я - твоя коллега. ты - моя любовь.

Темная ночь, звезды на небе становились все яснее, а луна все ярче и ярче освещала улицы города Москвы. Знаете, какие слухи ходят по всей России? Что москвичи то и дело: транжирят свои многочисленные «бабки» в ЦУМах и в брендовых магазинах. Ведь все столичные, что не из провинции (да кого я обманываю, уже и провинция «бабки» лопатой гребут), при рождении будто должны получать «ачивку»: «Вы столичный человек при бабках!». Но глава студии «Феникс» с доблестью может опровергнуть этот факт. А как часто вы задерживаетесь на работе? А как часто вы ночевали на своем рабочем месте? Думаю, что ваш ответ будет или отрицательный, или такое случалось раза два, а то и три. А короткостриженной брюнетке и создателю «Феникса», можно сказать, приходилось жить, в некоторые периоды, в их офисе на постоянной основе. Их офисом было небольшое помещение, что больше похоже на квартиру. Ну а вот и первое опровержение, что все люди, что работают в Москве, имеют достаточно, чтобы построить небоскреб под офис. Освещало это все безобразие всего два монитора, Лины Килевой и Федора Нечитайло. Федор откинулся на спинку стула, потягиваясь, протянул, при этом нефигово зевая: - Ну и чего, тебе там много осталось? - брюнета удивило выражение лица его напарницы, оно было… испуганным? - Че застыла? Призрака увидела, хахаха! - Да погоди ты со своими шутками, я чет вообще не соображаю, - она осторожно тыкнула пальцем в угол экрана и ждала ответа. - Ой, папку забыла как обозвала? Или ты забы...- протерев глаза, он начал судорожно клацать кнопками мыши, в надежде хоть как-то исправить ситуацию, — Лина, стой. Что делать?! Ты точно не перекинула в другое место? - Федь, если я тебя попросила помочь, как ты думаешь, я знаю ответ на твои вопросы?! Логическое мышление присутствует? - а теперь, давайте проясню. Вы же знаете проблему сохранения в любых программах? Так вот… Нечто такое произошло с одной из сцен ДМО. Ну и как вы поняли, недельная работа стоила одного неосторожного нажатия «мышкой». Кажется, эта ошибка стоила многого. - Стоять, вперед паровоза не бежать, где у тебя дубль-проект?! Ты его вообще сделала? - мужчина пытался скрыть тревожность, которая нарастала все больше и больше. - Бляяяяять… - Девушка легко закрыла голову руками, как будто скрывая свою голову от вот-вот наступающего ветра и урагана. - Твою мать, Килевая! - Килевая? Похоже, что ее начальник сильно зол — по фамилии он называл сотрудников только тогда, когда те натворили то, чего уже не исправить. Знаете, порой это было страшно — страдали, в первую очередь, суммы заработных плат этих людей, во-вторую: моральное состояние (неоднократно просили оплатить «таким» психолога, просьбы были услышаны только подписчиками студии «Феникс», ну а главой студии — в наглую проигнорированы), а в-третью: материальные и физические тела в комнате, в которой находились с момент ругани. Не обошлось и без этих пунктов в этот раз. Со всей злости он кинул рядом стоящую кружку на пол. «Думал, что выпустит так всю злость на ней, вместо меня? Как бы не так, Феденька.» - подумал про себя девушка, все так же находясь глазами в мониторе, а руки придерживали ее голову. Фёдор продолжал что-то кричать, с нецензурной бранью — без. Все это сходилось к одному — какую же необратимую ошибку совершила Килевая. «… Да как так можно было так безответственно подойти к своей работе?...», «… А если это был бы проект покрупнее?...» «...А если, А Если, А ЕСЛИ...». Коллега главного по студии не могла понять, как могло такое произойти? А если, недосмотрела за процессом? А если, не увидела? А если, забыла? А если... Слишком много мыслей и вариантов, до того, что приходили и порой ужасные вещи на ум. Но даже, при всем ее желании, она не могла должным образом оправдать данное поведение своего начальника. На нее, как казалось многим и ей самой, что на нее это правило и этот жест не распространялись. Это был первый раз, когда он назвал ее ТАК, по фамилии. - Да я тебя такими темпами уволю, к чертовой матери! - В глазах Нечитайло промелькнула совершенно незнакомая искра. Хотя, когда