не легко быть лучшими друзьями.

"Быть лучшими друзьями не легко, особенно когда вы ебетесь при каждом удобном случае." Хенджин и Феликс странные друзья. Вначале они трахаются до потери сознания и хрипоты в глотке, а потом ведут себя как ни в чем не бывало, как обычные друзья. Но они и не встречались, нет. Они просто трахались, очень часто, при любом удобном случае. В машине, в туалете, в баре, в библиотеке, в подсобке. Всегда когда позволял момент. Все началось с поступления на один факультет. Затем совместные проекты, долгие разговоры по ночам, пьяные поцелуи до дрожи в коленях, голые объятия и ебля, после которой на утро ломит все тело. И вроде бы у этих двоих все хорошо, но есть всеми любимое "но". Один из них влюбился. Беспамятно втюрился, как девка. Ну да. Как тут не влюбиться, когда тебя трахает самый ахуеный парень универа, от которого текут все, включая не только девушек. Ликс, как раз оказался одним из них. Он не помнит, когда это произошло. Не помнит, когда он не хотел члена старшего в себе. Не помнит, когда он не хотел ощутить на себе эти пухлые губы. Не помнит, когда его фирменное "детка" перешло во что то интимное. Не помнит, когда они стали жить вместе.. Их первый секс произошел благодаря заданному проекту в паре. Отличное решение, которое посетило их головы, было выпить, чтобы лучше думалось. А там уже одно горлышко на двоих, стояк и мягкая кровать, которая скрипела на утро. После их первой ночи они лишь неловко улыбнулись друг другу, сказав, что такое случается с друзьями, такое бывает, наверное..?Потом это повторилось. Снова. Поддатливые тела стонали в унисон, сливаясь воедино. Никто из них не хотел останавливаться. Ведь они только вошли в этот кураж. Так продолжалось, днями, неделями, месяцами.. Пока Ли не уходил ко дну со своей любовью. Все время он думал о нем, все свое свободное время. Младший как то пытался выкинуть его из головы, но все тщетно. Каждая гребаныая попытка не думать о нём, превращалась в образ голого Хенджина, который лежал и гладил блондина по бедрам, параллельно шепча на ухо разные пошлости, от которых приятно покалывало в паху. Ликс смирились с этим, со своей любовью. Уже давно. Признаться об этом старшему? Да никогда в жизни. Он лучше с крыши спрыгнет или съест нож, чем признается ему в чувствах. Пусть Хён трахает его по-дружески. Да, неправильно. Да, грязно. Да, нечестно. Но кого это волнует? Брюнет как то невзначай пообещал младшему, что вылежет его так, что он кончит даже не прикасаясь к себе. Феликс на это лишь фыркнул, не воспринимая его всерьез. А зря. Уже следующей ночью он стоял раком и громко стонал имя старшего в подушку, пока тот вылизывал его своим, оказывается длинным, языком. Ли кажется навсегда запомнил эту ночь, да и не только эту. Все. Все ночи проведённые с ним. Он помнит каждую, до мельчайших деталей, что не могло не пугать.

***

Один раз, в университете, студентам раздали анкету, в которой нужно было написать любому человеку: одногруппнику/второй половинке/другу, что вы знаете о нём лучше всего. Например, что предпочитает из еды, любимый жанр фильма и тд. А затем, нужно было обменяться с этим человеком и подчеркнуть то, что совпало. Это была, как бы проверка на то, открытый ли вы человек? Блондин, который сидел рядом с Хваном, нервно взглянул на его листок, он все продолжал писать и писать. Было довольно страшно, особенно когда знаешь, что это пишут про тебя. Феликс тоже не промах, написал много и по делу, а вот Джин.. Лучше бы младший не читал это. Хенджин в детальных подробностях и ракурсах написал о том, как больше всего любит Ликс в постели. Грубо, но и нежно. Любит, когда над ним доминируют. Любит колено-локтевую позу. Любит трахаться в тихих местах, нежели громких и забитым обществом. Любит слащавые прозвища, по типу: детка, малыш, солнце, принцесса, сладкий, бейб. Любит поцелуи в шею, ключицу. Слабое место на теле - внутренняя часть бедра. Он любит поцелуи медленные, страстные, не грубые. Все присутствующие спокойно читали листки от друг друга, пока Феликс с первого прочитанного слова, уткнулся в свои руки , красным от смущения, лицом не желая читать дальше. А Хван лишь потрепал его по голове и прошептал тихое: – Не трать время, чтобы подчеркивать все. - Ли тогда чуть не умер. Но он до сих пор хранит этот листок от старшего. Иногда даже перечитывает его.

