Если бы всë можно было изменить

      Из темноты Полина выбиралась медленно. Голова раскалывалась, а перед глазами всë по-прежнему плыло. Вдруг все предметы разом обрели чëткость, и Полина обнаружила, что стоит перед зеркалом.       В оправе из тëмного дерева оно висело на такой же тëмной стене. Это зеркало Полина узнала бы из тысячи. Оно находилось в коридоре своей собственной квартиры.       На талию вдруг опустились чьи-то тëплые руки. Глядя в зеркало, она смотрела в такие родные глаза. Их обладатель, Артëм ласково улыбался ей и смотрел на неё. Сердце сжалось, а мозг услужливо подкинул картинку из прошлого.       Полина вспомнила тот день. Тот самый, когда она лишилась частички своего сердца, а потом и второй частицы, когда хоронила Артëма.       Но если это правда и ещё не поздно, то ведь можно всë изменить. Правда ведь? Судьба всë-таки дала шанс всё исправить.       Улыбнувшись Артëму через зеркало, Лесницкая развернулась и прижалась к груди парня. Невольно вдохнув запах Севастьянова, Полина улыбнулась. Горячий шоколад и запах хвои почему-то ассоциировались с уютом.       Вспомнив, что произойдёт меньше, чем через пять минут, Полина вылетела из квартиры и помчалась вниз по лестнице.       Выскочив на улицу и увидев отца живым, девушка облегчëнно выдохнула. За ней следом из подъезда выбежал и Артëм. - Что-то случилось, Полин? - странно, но парень пытался отдышаться. Та усмехнулась, если бы его тренировал Канто, то бедному парню сильно бы доставалось. - Пока что ничего.       Полина подбежала к отцу и крепко обняла его. Мужчина немного растерянно приобнял еë, а затем усмехнулся. - Неужто соскучилась? Мы ведь пять минут назад виделись.       Полина тихо рассмеялась. Если всë получится, отец будет жив. А затем резко направилась к одному из недостроенных домов. Нахмурившись, Полина попробовала призвать свою силу. Но с ужасом осознала, что еë попросту нет. Она настолько привыкла к ней, что теперь потеря сил ощущалась как потеря частички себя. Плевать, без них справится.       Мчалась вверх по лестнице Полина, тяжело дыша. А в голове билась только одна мысль. Лишь бы успеть! Лишь бы успеть! Лишь бы успеть!       В тишине прозвучал оглушительный звук выстрела. А вместе с ним казалось, замерло сердце Лесницкой.       Как же так!? Она ведь должна была успеть! Должна. И снова это слово. И снова она не справилась!       Спускалась Полина по лестнице медленно, зная, что ждёт еë перед подъездом.       Стоило спуститься с последней ступеньки, как к ней подбежал Артëм, крепко обнимая. - Полин, мне очень жаль, - он замялся, не зная, как сообщить о том, что еë отца больше нет в живых. - Я знаю, - тихо выдавила она. - Всë будет хорошо, - приобняв за плечи, также тихо успокаивал Артëм.       Ни черта, не будет хорошо! Эта мысль успевает быстро пролететь на самом краю сознания Полины, пока они шли в сторону отца. А точнее его трупа.       Прекрасно помня, какая у неë тогда случилась истерика, она всë же не смогла и сейчас сдержать эмоции. Ещё бы еë отца снова убили. Снова! Второй раз! Как такое вообще возможно!?       Она снова морально, духовно убита. А слëзы снова душат, не давая свободно вдохнуть, успокоиться. Снова! Снова! Снова! - Хватит! Прошу! Прекратите, пожалуйста!       Крик в пустой комнате. Она еле выгнала Артëма из собственной квартиры, чтобы он не видел, как ей будет плохо.       Она наивно полагала, что ей предоставили шанс всë исправить. А на деле...? Издевались над ней! Раз за разом! Только за сегодня она увидела смерть отца больше пятидесяти раз! Это слишком сильно бередило недавно затянувшуюся рану.       А сейчас стало снова плохо, так сильно, что ей казалось, что она сходит с ума. А единственный человек, способный успокоить еë, находился сейчас в будущем.       Полина уже мысленно взмолилась, чтобы этот ужас закончился, когда позади неë раздался грохот.

***

      Телефон показывал, что он опаздывал. Причём сильно опаздывал. Полина сегодня его прибьëт или позже, когда они вместе пойдут на тренировку к Канто. Тогда она точно там его убьëт.       Чëрт! Выругался сквозь зубы, когда поскользнулся и чуть не упал на спину.       Остановившись возле подъезда, стал судорожно нажимать на кнопки домофона. Когда через минуту никто не открыл дверь, он стал доставать ключи из кармана.       Лифт, как назло, ехал медленно, будто хотел, чтобы Никиту его девушка точно убила.       Когда дверцы лифта наконец-то открылись, Никита так помчался к двери квартиры своей девушки, будто за ним мчался Канто с желанием выбить дурь из мохнорылой балерины.       Звонок, а затем ещё один. Никита вдруг заволновался. Тревога за девушку заставило сердце забиться в бешеном ритме.       Засунув ключи в скважину с третьего раза и быстро провернув их два раза, он открыл дверь. В квартире стояла тишина, легкий запах мандаринов и ëлки разносился по ней.       Нахмурившись, Легостаев медленно разулся и прошёл на кухню. На столе стояли нетронутые салаты и прочие блюда.       Но никто не выскочил с криками «Сюрприз! ».       Никита еë сильнее напрягся, чтобы не случилось, следовало отыскать Полину. Вернувшись обратно в прихожую, он заметил то, что с первого раза не увидел.       В самом углу прихожей лежал новогодний фонарь. Странно, но в нëм отчего-то была фигурка балерины.       Прикосновение, и Никита потерял сознание.

***

      Жуткая боль, пронзившая всë тело, заставила Никиту открыть глаза. К нему тут же подбежала Полина и обеспокоенно заглянула в глаза. - Всё в порядке? - спросила она.       Глядя на заплаканные глаза и, заметив несколько капелек страха, затаившихся на самом дне светло-голубых зрачков, он задал ей тот же вопрос. - Я не в порядке... За сегодня на моих глазах раз пятьдесят убивали папу.       Никита притянул еë к себе и крепко обнял. Знал, что ей ничего не нужно говорить, поэтому лишь крепче сжимал в своих объятиях. Заметив, что дыхание Полины выровнялось, он спросил: - Знаешь, как отсюда выбраться. - Нет, - Полина помотала головой, а затем в еë глазах появилась решимость.