О Луне и Марсе

      Перекидыши, перевёртыши, оборотни, церберы, наги, вендиго, химеры, вампиры и их помеси, сирены, кицунэ, феи разного пошиба — малоприятные существа из которых состоял класс Тэхёна. Не было единства и дружелюбия, каждый ставил свой вид выше других и не собирался уступать, но абсолютно все они как один считали что он — единственный среди всех этих тварей человек — обязан преклонять перед ними голову и трястись от страха. Сам Тэхён считал их ошибками природы и постоянно забивался в самый дальний угол, ища уединение.       Тэхёну пятнадцать, он учится в этом разномастном классе уже пол года, так ни с кем и не сдружившись. А смысл? Смысл знакомиться, дружить, привязываться, если его отец — увлечённый своим делом по самое не хочу учёный — вскоре закончит здесь свои исследования и они снова переедут? Правильно, смысла нет, зачем травить душу горечью разлуки, если можно изначально не общаться. Ему и одному нормально.

***

      Последний учебный день перед новогодней суетой. На улице уже темным темно, график обучения удобно составлен для большинства, для детей ночи, а такие как Тэхён подстроятся. Сегодня двадцать девятое декабря, ему выставят оставшиеся оценки за четверть, а уже завтра в свой день рождения он посвятит всего себя украшению дома к новому году. Он вырежет пятьдесят! Нет. Сто пятьдесят снежинок! Будет ныть от боли в пальцах и швырять тупые ножницы в стену, но вырежет. Жаль, что нельзя всё бросить и пойти вырезать сейчас. Первая снежинка совершенно точно родится из листа, который лежит на краю его парты, дожидаясь пятого и шестого урока.       Чон Хосок препод молодой и вполне адекватный, понимая, что на его последнем в четверти — ещё к тому же сдвоенном — уроке, никто об естествоведении думать не будет, задал каждому подготовить короткое сообщение, чтоб все получили дополнительные хорошие оценки перед выставлением четвертной. Темы он написал на листиках, а они вытягивали их из его шапки. Тэхёну не повезло. "Луна". Н-да... За что это ему? Не то, чтобы у него было какое-то плохое к ней отношение (хотя по чесноку предпочитал тёплые лучи солнца), но он относился к ней обычно. Луна как луна. Спутник Земли.       Проблема в том, что нейтрально к ней расположен только он. Кто-то от луны зависел, боготворил её, а кто-то шугался как огня. Даже вампиры, которые никак с луной не связаны, относятся к ней с глубоким уважением. А Тэхён человек. У Тэхёна отец учёный. Для Тэхёна луна — это мать родная всем тем тварям, которых его отец изучает, и, как следствие, виновница его постоянных переездов и всех его бед.       Он долго просидел в библиотеке, размышляя над тем, что включить в свою работу, а что не стоит. Один и тот же факт может привести в восторг эго оборотня, но оскорбить до глубины души вендиго. И выбирать как-то не особо хочется — разорвут в клочья и те, и эти. Сломав себе над этим голову, он выбрал сухой язык фактов. Никто не скажет о луне справедливее, чем наука. Он в конце концов человек.       Первые четыре урока промчались незаметно и почти для всех безболезненно. Как и короткая перемена и половина пятого урока, за которую учитель Чон успел в своей манере прописать люлей тем, кто откровенно талантливо провалил проверочную, и за которую после успели выступить три ученика.       Сейчас же у доски стоял он сам, держа в руках будущую снежинку, и быстро бормотал текст доклада, он слышал, как с каждым следующим предложением всё больше человек переставали его слушать и начинали перешептываться о чём-то своём. Собственно, их внимание его не заботит, лишь бы учитель сейчас не начал требовать тишину и распинаться об уважении. Он не хочет дочитывать последние абзацы в жутком молчании, ощущая на себе тридцать недовольных взглядов.       — Да что это за хрень!       Чонгук. Самое неприятное и приставучее существо в их классе. Конечно! Как он и не докопаться до Тэхёна?       — Разве можно так про Луну? — он взвыл коротко и жалобно. Ну, естественно, как единственный оборотень в классе и не вставит свои пять копеек! — Она же! Она... Луна! Она ведёт за собой весь ночной мир. Она мать, царица, Богиня! На неё ж смотришь, улыбаться хочется... И на сердце теплеет. Неужели ты её совсем не чувствуешь? Внутри не ёкает от её красоты? — последние вопросы недолгой эмоциональной речи выскочки явно обращены лично к нему.       — Мне больше нравится Марс. — не особо думая, ляпнул в ответ Тэхён и опустил глаза, чтоб не встречаться с этими непонятливыми взглядами.       — Что за нах...       — Ученик Чон! — уже не в первый раз попытался привлечь внимание волчонка учитель, — Выбирай выражения. Помни, что находишься на уроке. И поуважительнее к однокласснику.       — Ну, хён... — протянул Чонгук нытливо. Конечно, он может позволить себе фривольность, они же с естественником из одной стаи. Тэхён как-то не подумал о сущности препода, когда составлял доклад.       — Чонгук! — рыкнул Хосок, и младший осел на стул, поджав хвост.       Учитель дал отмашку, и Тэхён в липкой тишине дочитал последнее чёртово предложение. Никакой снежинки, он порвёт этот лист.       — Это всё. — тихо закончил он.       — Хорошо, Тэхён, но в следующий раз поживее как-нибудь... Так, далее к доске пойдёт…

***

      Метель неприятно бьёт льдинками по лицу, ощущение, что остаются царапины. Хотя стихия стала значительно спокойнее, чем во время уроков, всё же не зря школа метеомага содержит. Тот исправно выполняет свою работу, упрощая ученикам поход в школу и обратно: ослабляя ветер, делая температуру и влажность более комфортной для большинства. Примечательно, что магическая атмосфера не ограничивается территорией школы, а сохраняется вокруг ученика до его дома. Ему даже не приходится надевать очки ночного видения — яркий свет полной луны пробивается сквозь тучи и отражается от снега, озаряя все вокруг.       Тэхён хочет покинуть учреждение побыстрее. К сожалению, этого хотят все. Толпа плотным потоком высыпается во двор, но человек даже не уверен, что его ботинки касаются пола. Почувствовать землю под ногами он смог только, когда его уже спустили с лестницы. Не затоптали и на том спасибо.       Мелюзга с началки всё ещё кублится перед школой, оккупировав снежную горку, хотя уроки у них давно закончились. Тэхён бы к ним присоединился, но засмеют же, да и не примут. И вообще глупости всё это. Большая часть из них ждала старших братьев или сестёр, поэтому их прогулке подошёл конец. Некоторые дети учителей и работников школы — тоже уйдут через час или два. Остальных разгонит метеомаг, когда его рабочий день закончится. А Тэхёну пятнадцать, он мог бы поошиваться где-нибудь рядом, пока одноклассники не уйдут... Их, кстати осталось не много, пока Тэхён стоял и глазел на горку, почти все ушли. Вон только две его одноклассницы у главного входа в группке сестёр-сирен всех возрастов от первоклашки в шапке с розовым помпоном до учителя музыки в очках в роговой оправе, ещё полузмей что-то шипит в сторону горки и конечно же Чонгук. Стоит рядом с калиткой по ту сторону забора так, что мимо не пройдёшь, вместе со своей компанией: минотавром на два класса старше, зайкой-перекидышем, которая совсем ребёнок, но одевается по принципу "валить и тра...", и двумя феями из параллельного класса — обычно с ними ещё дампир. Можно было бы назвать их местной элитой, но они просто выскочки. В баню горку, его ждут не вырезанные снежинки, куча не вырезанных снежинок.       Он быстро минует двор, преодолевает калитку и, когда опасность кажется уже позади, его окликают. Можно сделать вид, что он не услышал? Ну, если бы он не остановился, то можно было бы, а так Чонгук уже направляется к нему. И что будет? Предъявит за какое-то не такое сообщение о Луне? Попытается унизить? Ударит?       — Что тебе нужно? — лучшая защита — это нападение.       — Ким, спокойней, я просто спросить, — прямо у Тэхёна на глазах оборотню становится неловко, а его извечный энтузиазм угасает. Но человек всё ещё на стрёме, готовится к удару под дых.       — О чём?       — Почему Марс?       — Всмысле?       — Ты сказал, что тебе больше нравится Марс. Что это значит? Его же, блин, даже не видно.       