#1

      Милена провела несколько часов, сидя на полу. Тишина в квартире, которая обычно приносила ей спокойствие, теперь давила на неё с новой, невыносимой силой. Она прокручивала в голове каждое слово, сказанное Егору, и каждую его эмоцию, отразившуюся в его глазах.       В её груди росла пустота, и она не знала, как её заполнить. Милена встала, подошла к окну и посмотрела на огни ночного города. Где-то там, среди этих огней, был и он. Егор. Возможно, он шёл по улице, возможно, сидел в машине и слушал музыку. А может, просто стоял где-то, так же как и она, не в силах справиться с тем, что произошло.       Тем временем Егор ехал по ночным улицам. Он не знал, куда направляется, просто позволял машине катиться вперёд. Его рука сжимала руль так сильно, что побелели костяшки пальцев. Милена была права — она заслуживала большего. Но почему это понимание пришло к нему только сейчас, когда он стоял перед закрытой дверью?       Он остановился возле небольшой кофейни. Егор вышел из машины и сел за столик на улице. Вокруг было тихо, лишь редкие машины проезжали мимо. Он достал телефон, набрал её номер, но не нажал кнопку вызова. Вместо этого он просто смотрел на экран, пока не погас свет.       Милена в это время сидела на диване, держа в руках телефон. Она видела его имя на экране, но не решалась позвонить первой. Как будто это было бы предательством самой себя. Вместо этого она открыла их переписку и перечитывала сообщения.       Спустя несколько минут телефон в её руках завибрировал. Это было сообщение от Егора: "Мне жаль. Ты права. Но я не сдамся. Когда ты будешь готова — я буду здесь. Ждать тебя, сколько потребуется."       Слёзы снова навернулись на глаза Милены. Она прижала телефон к груди и закрыла глаза. В этот момент она не знала, правильно ли поступила, отпустив его. Но одно было ясно: ей нужно время. Им обоим нужно время.       Снаружи ночь продолжала укрывать город своим тёмным покрывалом. Где-то там, среди тысяч огней, две души пытались найти дорогу друг к другу, несмотря на боль и расстояние, которое они сами между собой создали. Но любовь — упрямая штука. И иногда, несмотря на всё, она находит путь домой.       Следующие дни Милена погрузилась в работу. Она проводила часы в салоне, проверяя каждую деталь, координируя персонал и принимая важные решения. Её рабочий график был настолько плотным, что времени на личные переживания почти не оставалось. Но каждый раз, когда она останавливалась, в голове всплывал его образ.       Настал долгожданный день — открытие её магазина в Москве. Двухэтажный, стильный, выдержанный в белых тонах, он сиял своей концепцией и изысканным дизайном. На открытии была красная ковровая дорожка, фуршетный стол с изысканными закусками и напитками, камеры, фотографы и шум толпы.       Собрались известные блогеры и медийные личности: Эксайл, Адель Вейгель, Дилара Бустер, Дима Масленников и многие другие. Каждый из них принёс свою энергию и стиль в это событие. И среди всех гостей был он — Егор Крид.       Он вошёл в зал с неизменной уверенностью, одетый в чёрный классический костюм. Его взгляд на мгновение пересёкся с Милениным, и в этот момент время будто замерло. Она чувствовала, как сердце заколотилось в груди, но быстро взяла себя в руки и продолжила общаться с гостями.       Их встреча была неизбежна. Когда толпа немного рассеялась, Егор подошёл к ней. Его взгляд был серьёзным, голос мягким. — Привет, Мила. Она на секунду закрыла глаза, собираясь с мыслями, и ответила: — Привет, Егор.       Они стояли друг напротив друга, в центре зала, окружённые шумом и светом, но в их мире сейчас были только они двое.       Милена чувствовала, как внутри снова поднимается боль. Ей казалось, что её броня может рухнуть в любой момент. Егор заметил это и сделал шаг ближе, но она отступила. — Мила, я... — Не здесь, Егор, — её голос был тихим, но твёрдым.       