Tu m'as manqué...

Глупо напоминать о себе после расставания, особенно если инициатором этого был ты. Глупо вообще что-либо делать после расставания, но влюблённых людей не судят. За любовь в принципе нельзя судить и осуждать. Ведь любовь — это что-то светлое, то, что даёт нам стимул жить, делает каких-то людей нашим смыслом, чтобы вставать по утрам, работать или ждать. Но любовь бывает и жестокой, если окажется в руках у человека, который не познал свои чувства и чувства партнёра. Но такого человека нельзя назвать плохим, ведь не все инициаторы расставания делали это специально; на это могли быть и светлые помыслы. Но всё-таки любовь — это что-то сложное, то, что можно обсуждать по ночам и спорить о правильности решения. **** Ногти чуть ли не кровоточили; девушка из-за нервов успела попробовать на вкус даже кожу с пальцев, от чего неприятных чувств стало больше. Боль не убрала страх, а только добавила его. Волнение Черен было на высоте. Казалось, что если сейчас в дверь, которую она испепеляет взглядом, кто-то позвонит, она провалится на этаж ниже. Лицо девушки слилось с её красными волосами, которые она то и дело наматывала на пульсирующие пальцы. Небольшой диалог и такая же короткая встреча были больше похожи на приближающуюся смерть, но эта смерть была ожидаемой, ведь она была в лице Шин Рюджин. Это имя она произносила в любых ситуациях и разными тонами. Черен кричала и иногда попросту не могла произнести его. Её любовь. Бывшая любовь. Они давно не были в отношениях — уже как полгода; они не списывались за всё это время, и лишь сейчас Рюджин написала ей с просьбой зайти и забрать давно забытую фигурку. Пять лет отношений были сказкой. Баланса у них не было, скорее наоборот. Любовь играла разными красками, но это определённо была любовь. Младшая всегда готова была отдать всё за Черен. Она была рядом, когда та болела, самостоятельно мыла её, носила на руках и не спала ночами, боясь оставить без присмотра. Ли всегда была уверена в ней и знала, что это всё по-настоящему и навсегда. Знала, что с Шин Рюджин она построит семью и возьмёт её фамилию; что даже в более зрелом возрасте она будет носить её на руках и целовать в лоб перед сном. Но именно эта девушка в самый обычный день предложила расстаться, всё закончить и больше никогда не начинать. Черен не знала, как расставание переживала Рюджин, но ощущала это на себе. От ужасного чувства одиночества, которое поселилось на месте первой половины сердца (ведь вторую забрала Шин), она жила каждый день. От тревоги она то и дело бегала в туалет, и её тошнило странными разводами; ведь поесть нормально она не могла. Сон превратился в сплошной ком из всех воспоминаний, что держит её голова, и если вообще этот сон был. Не самые лучшие подарки расставание оставило девушке, и почему-то она была уверена, что у Рюджин так же. Звонок в дверь. Сердце ушло в ноги; тело не хотело слушаться. И девушка уже думала о том, чтобы просто затаить дыхание и не открывать. Но медленно, при этом шатаясь в разные стороны, она подошла к двери и будто бы слышала тяжёлое и такое же волнительное дыхание там, за этой стеной. Медленно прокрутив замок, она отворила дверь, и перед глазами появилась всё та же Рюджин — только лучше, взрослее. Волосы стали тоже другими; теперь они были чёрными с белыми прядями. Из-за одежды было видно, что девушка тратит слишком много времени в спортзале. — Привет. — она неловко улыбнулась и прошла внутрь. Глаза сразу же уставились на Черен; они смотрели так же тепло, как и тогда. Будто они не расставались и Шин просто пришла с магазина. — У тебя отличная квартира; всё под твой стиль. — Ли издала еле слышный смешок. — Ты увидела лишь коридор; как ты можешь говорить об этом? Я нашла ещё несколько твоих фигурок; пройди хоть внутрь — я не кусаюсь. — Девушка приняла приглашение и зашла в гостиную, которая была довольно темной, и в ней было мало вещей — все под стать Черен. Красноволосая наблюдала за девушкой, как мышцы от каждого движения подрагивали. Шин с некой нежностью и осторожностью касалась вещей и все внимательно осматривала. Черен все так же восхищалась ею, как и тогда. Неважно, что делает младшая. Ли просто наблюдала за ней и от задумчивости кусала губы, как это делает и сейчас. Брюнетка тогда над ней постоянно шутила, что даже в рутинные моменты их жизни Черен думает о непристойностях. Отчасти это было и так, но девушка в этом все еще не признавалась даже самой себе. — Они