Раз за разом, рядом

Ночная тишина накрыла опустевшие улицы Сеула, будто город затаил дыхание, ожидая чего-то неуловимого. Улицы были безмолвны, лишь редкие огоньки окон выдавали тех, кто ещё не позволил себе забыться в сне. Часы давно пробили полночь, и стрелка медленно приближалась к часу ночи, но Минсу даже не думал ложиться спать.  Парень знал, что даже если ляжет, сна не будет. Гулкий ритм сердца и сумбур в голове не давали покоя. Он снова вспоминал сегодняшние события, прокручивая их в уме, как сломанную плёнку. Вспоминал слова, взгляды, прикосновения — всё, что теперь казалось таким важным, будто могло изменить его жизнь. Юноша сидел за открытым ноутбуком, изучая просторы интернета, пока его не отвлек настойчивый стук в дверь. За окном вовремя завыла сирена далёкого автомобиля, нарушая хрупкую гармонию ночи. Минсу оторвался от манящего ноутбука, поднимаясь с незаправленной кровати, шагая встречать нежеланного ночного гостя. Парень уже догадывался, кто мог пожаловать к нему в такое время. Сомнений почти не оставалось: только один человек мог появиться посреди ночи так внезапно и с таким молчаливым упрямством. Едва послышался очередной лёгкий стук в дверь, догадки Минсу окончательно подтвердились. Этот аккуратный, но настойчивый ритм был слишком узнаваемым. Он на мгновение замер, словно надеялся, что посетитель передумает и уйдёт. Но стук повторился, на этот раз чуть громче, лишая его надежды на уединение. Минсу медленно подошёл к двери, чувствуя, как напряжение внутри него усиливается. Щёлкнул замок, и дверь приоткрылась. Ожидаемая, нетрезвая физиономия. Чертов Чхве Су Бонг, с ярким псевдонимом «Танос», у которого из камней бесконечности были блять только камни в почках. Гость покачивался из стороны в сторону, кое как держась на ногах. На лице созерцала довольная ухмылка, и все тот же дерзкий взгляд опустевших глаз. Он словно был полностью уверен, что его ждали. Сколько раз он обещал, что завяжет с наркотой? Предостаточно. Сколько раз он действительно выполнял обещание? Ни разу. Не проходит и недели, как он снова заваливается к нему посреди ночи. — Hi cutie! — Танос снова заговорил на английском с наигранным акцентом. — Ну что, разбудил? спросил он с насмешливой интонацией, хотя прекрасно знал, что Минсу не спал. Су лишь тяжело вздохнул, пропуская гостя внутрь. У него рука не дрогнет выгнать его, язык не повернется сказать «уходи отсюда». В таком состоянии Бонг явно гладко домой не доберётся, вся ответственность на Минсу.  Танос внезапно рухнул в его объятия, прижавшись лицом к груди парня. Су едва удержал равновесие, пошатнувшись назад, но инстинктивно обхватил его руками, чтобы не упасть вместе.   Су напряжённо выдохнул, стараясь найти баланс и одновременно понять, что происходит. Танос, казалось, не собирался подниматься, его плечи мелко дрожали, а дыхание оставалось рваным. С губ сорвался очевидный вопрос — Ты снова употреблял?  Минсу уже прекрасно знал ответ на данный вопрос. Вряд ли абсолютно трезвый человек будет кое как два слова связывать и с ног валиться. Ответа не последовало, Танос лишь сильнее вжался в грудь парня, словно только так мог найти утешение.  Видеть парня в таком состоянии было уже привычным делом, но обычно он резвился, постоянно хихикал, лез к Минсу, словно старался вывести его из себя. А сейчас.. Су не привык видеть его таким — беззащитным, сломленным. Обычно Танос был человеком, который раздавал удары, а не принимал их. Эта неожиданная близость сбивала с толку, но юноша почувствовал, что не может просто оттолкнуть его.  — ..Ты в порядке? — голос на удивление прозвучал куда мягче, чем он сам ожидал. Руки Су, ещё недавно напряжённые, теперь слегка ослабили хватку, переходя в осторожные, успокаивающие поглаживания по спине.  Повисла напряжённая тишина, разрезаемая лишь их дыханием. Но вскоре её нарушили едва слышные всхлипы, сперва тихие, словно Танос пытался сдержаться, а затем всё громче и отчаяннее. Су замер, осознавая, что происходит, и почувствовал, как его футболка намокла от слез.  Танос, всегда веселый и непоколебимый, теперь плакал в его объятиях. Его плечи дрожали, а пальцы судорожно сжимали ткань футболки Минсу, будто боялись потерять эту единственную опору. — Эй… эй, всё в порядке, ну чего ты..  Су тихо пробормотал что-то неуверенное, его голос звучал мягко, почти шёпотом. Он нерешительно поднял руку, а затем медленно провёл ею по спине Таноса, его движения были осторожными, будто он  боялся причинить ещё больше боли. Ладонь Минсу скользила вверх-вниз, останавливаясь на плечах, где напряжение чувствовалось особенно сильно, и снова возвращались к середине спины. В этих касаниях была тихая поддержка, едва уловимое обещание: “Ты не один”. Танос вздрогнул под его ладонью, будто впервые осознал, что рядом действительно есть кто-то, кто готов разделить с ним эту тяжесть. Его дыхание стало чуть более ровным, всхлипы постепенно стихли, уступая место глубоким, медленным вдохам. Минсу продолжал гладить его по спине, не говоря ни слова. Ему казалось, что любые слова сейчас были бы лишними. Этот момент не требовал разговоров, он был о молчаливом принятии, о спокойствии, которое можно найти лишь в чужом тепле. Спустя некоторое время Танос отстранился, неохотно убирая руки. Его глаза были покрасневшими, а взгляд — потухшим, но в нём всё же мелькнула тень благодарности. — I'm sorry, darling. I'm a terrible boyfriend.    Вновь, он говорит на английском, но уже без наигранного акцента, без прежнего пафоса и дерзости, которые раньше были его защитной оболочкой. Голос звучал тише, мягче, в нём чувствовалась искренность, непривычная для того, кто всегда старался казаться сильнее, чем был. Слова, пусть и простые, проникали глубоко, заставляя сердце сжаться. Минсу смотрел на него, не зная, что сказать. Хотелось вновь упасть в объятия, ощутить ту теплоту, которая казалась спасительной в этот момент. Но вместо этого он лишь сделал шаг вперёд, неуверенно подняв руку, как будто спрашивал разрешения. Танос посмотрел на него, и в его глазах промелькнуло что-то — не отказ, не раздражение, а усталое согласие. Минсу осторожно коснулся его плеча, а затем притянул ближе, позволяя тому снова найти убежище у себя в руках. — Все хорошо, Су. Все хорошо, я с тобой.