Дом для Дилана

***

      Оказавшись за дверью, тревога окутала руки, заставляя их слегка трястись. Недоверие к Саймону сжимало тисками, и даже его маска доброго старичка не вызывала доверие. Дилан сжал руки в кулаки, заставляя себя успокоиться.       Сам мужчина стоял чуть поодаль от двери. Он заинтересовано рассматривал какую-то картину, висящую на стене и тихо хмыкал.       На самой картине не было ничего сто́ящего, в понимании Дилана. Какие-то кружочки разных цветов, сгруппированные по несколько штук по какому-то признаку. Один из них был без группы, нарисован вдали от всех. Парень не искал в этом глубокий смысл и лишь предполагал, что картина связана с одиночеством.       Вздохнув и собравшись с мыслями, он зашагал к Солусу. Шаги давались слишком тяжело, но в то же время были неконтролируемо быстрыми. Пока он шел, он умудрился досконально рассмотреть свои же ботинки, замызганные землёй, и, по ощущениям, промокшие насквозь. —Мистер Солус, – мужчина не оторвал свой взгляд от картины и лишь коротко кивнул. – Линда сказала, что вы что-то хотели мне сказать и.... Предложить?...       Брови Дилана вопросительно изогнулись. Выдержав молчание в пару секунд, ему ответили: —Да, Дилан, – Саймон кивнул, и наконец посмотрел на собеседника. – но для начала, посмотри на эту картину. – Дилан перевел взгляд на ту же самую картинку с кружочками и заметил подпись внизу холста: «Престон, 8 корпус». – ее написал один из наших студентов, внизу его подпись. Действительно одаренный мальчик. – он хмыкнул себе в бороду. – это его первая работа тут, сделанная после переезда в общежитие и поступление в университет.       Наконец, оторвав взгляд от картины, он полностью повернулся к Дилану. Он положил руку ему на плечо и повел к скамейке, стоящей возле входа в мед. кабинет. Дилан, по инерции, попытался уйти от неприятного прикосновения, но на пол пути остановил себя. —Что же я хочу сказать, – они сели и он посмотрел в даль коридора. – все тут, только приехавшие, были одиноки. И тебе тоже предстоит через это пройти. И, смотря на тебя, я вижу, что тебе и без общения будет хорошо, но знакомиться с людьми надо, Дилан.       Парень слегка изогнул губы и скривил лицо. И ради этого он так долго слушал эти бредни?! По всей видимости, Саймон не обладает должной прямолинейностью.       Сглотнув вязкую слюну, Дилан ответил: —Я все понимаю.       Судя по всему, его глаза не давали солгать, и точно не выглядели понимающими, так как мужчина недовольно хмыкнул и потер бороду.       Он встал и с хотрым прищуром поманил парня за собой по длинному коридору. —Ну хорошо, –Дилан неспеша волочился рядом, разглядывая светлые стены и картины на них. – я долго думал, Дилан... В какой же корпус тебя поселить? Где же будет комфортно и удобно тринадцатилетнему мальчику?... —Мне почти четырнадцать... – не задумываясь промямлил себе под нос парень. Саймон разразился тихим хохотом: —Знаю-знаю, через неделю, если я не ошибаюсь? – он дождался короткого кивка от собеседника и продолжил свой монолог. – так вот. Я посчитал, что тебе необходимо познакомиться с ребятами из седьмого корпуса. Одного из них ты уже, хоть и не лично, но знаешь, – Дилан поднял бровь. – Чеда. Это именно он тебя принес из леса. Кто знает, что бы было, если бы не он?       В это время они уже шли по улице. Видимо только недавно закончился дождь, асфальтированная дорога была влажной, а с листьев, невероятно красивых, растений падали одинокие капли.       Лавочки и мусорные урны были покрыты водой. На одной из них сидела пара подростков с желтым зонтом, они поздоровались, когда управляющий прошел мимо них. —Вот мы и почти пришли, – он указал на красивое белоснежное здание. – это мужской корпус, а справа от него - женский.       Дилан понимающе кивнул, все ещё не придя в себя после кучи событий, произошедших за один день. А теперь ему предстояло все больше удивляться, рассматривая здания, искусственные прудики и столбы, которые уж точно не выглядели бедно.       Об университете ему было известно. Ещё с пятого класса он планировал поступить сюда, и мечтал, как будет учиться в шикарном здании с хорошими преподавателями и людьми, не слишком приставучими.       Его розовые очки разбились вдребезги после того, как один из преподователей в его, не слишком богатой, школе, указал Дилану на его место в низине и сказал, что он ничего не добьется. Звучит не слишком обнадеживающе, но двенадцатилетнему школьнику без хороших друзей было достаточно сполна, чтобы полностью забить на учебу. А ведь стоило всего один раз "забыть" тетрадь с домашней работой. Хотя, этот мужчина и так неровно дышал к Дилану. Может видел в ребенке "конкурента", а может просто хотел самоутвердиться. Плевать.

