Эвакуация от скуки

Отелю, стоявшему на отшибе горнолыжного курорта грозила снежная буря. Динамики разрывались механическим голосом: — Внимание! Объявлена эвакуация! Внимание! Люди вышли из номеров в лобби, озираясь по сторонам и нервно перешептываясь. — …ожидаются метель и обильные снегопады! Возможно полное прекращение движения на дорогах… Работник отеля успокаивал встревоженных гостей, просил собрать вещи. — …общее количество выпавшего снега составит… В глубине отеля, в индивидуальной звукоизоляционной переговорке, сидел Чанбин, работая над треком, который ему прислал коллега. — …автобус прибудет на место сбора в десять вечера… В своем номере на первом этаже, Хенджин озорно посмеивался, собирая вещи в сумку и пряча ее под кровать. Он уже давно мечтал попробовать себя в экстремальных условиях, а опустевший после эвакуации отель — отличный способ, чтобы это сделать. Он искал вдохновение в острых ощущениях. А в Рождество это должно быть еще прекраснее. — …следуйте указаниям работников отеля и сохраняйте спокойствие… Чанбин приятно удивился, что, несмотря на то, что оплаченные три часа уже прошли, его никто не выгонял и не просил доплатить. — …возьмите с собой набор для выживания в зимний период… Хенджин спрятался под кроватью, крепко обнимая свою сумку, когда работник отеля, отвечающий за эвакуацию, открыл дверь и спросил: — Есть тут кто-нибудь? * Хенджин проснулся достаточно рано, с приятным предвкушением приключений. Что может с ним случиться в пустом отеле? Абсолютно ничего страшного! Он вышел в коридор, чувствуя приятную дрожь в теле. Если в его комнате еще было светло от больших окон, выходящих на заснеженные горы, то лобби освещали эвакуационные полосы, блики от блестящих поверхностей и слабый свет от стеклянных дверей. Он оглядел камеры, на которых больше не мигала красная лампочка, и зашел за стойку регистрации. Постучав пальцами по клавиатуре, он улыбнулся, отвечая воображаемому гостю, протягивая такую же воображаемую ключ-карту: — Ваш номер: триста семь! Приятного отдыха! Радостно рассмеявшись, он выбежал из-за стойки и сел на диванчик в лобби. — Сколько можно ждать? — требовательно крикнул он, — когда уже меня заселят в номер? Вдруг в тишине лобби раздался странный стук, заставив Хенджина вздрогнуть. Он быстро сполз на пол, подглядывая в коридор из-за спинки дивана. Сгорбившаяся фигура в балахоне шла по коридору, издавая странные хрипы. Она подволакивала одну ногу, шаркая ею по полу. «Пиздец, — подумал Хенджин, — это привидение!» Он дождался, пока фигура скроется в глубине коридора, и тихо пошел в обратную сторону — в кафе. Привидение было относительно мирное, а вот урчание в желудке уже напрягало. Вдобавок, Хенджин искренне верил, что на свету привидениям делать нечего. В кафе было светло за счет обилия окон, но Хенджина изумило то, что снег замел их почти до середины этажа. Он прошел к двери для персонала, предвкушая, как сейчас будет разорять холодильники. Дверь, закрытая на замок, не поддавалась. В зале еды не было абсолютно, а в чайной зоне не было ни чая, ни термопотов, которые обычно стояли тут круглые сутки для быстрого доступа к напиткам. — Дела, — разочарованно пробормотал он вслух, — есть-то хочется… Он вернулся в свой номер и, порывшись в рюкзаке, обнаружил старый протеиновый батончик. На этажах кулеры еще были заполнены водой, но без электричества в доступе была только холодная. Заметно погрустнев, он решил продолжить исследование. В коридор идти было страшновато, но Хенджин решил, что поиск вдохновения выше каких-то низменных страхов, и пошел вглубь отеля, передвигаясь аккуратно по стеночке, от одной двери номера к другой. Бизнес-залы были пустые. Как и кинотеатр, лаундж-зона, закрытые термальные купальни и маленький зал для театральных постановок. Хенджин стоял