Желание

Не в силах отвести взгляд, Ин-Хо пожирал взглядом человека, которого так ждал, словно послушный пёс три чёртовых года. Тогда, когда он уже направлялся в самолёт, что-то внутри рухнуло, отдавая ноющим чувством в груди. Однако, Ки-Хун передумал, полный решимости всё исправить. Искра загорелась в его глазах спустя долгое время, как и искра в глазах ведущего, наблюдавшего за ним. С уходом Ки-Хуна его мир снова стал неинтересным и лишившимся краски. Долгое время отрицая это, он упустил момент, когда смог бы схватить его мертвой хваткой. Причины своих разнообразных чувств, Ин-Хо не знал. Вот только он не нуждался в ответе, ведь единственное, что его сейчас могло заинтересовать, так это присутствие человека, который пробудил эти чувства в нем. Плевать было и на эти игры, которые пробуждали в нем азарт. Вкусив сладость неизвестных и погасших ранее чувств, Ин-Хо больше не мог отказаться и забыть о них. Он хотел большего, становясь жадным. Словно не прирученый жеребец, он ловил себя на мысли, что хотел быть укрощенным им. Много часов и алкоголя было потрачено, прежде чем он наконец принял всё то, что отрицал все годы. Смотря на большой экран в темной комнате, он также смирился, хоть и это далось ему с большим трудом. Конечно же, ведущий хотел просто похитить его, связать, запереть и наконец, притянув к себе, больше не отпустить. Однако, ломать его он не хотел ещё больше, зная, что таким способом он не заполучит Его себе. Так, он заполучит лишь пустую оболочку. И вот, Сон Ки-Хун появился на новых играх, а ведущий внимательно следил за ним, с первого его появления. Не сказать, что он хоть на секунду переставал за ним следить за все эти три года, но сейчас он особенно заострил своё внимание на нем. Ин-Хо уже отдал приказ о том, чтобы 456-го не трогали, позаботившись, что он точно не умрет. А дальше… Дальше о нем позаботиться сам Ин-Хо. *** Завоевать доверие Сон Ки-Хуна оказалось легко, явно не то, что ожидал ведущий. Конечно, ему с трудом далось завоевать очень близкое расположение, но весь труд окупился сполна. Ки-Хун вышел в мужской туалет, а 001 в свою очередь последовал за ним. Перед тем как зайти следом, он приказал никого не пускать, ожидая, что именно сейчас подходящий момент для «них». Захлопнул за собой дверь, Ин-Хо вскользь просмотрел низ кабинок и уловив движения, пошел к самой крайней кабинке. — Ки-Хун. — он тихо подошёл к двери, вслушиваясь в каждый шорох. — Ён Иль? — растерянный голос послышался из кабинки. — Что-то случилось? — Откроешь дверь? — понимая, что все приготовления завершены, 001 обращался к нему уверенно, уже зная, что там происходит и что утаивал 456 от него. — Я сейчас занят… — он попытался отмахнуться, но внезапно дверь резко распахнулась. Ки-Хун попытался скрыть свой стояк и руки, одновременно попытавшись всё вытереть. Ин-Хо замер, наслаждаясь зрелищем, но быстро пришел в себя и шагнув к нему, он захлопнул за собой дверь. Резким движением, ведущий сократил расстояние между ними и впился своими губами в чужие. В отличие от их первого поцелуя прошлой ночью, который прошел столь невинно и нежно, как и желал Ки-Хун, в этот раз они целовались грубо, чуть ли не по зверски. Нависая над 456, он безжалостно искусывал его губы, хоть и не до крови, но до того, что они опухли. Раз за разом, он надавливал на подбородок большим пальцем, дабы он разомкнул свои губы, или же пускал свои пальцы в жёсткие волосы. Ки-Хун, попытался перевести поцелуй в более нежный, но Ин-Хо пресекал все его попытки, жадно впиваясь раз за разом. Воздух уже заканчивался у обоих, но ведущему даже