Под омелой

Маринетт была полна уверенности впервые в жизни. Она хотела все рассказать Адриану. Конечно, не лучшая возможность на общем празднике, но пока есть приступ уверенности — лучше не откладывать. Он стоял в толпе гостей, такой красивый, словно ангел. Как раз подходит для Рождества… — Адриан, — позвала тихо Маринетт. Агрест обернулся и тут же широко улыбнулся. — Привет, Маринетт, — он обнял ее и поцеловал в щеку. Даже дружеское проявление любви заставило девушку вздрогнуть. — Мы можем поговорить? Смотря на то, как Маринетт была серьезна, он напрягся. Что-то важное. — Конечно, пойдем в коридор, там сейчас никого нет. Она посмотрела в глаза Адриану, а потом схватила за руку, когда они оказались на месте. Она быстро оттащила его в темный угол. А потом, вдохнув, прямо при нем надела свои серьги. Адриан судорожно вздохнул, ошарашенный. Перед ним стояла Леди Баг. Маринетт смущенно улыбнулась и сняла свои украшения, вновь становясь собой. — Это все, что я хотела тебе показать. Он разозлился на себя — свой предмет забыл дома, не мог перевоплотиться перед ней. Он нахмурился, а потом произнес: — Я не надеюсь, что ты поверишь мне, но я Кот Нуар. Маринетт захлопала глазами. Он был серьезен. Она поверила ему, а потом взяла за руки. — Ты признавался в любви Леди Баг… — Да, но я хочу признаться в любви прежде всего тебе. Молодые люди замерли друг перед другом, не зная, что сказать. Сердца их бились отчаянно. Адриан осмотрел тот темный угол, а потом усмехнулся смущенно. Маринетт посмотрела по направлению его взгляда. — Омела… — Да, омела… — оба одновременно потянулись друг к другу, поцелуй вышел скомканным, слюнявым и неловким. Зато запоминающимся. — Пообещай мне каждый танец на сегодняшнем вечере, моя Леди Баг. — С удовольствием, мой Кот Нуар, — улыбнулась Маринетт. После этого, взявшись за руки, оба прошествовали к празднующим.