Piltover's Pie

      — ... Семнадцатый «Глок», — друг, работающий на чёрном рынке, протягивает мне пистолет, до боли знакомый по виду. Что по сериалам, что по реальной жизни. — Патронов столько же, лёгкий, хорошо сидит в руке, отдача при стрельбе практически не ощущается. Разберётся даже ребёнок.       У одного из «телохранителей» Нолан на вчерашней стычке был такой: припоминаю по рукояти. Из кобуры многих копов выглядывает такая же — распространённая модель, значит.       — Зарегистрированный? — коротко интересуюсь.       Пилтовер попадает под законодательство штата, которое предписывает отслеживать владельцев каждого ствола по серийному номеру, как водителей и их тачки по автомобильному. Лицензия не нужна, как права на вождение, но если твой «верный друг» засветится в неподходящем месте — это гарантированная решётка на годы.       — Настолько же, насколько я — торговец с лицензией, Вай.       Майло улыбается мне во все «тридцать два» — ну, только если задние зубы у него в целости. После окончания средней школы — сказал «нахер мне эта учёба?» и попал под крыло бывалого вояки, прошедшего Ирак. Тот не захотел забывать дела минувших дней — и занялся торговлей оружием. Нелегально, но для Майло это только в плюс: любит парень пощекотать себе нервишки и прочие приятные места. Даже меня к себе зазывал, сказал, озолочусь — прошло три года, а на нём из нового только цепь (не факт, что не подделка).       — Детям не нужны пистолеты, Майло. Настоящие пистолеты. Другое дело — параноик вроде меня, трясущаяся за свою шкуру.       Направляю пистолет в сторону бетонной стены справа, произвожу пустые выстрелы (безо всякого «пиу-пиу» сопровождения, как в детстве при стрельбе из пальца). Ну да, спусковой крючок отлично поддаётся давлению, ствол сидит в руке прекрасно. Хоть сейчас иди и... защищайся от вооружённых наркодилеров. А что мы знаем про «лучшую защиту»? Шучу-шучу.       — Все мы трясёмся за наши шкуры, подруга, — Майло пытается убедить меня в том, что я не схожу с ума лишь из-за желания приобрести настоящий пистолет. Ещё не вечер, бро, ещё не вечер... — Чем раньше признаем, тем целее будем по итогу. Базовая бдительность не делает нас параноиками.       Умудряется даже немного успокоить. С шумом выдыхаю и слегка улыбаюсь себе («ура, я не поехавшая!»), но чел всё равно возвращает меня в реальность:       — Как ты умудрилась перейти дорогу местным дилерам?       Вопрос, а перешла ли? Допустим, заехала пару раз Нолан по морде, её собандовцы отпинали меня исключительно в рамках «защиты своей» — перейду, если продолжу препирать её к стенке или копать под всю эту сволоту. А я как бы... нацелена на осуществление обоих вариантов. Тем не менее, два ствола, по стволу в руку (как Макс Пэйн), я не осилю, уж извините.       — Не могу сказать, что уже успела, но... Есть причины. Проблема лишь в одном человеке, но, чтобы вступиться за неё, подтянется вся банда. Или... весь картель.       Кажется, что на словах преувеличиваю во всём: и в масштабах этой организации (тем не менее, копов могли и подкупить, чтоб те оставались «слепыми»), и в готовности вступиться за «шестёрку» Нолан. Пустят в расход, если перестанет быть нужной, а знать будет много.       — Ебать, — Майло удивлённо присвистывает. Рада, что хоть для этого ему зубов хватает. — Ну... В таком случае, ствол будет не лишним. Нужна предварительная практика или освоишься по ходу?       Хороший вопрос. Пау-Пау, конечно, разрешала мне пару раз поиграть на компьютере в эту свою «GTA», но представление об использовании оружия это дало мне мало. Как и о правилах дорожного движения — и о корректном взаимодействии с полицией.       — Не помешает, — вскидываю плечами, машинально улыбаюсь, вертя пистолет в руках. Блин, а такой, как мне, точно не полагается лицензия за использование оружия?.. Я ж типа «неблагонадёжная» в глазах руководства школы. — «Пуля — дура, а я — ещё большая дура».       — Кто это сказал?       — Я, только что, — довольно подмигиваю Майло. Мой любимый юморной приёмчик. — Где можно пострелять?       Могу предположить, что в помещении, к которому ведёт дверной проём за спиной у этого «нелегального подопечного». Ну потому что там я ещё не была и из-за угла просматривается характерное зеленоватое свечение — для погружения в боевую атмосферу или типа того.       — По коридору налево и вниз, в подвал, — указывает ровно туда, куда я и посмотрела. Как приятно угадывать что-то с первого раза — жаль, получается редко. — Защитные наушники и очки будут лежать на столе у разграничивающих мешков.       Никуда меня не проводит, возвращается к своему боссу — «ты уже взрослая, подруга, разберёшься сама». Ну и в чём он не прав?       Следую согласно его указаниям — и попадаю в просторное помещение, поделённое на зону для стрельбы и «поле» для стрельбы, в соотношении «один к двум». Мишеней в форме человеческого силуэта — с полтора десятка, ближние из которых превращены в решето с головы до корпуса. Самые дальние, что закономерно — наиболее целёхонькие. Разброс в расстоянии — от трёх до пятнадцати метров; мне как новичку, которая нацелена на самооборону, больше десяти и не нужно. Наверно... Блядь, опять эта спонтанная дрожь в руках! Соберись, Эйтхарт, ментальные яйца в кулак — и пошла палить по целям, которые не выстрелят в ответ! Иначе превратишься в такое же решето, что и ближайшая перед тобой, по ходу реальной пальбы, если вздумала гнуть свою линию дальше.       Берусь за пистолет обеими руками — поднимаю, прикрываю один глаз, прищуриваю второй (прямо как в тире с игрушками, когда была мелким шкетом), фокусируюсь на линии прицела; правый указательный — на спусковом крючке. Цель, как минимум, задеть один из силуэтов в пяти метрах, для затравки... Стоп, а патроны? Так спешила к этому долбанному подвальному стрельбищу — чтобы не спросить про сраный боезапас? Чем теперь заряжать «Глок», плевками? Плюнуть в наглых мудаков я и без пистолета могу, только вооружённые мне потом живот навылет продырявят.       — Охуеть, ну и с чем тренироваться?! — возмущаюсь громче обычного, ибо внешние звуки приглушались наушниками. Идти обратно, ничего не снимая — или всё же снять, чтобы, в случае чего, не выглядеть нелепо перед уважаемым... оружейным бароном, если тот проведает Майло за кассовой стойкой?       — Вот твоя обойма!       Громко сообщают мне, неожиданно кладут боезапас в мою ладонь — благодарно сияя в лице, поворачиваюсь. Кейтлин Кирамман в школьной блузке и юбке держит в руке боезапас от моего пистолета — и свой пистолет, поновее, в другой.       — Класс, спасибо, Кейтлин! — дружелюбно улыбаюсь, заряжаю «Глок», а потом меня прошибает ебучее осознание произошедшего. — КЕЙТЛИН?!       Отпрыгиваю в сторону от неё так резко, что чуть не перекатываюсь через мешки, в сторону изрешеченных силуэтов — а так просто бьюсь спиной о щебень в них или вроде того. Больно, но хотя бы без переломов и вывихов шеи.       — Зачем так громко? — спокойна как удав после транквилизатора. Который и без него безмятежно себе лежал. — Я ведь не призрак.       Такую безмятежную Кейтлин, в таких нестандартных условиях — с оружием в руках — я вижу впервые. Следовательно, больше ставлю на собственные галлюцинации в результате прилетевших по голове ударов.       — Вероятность этого в таком месте — «пятьдесят на пятьдесят», — встаю на ноги, удерживаю равновесие, нервно сглатываю. Я точно не впала в кому или типа того? — Тебя... можно потрогать, чтобы убедиться?       — Можно, — равнодушно пожимает плечами. Держит пистолет в руке непринуждённо, будто сотовый телефон. «Позвонить» таким можно разве что на небеса или в Преисподнюю. — Что хочешь потрогать?       «Грудь», — подсознание даёт одномоментный, однозначный ответ, за который я пинаю себя рукояткой «Глока» в висок, желая оставаться серьёзной. Рукояткой — случайно: планировала запястьем, не рассчитала.       — Плечо, — выпаливаю первое, за что смог зацепиться мой бегающий по ней взгляд. Кейт раздосадовано вздыхает — сделала ставку на более пошлый ответ? Теперь даже неловко казаться порядочной, в следующий раз скажу «грудь».       — Всего-то? Ладно.       Ожидает моей небольшой «проверки», пистолет всё ещё в её руке. Даже когда чувствую твёрдость её костей, ощущаю мягкий, приятный материал безрукавки, башка всё ещё в плену восприятия происходящего как абсолютного бреда на фоне высокой температуры. Камон, мы студентки старшей школы — какие к чёрту незарегистрированные пистолеты и тренировочная площадка в подвале оружейного магазина, торгующего втёмную? Где эта нормальность с «тебе восемнадцать, подумай о своём будущем или станешь кассиршей в Макдаке»?       Ладно, это всё ещё адекватнее предложений рассмотреть вариант совместной жизни в браке, пока тебе не стукнуло двадцать пять.       — Окей, ты вроде настоящая, — неохотно признаю, потому что с галлюцинацией было бы проще: рассказала бы ей о недавнем сне безо всяких последствий и явного осуждения. — Хотя настоящая Кейтлин пошла бы на уроки.       Более того, она сейчас одета «под уроки». Сменила маршрут на полпути, потому что родители попросили зайти в магазин за «девятимиллиметровыми»? Даже не стану искать логику в этом предположении...       — Ты не знаешь меня настолько хорошо, чтобы понимать, хочу я идти в школу или нет, — резко отрезает в ответ, вертит пистолет в своей руке. Честно, я до сих пор не уверена в реальности происходящего; не исключаю, что всё происходящее, начиная с приютившей меня на ночь Мэл является плодом воображения, пока я лежу в отключке в больнице. — Более того, ты не знаешь «настоящую меня», Вайолет.       Святые угодники, знаю ли я вообще хоть что-то? «Как соблазнить красивую би-шку с параллельного класса и позвать её на свидание в кафешку»? Может, тогда мне просто везло, а сейчас это везение кончилось.       — И кто же она, «настоящая ты»?       Профессиональный шпион или военный, если следовать логике теперешнего сумасшествия. Но по итогу выходит попроще (хоть и не менее странно):       — Дочь родителей, бизнесу которых угрожает поглощение со стороным преступного синдиката. И которая намерена этому помешать.       ... Мг-м. А я думала, что из нас двоих с головой перестала дружить я: в Пилтовере орудует влиятельная преступная группировка (тут всё окей, я так и предположила во вчерашней беседе с Мэл), которой хочет вставить палки в колёса дочь городских меценатов. И которая, по сути, спонсирует их, регулярно покупая ксанакс у их дилерского крыла — «пчёлы против мёда», ну да.       — Так мешаешь, что благодаря им попала в ловушку наркотической зависимости?       Обостряю атмосферу между нами осознанно: у меня пистолет, у Кейтлин пистолет. Впрочем, начинаю подозревать, она держит свой не в первый раз, в отличие от меня.       — Это не зависимость, Вай. Я знаю, сколько нужно мне, чтобы сбить свой блядский стресс, — ух-х, надо же, какой агрессивный настрой. Я разозлила Кейт или она изначально пришла сюда злой? — Как бы Мэдди Нолан ни утверждала обратное.       Погодите, чего? Откуда она знает, что мы обсуждали её с этой рыжей сволочью? Лично спросила вчера за покупкой новой упаковки или встретила Нолан по пути сюда?       — Подожди... — решаю спросить прямо. — Ты в курсе, что я с ней встречалась?       — Ого, ты с ней встречалась?       Наигранно ведёт брови вверх; разводит руками, продолжая держать ствол и испытывать моё терпение. На секунду — кажется, что наведёт его на меня. Просто, чтобы посмотреть, как я отреагирую.       — «Встречалась» в смысле «пересекалась», а не «целовалась в кафешке после двойного капучино», — поцелуй с Нолан? Ужас, промойте мне мозг двойной порцией хлорки.       Кстати, несмотря на первое впечатление про «удава на транквилизаторе», не вижу, чтобы Кейтлин на самом деле была, ну... под воздействием чего-то. Стоит твёрдо, равновесие сохраняет, руки не дрожат, глаза не бегают — состояние совсем не расслабленное. Из нас двоих на наркоте как будто я, застывшая и бледная от восприятия текущей информации.       — Да, в курсе. Я пыталась позвать тебя после той стычки, но... Мэл Медарда привлекла твоё внимание раньше, — а-ага, значит, то отдалённое «Вай» мне не послышалось. Кейт последовала за мной, потому что знала, что я натворю хуйни. — Ты нырнула в болото, которое я надеялась распугать в одиночку, привлекла ненужное внимание.       Громко вздыхает, давит себе на веки. Откуда ощущение, что меня вновь отчитывают в ситуации, когда я пыталась сделать лучше? Причём человеку напротив себя. Моя очередная «медвежья услуга»?       — «Шёлковое Мерцание» — вот ребята, которых ты ищешь, — вновь возвращает непроницаемый взгляд на меня. — Преступный синдикат, вобравший в свою структуру бизнесы от заправок и автомоек до казино и отелей. С покровительством со стороны самых верхов в федеральных властях.       ... Ага-а-а. Мг-м-м... Окей. Кажется, что-то я о подобном слышала — советовали кучу фильмов и сериалов на этот счёт (хотя именно с такой завязкой ничего вспомнить не могу). Надо было смотреть их сразу, а не накапливать в списке отложенных как снежный ком. Выгляжу теперь как идиотка, отставшая от медиа-трендов.       — Кейт, я... не смотрела этот сериал. Или фильм, — сокрушительно признаюсь, со всем присущим себе чувством стыда. — Если бросаешься в меня отсылками из него, то я их не понимаю.       На мой честный ответ она злится лишь больше. Стоп... Хотите сказать, речь не шла ни о каком выдуманном сюжете? Вся эта фантастическая жуть про орудующий у нас в городе синдикат — взаправду?       — Это жизнь, Вай. Странная, сраная жизнь. Показать тебе мастер-класс?       Дабы выбить реальность у меня из-под ног лишь больше — наводит пистолет на мишени за моей спиной, не прибегая к снаряжению в виде наушников и очков. Закрывает один глаз, целится несколько секунд; выстрел — уверенное попадание в голову с трёх метров, выстрел — попадание в нижнюю часть плеча с пяти, выстрел — пуля задевает край корпуса в десяти метрах от нас. Уровень не профессионального, но неплохого гражданского стрелка.       — Что скажешь? — вертит пистолет в руке и, повернувшись, с довольной ухмылкой смотрит на меня. Не могу определиться с уровнем внутреннего ахуя, но челюсть моя отвисает капитально.       — Я... Эм-м... Можешь ударить меня?       У меня никогда не было мазохистских наклонностей, но стоит мне засвидетельствовать такую Кейтлин Кирамман перед собой, они по непонятным причинам возникают.       — За что? — недоумённо хмурит брови.       — Не знаю, придумай сама. Мне важно убедиться, что я не сплю.       Спустя секунд пять уже не надеюсь, что «девочка с правильными манерами» выполнит мою просьбу, как вдруг по щеке прилетает такая звонкая оплеуха, будто я вероломно изменила Кейтлин с кем-то. При этом мы ни в коем случае не пара, хочется напомнить!       — За... желание влезать, куда не просят, — неловко заключает (возможно, чувствует себя виноватой: не рассчитала замах, и моя щека теперь цвета шарика на рождественской ёлке). Оказывается, и над поводом не нужно было думать.       — Так и... что это за «какое-то там Мерцание»? — поглаживая место удара с глухим постаныванием от боли, решаю наконец вникнуть в суть дела, реально имеющего место быть.       — Это интернациональная группировка. Мексиканцы, американцы, итальянцы, китайцы, русские — а управляет ими румынский иммигрант по прозвищу «Силко».       «Силко»... А, так вот откуда «шёлк» в названии. Осталось понять, откуда взялось «мерцание». Эффект после принятия их нелегальной дури? Впрочем, интереснее сейчас другое:       — И откуда ты, чёрт возьми, всё это знаешь?       Надеялась выведать всю эту информацию у отца Джейса, а мне взяла и рассказала всё как на духу (как мне казалось) жертва этих гондонов без капли морали. Опять же, почему покупает ксан у них, если так ненавидит и рассчитывает спилить сук, на котором засранцы сидят? Принцип «рукопожатия с ножом за спиной» — или Нолан просто эксплуатирует её слабость, пока Кейт считает иначе?       