нравилось это жгучее чувство в груди, да и отстраняться он не хотел, наконец-то добившись своего. Не наброситься на него ещё прошлой ночью, далось ему тяжело, как и сдержаться от более грубого поцелуя. Теперь он дал волю своим действиям, то целуя, то кусая, оставляя смазанные засосы. В итоге он был насильно оттянут за шкирку, словно подросток. Разлучаться с объектом вожделения он не хотел ни на секунду, но увидев насколько потрёпанным он выглядел, Ин-Хо позволил ему немного передышки. Ки-Хун, определенно хотел что-то сказать, вот только, так и не осмелился сказать ни слова. Понимал, что разрушит настолько приятный для них обоих момент. Он и не понял, когда успел почувствовать столь странные чувства к 001, однако долго не смог сдерживаться, чувствуя его обжигающие взгляды и до нелепого случайные прикосновения. Сейчас это уже было неважно. Сейчас только они вдвоём, в последней кабинке мужского туалета, наплевав на смертельные игры. Важно ли это, если Ин-Хо в любом случае не позволит ему умереть, но узнает он это потом, а сейчас… Сейчас ведущему снесет крышу. Снова заметив стояк, он не задумываясь садиться на колени, ощущая холодный и грязный пол. Сейчас это совсем неважно. Сейчас важны лишь Ки-Хун и Ин-Хо, который, игнорируя боль в горле, полностью вбирает чужой член, лишь бы услышать грязные и громкие стоны другого. Чувствуя, как его насильно оттягивают за волосы, он заводиться ещё больше, двигая головой усерднее, пока не почувствует, что его мужчина кончил. И пока номер 456 думает, что на этом всё, ведущий садиться ему на колени, усмехаясь, насколько быстро он устал, хотя для них всё пока только начинается. И пусть солдаты снаружи начнут нервничать, и пусть во время подъема их не застанут, и пусть их потеряют. Однако солдаты так и не зайдут в мужской туалет, зная, что за это точно получат пулю в голову, а поэтому будут охранять самого первого и самого последнего, пока те не натрахаются в последней кабинке, на холодном унитазе, чувствуя жар друг друга. — Ты никогда не спал с мужчиной? — прошептал на ухо Ки-Хуну, Ин-Хо, лишь ради того, чтобы усилить напряжение между ними. — Нет… — он всё ещё не мог отдышаться, но уверенно и крепко держал своего возлюбленного за талию, легонько прижимая к себе. Удовлетворённо улыбнувшись, ведущий не пожалел, решив подготовиться заранее. Хотя, скорее зря, ведь результата от растягивания почти не осталось. Однако… Плевать он хотел на это, даже ухмыльнулся, ожидая приятную тупую боль от ебли с его мужчиной, избавляясь от мешающей одежды. Схватив член Ки-Хуна, ведущий услышал его вздох, улыбнувшись и снова впившись в сухие губы. Облизнув их и продолжив поцелуй, он одновременно пытался насадиться на его член. 456 заметил это и сразу резко приподнял его за бедра, продолжая попытки перевести жёсткий поцелуй на более нежный, что ему и удается, воспользовавшись моментом растерянности Ин-Хо. Он даже сначала не поверил, увидев растерянность у того, кто даже наблюдая за смертями оставался спокойным и равнодушным, пытаясь это скрыть. Усадив 001 на свои колени, Ки-Хун, стал медленно ему надрачивать, что тому не понравилось, ведь он настаивал на жёсткости, боли и резкости. Несмотря на нетерпеливость возлюбленного, 456 попытался перевести его внимание на поцелуй, нехотя прикусив чужую губу, что у него успешно получилось. Ведущий решил сдаться, позволив ему дразнить его, взамен истязая его губы, шею и уши. Придерживая мужчину за бедро, Ки-Хун медленно проводил по его члену, заставляя его чувствовать медленное нарастающее удовольствие, дразня и иногда давая ему надежду, начиная