Первое января

В одном королевстве, где правил король, Рыдала принцесса, королевская дочь. Бездушный отец её хочет сослать, Вместо войны принцессу продать. И запер король девчонку в подвале, Там, где люди со стонами все погибали. Там, где воняло гнилью и трупами, Там, где души искали выход на улицу. Дракону отдать решил дочку король, Чтобы над ним получить контроль. Но дикому зверю принцесса чужда, У него на уме другая нужда. «Друг мой, король, принцессу оставь, Лучше сто двадцать мне войнов отправь. Хочу посмотреть, на что люди способны, А если умрут, не видать вам короны!» Дракон улетел, свою просьбу оставил, И год на раздумье королю предоставил. Глупый король решил в бой наступать, «Солдат подготовить!» — такой вот указ. И сто двадцать мужчин точили мечи, Сто двадцать мужчин на смерть обрекли. Кто-то винил в этом принцессу, А кто-то по миру нёс эту пьесу. Годы всё шли, а войны сражались, Сто двадцать мужчин в войне потерялись. Кто калека, а кто-то без глаз, А кто совсем закончил свой сказ. Совершая какой-то глупый обряд, Кого-то героем назначил отряд. Тут вот трусишка спрятался в лаз, В яме своей он молился сто раз. Томилась девчонка в пучине бытия, Отца своего о свободе моля. Но глупый король издевался над ней: «Отправить её за сотню морей». И сердце принцессы становилось всё злей, Тьмой насладившись, становилось темней. Стянув все оковы, перерезав косу, Девчонка сбежала, притаившись в лесу. Созвали совет, искали пропавшую, Но потеряли принцессу страдавшую. Разозлился король, посеял вражду, Насовсем позабыв про драконью нужду. А войны сражались и умирали, Короля своей плотью они защищали. Тех, кто пощады просил у дракона, Герои пронзали осиновым колом. Они песни поют, сидят у костра, Но боль в их сердцах очень остра. Завтра они, собравшись едино, В бой побегут друг за другом наигранно. И звонкое лезвие песню играет О том, как друг друга вновь потеряет. О том как похоронят его впопыхах, По ветру пустив свежий прах. Глупый король оценит потери, Пожалеет о том, что исхожены прерии. И ко второму иль третьему часу Заставит солдат подчиняться приказу. «Домой возвратить ту паршивку, заразу, Дракона убить всем вместе и сразу! Герои получат монеты в награду, Всё подготовить сейчас же к параду!» Не думал король о сильном драконе, Не думал, король, что творит беззаконье. Какой же парад в разгар жестокой войны? Какой же парад, трупы жаждут весны! А солдаты сражались на жизнь, умирая. Друг друга хоронили, навзрыд рыдая. «Король величавый так жаждет дракона, Нужна ли ему золотая корона? Из-за принцессы идёт ли война? Или король достиг самого дна?» Слухи ползут, поплыли сомнения. Достоин король людского доверия? На площади в центре крик раздаётся, Принцесса одна с гвардейцами бьётся. Кричала она об безумном отце, Страх появлялся на женском лице. Билась она, брыкалась, кричала, Людей о спасении она умоляла. Но верили люди лишь королю, Принцесса вновь впала в тоску. Правду кричала народу она: «Не нужна же нам эта война!» «Жалкая ведьма, жаждет править одна. Пусть крики её уносит волна». «Отпустите меня, сама спрыгну в море.» Привели принцессу куда-то на взгорье. «Ваши дети узнают о вашем позоре, А на всех вас насылаю я горе.» Как птица вспорхнула, летела она, Её тело худое укрыла волна. Не было криков, ни стонов, ни просьб, И нет уже больше простых её мольб. «Принцесса мертва!» — кричали везде, Королевских гонцов сжимая в узде. И страшно народу про смерть рассказать, Боязно им упасть в немилость упасть. Но людские слова достигли отца, Улыбка исчезла с тупого лица. Не углядел за ребёнком родитель, И сам же за ней погнался в обитель. Винил он себя, избивая плетями, К кровати его прицепляли ремнями. И бился в агонии глупый мужчина, Безумие разум его поглотило. Мерещилась дочка, ходила жива. Смеялась и пела, о как же резва! И нет никакого тут волшебства, Принцесса уже много суток мертва… Тело принцессы искали в воде, Кости её не нашли и на дне. А если они принесут не её, Король сразу зароет прислугу живьём. Слухи ходили, тьма расползалась, Принцесса для слуг бессмертной казалась. Три года спустя все ищут останки, Хотя бы чуть-чуть от одежды остатки. А солдаты сражались в полную силу, На короля держа в сердце обиду. Забыл он о них, пустил на войну, Но нет уже сил, сдаются врагу. Даже герои ослабли совсем, Тяжко в руках держать шлем. И только один солдат молодой, Как-то пытался спасти всех стрелой. Снежинки на землю ложились так нежно, Глупый король умер поспешно. Слуги хоронили, им было смешно. Глупый король на тот свет снизошёл. Страх у народа отделился от тела, Только теперь другое тут дело: «Кто будет править нашей страной? Нам нужен правитель другой!» Вечно бы спорил наглый народ, Кто королевский возглавит род. Но пронзила стрела очи злого дракона, Значит теперь достоин ты трона. Юный мальчишка поднял свой лук, Разом обрел он тысяча слуг. Люди считали, сколько ж заслуг, Видел тот проклятый мрачный луг. А мальчишка тот помнил, как ночью в лесу Ворона секреты шептала ему. «В очи драконьи ты пустишь стрелу, Чудовище вмиг опустится в мглу». Отдали герою кривую корону, Привели паренька к главному трону. Усадили его, назвали царём: «Сегодня все мы за тебя, братец, пьём». Новый король поднял старый бокал, И заполнился смехом пустующий зал. Скрипка играла, играли гармони, Потели людские живые ладони. Счастье, покой отражались на лицах, Старому замку уж не запылиться. Веселые танцы, веселье и смех, Эту страну ожидает успех. На берегу у холодных скал Мертвый король принцессу искал. Мучился дохлый, от боли стонал, Пальцы свои об камни стирал. Он, как в детстве, мечтал о короне, Грезил чудак о могучем драконе. Душа короля затерялась в мечтах, Осталась навечно в несбывшихся снах. А там, где умерла принцесса, Звучит мелодия, играет пьеса О тех забытых временах И о принцессе, о морях. Как своего король лишился трона, И как герою отдана корона. Про злого дикого дракона, Чью смерть предвидела ворона. И стая черных страшных птиц Не напугает детских лиц.