У Чонгука хвост разметает сугроб и лицо чересчур заинтересованное, а Тэхён совсем не знает, что ему ответить. Это какая-то изощренная издёвка? Сейчас подойдут его друзья, и они все вместе над ним посмеются? Тэ стоит посмеяться вместе с ними, или его наигранную самоиронию воспримут за лёгкую недалёкость и явную отсталость в развитии? Чонгук всё ещё ждёт. Будет слишком грубо молча развернуться и уйти? А ему вообще дадут уйти?       — Видно, — тихо брякает человек, так и не найдя оптимальный, безопасный ответ.       — В каком смысле? — Чонгук хмурится, вскидывая брови и склоняя вбок голову, а его заостренные уши становятся торчком и даже хвост немного тормозит. Последние годы Тэхён живёт по принципу: никогда не сдавайся — позорься до конца.       — Большинство планет Солнечной системы можно увидеть с поверхности Земли невооружённым глазом, просто надо знать время и место, — это же не выглядит так, будто он умничает и выпендривается?       — Так ты увлекаешься астрономией?       — Не особо, — к чему он ведёт? Тэхён никогда не поверит, что Чонгук подошёл просто поболтать о Луне и Марсе.       — Ясно, — кивает оборотень, поджимая губы. Он отводит взгляд, рассматривая заснеженные деревья, будто сомневается говорить или нет. Может они поспорили? Тогда на что? Это ж какая там должна быть мерзость, что даже Чон Чонгук не решается.       — Что-то ещё, Чонгук?       — Да, можно тебя проводить?       Предположения? Для чего ему это? Тэхён не параноик, просто домой ему идти через достаточно широкую лесопосадку. И если в одиночестве он к этому привык, то делить свой маршрут с оборотнем с сомнительными намерениями — такое себе развлечение. А Чонгук ждёт ответ, и такое ощущение, что волнуется. Да что они там придумали? Тэхён вообще эту ночь переживёт?       — Зачем?       — Ну, как... Тебе же завтра 16. — Гук нервно улыбается.       Что это всё значит? У Тэхёна уже каждая нервная клеточка на пределе. Откуда Чон-главный_выскочка_класса-Чонгук знает, когда у него день рождения? Мамочка родненькая, спаси и сохрани.       — И что с того? — повисает напряженная тишина. Чонгук несколько раз открыл и закрыл рот, но так ничего и не ответил. В итоге Тэхёну это надоело, — Я сам могу дойти до дома.       — Да, можешь... — кивает оборотень, — но одному же скучно?       — Я привык, — бурчит Тэ, разворачиваясь в сторону дома, и, уже отойдя от одноклассника на комфортную дистанцию, добавляет, — Мне и так нормально.       Да, одиночество для него давно является нормой. Сам он в этом виноват или работа отца — неважно. Один на один с собой — это особый уровень комфорта. Часами копаться в себе вместо того, чтобы выслушивать чужие проблемы. Заниматься всякой увлекательной ерундой: вырезать сто пятьдесят снежинок или из трех старых штанов сшить новые, а-ля хэнд-мэйд на максималках. У него нет потребности в близком общении с ровесниками. Если даже у него возникнет ситуация, о которой нельзя поговорить с отцом, он напишет по электронной почте старым друзьям, например Соджуну. Да, у него есть друзья. Правда они редко переписываются, но друзья у него есть.       Мрачно рассуждая о собственном одиночестве и строя догадки о реальных причинах не общительности, Тэхён почти дошёл до дома, весь свой путь игнорируя шуршание за спиной. И вот, когда он уже вышел на поляну, где выстроились в шахматном порядке дома для не местных, туристов и бедняков, когда до дома оставалось каких-то метров двести напрямую, из леса слышен рык. Такой властный и громкий, что мурашки по коже и сердце ёкает куда-то в пятки.       Тело немеет, не позволяя ему двинуться с места. Что-то большое и махнатое толкает его в спину. Он, даже не сообразив подставить руки или как-то сгруппироваться, падает носом в сугроб, а сверху его придавливает нечто тяжёлое и мурчащее. Вот она, его смерть.       Но давление почти сразу пропадает, как будто большую кошку с него сбивает другой зверь. И в подтверждение этому где-то в метре от него начинается рычащая, клацающая челюстями возня, а он не находит ничего лучше, чем скрутиться в комочек на снегу и ждать своего конца. Борьба продолжается достаточно долго, чтоб Тэхён замёрз, и очень резко заканчивается.       — У тебя проблемы, Чон Чонгук? — задыхающимся голосом, порыкивая, спрашивает одноклассник, имя которого Тэхён напрочь забыл. Оба парня вновь обратились в человеческую форму, и Ким в ужасе зажмурился, обнаружив, что они оба голые.       — У тебя будут проблемы, если не уберешься отсюда, рысик! — угроза волчонка звучит не самонадеянно, а как реальная угроза. Наверное, поэтому рысь-перекидыш покидает поле боя.       — Испугался? — обеспокоенно спрашивают сверху.       Тэхён осторожно открывает сначала один глаз, а потом второй. Чонгук стоит над ним голый по пояс, на ногах уже надеты обычные спортивные штаны, а босые стопы тонут в снегу. От горячего тела исходит пар. Тэхён сглатывает, пересчитав кубики пресса. На секунду ему показалось, что Чон сейчас пнет его, но волк наоборот протягивает ему руку.       Хочет подразнить? Только Тэхён решит принять помощь, и Чон уберёт руку, или поможет подняться и толкнет назад в снег? Моментально себе всё это представив, человек только фыркает и встает сам, не заметив, как Чонгук поджимает губы. Оборотень чутка выше его, поэтому Тэхён глядит исподлобья, отряхиваясь от снега.       — Что это сейчас было?       — Конкурентная борьба, — Чонгук ухмыляется, говоря это, но взгляд его остаётся хмурым. Липкие мурашки покрывают кожу человека.       — Меня это не касается, — бурчит под нос Тэхён, намереваясь сбежать, но его хватают за руки, неприятно сжимая запястья, — Какого черта...?       — Я тебе настолько противен? — со сталью в голосе. Волк аж дрожит от злости, человек мгновенно теряет способность говорить, чувствуя первобытный страх, — Ответь, Тэхён! Ты только и делаешь, что огрызаешься. Если не нравлюсь, скажи прямо, — из ноздрей и рта оборотня клубами выходит пар, что выглядит весьма угрожающе.       — Вы же все меня презираете, так почему я не могу презирать вас в ответ? — горькая совершенно непрошенная слеза, скатывается по щеке, обжигая ледяную кожу.       — Что? — Чонгук удивлённо округляет глаза, отпуская его руки.       — То! Я в классе, как прокаженный, — Тэхён злобно шмыгает носом, стирая мокрой от снега варежкой слезу.       — Ты же сам нос воротишь! — Чонгук фырчит возмущённо, начиная наворачивать около человека круги. Хочет обратиться, но понимает, что так они не смогут поговорить, — Все... Или почти все хотели подружиться с тобой, но ты всех игнорировал. Многие пытались ухаживать — продинамил. Ты дал ясно понять, что общаться с нами не хочешь, вот никто и не лезет!       — Не лезет? Все ваши издёвки — это ты называешь "не лезет"? — Тэхён на эмоциях толкнул Чона в грудь и только после вспомнил, что силы не равны. Благо, волк не обратил на это внимание, даже не шелохнулся.       — Какие издёвки? Над тобой кто-то издевается? — Чонгук хмурится, рыча.       — Ты! Ты, Чон Чонгук, надо мной издеваешься, — злится Тэхён, а волчонок наоборот расслабляется, расплываясь в улыбке. После стягивает мокрые варежки с человека и греет его ладони в своих. — Что ты делаешь?       — А как мне ещё было привлечь твоё внимание? Ты из тех, кому плевать на стихи и цветочки, поэтому пришлось дёргать за косички и ставить подножки. — Чонгук всё ещё улыбается слишком нежно, а Тэ чувствует, как растекается тепло от ладоней и краснеет, но не из-за мороза. Ему становится чертовски неловко.       — Ты бредишь, Чонгук.       Неожиданно звучит бой курантов, они оба смотрят в сторону источника звука. Оказывается, он исходит из рюкзака Чонгука. Такая неожиданная, несуразная мелодия будильника. До нового года же ещё двое суток. Может ли быть, что Тэхён замёрз, упал в лесу в снежный сугроб и умирает из-за обморожения? А это всё просто его фантазия рисует предсмертные бредни?       — Полночь, — волчонок обхватывает его запястья в замок и впивается взглядом в лицо Кима, — Посмотри мне в глаза.       Тэхён не задумываясь исполняет просьбу. Напряженную физиономию оборотня перекрывает яркая вспышка света. Внезапно он видит себя в свой первый учебный день в нынешней школе. Дутая куртка, конверсы, сиреневые волосы, они с отцом выходят из кабинета директора. Новая вспышка, уже он один в коридоре в обнимку с учебником. Ещё несколько, где он спит за партой, разминается на физкультуре, вид со спины, как он идёт домой. Их десятки, сменяющих друг друга, похожих между собой, отличаются лишь одежда и цвет волос (он частенько перекрашивался). Везде исключительно он, всегда по центру, будто сама вселенная вертится вокруг него, остальные, случайно попавшие в кадр, размыты, похожи на помехи. Тэхён удивляется ещё больше, увидев себя спящего издалека через окно и голым в мужской душевой бассейна. Вспышки прекращаются также резко, как и возникли. Перед ним Чонгук, находящийся в состоянии близком к эйфории.       — Что это? — сердце бешено колотится после увиденного, лицо горит от смущения, слезы текут ручьём, каждая клеточка тела наливается неведомым, но приятным чувством. Он почти физически ощущает, как жизнь переворачивается с головы на ноги.       — Тэ…       — Чонгук, что это? — Тэхён кричит, он в жизни не испытывал столько чувств сразу, никогда с ним не случалось ничего подобного.       Волчонок улыбается, как умалишённый, делает шаг навстречу, сокращая расстояние до минимума, и накрывает его щёки своими горячими ладонями. Тэхён замирает и сильно зажмуривает глаза. Настойчивые и напористые, но мягкие губы накрывают его собственные, крадут первый в жизни поцелуй.       Морозец облизывает нагретые щёки, когда Чон убирает с них свои ладони. Вместо этого он обнимает так крепко, что Тэхён чувствует его руки даже через свой плотный пуховик. Его мозг кипит от непонимания того, что происходит прямо сейчас. Не может же Чон Чонгук действительно целовать его!       В этот момент он видит другие, совершенно точно его собственные воспоминания. Один в школу, один в школе, один из школы, один после неё и в выходные — всегда один. Эти воспоминания не яркие, не красочные, цвет волос на них не разобрать — это просто серые картинки. Внезапно в черно-белое кино его жизни врывается Чонгук в своей красной толстовке, вихрем чуть не сбивая с ног. Помогает поднять упавшие вещи, извиняется, где-то на фоне хихикают его друзья. Правда Тэхён уже не уверен, что смеются они именно над ним.       Следом вторая картина — праздник золотой луны. Школа наряжена, играет музыка, все веселятся, одеты в парадное, чего не было даже на первое сентября. Только Тэхён выбивается из радостной толпы, проигнорировав совет отца, из принципа пришёл в тот день во всём чёрном и наушниках, чтоб не слышать общего гама. Он заходит в класс, где в центре всеобщего внимания Чон Чонгук. Волосы прилизаны лаком на одну сторону, а не как обычно торчат гнездом, белая рубашка, сочный жёлтый пиджак, клетчатые брюки и даже лакированные туфли — все ради полночного бала после уроков. Тэхён не замечает, что ноги волчонок выставил посередь прохода между партами, и спотыкается, встречаясь носом с полом. Он помнит, как злился на оборотня в тот день, как неудачно расшиб колено и стесал ладонь, как прыгал на здоровой ноге в медпункт, потому что из носа ожидаемо пошла кровь, как его отпустили пораньше домой и не пришлось придумывать отмазку, чтобы слинять с праздника. Но только сейчас в своём же воспоминании видит, как все резко замолчали, как помогали ему встать, как перекосило лицо Гука, и тот, кажется, хотел нести его на руках. Тэхён в тот день в очередной раз от всех отмахнулся.       — Тэхён?       Ким медленно открывает глаза, в голове жуткая неразбериха, а перед ним Чонгук покраснел и тяжело дышит, всё ещё прижимая его к себе.       — Я... — речь волка обрывает короткий вой откуда-то издалека.       Чонгук отстраняется, отходит от него на два шага, присаживаясь на корточки, сжимает кулаки, ударяя ими в снег перед собой, запрокидывает голову и протяжно воет в ответ. Тэхён в своей жизни уже видел, как общаются оборотни, но чтобы в человеческом обличии — впервые. Со стороны школы из-за леса слышится третий голос. Чонгук встаёт, отряхиваясь от снега. Его хвост, на который Тэхён до этого не обращал внимание, быстро мельтешит, а снежинки на нем мгновенно таят. Чон изучающе смотрит ему в глаза, ухмыляется, после поднимает из сугроба кимов рюкзак и варежки, отдаёт всё владельцу и целует его в нос. Тэхён молча замер, ожидая, что волк сотворит дальше       — Иди домой спать. Я сейчас должен уйти, но утром я к тебе обязательно вернусь.       