Вознаграждение

Минхо идёт по парку, погружëнный в свои мысли и совсем не замечающий людей вокруг. Его тянет - в буквальном смысле тянет, потому что Ли еле шагает, - радостный лабрадор, оглядывающийся по сторонам и словно ищущий кого-то. Шерсть щенка местами спутана из-за того, что до прогулки он долгое время играл с котами, катаясь по коврам и прыгая. Парень пытался вычесать его, вот только неугомонный щенок, увидевший, что Минхо уже приготовил поводок, был настроен на прогулку, да и только. С этим пушистым так много проблем.. Вообще, Ли правда не планировал заводить щенка. Просто так получилось.. Каким-то образом.. Ну вот так надо. Щенка он не купил, не забрал из приюта, а подобрал на улице - вернее, этот проворный пушистик пробрался к нему под забором и пытался спрятаться от дождя под навесом на крыльце. Разве Минхо мог отправить его обратно гулять под дождëм? Погода ведь даже в предновогодние дни даёт сбои. То дождь, то снег, то снег с дождём, то на те вам - оттепель! Что творится? Где атмосфера праздника? Минхо, честно говоря, умаялся чистить двор ото льда. Ему приходится разбивать его лопатой, чтобы спросонья - перед работой или на утренней прогулке с щенком - не навернуться и не полететь лицом вниз. Ведь что обычно следует за оттепелью? Правильно - минусовая температура без снега! "Предновогодняя пора прекрасна" говорили они.. А нифига подобного. Ли громко вздыхает. Любопытный пëс будто вообще впервые видит улицу, так и не скажешь, что он был бродягой. Минхо, конечно, допускал мысли о том, что этот щенок мог кому-то принадлежать до этого, но был потерян, и даже выставлял объявления о том, что нашёл собаку. Вот только никто до сих пор не откликнулся. Значит, теперь это новый питомец Минхо. Внезапно щенок останавливается прямо посреди тротуара, заставляя парня остановиться тоже. Хвост бьëт по земле, а глаза пушистика мечутся между хозяином и детской площадкой, куда, судя по всему, он хочет пойти. А Ли никогда не любил детские площадки. Громкие крики, злые мамочки и чересчур любопытные дети. К тому же, Минхо знает, что будет, если они с щенком пойдут туда. – Ты ведь даже не понимаешь, что тебя ждëт, – нервно смеётся Ли, – Тебя ж затискают до смерти, – конечно, щенок довольно тактильный с Минхо сейчас, но в первый день их знакомства он всë равно побаивался заинтересованного парня. Что говорить о детях, совершенно не знающих границ? Пëс возмущëнно тявкает, и Ли прикрывает глаза. Куда деваться? Не потакать же всем желаниям довольно вредного питомца. Но и отказать этим уговаривающим глазкам он тоже не в силах! Как вообще можно запрещать что-нибудь этому чуду? Минхо уже собирается с мыслями, откашливаясь, как вдруг, словно с неба свалившись, сзади на него набрасывается какой-то идиот. Ну серьёзно, по-другому не скажешь! – Джисон! – Ли подпрыгивает от испуга и хватается за сердце, пока Хан лыбится во все тридцать два, громко смеясь. Ему всегда удаётся до чëртиков напугать Ли, и это безумно веселит. – И я рад тебя видеть! – Джисон машет рукой прямо перед лицом друга, приводя того в чувства, – Уже выгуливаешь нового друга, а нас всë не знакомишь! – он указывает на ожившего щеночка, что, увидев нового для себя человека, насупился. – Он хотел пойти на площадку, а там малышня, – морщится Ли, и Хан кивает, зная о неприязни парня к детям, – Ты, получается, нас спас. – О-о-о, ну раз я тебя спас, ты точно спасёшь меня! – Джисон похлопывает Минхо по плечу, – На Новый год алкашка с тебя. – Эй! Я всегда покупаю! – возмущается Ли. Недёшевое это удовольствие, как никак. – Потому что ты самый щедрый и бога-атый, – пропевает Джисон, ярко улыбаясь, – А теперь позволь мне познакомиться с этим очаровашкой! Хан обращает своë внимание на скучающего щенка, и тот поднимает на него взгляд. Джисон уже видел его, но лишь на фотографиях, присланных Ли, и, честно говоря, горел желанием увидеть и потискать пушистика. Щенка же заинтересовывает пакет, что сжимает в своей руке Хан. Он принюхивается и громко радостно лает. Пахнет приятно. Джисон посмеивается. – Что у тебя там? – интересуется Минхо. Каким бы заядлым кошатником Ли ни был, щенкам ведь тоже многое кушать нельзя, и он это знает. Да и Джисона оставлять без еды он не хочет. – Хëнджин попросил купить пончики, – услышав ответ, Минхо хочет крикнуть что-то вроде "фас!", быстро меняя своё решение о еде Хана. Джисон в любое время в любую точку мира сорвëтся, лишь бы выполнить прихоть любимого. – Ну ты и подкаб.. Йа, Сынмин-а! – однако когда пушистый начинает прыгать вокруг Хана, беспрестанно лая, Минхо едва сдерживается от того, чтобы дëрнуть поводок, но понимает, что это может быть больнее, чем кажется, – Нет, нельзя! Джисон выгибает бровь, отходя слегка назад, и