Похоже, надо будет выяснить самой.       — Пришлось... прокрасться в кабинет родителей, — о-о, классика. Кто-то ворует из бумажников родителей деньги (не я, но таких челов знаю), а кто-то — конфиденциальные документы из выдвижного ящика стола. — Как выяснилось, они уже давно пытаются противиться давлению синдиката. Пишут апелляции к мэру, Конгрессу и даже к президенту о попытках незаконного присвоения их деятельности.       Но ни одна из них не дошла до адресата? Кроме мэра: тоже, вероятно, у этого «Силко» на крючке. Конгресс и Белый Дом — в Вашингтоне, несколько тысяч миль от Пилтовера. Перехват по почте, либо перехват по дороге, если личный человек Кирамманов, либо... столичная бюрократия. Нервную систему посадишь, пока через неё проберёшься. Кстати, о больших городах.       — А что такие важные шишки забыли в городе на западном берегу Штатов? Почему не обосновались, например, во всемирно известном Нью-Йорке? Там Бэтмэн, Человек-Паук, Сорвиголова — другие классные ребята.       Дофига крутые преступники, чуть ли не со всех концов света — и гнездятся здесь, в не самом крупном городе страны и даже не столице штата? Опять же, будь это сериал — назвала бы «сюжетной неувязочкой».       — Они и обосновались. Но в Пилтовере — одна из их ячеек. Главная на северо-западе Соединённых Штатов.       Ага, ну так уже понятнее... Наверно. Почему бы им не охватить вообще весь западный берег, обосновавшись в том же Лос-Анджелесе? Там столько бизнесов можно себе присвоить, не то что у нас, в относительной провинции. Может, у этого «шёлкового румына» зуб конкретно на семейство Кирамман?       — И ты хочешь избавиться от них только здесь? — замечаю очевидный пробел плана Кейт. Великана не убить, лишив его одного безымянного пальца на ноге: поплачет, а потом зарядит от злости остальной ногой тебе под дых. — Возьмут и пришлют кого-нибудь ещё. Из Калифорнии, например.       Хотя, блин, я тут минуту назад удивлялась, как она собралась противостоять в одиночку их «филиалу» в Пилтовере — а теперь спрашиваю, чего это она не метит на большее, для принципиального ущерба их структуре? Переобуваешься на лету, Эйтхарт?       — Хочу начать с малого, а там посмотрим, — отвечает просто и незамысловато. Протягивает мне свободную руку и... улыбается? — Ты со мной?       Очень сложная женщина. Невероятно сложная. Перестаёт разговаривать со мной, когда начинаю переживать за её физическое и душевное состояние; бесится, когда лезу из-за этого под кулаки местных дилеров — а потом, посвятив в свой «героический план», предлагает выступить против блядского синдиката, у которого наш город находится под колпаком. Я уже забыла, как мы с ней познакомились...       ... Ах да, поспорили с Экко на пачку «Мальборо», что я в неё не влюблюсь. Кто ж знал, что стоило спорить на то, что участие в её делишках не загонит меня в могилу?       — Ладно, я в деле, — жму ей руку, давая начало нашему «сотрудничеству во благо закона». Боже, до сих пор не верю, что со мной такое происходит... Надо вот было в это лезть? — Настолько, насколько могу позволить себе, намеренно не подставляясь под выстрелы.       У меня, как говорится, иногда чешутся кулаки, чтобы влезть в какую-нибудь драку — не знаю, что должно зачесаться у меня, чтобы я захотела влезть в уличную перестрелку. Парням будет виднее: они больше любят орать друг на друга под градом пуль.       — Спасибо. Я это ценю, — и снова светлый, сверкающий взгляд, который был на ланче в понедельник. Я точно имею дело с одним и тем же человеком на протяжении всех этих дней? — Ну что, научим тебя стрелять?       Когда мне предлагают подобное с такой улыбкой и воодушевлением... Хочется выдохнуть на фоне того, что эта до чёртиков непонятная девушка сейчас на моей стороне.

