Сон в алом одеянии

«Враг моего врага — мой друг».       Мы долго планировали этот момент. Целая вечность в изгнании, в унижении заставили думать исключительно об смертельной схватке. Хотелось почувствовать на губах горький вкус чужой крови, услышать крики ненавистного, вечно горделивого и самоуверенного голоса.        Обычно он насмехался. Сейчас же привычная ухмылка исчезла с бледного лица. Громкий смех, обычно предвещающий победу, растворился в пространстве. Так и должно быть. Этого мы ждали. Желтоглазый не мог нарадоваться запаху успеха, то есть, мерзкому кровавому аромату, что пропитал воздух. Казалось, корона уже у меня в руках. Серебро заманчиво поблескивало перед моими ногами. Я спустилась к долгожданному, касаясь пальцами холодного металла. Сайфер явно стал безумнее обычного. Его смех разносился эхом в голове, растекаясь по всему Царству снов. «Ну наконец-то! Пожиратель снов, кто теперь на вершине? Кто теперь главный?» — повторялось вновь, и вновь. Эти слова должны были исходить и от меня. Сколько раз желание произнести речи о триумфе возникали у меня в мечтах? В самых отважных и жестоких фантазиях.       Над Царством снов взошла красная луна. Тишина. Когда пролилась кровь, ко мне не пришли чувства гордости, радости от свершившийся мести… В груди застыла пустота. Она расползалась по всему телу, как холодная шипящая змея, поглощая все чувства. Все мои планы долгих обид разлетелись в пепле. Месть мне не принесла ни капли свободы, удовольствия. Только безразличие.       Отражение в серебре слегка исказилось от алых маленьких брызг и неожиданно капающих кристально чистых слёз. Что это за чувство? Почему грудь сжали тиски?        Сайфер стих. Я почувствовала его за своей спиной. «Да что с тобой? Он мёртв! Ха, разве это не то, чего все ждали? Мир снов наш!»        Я лишь махнула рукой. Какое мне дело до этой власти? Это ли было моим сокровенным мечтанием? Этого ли хотелось, когда в некогда родное по крови существо вонзилось множество клинков, раз за разом уничтожая его оболочку, разрушая, словно разбивая на множество осколков. Примет ли настолько изувеченную душу Мир пустоты? «Нет…» — тихий ответ пронёсся в голове. Значит, он исчез навсегда. Я осознала: теперь неизвестно, что будет дальше. Что остаётся делать, когда месть свершилась? Смысла ни в чём больше нет. Ненавистного братца больше не существует. Я чувствовала его кровь у себя на руках, боясь лишь одного воспоминания об этом. Хотелось забыться. Зачем мне всё это? Я никогда не была доброй. Тьма — наша природа, ночь — наша мать. Мы твари, рождённые из вечного мрака. О каких светлых чувствах речь? Баку же всегда было плевать. Он жил сам по себе, воображая, что знает больше всех. Его путь был кривым. Взаимодействие с людьми никогда не приносило пользы. На это наши прародители оставили вето. Но нет… Братец любил идти наперекор, и где оказался? Хуже Мира пустоты… Только то, что с ним произошло. Заслуженно ли? Кто знает… Даже я не осознаю, что верно, а что неправильно.       Я встала с колен, слегка пошатнувшись, кинув корону на пропитанную злобой и ненавистью землю. Кровавые небеса разрослись по всему миру, взывая всех сущностей на час победы. У снов больше нет границ, они все смешались, будто бы облачившись в алые одежды.       Я смотрела на Сайфера слишком долго. Он затих, помрачнев. Не такой реакции Билл ожидал от союзницы. Однако никаких слов от него не последовало. Желтоглазый лишь состроил гримасу, похожую на секундное отвращение, а затем вновь рассмеялся: «Да от вашей семейки что угодно можно ожидать!»       Демон произнёс фразу так, что я не смогла понять, зол ли он на меня, насмехается ли надо мной или ему смешно от произошедшего.       Вся нечисть утекала из открытых щелей, предоставляя Биллу желанное безумие. Наступил конечный кошмар. Я смотрела на луну, не в силах больше держать взгляд на Шифре, и уж тем более на том, что творилось вокруг. Мёртвое тело брошено среди нового Ада. Мёртвое тело не кого-то, а некогда непобедимого правителя проклятого, почти уничтоженного места. Границы прорваны. Подлунный мир трепещет. Карикатура. Мне не смешно, ни грустно. Просто пусто. Под дружное ликование тварей, я оставалась в стороне, так и не приняв корону. Мир снов рухнул, когда я убила его. Собственного брата. Вот и наступил конец. И мой, и моего родного мира, и моего рода.