непонятно, это сделано было от шока или с целью защитить сладости от громкого щенка. Ему не послышалось? – Стоп, ты.. Назвал его Сынмин? – смешок всё же слетает с губ, и Хан улыбается, – Как же тупо, хëн! Ты так очевидно не скучаешь. Минхо действительно часто говорил о том, что отпустил своего бывшего парня, без обид и слëз, и что же сейчас слышит Джисон? Ну.. Пусть Ли хотя бы попытается оправдаться, а то будет совсем на него не похоже. – Эй! Ты знаешь, каким мокрым и грязным он был, когда подбежал к моему крыльцу? Я забрал его к себе лишь из жалости! Да и Суни, кажется, его принял.. – Ага, и вспомни, кто из твоих котов любил того Сынмина сильнее всего, – Джисон мотает головой. Ли Минхо - никудышный лжец, и это понятно любому. Кажется, даже новому Сынмину, который вдруг отрывается от своего занятия и послушно садится рядом с хозяином, отстранённо смотря наверх. – Прекрати, – бухтит Ли, и если бы не сидящий между парнями щенок, Минхо обязательно пнул бы Хана. Нечего давить на больное. – Ой, Джинни звонит! – нарочито громко удивляется Джисон, доставая жужжащий телефон из кармана, – Мне пора. Пока, хëн! Минхо ещё долго смотрит вслед вприпрыжку убегающему Хана, желая, чтобы он в полной безопасности добрался до дома и обязательно поскользнулся на гололёде, навернувшись вместе со своими пончиками. Потому что он не скучает! И совершенно не завидует этим двоим. Ну.. Разве что самую малость.

🐰🐶❄

Минхо зевает, едва ли не падая, как только открывает входную дверь. Как и ожидалось, Сынмин, спешащий гулять, прыгает вокруг него, и Ли, едва не поскользнувшемуся на льду (нужно, наконец, заняться двором, а то ходить невозможно), приходится схватиться за дверную ручку. – Неугомонный, думаешь, не успеем? – нервно смеётся Минхо, несильно дëргая поводок на себя, чтобы успокоить щенка, – Сесть, – легко приказывает он, делая голос чуть более строгим, и благодарит самого себя за решения обучить Сынмина некоторым командам. Щенок понуро опускает голову, но послушно садится, в ожидании уставляясь на хозяина. Минхо же аккуратно спускается по ступенькам и, преодолев это испытание, указывает Сынмину на калитку, – А теперь пошли. И лабрадор снова пускается в бег. Минхо удручëнно вздыхает, и ему не остаётся ничего, кроме как поплестись за ним. Сегодня Сынмин подозрительно энергичный, чего не скажешь о невыспавшемся Ли. Парень вскочил слишком рано даже для самого себя. Сегодня 31 декабря, понятное дело, нужно убираться и готовить, но в этом году Минхо не празднует Новый год дома, а идёт к друзьям. Вот, кому нужно суетиться. И причину такого раннего подъëма Минхо не понял. Но сегодня у него есть какое-то странное предчувствие. Будто что-то не так или будет не так. Перед дневной прогулкой Суни долго ходил вокруг них и мяукал, как бы пытаясь уговорить их остаться дома. Такого ещё не было, несмотря на то, что щенок у них сравнительно недавно. Но они ведь не могли остаться. Сынмина нужно выгулять перед тем, как пойти в гости, а в идеале - ещё и перед сном, часов так в 10. Как раз тогда парни должны будут полностью подготовиться, трудностей не возникнет. И сейчас щенок радостно бежит вперёд, а Минхо не понимает такое поведение Суни. Он - самый старший из котов, и Ли всегда, как бы странно то ни звучало, старался прислушиваться к нему. Но в этот раз он ушёл. Не подумав об этом. Они направляются в парк - Сынмин уже выучил дорогу туда, ему нравится гулять в парке, - и Минхо словно по голове молотком ударяют. Он снова видит сходства. Ким Сынмин тоже любил этот парк, а может, и любит до сих пор. И всегда также быстро, держа Минхо за руку, бежал туда. Не глядя на препятствия в виде подозрительно громко мяукающего Суни или уставшего Минхо. А ведь Джисон был чертовски прав - как корабль назовëшь, так он и поплывёт. И за всë время, что щенок живëт у Минхо, парень подметил ещё больше странных совпадений. Совершенно не пугливый щенок, оказывается, до дрожи боится лифтов, точно так же, как человек-Сынмин. А ещё, что в принципе не свойственно собакам, новый друг Ли просто тащится с запаха кофе, вот только не абы какого, а именно айс латте - обожаемый Кимом напиток, с которым Минхо безуспешно пытался подружиться. Ну и завершает этот ряд странностей подмеченный Джисоном факт - ведь Суни, первый из трёх котов обративший внимание на нового жильца, души не чаял в Сынмине. Постоянно сидел у него на ручках, тëрся о его ноги и громко разочарованно мяукал, когда Ким уходил. Щенок невероятно тактильный. Щенок любит спать у стенки на кровати Минхо или у него на груди, но никак не на лежанке, что купил ему Ли. Щенок забавно поворачивает голову вбок всякий раз, когда видит негодование или разочарование на лице хозяина. Минхо совсем не верит в переселение душ и