***

      Только когда Кейтлин достала из сумки пачку стодолларовых купюр у кассы перед Майло, я вспомнила, что должна была платить за приобретение ствола в несколько сотен баксов — а я сейчас на такой мели, что мне позавидовали бы оказавшиеся на ней корабли. Если бы не моя «богатая подруга», мне бы пришлось устраиваться на трёхмесячную подработку в какую-нибудь автомастерскую — просто чтобы иметь возможность защититься от вооружённого нападения. «Слава Кейтлин Кирамман», в общем.       — Ну и каков план? — догоняю свою «оружейную мамочку» (она ни за что не должна узнать, что я её так называла) на выходе из бара, служившего прикрытием для нелегального магазина. — Продолжать закупать у Нолан ксанакс и невзначай обсуждать её «дилерские будни», дабы нащупать компромат?       Это единственное рациональное предположение, в котором я видела смысл для Кейт иметь дела с этой теневой торгашкой, если, как говорит, «не зависима от препарата».       — Я так поняла, ты хотела ей заняться, Вай? — вдруг переводит стрелки на меня. Так-то оно так, но... положение дел поменялось, разве нет? — Вот и попрошу тебя ей заняться. Поправь с ней отношения, отведи от себя прицел синдиката — сядь ей на хвост, присядь на уши, чем-нибудь заинтересуй...       Я что, Лайт Ягами, чтобы очаровывать и манипулировать людьми, убрав всякую эмоциональную составляющую? Мои попытки в фальшивое дружелюбие с Нолан будут настолько провальными, что я нанесу ей меньший психологический ущерб, если просто начну оказывать на неё давление. Впрочем, не то чтобы она ему поддавалась — да и провоцировать в очередной раз её друзей с улицы не хочется.       — Смеёшься? — фыркаю с издёвкой. — Заинтересовать смогу, только если присяду ей на лицо. Но язык Нолан не достоин того, чтобы оказаться в моей...       Мою резкую мысль прерывает неловкий кашель за нашими спинами.       — Э-кхм... Прошу прощения. Кейтлин, Вайолет?       Напряжённо переглянувшись, медленно оборачиваемся на пару («синдикат УЖЕ послал за нами своих людей?») — перед нами парень примерно одного возраста с нами. Янтарные глаза, каштановые волосы, бледноват, с родинками под правым глазом и над левым уголком рта — в тёмном плаще, из-под которого виднеется белый жилет и красный галстук. Так, а какого хрена мне так принципиальны детали его внешнего вида?       — Ты ещё кто такой? — проявляю своё привычное недружелюбие к незнакомцам. — Откуда знаешь наши имена?       Двигаюсь в его сторону, чтобы поговорить с нарушителем спокойствия лицом к лицу, нос к носу — но меня, перехватив за плечо, останавливает Кейтлин.       — Ты же Виктор? Друг Джейса Талиса, диджей на... той вечеринке.       «Той вечеринке»?.. Стоп, той самой вечеринке?! На которой нам с Кейт включили трек про поцелуй с девушкой и я потом хотела найти, кто устроил нам этот грёбанный стыд?! Отлично, ещё один повод переть на этого хера с горы дальше!       — Он самый, — кивает в ответ, пока я дёргаюсь вперёд, так и не получая разрешение от Кейт на старое-доброе ультранасилие. — Заметил, как вы выходили из одного примечательного места и решил поинтересоваться...       Из бара? Ну нам обоим по восемнадцать — могли сидеть и культурно выпивать как исключительно порядочные женщины. Не то что некоторая пьянь... Погодите, или он про оружейный магазин?       — Вы уверены, что готовы к тому, чтобы окунуться в тёмную сторону Пилтовера с головой?