размашисто двигать рукой, но в итоге возвращаясь в прежний темп. Всё это было похоже скорее на борьбу между сладкой нежностью Ки-Хуна и горькой страстью Ин-Хо. Комнату заполнили громкие стоны, грязные вздохи и шорохи с хлопаньем. Иногда проносились имена, сказанные с мольбой или с напористостью. Пока Ки-Хун искусно ублажал возлюбленного, Ин-Хо пытался скрыть свои стоны в ласках и укусах, но иногда ему это не удавалось, от чего он издавал резкий стон, от которого 456 возбуждался ещё сильнее. Когда казалось, что 001 наконец кончит от столь долгих ласк, Ки-Хун резко прекратил дрочить ему, заставив его чуть ли не умолять, однако этого не произошло, ведь ведущий просто укусил его, сохраняя спокойствие. Он решил переключиться на растягивание, собрав смазку в пальцах. Конечно, опыта у него совсем не было, и всё же Ки-Хун пытался сделать всё правильно, что немного злило его возлюбленного, который ожидал и неизвестно сколько раз представлял, как тот его грубо трахает, вжимая в постель, или в стенку. Столько раз представлял абсурдные сценарии, осознавая насколько извращённые все они, и всё же желая этого. Вместо этого, он сейчас чуть ли не плавится от нежных и невесомых прикосновений любимого. Ему это не нравилось, ведь он хотел ебли, а сейчас ощущение, что Ки-Хун просто издевается над ним, таким способом, о котором ведущий и не догадывался до сих пор. — Блядь… Ки-Хун… — слова смешанные со стонами направлялись в уже невероятно красное ухо. — Просто трахни меня. Настолько прямо и настолько бесстыдно были сказаны эти слова, что 456 даже замер. Однако быстро пришел в себя, почувствовав очередной укус 001. Подумав, что уже достаточно, Ки-Хун вытащил три пальца и медленно стал насаживать возлюбленного на свой член, что тому явно не понравилось. Резким движением, он полностью насадился на него, протяжно и глухо простонав. Он услышал громкий стон 456 и удовлетворённо улыбнулся. Он уже хотел было продолжить резко двигаться, но его снова подхватили руки Ки-Хуна, крепко держа его за бедра. Игрок начал медленно и нежно опускать и поднимать его таз, заставив ведущего, снова укусить себя. С каждой секундой Ин-Хо сгорал от желания, чтобы его наконец грубо выебали, прижимая к холодной стенке туалета. Чтобы Ки-Хун наконец схватил того за талию и грубо вдалбивался в него, словно они животные. И наконец, не обращая внимания на мольбы остановиться, всё продолжал его ебать. Из мыслей, он оказался выдернут горячей рукой 456, который осторожно приподнял его подбородок, заставляя посмотреть на него. — *Блядь… Да он даже не может просто приказать посмотреть на него…* — в груди, словно уже зарождалось полнейшее разочарование, однако Ин-Хо всё же был доволен, ведь сейчас он наконец рядом с ним. Ведущий почувствовал на своих губах горячее дыхание, прежде чем ощутил нежное прикосновение чужих губ к ним. Наконец сдавшись, он позволил своему мужчине нежно насаживать того, на свой член. Также медленно ублажая его спереди одной рукой, и наконец со всей сладкой любовью, целовать его в губы, позволяя ему иногда грубо укусить себя, или оставить фиолетовый засос. Ки-Хун давно уже плавился он желания, просто выебать возлюбленного как ему хочется, но просто не мог позвонить себе причинить ему боль, даже ту, которую он желал. Постепенно, они оба подходили к концу, но в итоге Ин-Хо просто не сдержался, грубо насладившись на член, от чего одновременно кончили оба. Ведущий лег на игрока, дрожа от удовольствия, уверенный в том, что сейчас точно не устоит на ногах, но тот лишь покрепче обнял другого за талию, нежно целуя Ин-Хо в шею.