у меня в комнате. Идем, — чтобы привлечь внимание, она ненароком коснулась руки Рюджин, от чего её чуть ли не унесло от этого случайного касания. — Ты одна живешь? — Шин задала вопрос, смотря на кровать. Черен была слишком маленькой для такой огромной кровати. — Тебе не одиноко спать одной? Мне кажется, таких как ты влезло бы штук десять. Или у тебя тут шкаф живет? — Она нервно посмеялась и почему-то хотела, чтобы сказанные ею последние слова не были правдой. Почему сейчас ей хотелось, чтобы Черен была одинокой? Это глупое решение убило все. Убило их обеих. Это было так необдуманно и спонтанно, что мысли об этом заполняли её каждый день. Что после Черен отношения были не отношениями, а лишь ублажнением собственных потребностей. И единственное, чего хотела сейчас Рюджин, — это просто остаться здесь. Да что уж до касаний, просто лишний раз взглянуть в эти глаза. Так хотелось прямо сейчас закричать, что не нужны ей эти чертовы вещи, что она просто устала, соскучилась. Что жизнь не стала лучше, как она говорила. Что это просто ошибка, и она весь мир готова положить ей в ноги. Но единственное, что смогла выдавить Рюджин, — это молчание. — Я живу одна. Я что, похожа на шлюху? Которая после нескольких месяцев пригревать кого-то начнёт? — От этого стало аж противно, ведь Черен по её словам ею и была. Нет, она не спала и не целовалась с кем-то, но зачем-то пыталась построить отношения. — А стоило бы найти себе кого-то. Спать на такой кровати должно быть одиноко. Да и ты слишком красивая, и я не поверю, что ты осталась без внимания. — Тебе ли говорить, когда ты выглядишь как модель с обложки и каждая проходящая мимо пускает слюни и мечтает оказаться в твоих руках? Даже когда... Даже когда были в отношениях, я постоянно за тебя, как за жизнь, держалась. А сейчас так тем более. На расхват. — Они сыпали друг другу комплименты и говорили то, что думали на самом деле, только завуалированно. Разговор был совсем в другой стороне; Шин из-за своего характера пыталась доказать девушке, что та и правда слишком красивая и что буквально каждый прохожий так скажет. Черен же пыталась доказать обратное, но её как обычно не слышали. — Да ты самая глупая девушка из всех, которых я встречала. Ты просто упёртая овца, Шин Рюджин, если отказываешься верить в то, что ты действительно выглядишь слишком хорошо. И все девушки, с которыми ты спала, это подтвердят. — Её речи было суждено прерваться именно сейчас. Крепки руки притянули за шею и Рюджин впилась ей в губы, нагло проталкивая язык внутрь. Ли начала бить ее по плечам, но не так долго, как ей хотелось. Через несколько минут ее руки мертвой хваткой обхватили плечи девушки, а губы охотно отвечали на поцелуй. Рюджин не истратила свои навыки и прекрасно помнила, какие действия вытворять с Черен. Она переплетала их языки и кусала ее нижнюю губу. Шин схватила ее за бордовую копну волос и потянула вверх, от чего старшая издала протяжный стон. Рюджин начала изучать ее шею, по которой так долго скучала. Она целовала каждый сантиметр, после которого эти же места начала с жадностью кусать и засасывать, получая от девушки слишком бурные реакции. Руки переместились на узкую талию потянув девушку ближе к себе. Черен уже была не в состоянии сидеть, она то и дело сжимала ноги, чтоб хоть как-то утихомирить свой пыл. Это ведь всего лишь поцелуи, но обе девушки готовы были съесть друг друга прямо сейчас. Рюджин не медлила и сразу же перешла к футболке Ли, чуть ли не разорвав ее на части. Ее глазам пристала прекрасная картина — знакомое тело, которое когда-то было для нее целым миром. Они не виделись так долго, но в этот момент все воспоминания вернулись с невероятной силой. Ли, удивленная и взволнованная, встретила взгляд Рюджин. В их глазах читались эмоции, которые они обе пытались скрыть. Ностальгия, страсть и недосказанность витали в воздухе, создавая напряжение между ними. — Ты всегда была такой импульсивной, — тихо произнесла Ли, её голос дрожал от волнения и возбуждения. Рюджин придвинулась так близко, насколько это возможно, её сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышит вся комната. Она провела пальцами по обнаженной спине Черен, оставляя за собой искры. В этот миг все преграды исчезли. Они снова были теми самыми девушками, которые любили друг друга без остатка. — Я не могу это объяснить... — начала Рюджин, но Черен перебила её, притянув за шею к себе. Она впилась ей в губы и вложила