всё в этом направлении, но все эти совпадения заставляют его задуматься. Что происходит? А может, это у всех собак так? Просто Минхо, как истинный кошатник, не знает всех тонкостей жизни с щенятами? Или же просто ищет эти совпадения? Ну конечно он, блять, скучает. Иначе зачем ему называть, по правде говоря, невероятно милого пушистого щеночка в честь своего бывшего? Минхо вообще никогда не сказал бы, что животные бывают уродливыми, но в глазах этого щенка он увидел ту надежду и наивность, что залегли в глазах Сынмина и сопровождали его на протяжении всех их отношений. Минхо увидел страх. В тот день шёл дождь, и пушистый трясся от холода, а Ли, недолго думая, забрал его к себе, но не потому что он жалостливый и добродушный. Подбеги к нему любой другой щенок, Минхо не стал бы сразу брать его в дом, а отнёс бы в приют. А этот напоминает о приятном прошлом. О совместных вечерах парней, о просмотре фильмов в обнимку и прогулок в парке субботним утром, когда весь мир только-только просыпается. Минхо и с этим Сынмином гуляет совсем рано. Потому что уже привык, потому что без будильника встаёт в назначенное время и собирается как на автомате, но в руке сжимает уже не чужую тёплую ладонь, а пластик поводка. Жизнь Минхо приобрела краски, ему стало значительно легче после появления нового жильца в доме. Но вместе с тем его не оставляли мысли о том, как гармонично его Сынмин смотрелся бы, играя с щенком. Как они втроём ходили бы на прогулки и как громкий смех Кима смешивался с весёлым лаем пушистика. Из мыслей Минхо вырывает реальный лай, и только сейчас он замечает, что Сынмин с силой натягивает поводок, едва слышно рыча. Ли не совсем был готов к встрече с хозяином другой собаки или, ещё чего хуже, с лесными зверушками, но удача явно покинула его, а надежды на спокойную дорогу до дома испарились, когда Минхо увидел белку. Обычную нелепую белку, чем-то напоминающую Джисона и выпучившую глаза. Она спокойно сидела на дереве до того момента, пока не заметила щенка, а сейчас поспешила скрыться от опасности путём бега. И Сынмин, вырвавшись из ослабшей хватки Минхо, полетел за ней. Прямо в лесную чащу. – Нет, Сынмин! – Ли громко кричит, пытаясь догнать его, но спотыкается о незаметный из-за сугроба корень дерева и падает лицом в снег. Чëрт бы побрал толстым слоем выпавший за ночь снег! Появляется когда совсем не нужно. И когда резко, несмотря на боль в животе, Ли встаёт и отряхивается, Сынмина и след простыл. Кажется, что от долгожданного ощущения свободы и радости щенок взлетел или же забрался на дерево, потому что даже его следов Минхо разглядеть не может. Он долго оглядывается, гадая, в какую сторону понеслись эти двое, но всё безуспешно. На глаза наворачиваются слëзы. Он только-только задумался о значимости для него щенка, о том, что этот комочек счастья был послан ему судьбой, чтобы скрасить его скучные дни с котами, и вот, она действительно добавила ему приключений. Срывая голос, глотая слëзы и игнорируя звонки Джисона, Минхо проводит добрые полтора часа за поисками пропавшего щенка. Конечно, Хан-Хваны его уже ждут, потому что он обещал подойти к шести вечера, а время уже близится к семи. Ли допускает мысль о том, чтобы плюнуть, оставить как есть. Если щенок сбежал, значит с белкой интереснее, чем со мной. Но Минхо быстро откладывает эту идею. Не нужно раскисать. Как же Ли без него? Дрожащей вовсе не от холода рукой Минхо выуживает из кармана вибрирующий телефон, вздыхая. Хан мёртвого поднимет своими бесконечными звонками. – Да неужели! Хëн, дурак! Где тебя где носит? – на него тут же рушится череда беззлобных, скорее негодующих оскорблений, но даже тихий голос Ли заставляет Джисона замолчать. – Минни пропал. – Чего? – Хан открывает рот, не зная, что говорить и как реагировать, но телефон из рук вырывает Хëнджин, знающий толк в поддержке и слышащий весь недолгий разговор. – Как пропал? Где? Вы ведь в парке гуляли, нет? – Минхо вряд ли расскажет всë так, поэтому из него нужно вытягивать. Пусть он ответит хотя бы на один из вопросов, этого будет достаточно. – В парке, – всхлипывает Ли, – А он увидел белку. И убежал, – с перерывами между словами поясняет он, – А я.. Я искал! Но я не знаю, где он.. – Тогда, может, распечатать объявления? – предлагает отмеревший Хан, – До Нового года всего пара часов, и я надеюсь, ты не собираешься всë это время торчать на холоде. – Давайте, – вздыхая, но не видя больше вариантов, Минхо соглашается. Всë его тело сильно замëрзло, и продолжать поиски сейчас просто бессмысленно. Более того, на улице гораздо темнее, чем было до этого. Но Сынмин ведь испугается! Боже, Ли такой идиот. Нужно было следить за ним, а не витать в облаках. И отпустить, наконец, того, про кого он думал.

