***
— Со Старым Новым Годом тебя, Макси! — как и все последние прошедшие годы, со слезами на глазах говорила своему парню, или, пожалуй, мальчику Алиса. — И тебя тоже, Алиса. В этот раз Макс тоже не сдержался и разревелся. Моральное состояние Алисы от такого пришло в абсолютный упадок и, зайдясь слезами, она тоже расплакалась и кинулась в объятья Максу. 2025 год не настал. Вместо него на смену 2024 году настал 2023. А затем и 2022, 2021, и наконец, 2020… Теперь Новый Год… или же Старый Год праздновали 31 декабря в 23:59:59 — как только очередной год уходил вспять. Тогда, на момент той злополучной новогодней ночи, Максим был уверенным двадцатилетним юношей, у которого в жизни все получилось. Вот только у него начала расти густая борода, которую он устал брить. В жизни появился любимый человек — девушка Алиса. Никого прекраснее он в жизни не встречал. Прелестный человек, душа которого, как Максу казалось, полностью совпадала и сочеталась с его собственной. Успехи Максима проявлялись и в другой сфере — два года назад, в восемнадцать, он сдал на права, накопил денег, и купил себе поразительной красоты серебристый «Мерседес» 2023 года выпуска. Теперь же его «Мерседес» сошел с конвейера позже, чем Макс жил. Макс теперь опять был Максимка. Не парень — мальчик. Его борода с каждым бритьем проявлялась все слабее, и вот вновь исчезла, кажется, уже навсегда. Такой незначительный элемент — а вогнал Макса в длительную депрессию, из которой его всеми силами старалась вывести Алиса. Тогда ни один из них еще реально не осознавал приключившегося. Теперь же и парню, и девушке было по шестнадцать. Еще немного, и так уже про них и не скажешь. Останутся мальчик и девчушка. Они были обречены, и это уже ни для кого не было секретом — все новости только и пестрели заголовками вида «Регресс человеческого развития по годам». Но ни один ученый, совсем никто не мог понять, в чем же дело. Дети и их родители день ото дня становились моложе. Родители, чьи дети родились не позже конца 2024 года, в один из злополучных дней просыпались и обнаруживали, что их чада больше нет с ними. Вместе с людьми молодели и все живые существа, первыми начали вымирать насекомые. Но странное дело — это не затронуло никакую культуру. Все рукотворное по-прежнему стояло, люди продолжали свое бессмысленное дело — изобретение нового. Это стало забавно и ужасно — пришлось придумать даже новое летоисчисление. 2024 год стал первым годом новейшей эры, а 31 декабря — первым днем в ней. Вопрос, какой год и день станут последними… Порой, происходило что-то странное. Больные люди, молодея, начинали излечиваться, но только что выздоровевшие не заболевали вновь. Группа ученых уровня желтой прессы предположила, что все инфекции просто умерли, обратившись в ничто с течением «новейшей эры». Вот такой вот был этот Новый Год, Новый и Ужасный.***
Макс и Алиса не расстались, да и не могли расстаться. Каждый из них просто не выжил бы один, не хватило бы моральных сил. Самому Максу теперь уже было 14, а сегодня его младший брат перестал существовать. День за днем его мать, обливаясь слезами, ухаживала за ребеночком, который становился все меньше и меньше. И это было ужасно странно. Он не забывал, все что с ним произошло за его недолгую, шестилетнюю жизнь в нашей эре и шестилетнюю жизнь в эре новейшей. Он не разучился говорить, даже будучи близок к состоянию младенца, до последнего мог и самостоятельно ходить. Но в последний год, кажется, что-то поменялось. Его организм стал слишком молод, он изо всех сил пытался и ходить, и говорить, но ничего не удавалось. Вместо звуков слышались лишь «агу», а пытаясь пойти, он оступался, оступался и плакал. И вот его не стало. Макс лежал в комнате, уткнувшись в подушку. Рядом неизменно лежала Алиса, плотно его обнимая. Где-то там, в детской, страданиям предавалась и его мать. Алисе оставалось лишь благодарить высшие силы, ведь у нее не было младших родственников. И ее потеряют первой…***
Два младенца лежали рядом — маленький Максик, а с ним рядом — Алисочка. Но какие-то они были странные: и не смеялись, и не плакали. А только лежали. Как-то задумчиво, словно осознанно. Катерина и Светлана, две матери, теперь жили вместе и сидели с малышами — две молодые двадцатичетырехлетние девушки, еще… уже полные сил и энергии. А это их малыши. И у обеих было общее горе. На следующий день не стало Алисы. Она просто исчезла из этого мира ночью, как и все малыши исчезали последние двадцать лет. Максик уже не лежал смирно, а горько плакал, раз за разом все утыкаясь носом в то место, где только вчера лежала Алиса, ее подружка. Сейчас с малышами уже никто не сидел. С кухни слышались горестные голоса, а на столе — куча алкоголя на любой вкус, куча грязных стаканов и посуды. С полочки напротив на них смотрел милый плюшевый зайка с новогодней шапочкой на голове.***
Вот прошел еще месяцок — не стало и Максима. Кто бы мог подумать, что так все обернется? Теперь самым молодым было по восемьдесят лет и больше. А младенцы, по иронии судьбы, оказывались по исчислению новейшего времени глубокими стариками, срок жизни которых предопределен, а дата смерти, скорее даже исчезновения, известна с точностью до дня. Люди продолжали праздновать Старый Новый Год. А за ним ещё. И ещё. На улице каждый вел себя естественно, никто не подавал вида, что их дни сочтены. Уже даже дурачок понимал, что восьмидесятилетние не доживут до младенчества. Животных практически не осталось. Они ведь все тоже попали под новогоднее проклятие — люди прознали это и поскорее расправились со всеми животными, которые еще остались. Сельское хозяйство пришло в упадок. Скоро все запасы еды окончательно опустеют. И что тогда? А, впрочем, давайте пока не думать об этом. Лучше давайте выпьем, выпьем — за Новый Старый Год!