Черновики

Вечер вновь опускается на город, погружая его во мглу. Фонари, огни да всех возможных форм светильники, несмотря на своё бесконечное множество, всё никак не могут в полной мере осветить пространство. Всё равно остаются тёмные уголки, пугающие своей неизвестностью. Сегодня по-особенному неуютно. Ветер за окном ревёт своим голосом нескладные песни. Облака вновь закрыли собой маленькие огни небосвода, а вместе с ними и диск-луну. Холод также пробирается сквозь стены, заползает под одежды, заставляя морщиться и подумать о том, чтобы лучше утеплить дом. Кажется, что ещё немного, и на улице начнётся то ли снег, то ли дождь. Несмотря на то, что погода явно не располагает к спокойной и уютной обстановке, один нам знакомый эльф всё же пытается её создать. Сегодня к нему должен прийти один очень близкий для него человек, брат, можно сказать. Руки, в нетерпении чуть подрагивая, всё поправляют очередное украшение на столе. Губа от предвкушения прикусывается, пока мысли улетают в представление того, как они вместе смогут обсудить недавнее путешествие в другой мир. Глаза всё поглядывают на угол комнаты, там часы расположены. Стоят такие аккуратненькие, зелёненькие, на них ни единой пылинки или царапинки. Конечно, это же подарок, как он может пренебрегать им? Секундная стрелка неумолимо движется вперёд, двигая минутную. Он опаздывает. Неприлично сильно… Но такое в его духе. Брат не следит за временем, постоянно летает в облаках и забывает обо всем на свете. Так, по крайней мере, стало с недавних пор. Этот мироходец никогда не отличался подобным, но где-то со… столетие, наверное, назад это всё и началось. Вроде вернулся как обычно, но поведение-то другое! А все эту перемену будто в упор не видят. Из дальнейших копаний в памяти да мыслях всяких мрачных его выводит бой часов. Полночь. Ровно. В сердце начинает зарождаться тревога. Светловолосый встаёт со стула и начинает наворачивать круги по столовой. За этим делом проходит сначала десять минут, потом полчаса, час. Ноги совершенно не болят. Он же Сын! Но отчего-то эльф всё же садится за стол. Разочарование — вот что терзает сейчас душонку. Хотя, тёплая надежда на то, что брат всё же выполнит своё обещание, треплется. Где-то глубоко, на первый взгляд и не найдёт, но она есть. В томительном ожидании проходит ещё какое-то время. Глаза, видно, от усталости, скопившейся за долгие годы, слипаются, и Морфей начинает утаскивать Сына в собственные владения. Утро начинается не самым приятным образом — холод пробирает тело. Глаза еле разлипаются, а окоченелое тело и вовсе перестало подчиняться воли хозяина. Лишь спустя пару минут удалось оклематься и подняться. Глаза в надежде мечутся по столовой. Никаких изменений: ни приоткрытой двери, ни отодвинутого или, наоборот, придвинутого стула, не тронуты даже всевозможные кушанья и украшения. Ничего. Если честно, светловолосый был бы рад даже простой весточки с тремя словами: «Я в порядке». Этого бы хватило для того, чтобы не волноваться. За подобной мыслью эльф не замечает, как прошёл в собственную спальню и подошёл к календарю. Практически все дни, кроме вчерашнего, он просто не успел пока отменить его как-то, были помечены как «плохие». Если честно, он чувствует себя как та самая принцесса из сказок, что покорно ждёт своего принца. Что ж, а в этом плане они похожи. Он про принца, разумеется. Брат — бравый защитник, богатырь земель Археевских, смельчак и просто прекрасный человек. Эти мысли заставляют пробиться лёгкой улыбке на лике светлом, а душонку затрепетать в головокружительном вальсе — с кем она танцует, правда, неизвестно. Сегодня вечером он вновь заседится в обеденном зале.