на маленькой сцене в темном зале, освещенным лишь двумя эвакуационными полосками и фонариком собственного телефона. Он пытался вспомнить хоть что-то, что можно красиво отыграть, но в голову приходило лишь избитое «ту би ор нот ту би» из Гамлета, дальше которого он ничего не помнил. Вдруг послышались шаркающие шаги и скрип двери, Хенджин выключил фонарик и присел, надеясь, что в темноте привидение его просто не заметит. У привидения же был небольшой тусклый фонарь, который обычно кладут в набор для выживания. «Дело дрянь, — подумал Хенджин, — он наверняка спасателем был, погиб, когда выполнял работу. Он хочет меня увести с собой на тот свет, исполнив свой долг!» — Ты! — Привидение захрипело, вытянув фонарь перед собой. Разглядеть его совершенно не представлялось возможным, Хенджин видел лишь, что оно было высокое, раненное и точно озлобленное, иначе не хрипело бы с таким недовольством. Он, замерев, все еще надеялся, что потусторонняя сила пойдет своей дорогой, и, для большей убедительности зажмурился. Когда над ухом прозвучало хриплое: «Вот ты где!», Хенджин, взвизгнув, спрыгнул со сцены и рванул в зал, перепрыгивая через сиденья. — Отстань! — Кричал он, убегая, — я никуда с тобой не пойду! Он почувствовал, как край свитера ухватили цепкие пальцы, и бросил в призрака телефон. — Ой, бля, — услышал он за спиной сдавленное, выбегая из актового зала. Хенджин бежал по коридорам изо всех сил, запинаясь о собственные ноги и задыхаясь из-за приближающейся панической атаки. Особой цели у него не было, он несколько раз рандомно свернул по коридорам, поднялся и спустился по разным лестницам, и, наконец, остановился перед большой стеклянной дверью, за которой… За которой невысокий накаченный парень спокойно проводил свою тренировку в зале, поднимая гантели перед зеркалом. «Какой сильный! — пронеслось в голове восхищенное. — Он этого призрака одной левой!» Хенджин, забыв о существовании дверных ручек, принялся стучать по двери кулаками, привлекая к себе внимание. Парень, повернувшись, удивленно вскинул брови и, положив гантели на пол, пошел открывать. Собственно, хитрости в открывании дверей и не было: согласно табличке «на себя» они так же, «на себя» и открывались. В тренажерном зале было светло, окна с этой стороны отеля не замело, и свет, отражаясь от зеркал, ярко освещал просторную комнату. — Тут же не заперто, — новый знакомый неловко улыбнулся, разглядывая Хенджина, — что-то случилось? — он посмотрел за спину Хенджину, оглядывая коридор. — Там привидение! — Хенджин влетел в зал, отталкивая парня и оглянулся, — но, наверное, оно не войдет сюда, тут же светло… Он снова перевел взгляд на нового знакомого, на этот раз не испуганный, а заинтересованный. — А вы… — Со Чанбин. — Хван Хенджин, — он протянул руку ладонью вниз, следя за реакцией. Чанбин ухмыльнулся и неожиданно легко поцеловал руку, подмигнув. У Хенджина, который раз за день по спине пробежались мурашки, но уже не от страха. Они пару секунд смотрели друг на друга, как вдруг в помещении над ними что-то громко бухнуло. — О, нет! — Хенджин спрятался за широкую спину нового знакомого, пригнувшись, — это призрак! Он сам не заметил, как, пока прятался, ощупал мускулы на руках Чанбина. Тот весело хохотнул, напрягая плечи. — Самый странный способ подкатить, который я слышал, — он повернулся и скосил взгляд на руку Хенджина на своем плече, — оригинально… Хенджин обиженно фыркнул, но руку не убрал. — Мы в отеле, которому уже десять лет! Конечно здесь будут призраки! А этого я видел своими глазами, он жуткий, раненный, голос сиплый… — он выпучил глаза и принялся хрипеть, пытаясь продемонстрировать степень призрачного ужаса, но Чанбин рассмеялся еще громче, запрокидывая голову, — да почему вы смеетесь надо мной? — Вы очень забавный, — Чанбин пожал