туда все свои эмоции, кусала с такой силой, что вот-вот бы прокусила их. Рюджин не медлила и двумя пальцами подцепила застежку лифчика, руки почти сразу сжали обнаженную грудь, большими пальцами надавливая на соски, в ответ получая стоны еще громче прошлых. Отрываясь от поцелуя, Рюджин одним движением стягивает штаны с Черен, оставляю ту в одних лишь трусах. - Раздевайся. У нас ничего не будет, если ты будешь одета. - Ли говорила слишком дрожащим голосом съедая слова. На ее просьбу, Шин улыбнулась как самый настоящий зверь, показывая свой оскал. Толстовка полетела куда-то в угол, открывая вид на рельефный пресс, от которого у Черен еще больше вскружило голову. Топ улетел в то же место, что и лифчик Ли. У нее была аккуратная и подтянутая грудь, к которой девушке хотелось быстрее прикоснуться. С джинсами она справилась быстро, стянув их вместе с нижним бельем и оставшись полностью обнаженной. Рюджин навалилась на девушку укусив кожу на ключице, долго она там не задержалась и опять уделила внимание груди. Она примкнула к ней губами и начала посасывать как младенец, в ответ получая лишь положительные реакции Черен, с ее громкими стонами. Рука коснулось промежности, белье было слишком мокрым и было сложно избавиться от него, но Рюджин чуть ли не разорвала их и выкинула куда-то в кучу. Она водит по оголенным бедрам, испытывая прочность девушки, пока сама Черен не начала двигать телом, чтоб пальцы хоть чуть-чуть коснулись промежности. Шин мучить не стала и вошла сразу одним пальцев, получив громкий стон на свои действия. Улыбка сразу же возникла на лице младшей и она хотела опять услышать свои имя из уст Черен. Действия стали быстрее и она добавила второй палец и входила во всю длину, касаясь ее самых чувствительных точек. - Рюджин-и... - Стоны стали еще громче, она чуть ли не кричала ее имя, пока Рю радовалась своим же действиям. Она положила свой большой палец на клитор и круговыми движениями массировала его, заставляя девушка под собой выгибать спину так сильно, что она вот-вот сломается. Она ускорила свой темп, поняв, что Черен уже на исходе. Стенки сжали ее пальцы, Ли вцепилась ей в плечи и начала почти задыхаться. Движения прекратились, пальцы сжало слишком сильно, чтобы двигать ими и Черен обессилено упала на кровать, её тело всё ещё дрожало.Рюджин посмотрела на неё с той же любовью, что и обычно, и просто легла рядом, крепко обняв. Носом уткнулась в шею девушки, вдыхая знакомый аромат, который всегда вызывал у неё чувство спокойствия. — Я не могу в это поверить, — тихо произнесла Черен, её голос был полон нежности. — Мы снова вместе... хотя бы на этот момент. Шин медленно подняла голову, чтобы встретиться с глазами Черен. В них читалась смесь счастья и страха — страха потерять то, что только-только вновь обрели. — Я пришла забрать вещи, — произнесла она с лёгкой усмешкой, но в её голосе слышалась нота неуверенности. — А теперь... теперь я не знаю, что делать. Рюджин слегка приподнялась на локтях, её взгляд стал более серьёзным. — Ты знаешь, что я всегда буду рядом, верно? Мы можем обсудить всё это. Всё, что произошло между нами... Черен вздохнула, её сердце колотилось от смятения. Они расстались из-за недопониманий и неразрешённых конфликтов, но сейчас всё казалось другим. Воспоминания о том времени были полны боли, но рядом с девушкой она чувствовала себя защищённой. — Я не хочу снова всё испортить, — призналась она, её голос дрожал. — Но я не могу отрицать, что мне тебя не хватало. Рюджин наклонилась ближе и поцеловала Ли в лоб. — Я тоже скучала. Каждый день. И я понимаю, что нам нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах. Но в этом моменте... мне просто хорошо с тобой. Черен улыбнулась, её сердце наполнилось теплом. Она прижалась к Рюджин, словно искала утешение в её объятиях. Время словно остановилось, и они обе знали, что сейчас важно лишь то, что они снова вместе. — Давай просто будем здесь и сейчас, — предложила Шин. — Без лишних слов и обещаний. Черен кивнула, и они замерли в этом уютном мгновении, наслаждаясь тишиной и близостью друг к другу. Словно в ответ на их чувства за окном разразилась буря — дождь начал лить как из ведра, но внутри комнаты царила своя атмосфера тепла и уюта. Они были друг для друга домом, местом, где можно было быть собой без страха и стыда. В этот момент они обе понимали: пусть будущее будет неопределённым, но сейчас они снова нашли друг друга. И это было самым важным.