Моё дорогое "я" со злым умыслом,

      И они все смотрели друг на друга крайне подозрительными взглядами… Ну, кроме Ичиго, эта сволочь хомячила шоколадку, которую нашла в холодильнике, и вообще не переживала. Конечно, она ведь знает, что они в любом случае «проснутся» в своих кроватях, когда всё мракобесие закончится. — Ну и… Давайте знакомиться что ли… — предложил Махиру, неловко пожав плечами.       Развалившийся в кресле (спасибо, что не разваливающийся) Даби, с его экстравагантной внешностью, определённо наводил на Широту некую долю страха. — Ичиго Хокори, второй год средней школы, причуда — Повелитель… — тут шоколад попал ей не в то горло и мелочь закашлялась. Кенджи подала ей стакан воды. — Кенджи Осаму, первый год старшей школы, «причуд» не имею, только наклонность влипать в неприятности, — покачала головой она, после чего хмыкнула. — Наклонность, давай ты представься, что ли. Сам ведь предложил. — А! Да… Широта Махиру, учусь вместе с Осаму, я… Не так давно стал хозяином вот этого ленивого вампира, — Махиру ткнул пальцем в развалившегося на коленях Кенджи сервампа Лени. — Его зовут Куро.       Ичиго захихикала. То ли от того, как Кенджи назвала Махиру, то ли от того, как представили Куро. — Твоя очередь, — она ткнула в мою сторону шоколадкой, жёлтый глаз блеснул за линзой монокля. — Или мне самому тебя представить, а?

***

      Разумеется, «пустое» кресло, что стояло дальше всех и «не отсвечивало», мне не ответило. Все присутствующие посмотрели на меня как на идиотку. Пардон, идиота. — Лови, — я отломила кусок шоколадки и кинула в сторону «пустоты».       Разумеется, позволить еде упасть, она не могла, а потому проявила себя и схватила шоколадку. А потом уставилась на меня очень недовольным красным глазом. Правым, потому что левого у неё не было так же, как у меня. — Ты злюка, — резюмировала уБожество, а я только фыркнула. — А… Эм… А никому не кажется, что она похожа на Куро? — через какое-то время выдал Махиру. — Если кажется, креститься надо, — парировала «обидевшаяся» хтонь (не, ну а как её ещё назвать?). — Мне просто курточка приглянулась, вот и скопировала.       Снова повисло молчание. Уверена, она мысленно ругается, что не может придумать, как ещё растянуть текст. — Ну так ты представляться будешь, не? — снова напомнила о себе я, доедая шоколад и сминая упаковку.       В ответ мне была аналогичная сцена, разве что без фантика и слов. — Понял, — я вздохнула, откидываясь на спинку кресла и кидая фантик в сидящую в противоположном кресле хтонь. — Эту хтонь я называю уБожеством. Точнее, это «улыбающееся Божество», мелкий божок из мира, откуда мы с ним пришли, — я кивнула на Даби. Кстати, он ж так и не представился. Сидит себе такой, загадочный, голубое пламя между пальцами гоняет. — Ну, как минимум, это я понял из её трёпа. У меня есть практически абсолютная уверенность, что она нас сюда и закинула, особенно если учесть, какой контингент собрался в этой комнате.       Даби фыркнул. Кенджи многозначительно вздохнула, механически расчёсывая волосы Куро пальцами. Не понял, они там без меня что, уже каноничной парочкой стали или это я что-то не понимаю?! Я свою девочку ещё никому не определяла! Отставить самоуправство!       Я прокашлялась. Мои мысленные вопли, кажется, немного затянулись, потому что все на меня уставились в ожидании продолжения. — Короче, давай, говори нам, что ты от нас хочешь, мы сделаем и свалим отсюда, — подытожила свою речь я, старательно мысленно сигнализируя уБожеству, чтобы она не придумывала ни каких сложных испытаний и как можно быстрее отпустила нас домой.       Она сделала вид, что задумалась. Мне хотелось ещё чем-то в неё бросить, но у меня ничего под рукой не было, а костыль было жалко. Ну не носками же в неё кидаться! — Не знаю, я не придумала, — пожала плечами уБожество, продолжая висеть в паре сантиметров от сидушки кресла. Вот же, хтонь летающая… — Ла-адно, я уже вижу этот взгляд, готовый меня убить, — она рассмеялась. — Просто проведите этот Новый год вместе и всё. — Ты серьёзно? — спросила Кенджи, глядя прямо в глаз уБожества. — Скажи спасибо, что я вам ребят из Андертейла не подкинула, — заносчиво пригрозила та. — Хотя мне очень хотелось. Я, как раз, накануне засматривалась видосами по этому фандому.       Мне захотелось пробить себе лицо фейспалмом. Так, чтобы мозги вылетели и я больше не могла понимать всю бредятину происходящего. Кажется, у Кенджи появились такие же мысли, вот только она просто уронила голову лбом на ладонь.

