Соблазнительный цвет, Йоичи.

Чигири выходил из душа после вечерней тренировки с сокомандниками. Хема чувствовал себя вымотанным, но он не собирался пропускать свой любимый вечерний ритуал по уходу за кожей лица — это было непоправимым грехом! Йоичи также вернулся с тренировки, и нельзя было сказать, что он отлынивал: пот стекал по его лицу и лопаткам, а дыхание сбивалось. — Исаги… тебе стоит присесть, — Чигири подошел к своему другу и протянул ему полотенце с бутылкой воды. — Спасибо… — почти прохрипел Исаги, как вдруг в раздевалку ворвались Кунигами и Бачира. На лице первого читалось напряжение, а второму явно не терпелось пошутить. Исаги ничего не успел понять, как заметил, что его друг с желтыми прядями мчится на него с игривым взглядом, держа в руке… губную помаду? Кунигами сзади пытался его остановить, но было слишком поздно: Бачира прыгнул на Исаги и начал быстро водить помадой по его губам. Йоичи даже не успел среагировать, как Мегуру уже стоял перед ним, хихикая от удовольствия. Кунигами, еще недавно стараясь удержать его, теперь думал о том, как же хорошо, что не смог помешать этой шалости, пряча улыбку в ладони. Исаги сидел в ступоре и не понимал, что делать. Когда он повернул голову к Чигири, тот смотрел на него не с насмешкой, а с интересом. — Тебе идет, Исаги, — сказал озорно Хема, подходя ближе и внимательно рассматривая лицо друга, взъерошив его волосы. — Вы что творите!? И откуда у тебя, Бачира, вообще есть помада? — Исаги вскочил и поспешил к зеркалу, чтобы взглянуть на себя. Он обомлел от стыда: помада была приятного розового оттенка и подчеркивала в меру его миловидность и черты его лица, но вся суть заключалась в том, что это было очень непривычно и смущающе, да и к тому же ему чертовски шло, как бы он сам не хотел этого признавать. Он спешно включил кран, плеснул себе на губы и начал тереть их, словно надеялся, что все исправится. Но подняв голову к зеркалу, он снова обомлел, но теперь от стыда и страха одновременно — помада не стиралась! — Я нашел её в косметичке Кунигами с гелями для душа, — сказал Бачира, не скрывая своей радости. — Говорит, его сестра случайно оставила. Исаги почувствовал, как щеки предательски покраснели, когда он снова посмотрел на себя в зеркале. — Бачира, ты…! Оно не смывается! Как я теперь буду ходить по корпусу? — тон в голосе Йоичи стал безнадежным. Он уже представлял себе, как будут над ним смеяться и шутить следующие несколько недель, если увидят в таком виде. — Упс… Я этого не предвидел. — Бачира совершенно не выглядел виноватым! Чигири подошел к Исаги, взял его лицо в свои ладони и, использовав ватный диск, обмоченный какой-то жидкостью из своих бутылочек, начал водить им по его губам. — Видимо, твоя сестра любит очень стойкие помады, Кунигами. Не стирается от слова совсем, но тебе правда идет, Исаги, — подмигнул Чигири, снова оценивая его лицо. — Но не переживай, думаю, к завтрашнему дню сотрется, — добавил Хема с едва заметной усмешкой. Сидя, положив лицо в руки, Исаги понимал, что сбежать от этой ситуации не сможет, поэтому решительным шагом направился в душ. Как и ожидалось, даже после полноценного мытья, куда он включил горячую воду и тщательно промыл голову, розовый оттенок не покинул его губ. "Главное не наткнуться ни на кого по дороге в комнату," — думал Исаги, когда начал одеваться в свою спальную одежду. В раздевалке ребята уже разошлись по своим нуждам, и Йоичи остался один. Время было позднее, и Исаги решил, что в такое время вряд ли кто-то будет бродить по коридорам. Он прикрыл губы ладонью и спешным шагом направился к своей комнате. Коридоры были освещены так, как Эго было не принципиально, что кто-то