Лина вглядывалась в этот бешеный лес темно-карих глаз — не видела и не замечала такого, - Ты знаешь, какую двойную работу придет... - А знаешь что, Фёдор Константинович?! - Девушка уже не выдержала и вскрикнула, ведь продолжать слушать его бессвязную ругань — было пустой тратой времени и, в некотором смысле, нервов. - Что?! - Он очень тяжело дышал, ведь кричал практически без остановки. Что явно не нравилось офису, что находился на этаж выше, и все свое недовольство было выражено в стуке по батареи. Девушка заткнулась сразу же после этих слов. Она совершенно забыла с этим словом «Что?!» то, что так и рвалось ему сказать. Наверное, там было что-то из разряда дапошелтынахуйяувольняюсь, но, этого уже не прозвучит. Она смотрела на него глазами, что налились полным непониманием. Даже, кажется, забыла абсолютно все: слова, аргументы и ругательства. Все словно разлетелось с той самой кружкой. - Ну и?! Почему ты молчишь?! - Федор ударил по столу кулаком, от чего Лина вздрогнула. - Да пошёл ты... - Девушка схватила сумку и куртку, что лежали неподалёку, повернулась головой, - Сам знаешь?! Или, может, дорогу указать? Уже не разбирая, что из всей охапки вещей шапка, а что из этого сумка. Она просто пулей вылетела к лифту, предварительно демонстративно хлопнула дверь перед носом мужчины. Она встала ровной стойкой к стенке, прижимая сумку к груди, Килевая медленно сползла на пол и по разгоряченному лицу потекли не менее обжигающие слезы гнева, стыда. Просто бежали сами собой, без всяких на то предпосылок. Ей было… Больно?! «Лина, это просто бытовая ссора, он все так же тебе начальник, ты все та же сотрудница, и он все так же тебе… любим?». Мысли летали в ее голове с такой скоростью, за которой просто была не в силах угнаться. Сотни домыслов и противоречий метались из стороны в сторону, не находя себе уголка в мозгу Лины. И, казалось, что 40 секунд длились вечностью, звук открывания дверей лифта — сейчас стал самый желанным звуком, на эту минуту. Все произошло слишком быстро, буквально секунда - и ее нет. Нет резкого запаха ее духов, в котором можно вечно искать родные и знакомые нотки, нет ее горящих карих глазах, в которых можно было запросто утонуть, просто всматриваясь в них. Ноги стали ватными, тревога взяла в верх, а мысли спутались в один клубок. Хотелось заорать прямо в закрытую дверь, за которой, как хотелось думать, что там стоит она. Не важно, в каком состоянии, просто важно, что она тут. Рядом. Ему не хотелось терять эту, невероятно близкую, связь между ними. Каждая ссора — переносилась максимально тяжело. Они случались, не сказать, чтобы часто… Хотя чаще всего, это были какие-то незначительные разногласия, что быстро разрешались очередным компромиссом. А именно крупные ссоры, что чаще всего заканчивались небольшим перерывом в общении с нотами полного отсутствия работы с обоих сторон. Никогда не хотелось это вновь чувствовать. Никому. Было ощущение, что это не просто ссора. Он с этой ссорой не просто потерял бесчисленное время, которое мог потратить на работу, он потерял доверие Лины к нему? Уважение Лины к нему? А может… И любовь к нему?! Он, конечно, считал себя слепым по тому фактору, что носил очки, но её еле уловимую любовь — невооруженным глазом было видно. Такую тихую, молчаливую, невинную. Совершенно не похожей на ту, которую принято считать за «истинную любовь». Она не ощущалась прямым лучом, были только еле-еле заметные проплешины в такой строгой и непоколебимой Лине Килевой. Иногда, всем казалось, что кроме чувства «труда», юмора и усталости, она ничего не чувствует и не испытывает. А, как оказалось, чтобы дотянуться до этой самой ее «любви» - нужно было лишь стать тем, к кому она это испытывает. Ему было безумно жаль, что в последнее время у них были достаточно напряженные взаимоотношения. Но, была ли причина в самих Феде и Лине? Из-за бесконечного потока мыслей невольно предательски покатились слезы стыда и горечи. Ноги подкосились и заставили сползти Нечитайло на пол, лицом к двери. Руки завелись над головой, накрыв ее полностью, а голова упала на офисную дверь. Ему так