Секрет лечения не так уж и важен.

—Здравствуйте, что таким значимым людям понадобилось в нашей скромной школе?—Поинтересовался директор Орудера. Айзава, которого не пустили к директору, пока он не показал удостоверение героя, вздохнул. Ему было слишком неприятно находиться в этом помещение с этими продажными людьми. Когда он с Незу стал копать под это учебное учреждение всплыло много не очень приятных подробностей. Взятничество, подкуп и тому подобное, было постоянным спутником всех работ и проверок в школе. Так же был ребёнок из этой школы, что закончил жизнь самоубийством. Это особенно сильно разозлило героя. Все учителя игнорировали или присоединялись к буллингу детей со слабыми причудами. Занижали им оценки, почти полностью лишая шанса попасть потом в престижную школу. Они настоящие ублюдки. И Айзава собирается им это припомнить. —У нас есть разрешение на просмотр всех записей с видео камер стоящих в вашей школе.—Спокойной проговорил Цукаучи. Детектив вызвался добровольцем, чтобы сходить в школу с героем. У него конечно и так было полно дел, но позволить кому-нибудь другому пойти вместо себя он не мог. Слишком боялся наткнуться на людей поддерживающих дискриминацию причуд. Он конечно уверен в своих колегах, но порой люди могут быть абсолютно разными в зависимости от ситуации. Так же его тронуло за самое сердце история про суицидника – ребёнка. Он осознавал, что не встретив Изуку Сотриголову, то тоже скорее всего стал очередным мёртвым ребёнком, что довело общество до самоубийства. —К-конечно! Но у нас удаляются записи каждую неделю. —Толстый директор потел, пытаясь будто бы оправдаться. Цукаучи промолчал, мило улыбнувшись. Пожалуй он не станет говорить, что все записи легко смогут восстановить в полицейском участке. Он забрал диск и начал задавать вполне обычные вопросы: —Когда в последний раз была проверка и кто её проводил? —Месяц назад была. К нам приезжал уважаемый Чай Сунь Хунь.—Твёрдо ответила секретарша, иногда боязно косясь на директора. Цукаучи сделал пометку, что надо проверить данные об это человеке. Но судя по слухам, тот явно поддерживал коррупцию. —Как в вашей школе относятся к дискриминации.—Айзава смотрел прямо в глаза директора, требуя ответа именно от него. —Н-ну так же как и все. Мы её не поддерживаем, но и не ходим ни на какие митинги касательно неё.—Пот начал ещё быстрее скатываться по лицу толстого мужчины. Цукаучи перевёл взгляд на Айзаву и отрицательно покачал головой. Директор не знал о его способности и соврал. Это не был официальный допрос и он мог легко умолчать о своей причуде, но при этом ложь директора подтвержденная его причудой можно будет использовать в суде. —А что вы можете сказать касательно Каяно Нагисы?—Цукаучи внимательно смотрел на побледневшее лицо директора. Секретарь и весь присутвующий персонал вздрогнул. Та история была табу в их окружении. Они начали беспокойно смотреть друг на друга. —Что я могу сказать об этом? Мне жаль мальчика. У него была не благополучная семья. Слабая причуда. Если бы он обратился за помощью к кому-нибудь из учителей, мы бы ему обязательно помогли. Но он видимо боялся обратиться ко взрослым, а друзей он не имел. Жаль его конечно. —Директор на удивление отвечал спокойно. Почему он должен беспокоиться? Он что, зря в своё время давал знакомому из судебных приставов огромные взятки? Правда казалось это давало надежды только ему, ведь секретарша побледнела и в ужасе смотрела на героя. Айзава же нахмурился и сверкал своими ярко красными глазами. У него было огромное желание придушить этого ублюдочного директора. Цукаучи поматал головой, говоря что мужчина лжёт. Видимо, все их домыслы окажутся правдой. Детектив вздохнул, представляя огромную предстоящую работу.

***

Неожиданный звонок в дверь прервал завтрак Айзавы и Изуку. Малыш поднял воспросительный взгляд на героя, на что тот помотал головой. Сегодня он точно никого не ждал. С огромной неохотой он поплёлся к двери. Смотреть в глазок ему показалось слишком муторным, и он распахнул дверь, грозно вопрошая: —Что вам надо?— Возможно слишком грубо, но на большее в десять утра Айзава не готов. Перед ним предстала светловолосая женщина с красными глазами, на вид ей не больше тридцати пяти лет. Она грозно хмурилась и казалось совсем не испугалась грубости героя. —Здравствуйте. Вы должно быть Айзава Шота, официальный опекун Мидории Изуку, на данный момент.— Последнюю фразу женщина выделила интонацией. —Да, это я. Что вам надо?—Герой ещё больше нахмурился. —Мне нужно встретиться с Изуку... —Нет. —Не успела женщина договорить, как её перебили. Мицуки только хотела возмутиться, как прямо перед её носом закрылась дверь. Женщина потеряла дар речи от подобной наглости. Её рука неосознано опять потянулась к дверному звонку. Нет, так это оставлять она не собирается. —Что вам надо?—Раздражённо спросил герой, опять открывая дверь. —Я уже сказала. Дайте мне увидиться с ребёнком!—Потребовала Мицуки, слегка попавшая голос. —А я уже ответил. Нет. —Глаза героя опасно сверкнули красным. Мицуки сделала шаг назад, но быстро опомнилась. Почему это она должны бояться этого человека, похожего на бездомного? Как никак она является членом семьи Бакуго, а они умеют за себя постоять. —Вы не имеете права прятать ребёнка от родственников и близких знакомых.—Возможно, именно втягивание прав Айзавы и послужило проигрышу Мицуки, ведь кому, как не герою знать о законах. —Вы правы. Но юридически, вы мальчику абсолютно никто. В документах вы не стоите, как возможный экстренный опекун. А никаких доказательств вашей близкой дружбы с ребёнком у вас нет. То что вы являлись подругой его матери наоборот усугубляет ваше положение. —Герой высокомерно смотрел на застывшую женщину. Видимо Мицуки была из тех людей, что прочитали пару законов и считали себя профи в них. Она явно не ожидала такой осведомленности со стороны мужчины, похожего на бездомного. —Если продолжите звонить в дверь я вызову полицию и обвиню вас в хулиганстве. И опять перед носом женщины закрыли дверь. Возможно она упорная и сильная личность, но ей точно не посилу тягаться со злым интровертом. Неужели способность Айзавы, послать кого угодно, пригодилась даже в деле связанным с ребёнком? Ну это явно вызвало гордость у героя за свои умения.