🐰🐶❄

Сынмин едва сдерживается от того, чтоб со злости пнуть какую-нибудь непримечательную мусорку, но жалеет свои ноги. Кофейня, в которой он почти каждый день берёт вкусные пирожные, без всяких предупреждений решила сделать себе выходной. И это довольно очевидно, - 31 декабря, все дела, - но ведь многие магазины просто делают сокращённые дни! Ким дует губы, начиная думать о том, чтобы пойти домой, прореветься в подушку и завалиться спать. Праздновать Новый год ему не с кем, ведь его друзья, помимо него, позвали и человека, которого сейчас видеть нет абсолютно никакого желания. Сынмин много раз говорил Хëнджину, что если они собираются звать Минхо, он не придёт. Вообще. Пусть даже не уговаривают! Но Хван дулся, просил, доходило даже до слабых угроз, и сколько бы он ни старался, ничего не вышло. Ким непреклонен. На самом деле, у него нет сильной ненависти к Минхо и всему, что с ним связано. Частями забирая свои вещи из некогда их общего дома - очевидно, во время, когда Ли был на работе, - Сынмин не упускал возможности поиграть с котами или покормить их, если то нужно было. Он также мог быстренько навести порядок, если разбросанные вещи уж слишком мозолили глаза, приговаривая, что Минхо тут без него совсем скис. Но несмотря на это, Киму просто страшно снова взглянуть в глаза Минхо, узнать, что у него кто-то есть. Тот факт, что Ли двигается дальше, никак не расстраивает Сынмина, наоборот - радует, но что, если у него уже есть новые отношения? Бррр, оставим эту тему до лучших времён. Киму сейчас бы хоть немного разобраться в собственных чувствах, а потом делать выводы. Может, он не боится, а просто бесится и злится на Минхо за прошлые ошибки. И ему абсолютно точно плевать на Ли.. Да. И он не скучает. Совсем. У него теперь новая жизнь. Своя. Без Минхо. И, может быть, без вечно лобызающейся парочки, идущей к нему комплектом. На часах нет и пяти, а Сынмин уже устал (а это, учитывая то, что он встал ближе к обеду, довольно странно). Он в принципе устал от жизни в одиночестве. Конечно, мысли о том, чтобы позвонить Хëнджину и спросить про актуальность его предложения, пытались догнать его, но гордость Кима была быстрее. Раз жизнь без Минхо, значит жизнь без Минхо. Мимо него проходят люди, радостные и поющие новогодние песни, а Сынмина сильнее начинает тошнить от всей этой атмосферы. В этом году он даже квартиру свою почти никак не украшал к этому грандиозному празднику, только поставил маленькую ëлочку на кухне и гирлянду в своей комнате повесил, так, для галочки. Просто чтобы поддерживать жизнь и не быть камнем. Что касается самого празднования.. Он надеялся закупиться пирожными - что уже оборвалось, потому что кофейня закрыта - и пролежать всю ночь за просмотром любимого фильма про собак. На самом деле, Сынмин и себе собачку очень хочет, но боится ответственности. С котами Минхо он справлялся просто отлично, но собаки это ведь совсем другое.. Возможно, даже защитник всяких животный - Ли Минхо - не справился бы с неугомонным щенком. Отчасти, Сынмин, ты мыслишь правильно.. Мысли плавно перетекают в очень неправильное русло, и теперь Киму действительно становится сложно держать себя в руках - снова. Горячие слëзы так и норовят скатиться по замëрзшим щекам, обжигая, и парень стискивает кулаки. Не нужно раскисать. Разве на расставании, таком глупом и громком, заканчивается жизнь? В последние дни этих безумных отношений Минхо - да что там, они оба, вели себя довольно неправильно. Держали в себе все мысли и чувства, негодования и замечания, а после вываливали с громкими криками и битой посудой. Уставали, но не совсем друг от друга - хотя такое тоже не исключено, - а от завалов на работе, ссор с друзьями и родственниками. Ревновали, подозревали друг друга во всех смертных грехах, думали о плохом, когда кто-то задерживался даже на полчаса, просто потому что по-другому не думалось. Молчание ведь сохраняли, а когда задержавшийся возвращался, обменивались парой фраз, поцелуями, реже - занимались сексом, просто потому что не хватало. Не хватало друг друга, не хватало разговоров, не