Поздравления продолжались, блогеры фотографировались с Миленой, камеры щёлкали без остановки. Она улыбалась, но её улыбка не доходила до глаз.       Настал момент официального фото с ключевыми гостями. Милена стояла в центре, и рядом с ней оказался Егор. Их взгляды снова встретились, когда фотограф попросил их стать ближе. Егор осторожно положил руку ей на талию, и её сердце дрогнуло.       Флеши камер мигали, фиксируя момент, в котором было так много несказанных слов. Милена с трудом сдерживала эмоции, но её глаза снова выдали боль. — Ты всё ещё для меня важна, — прошептал Егор так тихо, что только она могла услышать.       Милена не ответила, просто отвернулась, когда фотография была сделана. Мероприятие продолжалось, но что-то в воздухе между ними оставалось неразрешённым, и каждый из них это чувствовал.       После торжественного открытия мероприятия продолжились в ресторане, арендованном специально для этого вечера. Пространство было роскошным и атмосферным — мягкий свет, живые цветы на каждом столе и большие панорамные окна с видом на ночную Москву.       Собрались все: блогеры, бизнесмены, партнёры и её отец, гордо сидевший за центральным столом. Милена выглядела изящно и элегантно, но в глазах всё ещё читалась усталость и тень печали. Она улыбалась гостям, обнималась с друзьями и благодарила всех за поддержку.       Егор вошёл позже всех. Его взгляд сразу нашёл Милену, и на мгновение их глаза снова встретились. Он сел за свой стол, но не мог избавиться от ощущения, что они снова отдалены друг от друга. Среди гостей был отец Милены — статный и харизматичный мужчина с добрым взглядом, но твёрдой хваткой. Его присутствие всегда внушало уважение.       Когда его взгляд случайно встретился с Егором Кридом, он немного задержался, оценивая певца. Отец не знал о возможных отношениях Милены с Кридом, и просто решил познакомиться с ним, как с известным человеком, ведь когда-то его дочь фанатела от этого артиста. Его было интересно встретить его лично. Он подошёл к Егору и протянул руку. — Рад встретиться с вами, Егор, — сказал он. — Когда-то моя дочь была вашей поклонницей. Рад увидеть вас здесь.       Егор с уважением принял руку, понимая, что это знакомство не было личным, а скорее уважительным жестом со стороны отца. — Спасибо, приятно познакомиться, — ответил Егор, выдержав взгляд мужчины. Отец Милены кивнул, сдержанно улыбнулся и продолжил общение с другими гостями.       Милена стояла немного в стороне, наблюдая за их встречей. В её груди слегка затрепетало сердце, но она понимала, что её отец не знал ничего о её отношениях с Кридом и просто проявил интерес как к известной личности. Позже, когда Милена поднялась на сцену, её голос был уверенным, а в глазах горели эмоции. — Спасибо каждому из вас за поддержку, за то, что вы здесь. Этот проект — не просто магазин, это часть моей души, моей команды и моей мечты. Спасибо, что верите в нас.       Зал взорвался аплодисментами, и Милена с улыбкой взглянула в толпу. В уголке зала стоял он — Егор, который наблюдал за ней с гордостью, и в его взгляде можно было прочитать неподдельное восхищение. Милена почувствовала, как её уверенность крепнет с каждым аплодисментом. В этот момент она поняла, что её мечты стали реальностью.       Егор, как и ожидалось, не подходил к ней сразу после её речи. Он обменивался любезностями с другими гостями, но их взгляды несколько раз пересекались в толпе, и каждый раз Милена чувствовала, как что-то не так. Позже, когда она решила немного передохнуть и вышла на балкон, Егор оказался рядом. Он не сказал ни слова, но его присутствие сразу же сделало атмосферу напряжённой. Милена, пытаясь контролировать своё дыхание, посмотрела в сторону и повернулась к нему. — Ты что, ещё не ушёл? — произнесла она немного резко, не встречая его взгляда. Её голос был тихим, но в нём звучала лёгкая резкость, скрывающееся недовольство.       