***

      Хотелось постучать головой об стену.       Ситуация была настолько странная, что я даже не могла бы толком описать её так, чтобы это не повлекло за собой вопрос «чего блять?!». Мы с Куро и Махиру застряли в коттедже, в Новый год, в компании двух «слегка» покалеченных парней и бога из их мира. А за окнами лес и бушует метель, так что мы даже до других островков цивилизации этого мира добраться не сможем. Так мало того, это ещё и не мир этих ребят, а значит никто из нас не имеет представления о том, с чем мы можем столкнуться! Ещё и это «уБожество» ни чем помогать не собирается. — Ладно, раз уж мы не можем сейчас выбраться отсюда, давайте сделаем как это… Божество хочет. — Предлагаешь отпраздновать Новый год? — повернулся ко мне Махиру. — У тебя есть ещё варианты?       В конечном итоге, нам ничего другого не оставалось. Даби и Куро отправились на поиски ёлки, потому что Даби (это точно было не его настоящее имя, я была уверена. И оно казалось каким-то знакомым), как он сказал, не чувствовал холода, а Куро отправили, потому что у него были когти, ведь топора в доме почему-то не нашлось. Махиру и Божество оставили в гостиной, украшать всё гирляндами и мишурой. Мы же с Ичиго, который почему-то принципиально не хотел больше ни с кем оставаться, отправились готовить праздничный ужин. — Надо было отправить Махиру готовить, — вздохнула я, доставая овощи. — Он явно готовит получше, чем я. — Но я терпеть не могу украшать всё к Новому году, у меня вкуса нет, так что из двух зол выбираем меньшее, — пожал плечами парень, вынимая из морозилки курицу. — К тому же, я знаю, что уБожество точно не согласилась бы готовить.       Он фыркнул, так, будто очень хорошо пошутил, но, поймав мой скептический взгляд, нахмурился. — Я в курсе, что не смешно получилось.       Мальчишка был забавным. Типа, не в смысле что он как-то классно шутил или сам вёл себя как клоун. Нет, он просто казался… Не знаю как описать. Это было ощущение, будто я вернулась в детство, то самое, о котором постоянно настольгируют, то самое, где трава была зеленее, а всё было словно под охристо-жёлтым фильтром.       Ичиго терпеть не мог готовку, как он и сказал, но в процессе обнаружилось, что терпеть он не мог её в основном потому, что ему практически никогда не приходилось готовить для себя, важных для него людей или хотя бы интересные блюда. Он делился своей жизнью так просто и непосредственно, рассказывая о своих двух жизнях одновременно. Отшучивался, когда я сочувствовала, матерился на «родных и близких» без зазрения совести, называя это своей маленькой местью и правом, полученным за все унижения. — Я сейчас скажу что-то очень опасное, прям на грани, — вдруг после непродолжительного молчания сказал Ичиго. — Я слушаю. — Ты ведь тоже живёшь свою вторую жизнь? — он наклонил голову к левому плечу, стало видно кусочек марлевого квадрата под бинтами. — Да, — осторожно ответила я. — Я так и думал, — он солнечно улыбнулся, возвращаясь к красивому выкладыванию сыра и колбасы на тарелках. — Потому что в оригинальном сюжете «Сервампа» ни какая Осаму Кенджи не упоминалась. Как не упоминался Хокори Ичиго в сюжете «Моей геройской академии».       И тут меня осенило. — Это же тот самый Даби! — я развернулась к нему всем корпусом. — Тот, который Тойя Тодороки! — Ага.       Мы синхронно улыбнулись. Ичиго всё ещё лучился счастьем. — Ты даже себе представить себе не можешь, как я счастлив встретить двух своих крашей разом, — заговорщеским шёпотом сообщил он мне, наклоняясь поближе. — Меня переполняет эйфория от одних только мыслей, что и Куро и Даби находятся вот буквально здесь и сейчас и я могу с ними поговорить, прикоснуться к ним… Они живее всех живых, и это… Это…       Он определённо был фанатом. Даже чутка свихнувшимся фанатом, потому что ему пришлось прекратить выкладывать сыр и походить по кухне, прижимая ладони к щекам и тихо попискивая от переполняющего его счастья. — Ты даже представить не можешь, как я счастлив! — ещё раз выдал он, после чего прижался ко мне с объятьями. Я в этот момент замешивала салат, а потому не имела возможности ответить на обнимашки, но ему это, кажется, не требовалось. — Я счастлив и тебя встретить. Такая же попаданка! Я даже не злюсь на уБожество.       Он отлип от меня и сделал ещё два обхода вокруг стола, после чего всё же продолжил раскладывать сыр, так как с колбасой уже закончил. — Я так много хочу тебе рассказать, но у меня запутались мысли, — с досадой в голосе через ещё какое-то время оповестил меня Ичиго. — Капец, если ещё случится встретиться, мне придётся заранее речь писать!       Я хихикнула, вынимая курицу из духовки.