хватало чувств. Хотя вот он, партнёр, вы живëте в одном доме, вы встречаетесь. Вы можете спокойно сесть и поговорить. Но у них не получалось. И, очевидно, не получилось сохранить отношения. Возможно, нужна была лишь пауза, но никак не полный разрыв. Им бы следовало отдохнуть, набраться сил, поразмыслить о собственных и чужих ошибках. Ведь не было ничего глобально неисправимого: они не дрались, не кидали друг в друга острые и тяжёлые предметы - максимум, подушки, просто для того, чтобы легче стало, они ж даже к вещам друг друга с осторожностью относились. Не лазили в переписках, не выслеживали через друзей. Они доверяли. Они уважали. Они любили. Просто устали. И вот, отдохнули. Такое ведь бывает? И это не плохо? Сынмину хочется в это верить. Хочется верить, что Минхо тоже хоть иногда, но вспоминает об их прогулках, совместной готовке и поцелуях - всегда таких разных: мимолëтных, в перерывах между сборами на работу, когда будильник прозвенел позже положенного, а без дозы поцелуев не обойтись; страстных, когда хочется слиться с чужим телом, и ещё вся ночь впереди; мокрых, пропитанных чужими слезами горя или радости, всегда было по-разному, но успокаивающих, с объятиями. Ещё больше хочется верить, что Ли думает об этом без ненависти, а с теплотой, пусть Сынмин не был хорошим парнем в последние дни, он ведь был хорошим в первое время? Ким опускает голову. У Минхо новая жизнь. У него, вообще-то, тоже. Но не может он просто взять и забыть! Месяц прошёл, долгий и мучительный месяц, а Сынмина всë не оставляют мысли, воспоминания столетней давности. А ведь прошлый Новый год они отмечали вместе.. И тогда всë было хорошо. Спокойно. Не то, что сейчас. В голову резко ударяет желание напиться до беспамятства, наплакаться в меру и проспать три дня после всего этого. Вот это он вовремя спохватился конечно! Какие магазины будут перед Новым годом работать допоздна? Сынмин оглядывается. Он сам не понял, до куда дошёл, пока в его голове творился настоящий хаос из мыслей, перечащих друг другу. Ноги сами вели его. Но, кажись, привели в правильную сторону. Совсем недалеко от него завлекает своей светящейся вывеской супермаркет, в который он обычно заходит после работы за базовыми продуктами вроде хлеба, овощей и прочего. Сынмин вообще не уверен, что в этом магазине есть алкоголь - не обращал внимания, - но искренне надеется на это. Ким проверяет сумку на наличие паспорта и банковской карты и, обнаружив это всë, двигается вперёд. Действительно надеясь только лишь на удачу. Полки магазина пустуют - всегда в такое происходит именно это, ведь многие закупают продукты в большом количестве. Сынмин заинтересованно проходится глазами по полкам с овощами, отмечая, что брать что-либо для готовки если вдруг появится настроение отметить как следует, уже нет смысла, он просто не успел. Ну и ладно. Он здесь не для этого. Алкоголь тоже раскупили почти весь. Ким округляет глаза, на пару минут забывая о своём горе. Просто потому что непривычно видеть постоянно наполненный магазин таким.. пустым. Гениальное умозаключение, Ким Сынмин, браво. Сынмину всë же удаётся, отстояв огромную очередь, купить две баночки пива - мысль о беспамятстве постепенно покинула его, потому что это ни к чему, а парню ещё до дома добираться. Пока Ким стоит в очереди, он наблюдает за забавными детьми, что стараются выпросить у родителей сладости разными способами, и вспоминает маленького себя. Это немного поднимает настроение, и в моменте плохие мысли совсем покидают его. Пока он не выходит на улицу. Снежинки крупными хлопьями падают на землю, кружась и задерживаясь в воздухе, покрывая землю белым покрывалом. И до этого снега было много, но сейчас погода решила дать ещё, чтобы позволить полноценно насладиться атмосферой праздника. Волшебно - больше и слов на ум не приходит, когда видишь эту картину. Новый год - в принципе волшебный праздник. Иначе как объяснить то, что после стольких дней слякоти и гололëда вдруг выпадает снег? Ещё и так красиво, что действительно начинаешь верить в чудо. Но Сынмин вдруг замирает. Ком подкатывает к