Весело-весело...

Семен… Семен, конечно, старался. Старался. Он прекрасно понимал, что теперь должен оправдать доверие, но глаза у него тут же стали отчаянно разбегаться! — Блюдца чай неделю как нет, — ещё больше отвлекала Яга, — но вот кто к моей избе подойти осмелился — того не знаю… — Ну так это… Я когда Зайца зову поиграть в салки, мы ж в увлечении можем и туда… А потом как схватимся за уши!.. — Ужас, в лесу даже ступить нельзя… — пожаловался Заяц, себе под нос. — Я, порой, заглядываю, чтобы убедиться, не моешь ли ты очередного Ивана, — признался Кощей, рассеянно. — И не пытаешься ли запихнуть какую-нибудь Алёнушку в печь, — Леший строго прищурился. — А я бы и рад посмотреть, не наловила ли ты ёжиков для своих настоек, но… Не пролезаю в дверь, — признался медведь, вызвав ехидный смешок Яги, до того, кажется, собиравшейся превратить в ежей и лягушек всех нарушителей спокойствия по очереди. Семен помотал головой. В таком гомоне сосредоточиться очень сложно! Но в Академии его уже точно научили, что пролезть, при желании, можно куда угодно. Ну кроме самой Академии, конечно! Значит, Медведь... Хотя он правда очень большой, даже в кабинет к Киберу не влез. А ещё, когда вдруг наступила тишина, Семён осознал другую вещь. — Но ведь использовать блюдечко — это же хитрость и уловка… — медленно произнёс он, оглядывая подозреваемых. — Вот Медведю хватило бы сил самому унести Деда Мороза, да? — по крайней мере, он выглядел именно настолько сильным! — А Кощей и сам колдует… Кажется. — Уже три года как не колдует… Если, конечно, не без лицензии, — Леший смерил Кощея недоверчивым взглядом. Что такое «лицензия», Семён не знал, но решил, что это что-то вроде волшебной палочки. А такой у Кощея он не заметил. — Ну… То есть, он не мог украсть Деда Мороза, как невест? — всё-таки уточнил Семён. — Если бы очень захотел, — откликнулся Кощей как-то слишком гордо, — то смог бы. Во всяком случае, не полез бы ни за какими тарелками. Тем более, в моих руках все яблоки обращаются прахом… Несчастная особенность. Семёну, конечно, было немножко жалко… Но надо было продолжать дело, потому что разозлить Ярослава было очень страшно, а не найти Деда Мороза — ещё страшнее! — Но тогда, раз Кощей и сам может, а Медведь не пролезает, остаются только другие звери, — на которых тут же и был переведён взгляд. Бабу-Ягу Семён сейчас не подозревал, сам не знал, почему. Только вспоминал что-то смутное про уроки логики. — Не мой почерк! — нахохлилась Лиса. Только теперь Семён заметил, что она почему-то на голову выше Волка. — Мне проще бабусю заболтать, да из кармана у неё блюдце вытянуть, чем из дому, коль уж оно мне надо! — Вытянешь, как же! Тебе и в проруби лапки мочить жалко, не то что от бабушки по ним получить! — Яга скрипуче захихикала. Волк тоже возмутился. — А что же я, слабый, что ли? Может, я медведю и не ровня, но этого, с мешком-то уж, небось, унёс бы! Заяц же вообще весь перекосился. — Зато у меня самое реальное желание, и ради него совсем и не нужно деда мороза похищать, он и так все исполнит! Теперь разозлилась и Снегурочка. — Но ведь и от похищения Дедушка сговорчивее не станет, кто это вообще так решил?! — Голова у меня, конечно, снежная, но, думаю, уж раз кто-то на такое решился, то только ради желания, которое по доброй воле дедушка никогда не исполнит… — задумчиво протянул Снеговик. — Или ради чего-то не особо и волшебного, — Леший подозрительно покосился на Кощея, а после скользнул быстрым, будто смущённым взглядом по Снегурочке. — В этом смысла нет, — отмахнулся Кощей. — Ради такой цели, я бы похитил саму невесту, и вы бы меня долго не увидели… — Нельзя! — уж что-что, но обижать Снегурочку Семён позволить не мог. — Не бойся, Сема, — мягко сказала Снегурочка, — если меня кто-то возьмётся похищать, тот будет заморожен тут же. — Но Деда Мороза же смогли украсть! — Ты прав. И правда… Чтобы это сделать, нужно было придумать хитрость. И не только с тарелочкой. Семен задумался. — Это как в мультфильме, да? Когда Ворона обманула… Семен ещё больше забеспокоился о Зайце, хотя по нему было что-то не похоже, что у него есть зайчата. Но, может быть, они у него дома! — Около того… — Леший медленно обернулся к Волку. Волк отшатнулся, заставив отпрыгнуть и Зайца. — Не знаю я никакую Ворону, и я… Не этот вот!.. Но тут… Странно, Семён не заметил этого раньше, но теперь ясно видел: Ярослав вернулся. И хотя он был все ещё хмурый, но Семёну показалось, что он прячет улыбку. И что-то за спиной! — Ну все, не шуметь, — и, конечно, сразу начал командовать! — Я нашёл. Но тебе, бабушка, верну после следственного эксперимента, и не раньше. А сейчас, тринадцатый, возьми у меня в кармане конфеты и раздай по одной: следственный эксперимент это тяжело, нужны силы. Семен чувствовал себя потерянным и сбитым с толку. Особенно потому, что при попытке влезть в первый карман, был обруган. Там лежало что-то мягкое… А пока обходил Ярослава, никакой тарелочки не увидел. Только яблоко, почему-то. Но спросить не решился. — Но они все сосалки… — все, на что его хватило. — А… — Семёну показалось, что Ярослав смутился и разозлился одновременно. — Ничего, мы ещё потом возьмём сладких яблок в столовой.