Тэхён ждёт чего-то ещё. Какой-нибудь знак, последний пазлик, чтобы картина происходящего стала цельной, понятной. Он так и стоит, глядя перед собой, пока Чонгук не скрывается в лесу. Он прислушивается, ожидая услышать отголоски смеха или ещё что-либо, доказывающее, что всё это представление — просто тупой розыгрыш.       Ничего так и не происходит, Тэхён понимает, что чего-то не понимает. Он отворачивается от леса, направляясь к дома. На террасе его уже встречает отец, выпуская в морозный воздух сигаретный дым.       — Я всё видел. Обидно, что я узнаю о твоих отношениях только сейчас, но поздравляю, — родитель улыбается и обнимает его.       — С чем? — Тэхён считает реакцию отца крайне странной для того, кто видел, как его сына целовал незнакомый полуголый оборотень.       — С запечатлением! Ну, и с днем рождения, конечно, — отец смеётся и в целом выглядит счастливым, обычно же его радуют только исследования. Последний раз Тэхён видел его таким, когда Ким старший смог воочию убедиться, что гибриды кошачьих реагируют на котовник также, как обыкновенные кошки.       — Что такое "запечатление"?       — Один из этапов создания связи между волками. Твой парень не объяснил тебе особенности отношений с оборотнем?       — Он мне не парень, — Тэхён скинул рюкзак на пол, зайдя в дом. Его всего колотило, он подошёл вплотную к обогревателю и вытянул над ним ладони. Руки дрожали, перед глазами вперемешку мелькали воспоминания Чонгука и его собственные. Только спустя время он снял с себя пуховик, ботинки, шапку, мокрые из-за валяния на снегу штаны и носки, остался стоять босой в подштанниках и худи. Отец принёс толстые шерстяные носки, заставил надеть.       — Волки любят за двоих, даже если чувства не взаимны в начале, от них невозможно отказаться. Когда тебя любят больше жизни, это чертовски приятно, малыш.

***

      За ночь об оборотнях Тэхён узнал больше, чем за предыдущие шестнадцать лет жизни.       Оборотни, они же вервольфы, они же волколаки. Гибриды волков стоят на ступень выше всех остальных гибридов. Они, как основа смешения генов человека и животного, всех остальных зверолюдей Луна создавала по их подобию.       Люди слабее, как вид. Природа лунного влияния устроена так, что более слабые подстраиваются под более сильных. После заключения союза с волком тело обычного человека начнёт меняться, он сам отчасти станет гибридом. Даже львы подстраиваются в союзе с волками, не говоря уже о людях.       Оборотни — лидеры, они могут победить любого, особенно, когда дело касается их пары. Если два или более самца заинтересуются одной самочкой, начинается конкурентная борьба — так заведено у все гибридов, но волки однолюбы, поэтому к выбору партнёра и борьбе за него относятся с крайней ответственностью и решимость. Оборотни никогда не расстаются со своими возлюбленным, поэтому связывают их и себя эмоционально и физически.       Первоначально для выбора партнёра волки используют знакомство пяти органов чувств: увидеть, услышать, потрогать, обнюхать и вылизать. Это ещё не создание связи, но может казаться чем-то интимным. Среди волков является нормальным таким способом знакомиться, просто чтоб проверить подходят ли они друг другу. С другими видами сложнее, они не всегда принимают эти повадки, поэтому иногда оборотни влюбляются и начинают процесс создание связи раньше, чем изучат своего партнёра полностью.       Создание связи происходит в три этапа: единение душ, единение тел, закрепление связи — они могут идти в разном порядке, но необходимо пройти все три. Одного или двух недостаточно, тело партнёра начнёт подстраиваться под волка только спустя год после полного единения душ и закрепления связи.       То, что произошло в полночь, — это запечатление, оно же единение душ. Чтобы оно смогло произойти должно быть выполнено три условия: более слабый партнёр, или самка, достиг шестнадцати лет; волк искренне желает создать связь; чувства взаимны. Признать, что ему нравится Чон, оказалось самым сложным для Тэхёна.       Процесс создания связи необратим, отец убедил Тэ, что нужно просто принять ситуацию и не стоит отталкивать оборотня. Поэтому сейчас он вырезал снежинки и прислушивался к звукам с улицы. Ждал, когда из леса раздастся вой, ждал волчонка, который решил занять его сердце.