захочет потренироваться ночью, но всё же большинство футболистов-эгоистов предпочитали поспать, нежели отрабатывать технику или удары по мячу по ночам, пропуская сон. Едва он добрался до двери, как услышал до ужаса знакомый дразнящий голос: — Чего не спишь, Йоичи? "Кайзер! Как вовремя... Именно его я и боялся встретить." Исаги обернулся и увидел на лице Михаэля спокойное выражение, однако с каждой секундой его привычная ухмылка становилась все более явной. — Чего губы прикрываем? Он намеренно загородил дверь, опершись о неё. Исаги нахмурился, не убирая ладонь от губ, полагая, сколько насмешек полетит в его сторону, если Кайзер увидит его в таком виде. — Йоичи… всё в порядке? — спросил Кайзер, с неким подозрением, выгнув бровь. То, что Исаги прячется за ладонью, вполне могло выглядеть странно. Капля пота стекала с напряженного виска. — Да… теперь отойди и дай мне зайти! — воскликнул Исаги, чувствуя, как внутри него нарастает раздражение от всей ситуации. — Йоичи, зачем ты прикрываешь рот? — Михаэль стал серьезнее. Он не понимал его действий и зачем он это делает, поэтому интерес подогревал и другое чувство — беспокойство. — Да я… ну… — Йоичи думал, что, покажи он ему свое лицо, спокойной жизни не видать точно, но Михаэль был упрям. — Исаги, ответь. — Кайзер подошел ближе, лицо было серьезным. Было очень непривычно видеть его таким. «Аж по фамилии меня назвал…» — думал Исаги, и, поняв, что он уже не отстанет, решил опустить ладонь и быстрее пойти в комнату. Иначе в этой напряженной атмосфере он быстрее расплавится, чем от всех будущих насмешек. Как вдруг, начиная опускать ладонь, Кайзер, видимо, тоже решил не бездействовать и нежно взяв ладонь Исаги в свою, отодвинул их руки и уставился на его лицо. По ладони Исаги как будто прошелся электрический разряд. Ситуация была до ужаса неловкой для него. Он быстро одернул руку от руки Кайзера и убрал к себе за спину, немного потупив взгляд в пол. Наконец, его губы ничто не закрывало. — Ну давай, смейся, — Йоичи вздохнул, смиряясь с поражением. «Всё-таки с кем такое не случается, правда? У каждого бывали постыдные ситуации, и эта не такая уж и плохая, да ведь?» — нервно посмеялся в своих мыслях Исаги. «Всего лишь накрашенные губы, что такого может подумать мой главный соперник, которого я случайно встретил, и к тому же к которому я чувствую симпатию!» Исаги нервно перебирал руки за спиной и не решался посмотреть на лицо Кайзера, но его глаза его подводят, и взгляд падает на… «сдерживающего смех Кайзера, я не удивлюсь». Но к его удивлению, подняв взгляд на Михаэля, он заметил дергающийся кадык и слегка покрасневшие щеки. Кайзер молчал несколько мгновений и тяжело сглотнул. Честно говоря, такая реакция Михаэля пугала Исаги намного больше, чем если бы он просто дразнил его. — Почему молчишь? — Исаги не выдержал такой напряженной тишины и спросил напрямую. «Так ужасно выгляжу в его глазах?» Неожиданно Михаэль подошел ближе к Исаги и посмотрел ему прямо в глаза. Йоичи не смел отрывать взгляд и продолжал участвовать в их маленьком соревновании. Глаза Кайзера хитро прищурились, и через несколько мгновений Исаги оказался прижат к стене. Он чувствовал дыхание немца на своих накрашенных помадой губах. Исаги съежился под таким напором. Воздух в момент будто стал обжигать лицо. Йоичи это только заинтриговало, но делать что-либо сейчас он не посмеет — это было всё в новизну для него, и он боялся сделать что-то не так. Но и Кайзер не продолжал… будто боялся чего-то? Сейчас они находились в очень странной позе: Кайзер и прижимал Исаги к стене, и обнимал его. Его руки были на плечах прижатого, а его лицо теперь было не на одном уровне с лицом Йоичи, а