***

Стрелка часов лениво перебралась за пометку десять. Профессор что то объяснял, неприятно царапая доску мелом, создавая противный скрежет, от которого можно было сойти с ума. Возможно кто то его и слушал, но не Хван с Феликсом. Брюнет мягко расположился головой на коленях младшего, а тот в свою очередь вплетал пальцы в его волосы, имитируя массаж. Ликс знал, как старшему это нравилось. Прошло только тридцать минут от начала пары, а в кабинете уже летают привычные цоканья, шепот и уставшие вздохи. – Детка.. - начал Хён, – Я так хочу тебя сейчас, пиздец как хочу. - они сидели на последних рядах, поэтому беспокоиться о том, что их мог кто то услышать, не стоило. Австралиец наклонил голову и посмотрел прямо тому в глаза. Он не шутил. Хенджин поднял рубашку младшего, целуя его живот. – Принцесса, если ты не хочешь, чтобы я трахнул тебя прям здесь, то пошли выйдем, а то у меня стоит на тебя с начала пары. - подмигивая, шептал темноволосый. Низ живота начало неприятно тянуть. Разум воспроизводил самые яркие картинки оргазма, которые только могли быть. Ликс тоже его хотел, до безумия. Даже не отпрашиваясь у профессора, парни вышли из аудитории. Всем все равно, в основном преподавателю. Ведь у него, они оба потом будут, стоя на коленях, просить поставить зачёт. Как только они вышли за дверь, старший без капли стеснения, взял блондина на руки. – Хван, ты больной? А если это кто то увидит? - шепел Ли, но Хён промолчал. Зайдя в туалет и предварительно закрыв дверь на щеколду, старший усадил Феликса на подоконник. Блондин раздвинул ноги, притягивая Джина к себе. Он по-хозяйски расположил свои миниатюрные ручки на рельефной груди брюнета. – Я так соскучился по тебе, детка.. - Хенджин целовал шею младшего, иногда всасывая кожу, оставляя богровые пятна, которые сойдут ещё не скоро. Ликс уже от этих слов и действий готов был кончить, но желание ощутить член старшего в себе, было выше. Темноволосый не торопился. Он растягивал этот долгожданный момент. Оторвавшись от сладкой шеи, он начал целовать губы парня. Мокро. Грязно. Пошло. Хван языком очерчивал линию зубов, лаская нëбо. Феликса от таких ласк подбрасывало, а тихий скулеж из парня вырывался сам по себе. В брюках неприятно жгло. Хотелось поскорее освободить своё изнывающее возбуждение и уделить ему особое внимание. Хён будто прочитав мысли, резким движением стянул рубашку с Ли, огаляя его молочную кожу. Старший чмокал ключицы и грудь парня, вдыхая его приятный природный аромат. – Мм~, ты нюхаешь меня, как какая-то псина.. - шепел Фел. Хван усмехнулся, накрывая возбуждение младшего, немного надавливая. – А ты течешь, как какая-то сучка. - отчеканил он. – Мудак. - младший оттолкнул его. Спрыгнув с подоконника, он встал на колени, зубами растегивая шринку джинс. Эта сцена была прямиком из порнхаба. Слишком горячо. Слишком сексуально. Слишком развратно. Слишком слишком. Блондин стянул его джинсы до колен. На ткани боксёр виднелось мокрое белое пятно. Ликс лизнул на пробу, чмокая ткань. Сверху послышался сладкий стон. – Детка, возьми в ротик. - приказной тон старшего всегда только сильнее возбуждал его. Младший не смея ослушаться, спустил ненужную ткань. Перед ним предстал немаленьких размеров член, с выступающими венами. Чмокнув его в уретру, он посмотрел в карие глаза сверху. – Верно, смотри на меня, солнце. Хочу видеть твое личико, когда буду кончать. - Феликс театрально цокнул. Взяв головку, он умело начал посасывать ее, наблюдая за эмоциями старшего. У того на лице появилась слабая ухмылка, прося большее. Феликс взял в рот на половину, втягивая щеки, тем самым создавая вакуум. Он сосал член со всех сторон, обводя каждую выступающую венку. Хенджин от таких ощущений закатил глаза, прикусывая губу. Не содержавшись, он взял Ли за волосы, заставляя брать глубже. Парень подавлял рвотный рефлекс, даже без дискомфорта, ведь за столь долгое время, он научился делать прекрасный горловой (не без помощи Джина). Брюнет буквально вдалбливал его в глотку с огромной скоростью. Создавалось ощущение, что стоны окружали их со всех сторон. Голова уже не соображала. Было жарко. Очень. – Малыш~, я сейчас кончу.. - быстро протараторил Хён. Ликс отпрянул и взял член в свою руку, надрачивая ему. Белая жидкость оказалась на лице блондина. Он облизал губы и напоследок поцеловал член старшего. – Иди ко мне. - протягивает руку, нежно произнёс Хван. Он заключил того в объятия, слизывая с его лица оставшееся семя. Их губы снова соприкоснулись в глубоком поцелуе. Хенджин кусал губы напротив до крови, а затем, будто извиняясь, зализывал красные капельки. – Ты собираешься помочь мне? - Ли и вправду долго ждал этого. – Ты же знаешь, что надо попросить. - ухмылка. Ода. Эта было неотъемлемая часть их потрахушек. Феликс должен был попросить как следует, но сколько раз он так не делал, он краснеет как в первый... – Хенджин~и, пожалуйста..