Егор не отреагировал на её тон. Он казался спокойным, слишком спокойным, но в его глазах скользнуло что-то, что заставило Милену почувствовать себя неуютно. — Я здесь, потому что ты не дала мне уйти, — сказал он, его голос был низким и уверенным. — Ты ведь сама пригласила меня, не забывай.       Милена бросила на него быстрый взгляд, ощущая, как её напряжение возвращается. Она хотела что-то ответить, но вдруг ей стало ясно, что этот разговор может только усугубить ситуацию. Вместо этого она тихо вздохнула и посмотрела вдаль. Её сердце сжалось, когда она осознала, что Егор был не только расстроен, но и переживал. Она видела это в его глазах, в его поведении. Это не было просто недовольство — это была настоящая боль, которую он пытался скрыть, как и она сама пыталась скрыть свою. Она не могла не заметить, как его внешность изменилась. Лёгкая щетина, темные круги под глазами, его беспокойные движения — всё это говорило о том, что он переживал не меньше её.       Милена почувствовала, как её собственная нерешительность начала сменяться сочувствием. Она знала, что, возможно, многое из того, что произошло, было из-за недоразумений, но всё же, её мысли всё чаще возвращались к Егору. Она не могла не думать о том, как он страдает, как он выглядит на фоне своей работы, которую, видимо, он использовал как способ забыться, но всё равно не мог скрыть внутреннюю пустоту.       Она не могла представить, через что ему пришлось пройти, и почему он продолжал скрывать свои чувства за солнцезащитными очками, пытался работать, снимал контент, но при этом оставался таким же потерянным внутри. Она почувствовала глубокую симпатию, и это заставило её сердце дрогнуть. Милена не была уверена, что она всё понимает или что она должна делать, но ей стало его искренне жаль. Это было настолько человеческим и уязвимым, что она почувствовала импульс, о котором давно не думала. — Ты сам то в порядке? — спросила она, её голос стал мягким, почти тянущим. Егор молча посмотрел на неё, задержав взгляд на несколько секунд, а потом вздохнул. — Да, просто… пытаюсь разобраться в себе, — ответил он с усталой усмешкой. Но в его словах была такая искренность, что невозможно было не почувствовать скрытую боль.       Милена почувствовала, как его слова тронули её. Всё, что она хотела — быть рядом, поддержать, просто выслушать. Но что-то в её душе подсказывало, что сейчас не время искать ответы. Иногда достаточно просто быть рядом, чтобы понять, что два человека могут найти общий язык, даже когда мир вокруг рушится. Этот момент был важным шагом для них обоих, хотя и неясным. Милена не знала, что будет дальше, но в этот момент, несмотря на всё, она почувствовала, что хотя бы сделала первый шаг к пониманию.       Когда мероприятие подошло к концу, гости начали прощаться и покидать зал, оставляя за собой лишь следы торжества — пустые бокалы и разговоры, которые уже начали затихать. Милена стояла в центре, немного усталая, но довольная тем, как всё прошло. Вдруг она почувствовала руку на своём плече. Это был её отец. — Ты молодец, — сказал он с улыбкой, взглядом полным гордости. — Видно, сколько труда ты вложила в этот проект. Я горжусь тобой.       Милена улыбнулась в ответ, чувствуя, как тепло его слов согревает её. — Спасибо, папа, — ответила она, сглотнув комок в горле. — Это только начало. Надеюсь, мы сможем сделать ещё больше.       Он кивнул, одобрительно оглядывая зал. — Ты не просто создала бизнес. Ты создала нечто большее. Люди это чувствуют.       