хотелось думать ,что она стоит, прямо там, за этой перегородкой. Что она сейчас зайдет, и посмеется над ним. Что, она, опять, скажет, что, он, милый и смешной. « .. Бей, что есть силы, и будем квиты. ..». Она молнией вылетела из кабины лифта, и пробегая мимо поста охраны кинула что-то на подобии «До свидания», а после скрылась за тонированной дверью с окнами. Где она идет? Вопрос хороший, но даже она сама не могла дать ответ на этот вопрос. «Куда глаза глядят» - немного не подходила, а вот «Куда ноги несут» - вполне. Руки обхватили собственное тело, пытаясь хоть немного успокоить. Рекой лились слезы, словно ее предали, бросили, обидели. «Ну, подумаешь ошиблась! Подумаешь покричал! Подумаешь..» - от этих мыслей губы еще больше задрожали, а ком в горле предательски встал так, что дышать было практически невозможно. Что могло успокоить в таком состоянии девушку? Конечно, в первую очередь, Фёдор, во вторую очередь, наушники и музыка. Она наспех воткнула наушники-«затычки» в свои уши, и включила на полную громкость свою музыку. Первой оказалась песня Сергея Лазарева «You are the only one», которую она добавила по рекомендации мужчины. «Nothin' or no one's gonna keep us apart.» - действительно, ей всегда казалось, что никто и ничего не разлучит их. Хотя-бы их крепкую, и как казалось, нерушимую дружбу. Она всегда думала и верила в то, что ее чувства были в одну сторону. Что Нечитайло не испытывает того же к ней. « .. Thinking of making a showdown when love is found. ..» - наивная, найдут «нашу» любовь? Голову пробивало голосом и битами, а ноги все так же вели её в неизвестном направлении. Спустя буквально пару песен после, она пришла на, довольно плохо, знакомую улицу. Она тут была однажды, но ее сопровождали друзья и Фёдор. Повернув голову на 90 градусов, она увидела небольшую круглосуточную кофейню. Мало вызывающей доверие заведение, но «Хоть вкусную кофеяку попью.» - сказала про себя Килевая и пошла к дверям. Мелком окинув небогатое мебелью помещение, она ловко юркнула к кассе. В ее заказе было строгое и элегантное эспрессо и маленький кусочек чизкейка. Понимая, что ее тушь и простые стрелки были стерты руками вместе со слезами, шатенка уточнила, где находиться туалет и пошла его сторону. Заперев за собой дверь, закатила рукава (а может и даже глаза), предварительно включив воду, начала смывать все безобразие на ее лице. После всех эти манипуляций, подняв голову Килевая оценила результат смывания и сама себе улыбнулась, «Ты все так же красива, как и была». Взяв сумку, направилась в сторону зала. Сев за самый чистый стол, по сравнению с теми, что были возле него, девушка принялась ждать. Лина сняла наушники, потому что музыкальное сопровождение устраивало ее куда больше, чем плейлист, который составил ей Фёдор. Вроде, там играла песня «Лаки Стрэнджер»… Опять Лазарев, забавно. Сразу же после того, как второй наушник оказался в «кэйсе», телефон противно начал вибрировать. Бррр… Брррр… БРРР! Все настойчивее продолжалась вибрация и Килевая перевернула телефон. На экране было написано большими буквами «Входящий голосовой вызов поступил от контакта «Нечитайло».». «Что? Что ему надо? Сказать еще что-то хотел? Хуй вам и нам!» - девушка жадно бросила телефон на край стола, который все равно продолжал настойчиво вибрировать и кнопка «Принять вызов» была немедленно нажата. «Твоя любовь меня доводила, но твоя любовь это так красиво.» Спустя 10 минут сидения в такой позе, ноги и руки, естественно, затекли. Слеза все так же текли по щекам, обжигая каждый раз. И каждая слеза забирала что-то очень важное. «.. Нет мне плохо, просто мучает жажда. ..» - не хотя Нечитайло начал подниматься на ноги, опираясь на дверь. Облокотившись на дверь, Федя просто стал думать: «Что я натворил?». Окинув комнату своим безжизненным взглядом, он остановился на своем мобильнике, что лежал все так же тихо и мирно у монитора. «Исправить прошлое нельзя, но попросить прощения надо.». Стал передвигаться по стене и легкими движениями добралась до телефона. Набор в поисковой строке «Ли» и как только находиться ее контакт, пошли гудки.