***

      Они прошли седую вахтершу и поднялись на третий этаж. Женщина не хотела их пускать, сначала не узнав управляющего. Позже она спохватилась и начала извиняться, но Саймон лишь посмеялся, сказал, что все хорошо и поблагодарил женщину за ее работу. Странный.       Широкий коридор пересекали лестницы на четвертый этаж, а перед ними была дверь из темного дерева, над которой висела табличка, гласящая: «7 корпус».       Саймон снова положил руку ему на плечо. В этот раз Дилан только хмуро покосился на чужую ладонь. —Ты появился в самый разгар учебы, но это даже хорошо, – он посмотрел на Дилана с, присущим только ему, прищуром. – все живущие в этих комнатах уже приехали. Я предупредил ребят о твоём приезде. И я, так же, решил не придумывать байки, –мужчина повел плечом и приподнял уголки губ. – о том, что ты "новый студент" и что тебе "точно восемнадцать лет".       Парень вздохнул. Так будет даже легче. Не придется врать.       "Дома" ему приходилось врать постоянно, лишь бы угодить родителям. Они не умели думать трезво, хах, поэтому всегда были пьяны. Их умы считали, что невысокому, хилому мальчику, которому нет даже четырнадцати лет, продадут алкоголь и сигареты. А если не продавали, что было намного чаще, то ему попадало больше обычного.       Вопросы матери об оценках, как будто ей было до этого дело, ставили в тупик. Дилан ходил в школу раз в неделю и то не на все уроки. Учиться было скучно и откровенно тошнотворно. Он знал свою программу наперед, а безразличность учителей к этому, мягко говоря, раздражала.       Он помотал головой, прогоняя мысли о грозном прошлом, будто они могли так просто уйти.       Саймона рядом не было. Видимо он ушел, рассказав все, что надо было знать мальчику.       Дилан подошёл почти впритык к двери и выдохнул. Что надо было сделать? Постучать, просто зайти? Использовав всю свою этичность, он занес кулак над дверью и постучал три раза. Тук-тук-тук. Три глухих удара разнеслись по коридору, звуча для парня гораздо громче, чем хотелось.       За дверью послышались торопливые шаги. Она со скрипом открылась и в проходе показался рыжий парень. Он мягко улыбался, как Линда и, увидев Дилана, чуть шире приоткрыл дверь. За ним стоял ещё один мальчик, чуть ниже. На нем была желтая полосатая рубашка и штаны на зелёных подтяжках. В его руках был лоток с рассадой и один глиняный горшок. Он с интересом рассматривал Дилана, а потом, видимо узнав по описанию, широко улыбнулся. —Я... Мне... – мальчик замялся, он и так не часто говорил с людьми, а тут... —Ну наконец-то, – рыжий парень заговорил и Дилан от неожиданности совсем чуть-чуть отшатнулся. – ты Дилан, да? А мы тебя ждали! Я Чед. Мистер Солус наверно рассказывал про меня.       Он жестикулировал, всё ещё стоя в проходе, а потом вдруг замолчал. —Ой, прости, ты проходи, – он отошёл от двери впуская Дилана внутрь, неловко почесывая свой затылок.       Мальчик шагнул в комнату. Видимо, это небольшая гостиная, совмещённая с кухней. На деревянном столе, находящемся посреди гостиной, стояла ваза с одним искусственным цветочком, а так же кружка с каким-то напитком и всякие мелочи. Справа и слева от входа были двери. Судя по расположению справа была ванная комната, а слева жилое помещение. У стены так же стоял шкаф с кухонной утварью, на полках лежали разноцветные полотенца, стояли банки, как понял Дилан, с вареньем и ещё чем-то. В помещении было много мелочей, которые Дилан мог рассматривать и описывать часами. Тут было тепло и уютно.       