Когда все разошлись, атмосфера вечеринки осталась только в воспоминаниях. Лёгкий шум города и тихий шум двигателя автомобиля везли Милену домой, но мысли о Криде не оставляли её. Он был рядом, но между ними всё ещё оставалась неясность. В этой непростой ситуации она понимала, что им обоим нужно было кое-что прояснить. И хотя их недопонимания были не к месту, именно они дали возможность обоим понять, что пора обозначить рамки и разобраться, что дальше.       Милена выдохнула, думая о предстоящем разговоре. Он будет непростым, но необходимым, чтобы расставить всё по своим местам. И в этот момент она поняла, что несмотря на все непонимания, именно этот шаг даст им возможность стать ближе, без лишних вопросов и размытых границ. Она сидела в тишине своей квартиры, проверяя сообщения в Инстаграме. Вскользь заметив новое уведомление от Егора, она открыла его и прочитала его текст:       "Мне жаль. Ты права. Но я не сдамся. Когда ты будешь готова — я буду здесь. Ждать тебя, сколько потребуется."       Она замерла, чувствуя, как что-то внутри её сжалось. Эти слова были прямыми, без обиняков. Егор, как всегда, не скрывал своих эмоций, но сейчас в его сообщении была какая-то особенная уязвимость. Милена глубоко вздохнула и набрала ответ. "Егор, давай встретимся. Поговорим. Ты знаешь, о чём я."       Её пальцы замерли на экране, и, прежде чем нажать "Отправить", она почувствовала, как её сердце учащённо забилось. Всё это было так неожиданно, так непросто, но она знала, что нужно разобраться в том, что происходит между ними. Егор, сидя дома в своей студии, не сразу заметил уведомление. Он был поглощён работой — с Бастой они завершили написание новой песни, но его мысли всё равно возвращались к Милене. Он не мог отделаться от чувства, что что-то важное и невыраженное оставалось между ними. Песня была готова, но вместо радости о её завершении, он думал о ней.       Его взгляд был затуманен усталостью, но когда телефон снова замигал, и он увидел сообщение от Милены, в груди возникло странное чувство облегчения. Он прочитал её ответ и сразу же набрал: "Я приеду к тебе."       Егор встал, оделся и взял ключи от машины, не забыв про телефон. Он посмотрел на экран, где ещё висело её последнее сообщение. Чувство неопределённости не покидало его, но решение было принято. Он не собирался больше оттягивать момент, в котором мог бы разобраться в том, что между ними происходит. Егор знал, что для этого нужно увидеться и поговорить.       Милена быстро прочитала его ответ, и на её губах появилось лёгкое улыбка. Она встала, подготовилась выйти. Хоть и было непросто понять, чего именно она ждала от этой встречи, она понимала одно: её не покидала мысль, что им нужно было хоть как-то расставить все точки над «и».       Когда она вышла на улицу, её шаги были быстрыми, но не торопливыми. На улице было холодно, но в душе её теплилась уверенность, что наконец-то они смогут разобраться.Когда она услышала звук машины за окном, она немного вздохнула и вышла на улицу, встретив его у подъезда. Егор, выходя из машины, посмотрел на неё.       Молча, они обменялись взглядами, словно пытались найти в глазах друг друга что-то большее, чем слова могли передать. Егор первым нарушил тишину. — Привет, — его голос был спокойным, но в нём было что-то напряжённое.       Милена улыбнулась, но её взгляд не оставлял никакой лёгкости. Она понимала, что многое нужно будет объяснить, но в этот момент её сердце было готово открыться для разговора. — Привет, — ответила она, сдержанно, но с ноткой облегчения, что они здесь, вместе, и наконец-то могут поговорить. Лёгкий ветерок нарушал тишину, но их слова звучали так, как будто они знали, что каждый из них готов услышать друг друга. — Мы долго тянули, — сказал Егор, подходя чуть ближе, но всё ещё не решаясь нарушить её личное пространство. — Я не знаю, что нас ждёт, но чувствую, что хочу хотя бы попытаться разобраться в этом.       