горлу, а глаза мечутся между небом, которого даже не видно за новой порцией снежинок, и людьми, удивлëнно ахающими и снимающим эту красоту. А Сынмина пробивает. Он прикрывает рот рукой и бежит, бежит долго и не глядя, куда вообще держит путь. Слишком долго сдерживаемые слëзы наконец брызгают из глаза, и Ким всхлипывает. Истерика неизбежна. Парень приземляется на скамейку, так удачно подвернувшуюся на пути. Он всё ещё плачет, и кажется, что плачет с новой силой, громче и жалобнее. Очередное воспоминание врезается в голову и крутится на повторе, не давая и шанса на успокоение. Ведь ровно год назад, примерно в это же время - вообще, Сынмин не помнит, вечером ли это было, но не будем такими дотошными, - они с Минхо выходили из этого же самого магазина. Вместе. Держась за руки и ругаясь на несправедливо тëплую погоду. И увидели снегопад. Такой же красивый, как сегодня. Такой же волшебный. И снова всë против Сынмина. Снова всë напоминает о нëм. Ким трëт глаза, стараясь остановить, кажется, вечный поток слёз, но у него не выходит. Ему так обидно. Просто обидно. Всё то, что между ними было, все эти нежные слова, объятия, поцелуи, неужели всë было зря? Сынмин всхлипывает, совсем не замечая ничего и никого вокруг себя. Он просто потерялся в ощущениях, таких колючих, но абсолютно реальных, что даже не заметил действительно колючие лапы на своих коленях и мокрый нос, тычащий прямо в лицо. Ким удивлëнно отстраняется. Его глаза расширяются и становятся похожими на округлые милые глазки щенка, что, судя по всему, пытается его успокоить. – Чудо.. – Сынмин в последний раз вытирает слезу ладонью, тут же устремляя своë внимание к щенку, – Ты потерялся, да? – ласково шепчет он. Ким всегда любил собак. А этот такой очаровательный! Парень чешет его за ушком, тихо посмеиваясь с его реакции на это - щенок едва ли не урчит на манер кошки, – Найдём твоего хозяина? Сынмин встаëт с насиженного места, и стеклянные банки ударяются друг о друга, напоминая о прежних планах парня, но тот держится. Отряхивается от навалившего снега и идëт за щенком, что уже зашагал в противоположную сторону. Ким не знает, куда они идут - кажется, это уже вошло в привычку. Он спрашивает у нескольких людей, не знают ли они хозяина этого пса, или же не видели объявления о пропаже, но те лишь пожимают плечами и желают удачных поисков. Сынмин совсем теряет надежды. Щенок совсем не выглядит как бродяга, приглядевшись, парень даже замечает на нëм ошейник. Значит точно потерялся. Но нужно ведь спросить ещё хотя бы пару человек? – Прошу прощения, а вы случайно не видели хозяина этого щенка? – Сынмин мягко тормозит проходящую мимо старушку и приподнимает уголки губ, – Я думаю, он потерялся. – Этот? – женщина, словно не веря своим глазам, выпучивает их, выглядя удивлённо, – Молодые парни развешивали объявления около часа назад где-то тут.. – она задумчиво чешет затылок, – Вы можете поискать их и в случае чего набрать хозяину. – Ой, спасибо большое! С наступающим! – искренне благодарит её Сынмин, и старушка желает того же. Немного грустно будет прощаться со своим новоиспечённым другом, но Ким должен. Он уверен, хозяин такого чуда места себе не находит, потеряв золотистого лабрадора прямо перед Новым годом. Сынмин снова шагает, а рядом семенит щенок, что совсем не догадывается о переживаниях своего хозяина. Ким оглядывает столбы, но нигде не находит ничего похожего на объявление о пропаже щенка. Внезапно взгляд Сынмина цепляется за нечто подходящее, и сердце его замирает, когда взгляд бегает по буквам.

"ПОТЕРЯЛСЯ ЩЕНОК!

Золотистый лабрадор, небольшой и очень любопытный. Кличка - Сынмин.

Потерялся в парке Намсан, с хозяином гуляли около небольшого леса, 31 декабря в половину шестого вечера. Убежал именно в сторону деревьев, погнавшись за белкой, поэтому возможно выглядит не так, как на фото. Просьба обратиться к хозяину сразу, как увидите. Вознаграждение за поимку предусмотрено.

Минхо"

А рядом с именем до боли знакомый номер, уже заученный Сынмином наизусть. Один взгляд на рядом сидящего щенка, и всё сразу становится ясно.

