Новогоднее чудо...

На дворе конец декабря, школьный коридор украшен гирляндами, а в актовом зале засияла огромная ёлка. Пахло мандаринами, еловыми ветками и смешками учеников, что собирались на новогоднюю вечеринку. В воздухе витала магия ожидания праздника, пусть и с лёгким налётом подросткового бунтарства. Миша Горшенёв стоял у окна с сигаретой в руке, пряча её от глаз учителей. Вокруг него царил хаос: Андрей Князев бегал с пакетом конфет, раздавая всем, а младший брат Миши, Лёша, пытался завести дурацкую новогоднюю игру с вопросами. Миша улыбался, но его взгляд то и дело останавливался на Вите Цое — тот помогал вешать гирлянды, поднявшись на стул. На губах у Вити блуждала сосредоточенная полуулыбка. Юра Каспарян и Джоанна Стингрей с трудом отвоёвывали два свободных стула, в промежутке обмениваясь насмешливыми комментариями. — Ты только не надейся, что твоё желание исполнится, — язвительно сказал Юра, а Джоанна фыркнула. — Моё желание скромнее, чем твоё молчаливое «хочу домой». В другой стороне комнаты Шура Балунов обнимал Машу Нефёдову за плечи. Они смеялись над желанием какого-то анонимного шутника, который умудрился бросить в ящик нецензурное пожелание в духе «Чтоб все преподы резко свалили домой». Табуретка, на которой стоял Витя, пошатнулась и Цой рухнул на пол, вместе с коробкой с новогодними принадлежностями. На весь зал раздался громкий болезненный стон. — Вить, всё хорошо? — спросил Миша, подходя к Вите. — Ах… не особо… — сдавленным от боли голосом проговорил Витя. Миша подхватил Витю под локоть. — Сидеть на этих ваших табуретках… Чтоб их, — буркнул Миша, осторожно усаживая Витю на ближайший стул. — Где болит? Витя криво улыбнулся: — Да нормально всё. Просто… позвоночник решил поздравить меня с Новым годом. Миша лишь покачал головой и обнял Витю. — Осторожнее, Витюшенька, — прошептал на ухо. — Хорошо, Мишутка, — ухмыльнулся Витя, обнимая младшего в ответ. В этот момент подошли Джоанна и Юрик. — Всё хорошо, Виктор? — со своим английским акцентом спросила Джоанна. — Лучше не бывает, Джо, — с ноткой сарказма ответил Витя. — Зато ты упал очень эпично, — сказал Юра и хихикнул, за что Джоанна осадила его подзатыльником. — Юра, это же твой друг! Как так можно? — Прости… я пошутил… — Юра опустил взгляд и потёр затылок. — Прости, Вить… не сильно больно? — Нет, Юрик, не сильно. Но больно так, что я сейчас буду крыть матом весь белый свет. — Тш, тише, Вить, я с тобой, — успокаивал любимого младший. — Ой, какая пара! — фыркнул Юра, но не зло. — Ага, сами с Джоанной постоянно за ручку ходите, — возразил Миша. — Ну хотя бы не так, как они, — сказал Юра, показывая на мурлыкающих друг с другом Шуру и Машу. — Фу… ну не на людях же… — Миша поморщился. И в этот момент Шура и Машка подошли к ним. — Ребя-а-ат, — протянула Маша. — А давайте желание загадаем? — Зачем? — поднял бровь Миша. — Как зачем? Это же Новый год. На Новый год всё сбывается. — Ты до сих пор в это веришь? — Горшенёв ухмыльнулся. — Это же сказки для детей. — Для тебя, может, и да, но мало ли. Может, загадаем желание у ёлки? — Я и сам в это не верю, но против этой дамы я бессилен… — вздохнул Саша и пожал плечами. Ребята лишь посмеялись, но Джоанна поддержала эту идею. Поэтому вся компания, СашМаш, Джо, Юрик и Миша, который поддерживал хромающего Витю, двинулись к ёлке. Большая, зелёная, но искусственная, ёлка, украшенная разноцветными шарами, мишурой, гирляндой и пластмассовыми снежинками. — Ну что, давайте на раз-два-три? — спросила Машка. — Давайте, — кивнул Миша. Как только Маша досчитала до трёх, все закрыли глаза. — «Хочу встретить Новый год только с Витей», — загадал Миша и открыл глаза.

***

31 декабря, 2024 год. Утро Семья Горшенёвых выехала на своей машине из Санкт-Петербурга на свою дачу. От Вити Миша что-то не слышал, чтобы его семья тоже куда-то ехала на Новый год, но Мише так хотелось отпраздновать этот праздник вместе. Как только всё семейство прибыло на дачу, в доме закипела подготовка к празднику. Татьяна Ивановна нарезала салаты, и Лёша помогал ей в этом. Юрий Михайлович и Миша чистили снег, так как снега намело более, чем достаточно. Миша провёл весь день в заботах, оглядываясь то на часы, то на телефон. В душе он всё ещё цеплялся за своё желание у новогодней ёлки. Непроизнесённая вслух надежда, чтобы Витя каким-то образом оказался с ним, казалась глупой, но внутренний голос нашёптывал: «Новый год — время чудес». Под вечер Миша сидел на веранде дома, кутаясь в тёплый свитер и разглядывая снежный лес. Лёша пытался привлечь его в общий круг семейных веселья, но брат только отмахнулся. Небо темнело, в воздухе витал предвкушающий холод — пахло снегом и праздником. И тут Миша услышал, как по снежной тропинке кто-то идёт. Шаги приближались, а с ними становилось слышно лёгкое постукивание… — Эй! Тут кто-нибудь живой? — прозвучал голос, заставивший Мишу резко встать и выйти на крыльцо. На пороге стоял Витя, в тяжёлом пальто, с рюкзаком за спиной, заснеженный и замёрзший, но улыбающийся. — Витя? Ты… что ты тут делаешь? — Горшенёв замер, забыв о своём замешательстве. — Случайно понял, что буду отмечать Новый год один… Ты обмолвился, что едешь сюда, вот я и подумал, может, мне к тебе. А что, я лишний? — Что? Нет-нет, ты… ты не лишний, — поспешно ответил Миша, таща друга в дом. Его голос звучал чуть быстрее и громче, чем следовало, чтобы скрыть всплеск радости. — Ты, значит, специально? Из города пешком? Витя, ты совсем сумасшедший! — Немножко. Но, по крайней мере, теперь ты не только с семьёй будешь. — Цой снял шапку, стряхивая снежинки с волос, и потер руки, чтобы согреться. — Ух… Давай в дом. У мамы как раз куча еды, и… ты замёрз! — Знаешь, — улыбнулся Витя, внимательно глядя на Мишу, — это уже самый тёплый Новый год в моей жизни.

23:59

По тихому сбежав из тёплого дома с кучей салатов тёти Тани и папиным 20-летним коньяком дяди Юры, Витя, Миша и Лёша забрались на крышу с термосом, наполненным горячим чаем и вкусняшками, стыренными со стола, трио смотрело на звёздное небо, с которого падал снег. Точнее, только дуэт, так как Лёша уснул. Миша посмотрел на часы, а затем вверх. На часах было время: 00:00. Вот и настал долгожданный Новый год. Миша уткнулся носом в волосы Вити, нюхая их и целуя макушку. Вдруг Цой выпалил: — С Новым годом, Мишутка. Миша лишь ухмыльнулся. — С новым годом, Витюша. В этот момент Горшок понял: это лучший Новый год за всю его жизнь.