Шаловливые пуговки

Офицер с грустью смотрел на закрывающуюся дверь в Паранормальный отдел. Его до сих пор не признавали в нём, несмотря на то, что он участвовал в некоторых делах и помогал по мере своих скромных сил. Он мог бы помочь и сейчас! Дождавшись, когда закончится совещание у его более удачливых коллег, он проник в уже пустующий кабинет. Защита на нём была смехотворной, но все уважали личное пространство сержанта, поэтому не заходили в странную комнату. Любопытствуя, Паркер бегло осматривал документы на столе, проникая в суть нового дела, пока не услышал звук трескания стекла и металлический звон. Он нахмурился, слыша приближающийся свист. Паркер никому не говорил этого, но он до сих пор мог примагничивать вещи. По мелочи в основном. Это случалось редко, но иногда к нему прилипали булавки. Осматривая себя, он обнаружил пуговицу, из-за которой он вздрогнул. Паркер сглотнул от приближающегося страха, отгоняя внезапно вспыхнувшую догадку. Пуговица, прилипшая к нему, казалось, оскалилась. Он медленно отошел от стола, двигаясь в сторону двери. Сжимая зубы и молясь, офицер продвигался к хлипкой двери, а перекат множества мелких предметов за собой он намеренно игнорировал. Его больше пугал сержант, который отчитает его за проникновение в секретную комнату, чем пуговицы и возможный метаморф. Хотя метаморф тоже нагонял жути. И пуговицы тоже пугали. На полпути к двери пуговицы окружили его, преграждая путь. Разноцветные, большие и маленькие, они выстроились в стену. Паркер жалобно застонал. Выглядели они угрожающе и насмешливо одновременно. Это точно был он! Джо Блейкс! Чудовище, что могло быть каким угодно страхом, а в случае Паркера вообще всем на свете. Паркер огляделся, пытаясь придумать, что делать, но было поздно. Пуговицы, противными змеями, обвивали его ноги, заползая выше. Паркер подпрыгнул, попискивая, стараясь сбросить их с себя. Пуговицы, очень цепкие, стали пробираться под одежду, словно муравьи. Паркер взвизгнул, панически мельтеша по комнате в надежде избавиться от ужасных кругляшей. – Тише, – прошелестели пуговицы рядом с его ухом, – ты же не хочешь, чтобы Сержант поймал нас? Паркер отчаянно замотал головой. Он и не думал, что можно ещё сильнее бояться пуговиц, но… Угрожающие пуговицы! – В этот раз ты от меня не сбежишь, – рассмеялась колония пуговиц. Они облепляли несчастного, бледного Паркера. Чем сильнее офицер пытался сопротивляться, тем ощутимее становились пуговицы на его теле. Паркеру казалось, что они стали его второй кожей. Они медленно скользили по его телу, смеясь над его страхом. Они изучали его, и от осознания этого Паркеру совсем поплохело. Одно дело мучить его, другое искать его слабости, чтобы нанести удар посильнее. Одна пуговица медленно скользила по его позвоночнику, вторя движению пота. Паркер чувствовал её так явно и ярко, что хрипло задышал. Он должен избавиться от них. Должен избавиться от них! Что-то в его мельтешении показалось жутким пуговицам интригующим. Дюжина пуговиц проникла ему под белье, и Паркер замер истуканом от внезапного ощущения сдавливания в паху. Это не было ощущением трения, как от руки или чего-то похожего. Прохладные, пластиковые или совсем уж холодные, металлические, он ощущал их, скользящие по его пенису. К черту угрожающих пуговиц! Пуговицы-домогатели явно были худшим из зол! Паркер со стоном опустился на колени, уже не понимая, что именно ощущал: тревожное удовольствие от страха или отчаянный ужас от возбуждения. Он рвано дышал, чувствуя дразнящие движения пуговиц на члене. – Хватит, – прохныкал он. – Хватит. Хватит. Он не хотел представлять, как это выглядит на его обнаженной коже, но