🐰❄🐶

Минхо места себе не находит, когда Джисон, понимающе поджимая губы, просит его расслабиться. Как тут расслабишься, когда до Нового года остался всего-навсего час, а ему до сих пор не позвонили насчёт Сынмина? Ли порывался сам вновь выйти на поиски, но Хëнджин мягко остановил его, приговаривая, что это бессмысленно. На улице сейчас слишком много народу, к тому же, никто не знает, куда побежал щенок. На следы надеяться вообще не стоит, потому что не так давно снова пошёл снег. Их просто замело. А может, и щенка, тоже.. – Хэй, ну не раскисай, – словно прочитав чужие мысли, старается подбодрить парня Джисон, – Покушай вон курочку, – он указывает на уже накрытый стол, – Мы старались. – Спасибо, пока не хочу, – и на немой вопрос Хана о том, что он хочет, Минхо сразу даёт ответ, – Хочу к Сынмину. К какому именно, Хан решил не уточнять, а то вдруг ещё по шее получит. – Уже скучаешь? – поразмыслив чуть обширнее, Джисон приходит к выводу, что даже если адресовано было бы Киму, Минхо ни за что в этом не признался бы, – Да всё будет.. – По обоим скучаю, – грустно выдаёт Ли. Джисон вздыхает. Ладно, вот это было неожиданно. – Плакать охота? – интересуется Хан, готовый подставить плечо в случае чего, – Или после курантов? – Охота напиться и прийти к нему целоваться, – и больше Минхо не говорит ничего. Потому что уже много чего сказал. Джисон прикусывает губу. Он знает, как тяжело Ли и как ему было тяжело и как будет, если он продолжит сидеть на попе ровно и ничего не предпринимать. Как близкий друг больше Минхо, чем Сынмина, Хан не знал позиции Кима. Скучает он или нет? Ждёт? Или, может, у него уже новая жизнь, в которой Ли есть только как уже заблокированный во всех соцсетях бывший? Хану интересно. Он искренне переживает за друга - а точнее, всё таки за друзей. Хëнджин, что общается с Сынмином многим чаще, чем Джисон, всячески отказывается давать Хану хоть какую-то информацию о состоянии Кима, зато с радостью выслушивает Минхо и даёт советы. Хван знает точки зрения обоих, а значит действительно может помочь. Точно, Хëнджин! Кинув Минхо быстрое "ща приду", Джисон направляется в спальню. Хëнджин давно уже должен был переодеться, но зная этого модника, сейчас он, наверно, красуется перед зеркалом. – Родной? – Хан без стука открывает дверь и действительно застаёт названного за разглядыванием самого себя в зеркале, – Поговорим? – Да, конечно, – Хван, не колеблясь, кивает, и Джисон задерживает на нём взгляд. Такой красивый, изящный и грациозный, так ещё и какой понимающий. Он невероятно сильно любит Хëнджина именно за это - за возможность всегда прийти к нему и поговорить о чëм угодно, – Конкретней, что обсудим? – Наших друзей, – хмыкает Джисон, присаживаясь рядом с любимым, – Не скажешь ничего о Сынмине? Хëнджин делает глубокий вдох. Хан окольцовывает его талию рукой, как бы подбивая, прося рассказать. И Хван сдаётся. – Они оба такие тупые, – не сдерживаясь в выражениях, начинает Хëнджин, – Если они снова начнут встречаться, я буду безумно рад, они очень красивая пара, но как им это сделать? Они ж тормоза. – Но мы должны что-нибудь придумать, – Джисон чешет подбородок, закусывая губу, – А то совсем скиснут оба. – Не спорю, – поддакивает Хëнджин, – Но.. Договорить ему не даёт звонок в дверь. Парни вскидывает головы, надеясь на благоразумие Минхо, но через пару секунд после этого в спальню заглядывает макушка Ли. – Откроете? – Сам не можешь? – возмущённо кряхтя, Джисон встаёт и идёт к входной двери, – Как ребёнок маленький, боже. Не спрашивая, кто там, Хан сразу открывает дверь и тут же замирает. Минхо, выглядывающий из-за его спины, открывает рот. Они просто стоят и смотрят на пришедшего, будучи в состоянии шока, и не могут сказать ни слова. А незванный гость, что тайно был желанен и ожидаем, стоит и смотрит на них. В его планы входило только лишь отдать щенка и уйти, но, поймав взгляд Минхо на себе, Сынмин словно прирастает к месту. – Я.. – неуверенно начинает он, – Вот, – Ким делает шаг назад, демонстрируя парням находку. Кого они действительно ждали, так это другого Сынмина. Но Минхо не смотрит вниз. Он слишком долго не смотрел в такие родные глаза, не видел пухлых целовательных губ и не обнимал Сынмина. Своего Сынмина, старого. Родного и любимого. Любимого. – Я пойду, – не зная, куда деваться, Ким опускает взгляд. Ему немного неловко от буквально пожирающего взгляда, и он ничего не может с собой поделать. Если он задержится здесь ещё хоть на минуту, станет намного сложнее себя сдерживать. Сынмин