«Новый год начинается не с доедания салатов, а с болезни Ло»

После Нового года прошло три дня, и, казалось бы, радостное время волшебства и праздника обернулось неожиданной проблемой — наш шатен заболел. Лололошка, несмотря на свое нездоровое состояние, упорно уверял всех, что с ним все в порядке. Джон, наблюдая за его изможденным видом и периодическими приступами кашля, лишь вздыхал, прекрасно понимая, что Ло просто не хочет признавать свою болезнь. Утром, когда солнце только начинало пробиваться сквозь плотно задернутые занавески, Лололошка проснулся первым. Его альтер эго, все еще спал, мирно похрапывая и укутанный в теплое одеяло. Шатен, натянув на себя уютный свитер, решил, что не будет сидеть сложа руки, и отправился на кухню, чтобы приготовить завтрак. Однако его глаза слегка слезились от простуды, и он постоянно вытирали их рукой, стараясь не показать, насколько сильно он на самом деле себя чувствует.

***

Через несколько минут Джон проснулся и, заметив отсутствие Ло, поднялся с постели, потянувшись и пытаясь прогнать остатки сна. Он направился на кухню и, увидев шатена, недовольно прищурился и произнес с легким упреком: "Ло… я же говорил тебе не вставать, ты болеешь." Его голос звучал мягко, но в нем чувствовалась тень беспокойства. Лололошка, закатив глаза и явно не желая поддаваться заботе, пробубнил что-то невразумительное в ответ. В этот самый момент, из-за своей невнимательности, шатен случайно уронил тарелку, которая с громким треском разбилась о пол. "Ой," — тихо вымолвил он, осознав, что натворил. Джон, не произнеся ни слова, быстро подошел к Ло и спросил, не ушибся ли он. Заботливо собрав осколки, он взял Лололошку на руки, стараясь быть предельно осторожным, и направился обратно в спальню. Тихонько положив его на постель, Джон задумался о том, как ему необходимо дать Ло лекарство. — Прими это, — сказал он, доставая горькое средство. Однако Лололошка, явно недовольный, начал упираться, кривя лицо. — Оно ужасно горькое, — с жалобой произнес шатен, как будто это было высшее доказательство его несчастья. Джон, не зная, как убедить его, решил прибегнуть к отчаянному шагу. Он сам взял лекарство в рот, наклонился к Ло и нежно поцеловал его, надеясь, что такая хитрость поможет заставить Лололошку принять лекарство. Шатен сморщил нос и недовольно фыркнул: — И зачем это надо было!? Джон, смеясь, наблюдал за недовольным лицом своего возлюбленного. Это было одновременно мило и забавно. Спустя некоторое время Лололошка, устав от сопротивления и заботы Джона, уснул, обняв его. Джон тихонько гладил его по волосам, чувствуя, как тепло и уют окутывают их. Никто и не мог предположить, что Новый год начнется именно так.