копошения под штанами становились болезненными из-за эрекции. Если Паркер увидит это вживую, то точно потеряет сознание, но если он не снимет штаны, то испортит форму. А за испорченную форму ему достанется от Сержанта, которого он боялся сильнее пуговиц. Он дрожащими руками с раза третьего расстегнул ремень и ширинку, чувствуя небольшое облегчение. Взамен облегчению пришел леденящий ужас. Рой пуговиц хозяйничал в его штанах, как у себя дома. Одна яркая, выпуклая пуговка нагло проникала своей ножкой в маленькое отверстие на головке его члена. Ещё одна небольшая пуговка кружила рядом, иногда надавливая на уздечку. Пара плоских пуговиц лениво скользила по всей длине, временами вдавливаясь сильнее, посылая мурашки по всему телу. Часть пуговиц, словно боясь света от раскрытия штанов, уползла глубже. Прячась за яички, которые поджались, они скользили дальше. Паркер застонал, прикусывая губу. Это было чудовищно, но одновременно с этим, он страшился признавать, приятно. От этого откровения его замутило, и он стал опадать, чувствуя небывалое давление на своем теле. Голова закружилась от резкого упадка сил. Пуговицы, отскакивая от его тела, собрались в человека, который принял обличие знакомого Паркеру хозяина Комнаты Страха. Джо Блейкс сыто улыбнулся ему. В последний раз они также пялились друг на друга в обители метаморфа, пока Паркер не победил Блейкса своим обилием страха. Может, снова сработает? Правда, никаким сексуальным подтекстом тогда и не пахло. – Весьма неплохо, – промурлыкал Блейкс, отвлекая Паркера от составления плана по обезвреживанию метаморфа. – Давно я не был так сыт, офицер. Паркер, щурясь, стыдливо прикрылся, краснея. Его член всё ещё позорно стоял. – Не стоит, мой аппетитный, я был так близко к тебе, что… – лукаво заметил Блейкс, облизываясь. – Если хочешь закончить, ты можешь просто попросить меня. Паркер шокировано выпучил глаза от такого предложения, продолжая прикрывать своё хозяйство. – Ни за что! Он хотел прозвучать грозно и решительно, но выдал что-то между писком и бурчанием. От этого стало ещё пакостнее на душе, а бархатный смех Джо только усугубил его самочувствие. – Я был так щедр, – он цокнул, нависая над унылым офицером. Темные глаза Блейкса впились в лицо Паркера, находящегося на грани обморока. – Выпить тебя досуха весьма заманчиво, – Джо облизнулся, – но я ни разу не встречал такого потенциального донора. Джо присел на корточки и обхватил округлое лицо Паркера, вглядываясь и изучая хнычущего офицера. Паркера трясло, и он ничего не мог с собой поделать. Ему было страшно. Ему было больно. Его лихорадило от присутствия метаморфа. Блейкс провел пальцами по мокрой от пота шее, посылая мурашки по телу. – Какая чудесная реакция, – тягуче произнес Джо, – словно создан специально для меня. Паркер всхлипнул. Он неясно слышал говорящего из-за тягучего головокружения, но зато Паркер ярко ощутил касание прохладной руки на горячем члене. Он протяжно выдохнул, утыкаясь в чужое плечо. Рука ласкала в совершено ужасном рваном ритме, обещая не облегчение, а пытки, но Паркер был согласен и на это. Шепот Блейкса походил на стрекот мерзких насекомых, но уставший мозг офицера не мог идентифицировать каких именно. Он кончил, мыча что-то несуразное и теряя при этом сознание. На следующий день, когда Паркер проснулся в своем доме, он с неприятным чувством вспоминал сон. Кошмары часто ему снились, и он привык к их отягощающему влиянию. Конечно, он смутился из-за «влажности» кошмара. Такое ему точно ещё не снилось. Но стоило ему увидеть тонкую белую прядку среди копны своих темных волос, как Паркера охватил новый виток уже знакомого страха.