поджимает губы и делает ещё один шаг назад, но его останавливает Минхо, что отталкивает друга и, спотыкаясь об порог, тормозит Кима. – Подожди! – он выпрямляется, отряхиваясь от невидимой пыли (от стыда, на самом-то деле) и вытягивает руку в коридор, почти касаясь ладонью рукава Сынмина, – В объявлении ведь было что-то про вознаграждение? – Ким запоздало кивает, всë ещё не смотря на Минхо, – Иди сюда, я что-нибудь придумаю. Ли подталкивает всё ещё стоящего столбом Джисона в квартиру и ведёт за собой мнущегося Сынмина. За ним радостно семенит новый Сынмин, или как его теперь называть, старый? Джисон делает глубокий вдох, будто собираясь с мыслями, чтобы начать говорить, как его прерывает радостный возглас, доносящийся со стороны спальни. – Минни! – Хëнджин раскидывает руки для объятий, и Минхо правда завидует его беспечности и возможности так просто взять и обнять Сынмина, – А говорил, не придёшь! – Я щеночка нашёл, – уже смелее отвечает Ким. Хëнджин хлопает глазами. И снова повисает эта противная тишина, нарушаемая лишь громким дыханием щенка. Джисон оглядывается, словно первый раз вообще находится в этой квартире, чтобы не смущать Михно и Сынмина, Хëнджин смотрит на щенка и думает, как донести его до ванной пока он не успел запачкать все ковры, Минхо смотрит на Сынмина, пытаясь словить хотя бы секундный ответный взгляд, а Сынмин словно весь сжимается. Ему немного страшно посмотреть на Ли в ответ и увидеть там неприязнь. Тогда зачем он тормознул тебя? - тут же приходит на ум, и Ким начинает путаться. В собственных чувствах, в чувствах Минхо и в том, что происходит сейчас. Ему становится некомфортно. А взгляд Джисона тем временем плавно перебегает на часы, и глаза его тут же расширяются. – У нас ещё десять минут! Он убегает в зал с такой скоростью, будто боится не успеть и начинает бегать вокруг дивана, вероятно, в поисках пульта. Хëнджин закатывает глаза и идёт за ним. Но от этой сладкой парочки приходится оторваться, чтобы немного пояснить за другую. Сейчас, они только разберутся с мыслями, чего не могут сделать уже почти три месяца, и начнут разговор. – Я.. – Минхо неловко улыбается, всё же отводя взгляд, и теперь Сынмин без стеснения глазеет на его неловкие попытки начать разговор, – Прости меня. Я идиот. И нам нужно было просто поговорить, а не устраивать скандал.. И пусть тот разрыв не будет таким, ты ведь тоже этого хочешь? Мы немного отдохнули друг от друга и я многое понял. Мне безумно тебя не хватает. И детки скучают, – Сынмину хочется засмеяться от упоминания котов, становится вдруг так тепло и комфортно, будто эта грань, выстроенная между ними за этот месяц, рушится, открывая им настоящих себя, – Сделали паузу и пожалели. Или только я пожалел.. – Мне тоже жаль, – Минхо поднимает взгляд и встречается с таким же отчаянным и умоляющим, таким родным и любимым. Сердце Сынмина начинает биться быстрее, кажется, в два раза. Он, несмотря на то, что уже услышал Ли, всё равно немного переживает, – Я места себе не находил, проезжая мимо на.. твоего дома, – Минхо кивает, вспоминая. Сынмин ездит на работу через улицу, где живёт Ли, – Хотел зайти, извиниться.. – но Минхо не будет спорить с тем, что решение извиниться первым ему правильное, – В общем, и ты меня прости. Сегодня я решил вообще забыть тебя, отпустить, хотел напиться, а тут.. А тут он, – Сынмин вздыхает без сожаления и приближается к парню. Минхо тоже делает шаг вперёд, его словно магнитом притягивает. Он прикрывает глаза, и Ким, понимая его намерения, прикрывает их тоже. – Я скучал, – они произносят это одновременно, одними губами и с глазами, полными надежды. – С Новым годом! – из зала доносятся радостные крики, так и не скажешь, что там всего два человека, по ощущениям все двадцать. Громкий хлопок свидетельствует об открытии шампанского, а визг - о том, что Джисон его пролил. Ничего нового, у этих двоих всегда так. А у наших двоих - гармония. Тихое понимание друг друга. Тихий поцелуй, скрытый от глаз Хëнджина, ворчащего на своего парня, и Джисона, уворачивающегося от лëгких ударов Хвана. – Мы не загадали желание! – ноет он, громко вздыхая. А Сынмину и желание загадывать не надо. И надеяться на чудо тоже. Тёплые губы на его собственных. И руки, немного холодные и слегка дрожащие, но согревающие его только пришедшие с улицы ладони. Это - его собственное новогоднее чудо. Минхо. И громкий щенок, сидящий под ногами. Теперь их общее чудо. В зале крики, под ногами громкий лай, а в голове только одна мысль: Я заберу тебя в свой 2025