Секрет лечения не так уж и важен.

—Меня зовут Цукаучи Наомаса и я детектив, ведущий дело касательно линчевателя Кролика-Баюна. Моя причуда является детектором лжи. — Заученная фраза, что была сказана как только включился диктофон. Дурацкий протокол с дурацкими предписаниями. Но Изуку вполне ожидал, что его допрос, как линчевателя будет записан на какой-нибудь носитель. —Итак, Мидория Изуку. Ты подтверждаешь что являешься линчевателем Кроликом-Баюном? —Да. —Коротко ответил ребёнок, смотря на свою ладонь, на которой лежала тёплая рука Айзавы. —Правда. С какого возраста ты начал заниматься данной деятельностью— Почему-то этот вопрос вызвал хмурость на лице детектива и героя. Всё таки, они легко могли и так предположить со скольки лет Изуку начал заниматься этим, и это вызывало много беспокойств и плохих мыслей. —С восьми.—Ответ Изуку был таким же короткий. —Правда. Я не могу не задать тебе вопрос касательно твоей причуды, по протоколу. По документам ты официально беспричудный, так ли это на самом деле?—Опа, а вот этого Изуку точно не ожидал. Зачем им вдруг понадобилось подтверждение его беспричудности? Они уже дали слово взять его в программу по реабилитацию, так какая теперь разница до его причудливости? —Да.—В голосе не было и капельки сомнений. Но несмотря на это Цукаучи вздрогнул и нахмурился. Он неуверенно посмотрел на героя, но тот видимо не понял значения взгляда детектива. —Изуку ты соврал. —Всё что сказал детектив, внимательно смотря на ребёнка. Айзава в шоке распахнул глаза. У Изуку не было явной мутационной причуды. Каких либо физических проявлений способности тоже не было. Могло ли это быть какое-нибудь улучшении слуха или скорости? Но тогда вопрос, как заметил их ребёнок, если даже врач не смог. Сам же Мидория закусил щеку. Он не думал, что его ответ будет засчитан за ложь. Видимо на подсознательном уровне он принял свою способность, как причуду. —Ну я заметил, что в некоторых моментах у меня слегка повышена регенерация. Я не уверен, что это можно назвать причудой.—Взгляд ребёнка был направлен в пол, паника начала потихоньку охватывать его. А ведь если задуматься, линчеватель прадва когда получал раны довольно быстро приходил в норму на следующий день. Высокий болевой порок, который наблюдался у ребёнка, мог быть следствием этой причуды? —Ты же понимаешь, что тебе придётся посетить специалиста по причудам?— Как можно нежнее проговорил детектив, смотря Изуку в глаза. —При каких именно обстоятельствах усиливается твоя регенерация?— Сотриголова вспомнил, что тогда после встречи с хулиганами ребёнок востанавливался со скоростью обычного человека. Значит, скорее всего, требуются определённые действия для активации способности и Изуку специально не показал их тогда герою. Неужели мать сказала ему скрывать их? Или она тоже не знала? Размышления героя прервал резкий вздох со стороны ребёнка. Только сейчас он заметил, как в глазах Изуку затаилась паника, а дрожь одолевала его тело. Видимо это ещё одна травма у ребёнка, о причине которой сложно догадаться. —На сегодня закончим с допросом. Увидимся в следующий раз, Изуку.— Проговорил детектив, выключая диктофон. Айзава благодарно кивнул, поднял ребёнка на руки и унёс его в свою машину. Всю дорогу они молчали, давая друг другу время на размышления.

***

Вот они уже сидели на кухне, неспешно попивая чай. Несмотря на спокойную атмосферу, Изуку понимал: в этот раз не получиться умолчать правду. —Так в каких случаях работает твоя повышенная регенерация?—Аккуратно подтолкнул ребёнка к рассказу герой. Изуку прикусил губу и отвёл взгляд в сторону. Почему-то ему стало стыдно. Его способность слабая и почти такая же бесполезная, как он сам. Так почему все резко заинтересовались ей? Лучше бы дальше считали беспричудным. —Она начинает работать, если во время нанесения травмы соблюдены некоторые условия.—Изуку хотел избежать подробностей, просто объяснив принцип работы причуды. К сожалению, данная схема не прокатила с профессиональным героем. Айзава кивнул, но продолжал внимательно смотреть на ребёнка. Его взгляд просил продолжить объяснения. —Какие именно условия?—Подтолкнул бывшего линчевателя герой. —Травма должна быть нанесена самим мной.—Всё таки проговорил Изуку и неосознано перевёл взгляд на свои руки. Айзава нахмурился. Это не очень хорошая причуда для травмированного ребёнка. Может ли она быть причиной бесстрашия ребёнка? —Ты сказал что условий несколько. Какие ещё?—Айзава решил выведать всю информацию, раз уж начал. Изуку опять прикусил губу. Было страшно впервые кому-то об этом рассказывать. Но раз уж он начал, то стоит закончить. —Травма должна быть нанесена с целью навредить себе. Если я случайно сам ушибусь или порежусь, причуда не активируется.—Почти шёпотом проговорил ребёнок, чувствую влагу на глазах. Айзава застыл. Если до этого он пытался уверить себя, что ребёнок просто случайно пострадал и узнал о причуде, то теперь это было бессмысленно. Пазл в голове начал потихоньку складываться. Тут в голове промелькнула старая мысль, о любви Изуку к длинным рукавам. —Малыш. Покажи мне пожалуйста руки.—Дрожащим голосом попросил Айзава. Слёзы уже давно текли из глаз Изуку. Почему-то не было желания сопротивляться им или просьбам героя. Мидория послушно протянул свои руки Сотриголове, не решаюсь сам оголить их. Айзава понял намёк и аккуратно закатал рукава у кофты ребёнка. Это открыло ему вид на бинты, которые в некоторых местах были испачканы кровью. Дрожащими руками и с нарастающим беспокойством, он начал разматывать и их.