Милена посмотрела на него, её взгляд был мягким, но решительным. — Я тоже не знаю, что будет дальше, — ответила она, вздыхая. — Но, возможно, мы слишком много думали о том, что будет дальше, и совсем забыли, что важно здесь и сейчас. Я хочу попробовать. Но не как медийные фигуры. Без давления, без навязанных рамок.       Егор кивнул, его глаза стали более сосредоточенными. Он подошёл немного ближе, но сдержанно, как будто проверяя её реакцию. — Давай без шоу, без этого всего. Я не хочу, чтобы каждый наш шаг обсуждали. Это касается только нас двоих, и если что-то будет, то будет именно так, как мы сами решим, без лишнего шума.       Милена почувствовала, как внутри неё разгорается чувство облегчения. Именно этого она и ждала — настоящего, честного разговора, без лишних условий. Она улыбнулась и сделала шаг навстречу. — Я согласна, — тихо сказала она, глядя ему в глаза. — Нам нужно время, чтобы быть собой, без давления. Мы не обязаны быть идеальными, но должны быть честными друг с другом. Это всё, что важно.       Егор немного заулыбался, его взгляд стал мягче, и он, наконец, почувствовал, как этот момент сближает их ещё больше. — Мы будем работать над этим. Без спешки. Просто будем жить и узнавать друг друга. Милена кивнула. — Да. И когда мы будем готовы — тогда и сделаем следующий шаг. Но сейчас просто... давай попробуем побыть вместе. Без внешнего мира, без ожиданий.       Он шагнул ещё ближе и, не говоря больше слов, протянул руку. Она взяла её, и в этот момент они поняли, что на самом деле именно это и было нужно — искренность и время для того, чтобы разобраться, что они на самом деле чувствуют друг к другу.       Егор открыл дверь машины и жестом пригласил Милену сесть внутрь. Она села на пассажирское сиденье, а он закрыл дверь, садясь за руль. Внутри машины было спокойно, мягкий свет от приборной панели создавал атмосферу уединения, в которой не было места для чужих взглядов. — Есть что-то, что я хочу тебе показать, — сказал он, заводя машину и направляя её в сторону более тихой улицы. Он заметил, как Милена повернулась к нему, с любопытством смотря на его лицо. — Что-то важное? — спросила она, едва заметно улыбнувшись. Егор немного смутился, но ответил уверенно: — Да, именно. Это... песня. Я написал её, когда был в себе, когда думал о тебе.       Вдохновение пришло как-то неожиданно, и получилось так, что она получилась совсем не такая, как обычно. Без привычного рэпа, больше в мелодичном плане. Это что-то личное. Я не уверен, что она готова для кого-то, кроме тебя.       Милена молча кивнула и пристально посмотрела на него, в её глазах появилось любопытство. Она знала, что музыка для него — это не просто хобби. Это было глубже, чем слова. Это был способ выразить эмоции, и она чувствовала, что эта песня должна была быть важной для него.       Егор включил трек на своем телефоне, и мягкие аккорды начали наполнять салон машины. Музыка была нежной, даже чуть уязвимой, но в то же время полна силы. Он смотрел на неё, наблюдая за её реакцией, но не осмеливался заговорить, пока не услышал её мнение. Егор, остановив машину на одной из уединённых улиц, тихо включил новый трек, который был завершён недавно. Он был не такой, как предыдущие работы — в нем было больше эмоций, чем обычно. Егор перевёл взгляд на Милену, а она, не отрывая глаз от его лица, ждала, что он скажет. Она сразу поняла, что эта песня имеет для него особое значение.       Когда музыка начала звучать, Милена сразу ощутила глубокую эмоцию, которую передавал голос Егора. Он начал читать куплет, и каждое слово отражало внутреннюю борьбу, чувства, которые он не мог выразить иначе. Этот куплет, наполненный болью и страстью, был настолько откровенным, что Милена почувствовала, как её сердце сжимается от понимания.       