Сказочка про монстрика

— Здравствуй, деточка, садись на стульчик. Хочешь, я расскажу тебе сказочку про тентаклиевого монстрика? Это не страшная сказочка, не дергайся. — А зачем вы мне привязали руки и ноги? — Чтобы ты случайно не поранилась, пока слушаешь. Сиди ровненько и не своди коленочки, тогда получишь подарочки. Так вот. На одном маленьком островочке, среди теплого морюшка, в темненькой пещерке жил тентаклиевый монстрик. Жил он в своей пещерке, никого не трогал, разве что русалочку поймает или дельфина какого. Не для еды, для поебушечек. Поймает он, бывало, русалочку, найдет у нее в чешуе дырочку и давай своими тентакликами в нее тыкать. Трется-трется, пихает-пихает, пока не обкончается. Обрюхатит русалочку и отпускает с миром. Это же очень добрый монстрик, хорошенький. — Бабушка, а зачем вы мне трусики разрезали? Как я домой пойду? — Ты сперва выберись отсюда. Шустрая какая. Еще не начинали, а она уже домой собралась. Не сбивай с мысли. Так вот, плавала я когда-то на кораблике и потерпел он кораблекрушеньице. Разбился о камни на маленькие кусочечки. Чтоб того лоцмана кит выебал, заразу! Обещал, что проскочим и не проскочили. — Бабушка, а что это меня через дырки в сиденье щекочет? — Это котик, шалун, все под стульями шастает, трется о всех. Так вот разбился наш корабличек, и выкинуло нас на бережочек. А островочек оказался маленький, три пальмочки и та самая пещерочка. Не знали мы о монстрике, пошли ночевать в пещерочку, растянулись на песочке, глазки закрыли, просыпаемся, нет нашего кока. Пропал кок. Обошли мы весь островочек, в рот каждому крабику заглянули, нет нигде кока. Вернулись в пещерочку, а он на песочке валяется, почти неживехонек. Стонет так тихонечко и в темноту пальцем тычет, а из самого течет что-то белое. И спереди, и сзади. Пока мы думали-гадали, кок наш богу душеньку отдал. — Бабушка, вы говорили, что это не страшная сказочка! И кто в меня снизу пальцами тычет? Отпустите меня, бабушка! — Так рано тебе еще идти, деточка. Пальчики — это только начало. Слушай дальше. Легли мы спать следующей ноченькой, да не просто так, а ремнями связались. Чтобы, если одного потащут, другие удержали. Просыпаемся утром, а плотника нашего нет. Расстегнулся ремень, или он сам расстегнул, да только не важно это совершенно. Важно, что его и искать не пришлось. Выполз он из темноты, упал на песочек, а из самого течет белое и сзади, и спереди. Побулькал и затих. Пришлось похоронить и плотника. Вот такие делишечки. — Бабушка, меня кто-то снизу ебет. И в зад ебет и в перед. — Больно ебет? — Нет, приятно. — Так и сиди, не дергайся, слушай, не перебивай. Ночь за ночью забирал монстрик по одному матросику. Скоро осталась одна я. Страшненько мне было думать, что приходит мой последний часик. Бросилась я в водичку, но волнушки вынесли меня обратно, залезла на пальмочку, но поднялся сильный ветрик и скинул меня оттуда. Не хотела я идти в пещерочку, тогда монстрик сам вышел ко мне. Такая тварь огромная, как трехэтажный дом и вся тентаклями шевелится в мою ногу толщиной! — Не сбивайтесь, бабушка, вы меня пугаете, ох. — Туго тебе, деточка? — Очень туго, будто кулаком ебут. — Только одним? — Одним. — Тогда слушай дальше. Поймал меня монстрик, скрутил своими тентакликами, стал так и эдак вертеть, дырочки искать, а я возьми, да начни ему отсасывать. Удивился монстрик, успокоился, щупальца подсовывает, одним за другим кончает мне прямо в желудочек. Накормил до блевоты и еще два раза так же. — Ох, бабушка, подожди немного, не до тебя сейчас. — Ты в полушка слушай, я доскажу. Надоело монстрику меня в ротик ебать, нашел он и другие дырочки. Нашел и давай щупальца свои пихать, меня растягивать, да внутрь кончать. — А-а-а! — Вот такой живот мне накачал, прям как у тебя сейчас. — Ох, ой не могу больше! — Терпи, деточка, скоро он наиграется. Так вот трахал меня монстрик до самой зари, а как солнышко над горизонтом показалось, бросил на бережочке и сбежал в свою пещерочку. До самой ночи из меня текла его спермочка, а с темнотой он опять вылез, зараза ебучая. — Ай-ай-ай, ой-й-й-й-й, ик. — Так и повелось у нас. Днем отдыхаем, ночью ебемся. Долго это продолжалось, раздолбил он меня, что дятел трухлявый дуб. Вот такие дырищи, так и смотри, кишки выпадут, но повезло мне. Плыл мимо острова корабличек, капитан увидел меня на бережочке, послал лодочку и забрал домой. — Ба-ба-ба-бу-бу-бу-шка-а-а, скажи ему, что хва-ва-ва-тит. — Теперь пока не обкончается, не отстанет, потерпи еще маленько. Так вот, забрал меня тот кораблик на большую землю, поселилась я в маленьком городочке на тихонькой улочке, стала платьишки шить, да штанишки перешивать, денежку зарабатывать. Все бы хорошо, да животик мой рос и рос. Мужчина ко мне отродясь не подходил, а живот растет. Думала помру скоро. Нет, не померла, а родила нового монстрика. Такого милого, цветом, как песок. Долго он ебался со мною, а теперь я стала стара, не гожусь больше. — Я рожу монстра?! — А чего ты переполошилась? Они маленькие такие ласковые и игривые, в пизденке живут, изнутри развлекают. А как подрастают, вот тогда наружу и выходят. Ты, деточка, кричи, не стесняйся, когда кончаешь, тут никто не услышит. А монстрику это нравится. Любит он, когда на его щупальцах кричат. — Ой, бабушка, кажется все. — Ты же моя цыпочка, ты же моя конфеточка, на тебе новые трусики и платьишко самое красивое. Если с первого раза не понесешь, еще приходи и подруг приводи. Расскажу и им свою сказочку. Добрую-предобрую. Думаете девушка больше не пришла? Ага, как же. Сама сколько раз приходила и подруг привела. А потом родила себе собственного монстрика и жила с ним долго и счастливо. Сказочки конец, кто не кончил — огурец… вам в помощь. А я пойду, меня тоже монстрик заждался. Хихи.