я.. – Пожалуйста что? Детка, я не умею читать мысли. - дразнит. – Трахни меня, прошу, Джинн~и. - на одном дыхании выпалил он. Уши предательски покраснели, как и щеки. Хван улыбнулся и сжал бедро блондина. – Умничка. - чмокая в губы, прошептал он. Сняв последний элемент одежды со светловолосого, Хён поднес два пальца ко рту Ли. Тот без слов все понял и начал посасывать, смачивая каждый палец слюной. Хенджина от такой картины сводило с ума, член вновь стал каменным, прося разрядки. Брюнет знал, что Ликс растянут, ведь они трахались прошлой ночью, но желание подразнить его - зашкаливало. Он посадил его на подоконник и раздвинул ноги, вставляя сразу два пальца. Ангельский стон слетел с пухлыл губ младшего. Два пальца заходили легко, поэтому Джин добавил третий, а затем и четвёртый. – Хван твою мать, вставь мне уже! Хенджин сплюнул на свой стояк, размазывая слюну по всей длине. Резко и без церемоний, он вставил во всю длину, задевая простату. Феликс издал то ли стон, то ли писк, разрывая голосовые связки. – Принцесса, будь тише, не хочу, чтобы нас застукали за таким делом. Брюнет взял стройные ноги Ли и закинул себе на плечи. Вид перед ним открылся шикарный: взъерошенный Ликс, ноги которого находились на старшем, закинул голову назад, открыв рот и глубоко дыша. Капельки пота стекали по его изящной шее, а ключица с такого ракурса смотрелась острее. Хенджин скончался как человек. Такого Феликс он любит не как друга. Почему он не замечал этого раньше? Он такой беспомощный и открытый в руках Джина. Только для него он такой, только для него. Уже не жалея хрупкое тельце, темноволосый втрахивал его на месте, придерживая за талию, на которой явно останутся синяки от пальцев. Фел изредка поглядывал на лицо друга, потому что он потом не сможет оторвать от него взгляд. Кадык старшего дергается от сильных толчков, его член попадает ровно по нужной точке. Волосы попадают в глаза брюнету, но он зачесывает их пятерней, от чего у младшего сердце сжимается. От такой картины, он готов во всю глотку орать о том, как же он сильно его любит, но смог сказать только: – Хён~, я сейчас.. – Кончай, милый. - Ликс тут же излился себе на живот с высоким стоном, немного пачкая пресс старшего. Хенджину хватило пару толчков для того, чтобы кончить на бедро блондину. Он лёг на обмякшее тело Ликса, целуя его в губы. Фел старался отвечать на сильный напор Хвана, но все что у него получалось, так это жалобно стонать в губы напротив. – Я так люблю тебя... - на грани слышимости произнёс Джин. – Что? - возможно ему послышалось или.. – Говорю, как я люблю тебя, детка. - сильнее сжимая в объятиях, продолжал шептать он. Феликс не ответил, лишь одинокая слеза скатилась по его алой щеке. Он так долго ждал эти слов, больше полугода. – Ликси, ты что плачешь? - от этих слов он разрыдался ещё сильнее. – Малыш..я.. – Я т-тоже люблю тебя, Хенджин. Очень люблю. - поцелуй. Долгожданный поцелуй взаимной любви, которой боялись оба. Резкий звонок не дал парням уединиться в этой идиллии. Спешно вытеревшись салфетками и одевшись, они вышли в коридор, делая вид, будто ничего не было. Ребята решили глянуть расписание, которое редко кто вообще смотрит, некоторые даже не знают где оно находится, полагаясь на свою чуйку. Увидев жирным шрифтом "Философия", они мигом помчались в нужный кабинет. Прогулять философию = смерть. Не то чтобы препод был злой или пара сложная, а то, что если ты прогуливал, то автоматом тебя ведут к декану, потому что: "Эту пару ведёт директор! Что вы себе позволяете?". Единственная пара, которую они оба ненавидят всей душой, но не пропускают. Они сели как обычно на последние ряды, дабы их разговоры никто не слышал. Старший положил руку на бедро Ли и улыбнулся ему. Он придвинулся ближе и прошептал на ухо: – Солнце, будешь моим парнем? М? - он укусил мочку уха, а затем продолжил, – Знаю что будешь, но babe, answer me... - услышав слова на родном языке, австралиец прикусил губу. – Буду. - Фел поцеловал того в уголок губ, а после развернулся и уставился на препода, слушая нудную лекцию.