Егор, как и всегда, вложил в текст всю свою душу. Он написал о чувствах, которые не мог оставить в себе, о том, что чувствовал, когда она была рядом, и как трудно ему было отступать. "Я не знаю, кто ты и откуда, С тобой дни летят будто минуты, Когда на расстоянии со мной меньше фута, Это очень важные секунды. То, что сейчас слышишь, — это то, что к тебе чувствую, В моей хате много всего, но без тебя так пусто. Пацаны сказали, ты была искусственной, А я до сих пор считаю то, что ты искусство, е. Помню твои искусанные губы, Что целовали мне о том, что мы друг друга губим. Я засыпал только с тобой, а не твоей фигурой, Я не хочу тебя терять, прошу: не будь дурой. Я не хочу тебя менять — пробуй меня понять, Ты снова хочешь оттолкнуть — пробуй меня обнять. Ты не умеешь доверять, я не умею умолять, И не могу тебя держать."       Егор внимательно следил за Миленой, пока песня звучала. Он чувствовал, как её глаза немного тускнеют от эмоций, а на губах появляется слабая улыбка. Он был готов ко всему — к молчанию, к каким-то не совсем понятным словам, но его не покидала надежда, что она почувствует то, что вложил в музыку. Эта песня была не о разрывах, не о боли, как обычно бывает в его треках, а о чувственности, о том, как она смогла оставить отпечаток в его сердце.       Милена, прослушав этот куплет, понимала, что Егор вложил в него все свои чувства, всё, что он переживал. Это было не просто искусство — это была его правда. Она молча смотрела на него, а в её глазах была глубокая благодарность за то, что он доверил ей такую интимную часть своей жизни. — Это невероятно, Егор, — сказала она, немного запнувшись. — Ты вложил в это всё, что чувствовал. — Если ты разрешишь, я добавлю эту песню в фит с Бастой, но без имен и без прямых ссылок на нас. Это будет просто музыка, мои чувства, без какого-либо давления. Всё, что я хочу — это быть с тобой и дать тебе то, что ты заслуживаешь. И если ты готова, я хочу попробовать. Но только если ты чувствуешь, что это имеет значение для нас обоих. Милена задумалась, её взгляд был серьёзным. Она хотела верить ему, и его слова звучали искренне, но ей нужно было время, чтобы понять, что она готова идти на этот шаг.       Милена молча смотрела в окно, её взгляд был сосредоточен, будто она пыталась уловить ответ в туманной дали. Внутри неё царила тишина, которая, казалось, заглушала все мысли. Она не могла сразу решить, что именно она ощущала. Но что-то в его голосе, в той откровенности, с которой он делился своими мыслями, заставляло её задуматься. — Ты прав, — наконец сказала она, повернувшись к нему. Глаза её были серьёзными, но в них можно было разглядеть искорку уверенности. — Пусть песня выйдет. Это, наверное, правильный шаг. — Я согласна, — сказала она, тихо, но уверенно. — Давай просто будем вместе, попробуем. Без лишних ожиданий, без медийки. Просто мы.       Егор чувствовал, как его сердце вдруг начинает биться быстрее, и в его глазах появилась искренняя решимость. Он знал, что не должен бояться делать шаг вперёд.       Даже если это был риск, даже если когда-то уже наступал на эти грабли с Карнавом, Аминой и Нюшей, сейчас было другое. Всё было другое. И хоть он помнил, как сильно ошибался в прошлом, в этот раз он был готов. — Всё, как есть,— сказал он, уверенно глядя в её глаза. — Без всяких условий и лишних слов. Просто ты и я. Попробуем и посмотрим, что из этого выйдет.       Милена кивнула, чувствуя, как этот момент становится их новым началом. Это не было идеальным решением, но оно было честным, и это значило для неё гораздо больше, чем любые слова.       Без лишних разговоров, без подготовки и ожиданий, они просто остались рядом, готовые идти вперёд. Не зная точно, что их ждёт, но уверенные, что теперь они будут идти этим путём вместе.