуа». Бакуго раздражен, потому его движения отрывисты и более не организованы, чем до этого. Он поворачивается к Изуку, заканчивая с обездвиживанием мужчины.       — Ты в порядке? — это выходит на один полутон заботливее, чем «Ты достал, гребанный Дерьмодеку», Изуку вымученно улыбается. Кости слишком сильно ломит от мороза, а руку щиплет, Деку может поклясться, что он чувствует как его кожу словно бы разъедает что-то.       — В полном.       Каччан закатывает глаза, хмуря брови в своей любимой манере. Кацуки снимает одну перчатку со злодея, а потом вынимает руку Изуку из рукава, натягивая красную перчатку на его руку, обожжённую холодом. Мидория даже не шипит, но чувствует как пробирает конечность болью от движений и прикосновений к ткани. Бакуго делает заряд в другую от Деку сторону, после прижимая горячую от взрыва ладонь к травмированной руке в перчатке. Мидория улыбается одним уголком губ.       — Надеюсь ты своей холодной башкой понимаешь, чем может закончиться обморожение, Деку.       Изуку кивнул, не имея сил как-то возразить и желания что-то говорить, они понесли злодея вместе в полной тишине. Необходимо было доставить его на базу к другим героям, чтобы уже там, пока он не пришел в сознание его связали, а потом допросили как следует. Мидория сосредоточен красотой леса. Снег наконец не врезается беспощадно в кожу, раня до самого мяса.       — С кем ты будешь отмечать Новый год? — спрашивает Бакуго без раздражения, только с каплей усталости и желания прийти в тепло.       Деку пожимает плечами, чувствуя как пальцы перестает в ознобе колоть, и его тело справляется с дальнейшими разрядами боли.       — Один, а ты, Каччан?       И Изуку знает это выражение лица, знает почему Бакуго вообще задает этот вопрос и чего он добивается. Мидория чувствует усталость, боль в суставах и правой руке и, возможно, каплю счастья. Он соврет себе сам же, если будет говорить, что это неприятно.       — Гребанный, — выдыхает сквозь плотно сжатые зубы Бакуго, сжимая свои руки на теле злодея чуть-чуть сильнее, к счастью, тот не просыпается. — Изуку!       О, Изуку определенно нравится, когда Каччан зовет его по имени, примечательно наедине. И этот Новый год, похоже он отпразднует не в щемящем одиночестве, потому и улыбается сильнее, насколько вообще возможно улыбаться в таком состоянии.       — Я тоже, Каччан.       И им даже не нужно говорить, что именно «Тоже», они все без слов прекрасно понимают.