в пространстве между его плечом и головой, рядом с ухом. Сердце будто намеревалось выпрыгнуть из груди. Исаги не сомневался, что Кайзер отчетливо чувствует его сердцебиение. И тут Йоичи слышит, как Михаэль шепчет ему на ухо: — Расслабься. — И после этого блондин чмокнул Исаги в мочку уха. Исаги мгновенно алеет и прижимается своим лицом к плечу Кайзера, стараясь успокоить бешено колочущее сердце. Оба смущенные, прижимаются друг к другу посередине светлого коридора, куда может зайти кто угодно в любой момент, но они ничего не слышат, кроме своего же горячего дыхания и сердцебиения, отдающегося в голове. Кайзер отрывается от Исаги и смотрит на него своими завораживающими голубыми глазами, убирает пряди Йоичи с его лица и открывает эти синие глаза. Михаэль на удивление был очень ласковым, как будто он боялся прикоснуться к Йоичи как-то не так. — Всё нормально… продолжай. — Исаги понял, почему Кайзер не действовал в своей привычной манере, а может, он всегда такой, когда дело касается романтики? — Йоичи… Кайзер обхватывает лицо Исаги своими ладонями и начинает нежно целовать каждую часть его лица. Йоичи плавится под этими поцелуями. Губы Кайзера целовали заботливо: сначала в лоб, затем в нос, дальше мазнули по щеке, и, наконец, самое желанное место, к которому Кайзер сдерживался, как только увидел, — красивые чуть пухлые губы, накрашенные стойкой розовой помадой. Кайзер усмехнулся, прижавшись к губам Исаги: — Соблазнительный цвет, Йоичи— и впился губами в требовательном, но одновременно чувственном поцелуе, нежно переминая его губы. Йоичи еле стоял, и потому Кайзер поставил свою ногу между его бедер и придерживал за торс. Михаэль чувствовал  тепло и мягкость губ Исаги, их сладкий вкус напоминал летний день, наполненный солнечными лучами. Он углублял поцелуй, его руки исследовали каждый изгиб тела Исаги, словно боялся потерять это мгновение. Йоичи, теряя себя в этом головокружительном поцелуе, ответил с такой же страстью, хоть и неопытностью. Кайзер улыбался в поцелуй, это были ощутимо. Он заключил Исаги в крепкие объятия, притягивая еще ближе к себе, не отрываясь от него. Язык его коснулся его губ, и это прикосновение вызвало у Йоичи мурашки. Изнутри разгорелся огонь, поднимая температуру. Он ответил ему, словно искал что-то на дне его души, и с каждой секундой их губы говорили на языке, который понимали только они. Их дыхания смешивались, становясь единым целым, а сердце бешено стучало в унисон. Они оторвались друг от друга чтобы перевести дыхание. Оба стояли в тишине, буквально ощущая пульсацию вокруг. Они смотрели друг другу в глаза, в их взглядах читалось всё — радость, неожиданность, смущение, и чувство, которое никто из них еще не испытывал - любовь. — Я... я думал, ты смеяться будешь из-за этой дурацкой помады... — Исаги пытался отдышаться, пока говорил это. — Поверь, смех — это последнее, о чем я думал, когда увидел такого прелестного тебя... — Кайзер подошел и прислонился своим лбом ко лбу Йоичи и, чмокнув его в губы розового оттенка, обнял его еще раз. — Тем более, Йоичи, ты очень мило выглядишь с этой помадой, оттенок особенно красивый, специально для меня накрасился, м? — сказал шутливо Михаэль, от чего получил легкий подзатыльник от Исаги, но Йоичи же видел, как Кайзер краснел, когда увидел его. Йоичи был весь смущенный, но зато счастливый, этот день он не забудет никогда, да и Кайзер тоже. «Никогда не думал, что обычная помада поспособствует нашим отношениям». Они слились в еще один чувственный поцелуй и даже не заметили, как упала та самая косметичка Кунигами, за которой он возвращался с Чигири и Бачирой в ванну, и заодно, чтобы проверить, где там ходит Исаги.