Парень с подтяжками торопливо поставил рассаду на стол. Он с воодушевлением подошёл к Дилану и, отряхнув руки от земли о свои брюки, протянул ладонь. —Я Карл, очень приятно познакомиться, – он застенчиво улыбался и немного покраснел от волнения.       Мальчик кратко пожал ладонь нового знакомого. Лишние прикосновения ему были ни к чему.       В воздухе повисла неловкая тишина, разрезаемая лишь тихим сопение Карла. Двое парней с интересом рассматривали новоприбывшего, иногда странно переглядываясь. Дилану стало не по себе от этих взглядов, которые рассматривали его, как скотину на базаре и он сам оценил свой внешний вид. Чёрное худи промокло и было в земле, листьях и, видимо, мякоти лесных ягод, как и его широкие джинсы. Ладони были в пластырях и в некоторых местах намазаны зелёнкой или чем-то подобным. Всё-таки, лезть в кусты дикой малины было не очень хорошей идеей.       Чед, видимо напрягшийся из-за повисшего напряжения, быстро помотал головой. Его пряди светло-рыжих волос рассыпались по лицу, и он заправил мешающие пряди за уши. —Выглядишь ты, конечно, неважно... – парень приободряюще ухмыльнулся. – ты хочешь есть? Но я бы посоветовал тебе сначала сходить в душ и переодеться... Нам дали твою новую одежду, она лежит в ванной, на полке с полотенцами.       Дилан кивнул, как бы соглашаясь, и спросил: —А где ванна?       Чед указал на правую, от Дилана, дверь. Как он и предполагал. —Ты не волнуйся, чувствуй себя как дома! – Карл снова схватил свой лоточек и пошел к дальней комнате.       От ребят веяло добротой и уютом, чувствовать себя как дома не хотелось. Не хотелось ощущать себя в опасности постоянно, боясь банально поспать. Не хотелось чувствовать голод, который почти постоянно отдавался в животе неловким урчанием. Не хотелось терпеть унизительные взгляды и усмешки, от друзьяшек родителей.       Тут было тепло и комфортно, а не холодно и тревожно. Тут были, разговорчивые и приятные в общении, люди, а не, постоянно пьяные, торчки и балкаши. Бррр. Все тело пробило мурашками от столь детского сравнения.       Чед, неловко усмехнувшись, ушел вслед за Карлом, а Дилан, всё ещё стоя на пороге, снял свои грязные и потрепанные ботинки. Тихой поступью он направился к уборной. В ней было очень даже чисто, насколько это возможно в блоке мужского общежития.       Дверь со скрипом была закрыта на защёлку, а вся грязная одежда аккуратно сложена. Всё-таки, он всё ещё на знает правил этого корпуса. Может, у них не принято кидать слишком грязную одежду в корзину для белья? Плевать, потом расспросит обо всем Чеда.       Дилан залез в душевую и включил горячую воду. Конечности постепенно оттаивали от долгого похода в лес, а грязь приятно смывалась под напором воды. Именно в такие моменты (которые раньше были редкостью, так как настолько сильно он ещё никогда не уставал) в голову залезали неприятные мысли. Они копошились в голове, заставляя работать и без того уставший мозг.       Но поразмышлять надо. Хотя бы чуть-чуть. Эти ребята – Карл и Чед – они единственные в этом блоке? Хотя, эту мысль можно отмести подальше. Он, когда ещё стоял на пороге, разглядел комнату слева. Она была предназначена точно для двух человек, а значит, тут мест всего на шесть студентов. Интересно, с кем его поселят? Пока что вызывает симпатию только Чед, который соблюдал личное пространство Дилана и не прикапывался с лишними вопросами. А вот как на него смотрел Карл... Даже мурашки по коже. Разве можно так восторгаться только новым сожителем? Впрочем, он ещё не знаком со своими другими соседями. Может, кто-то переплюнет Чеда.       Горячая вода стекает по спине, обжигая и слегка отрезвляя от самокопания. Всё же пора выходить, а то подумают, что он утонул.

***