плечами, — я не над вами смеюсь, не обижайтесь. Пойдемте, посмотрим на вашего призрака? Чанбин взял Хенджина за руку, переплетая пальцы, и потянул к выходу. — Там темно, — запротестовал Хенджин. — Я не боюсь темноты, — спокойно ответил Чанбин. — Там опасно! — А я смелый. — Там… там… — Хенджин перебирал аргументы, — там даже еды никакой не осталось, нам нет смысла выходить отсюда. Чанбин резко развернулся, нахмурившись: — Как это еды не осталось? По расписанию через полчаса обед! Чанбин взял обе руки Хенджина в свои и серьезно посмотрел на него: — У вас правда очень милые подкаты, но давайте не шутить на тему еды, хорошо? Я пропустил завтрак и сейчас готов сожрать даже призрака. Он осмотрел растерянного Хенджина и, дождавшись кивка, снова потянул его в сторону выхода. Оказавшись в коридоре, Хенджин удивился, что в них вернулся свет. Была включена не вся иллюминация, но большая ее часть. — Вау! — Воскликнул он, смотря на лампы вдоль коридора, — свет! Чанбин, судя по его лицу, окончательно удостоверился в том, что он сумасшедший, и сочувственно покивал: — Да, Хенджин-и, это свет, — мягко сказал он, как маленькому, перейдя на «ты». Они шли до лобби очень медленно, потому что Хенджин визжал от каждого шороха и вис на накаченных руках Чанбина. Сначала из искреннего страха, после — из искреннего желания потрогать. Когда они оказались перед стойкой регистрации, Чанбин уже практически нес его на руках. За дверью, ведущей в комнату персонала, послышался стук и шорох, после — громкое чихание и мат. Хенджин вцепился в нового знакомого до побелевших костяшек. — Это призрак! — Он потянул бесстрашного Чанбина на себя, в попытке оттащить его от стойки. Дверь резко распахнулась, от чего Хенджин по-девичьи высоко взвизгнул и действительно запрыгнул на руки к Чанбину, обхватывая его шею руками. — Не забирай меня, не забирай! — Верещал, уткнувшись в ему грудь. К стойке подошел работник отеля, на его бейджике было выгравировано: «Чонин». Его свободный кардиган разлетался при ходьбе, словно балахон, он сильно шаркал одной ногой, хромая, и то и дело кашлял. — Вот ты где, — прохрипел он, смотря на трясущегося Хенджина, — нахрена ты вечно убегал от меня, я не пойму? Хенджин опасливо взглянул на работника. При свете он казался вполне теплокровным и живым, просто нездоровым и измученным. — Орешь еще, как потерпевший, — поморщился Чонин, — я и так болею, еще ногу подвернул, пока к аварийному генератору шел, — он шумно высморкался в носовой платок и зло оглядел парней, — вы почему вообще здесь находитесь? Эвакуация была! Он бросил телефон Хенджина на стойку, и тот заметил, что у Чонина на лбу наливалась шишка. Чанбин растерянно заморгал: — Какая эвакуация? Я в переговорке работал до поздней ночи, потом спать пошел, тихо было, свет выключили, подумал, перебои с электричеством. Ну и спать лег. Ничего про эвакуацию не слышал… Хенджин, наконец, попытался слезть с рук Чанбина, но тот не отпускал, совсем не напрягаясь от его веса. На него с интересом смотрели две пары глаз, но Чанбин — с умилением, а Чонин — с явным желанием стукнуть чем-то тяжелым. — Я думал, будет весело остаться одному в отеле, — прошептал он. Чанбин громко рассмеялся, а работник отеля хлопнул себя по лбу ладонью и застонал от боли. — За нами только послезавтра приедут, — с грустью произнес он, — пойдемте поедим, что ли, — он вышел из-за стойки, подхватив связку ключей и, завернувшись в кардиган, зло зыркнул на них, — только готовить вы будете! Я болею. На полпути Хенджин вдруг понял, что его до сих пор несут на руках и хихикнул: — Что, так понравился, что не хочется отпускать? Чанбин хитро усмехнулся: — Защищаю от призраков. Хенджин надулся: — Опять надо мной смеешься. Чанбин промолчал, но Хенджин почувствовал, как руки Чанбина прижали его к себе сильнее.