***

В столовой яблоки Ярослав выдал всем насильно. Прямо совсем насильно, некоторым лично в зубы. Семен не успел ещё удивиться, как прохрустели укусы, и тут же прозвенело: — А теперь стоп! Яблоки сдать на стол! — А это зачем же? — растерялась Снегурочка, пока Волк отчаянно пытался не подавиться уже откушенным. — А затем. Я жду! — Семён даже вжал голову в плечи: так грозно только Калашников требовал сдать листочек с тестом! Когда же все яблоки были поставлены на стол, Ярослав как-то странно улыбнулся и сказал: — Не нашёл я никакую тарелочку, Баба-Яга, зато, нашёл вот что! — он выставил вперёд яблочко. Большое, красное яблочко. Надкушенное. — Преступник переместил Деда Мороза, а сам остался, а улику хотел съесть! Но не успел Ярослав ещё закончить, как что-то разбилось и свет резко погас. Потом… Семен закричал! Кто-то схватил его, все завжикало, запшикало, закрутило, хлопнуло!.. А когда свет включился, они были совсем одни! В большущем коридоре, длинном и зловещем. Бледный-бледный Ярослав громко уронил на пол яблочко, все потемневшее от того, как крепко он держал миг назад. И по ужасу одноклассника, Семён сам понял, что все точно, определённо, однозначно пошло не так! — Слава… — Я был прав! — крикнул Ярослав, но, кажется, это тоже было от страха. — Я прав! Всего шажок остался, и мы бы его поймали! Семен опустил плечи. Бедная Снегурочка теперь осталась с преступником рядом. Без них, без агентов. Сможет её один Леший с его подмедведомством защитить? — А зачем ты им сказал, пока не узнал, кто? Они бы тогда помогли нам арестовать. А теперь… Ярослав обиделся. Поджал губы и нахмурился очень страшно. — Потому что так детективы делают! — крикнул он. Да. В кино, обычно, никто не успевал убежать. Или не мог. Или нагло думал, что детектив глупый. — И вообще… Не должно так быть! — он даже топнул ногой, как будто надеясь сломать коридор. Но Семён уже не мог молчать. Ещё одна мысль его волновала. — И разве ты не мог отличить, кто кусал? У Бабы-Яги плохие зубы, а у Волка — острые-острые! — А ты что, тринадцать, совсем не соображаешь? — Почему это я не соображаю?! — ведь не стал ловить преступника заранее, без всякого эксперимента, именно Ярослав! И даже ничем не поделился, а ведь… Дело они ведут вместе. — А потому. Ты в суде так и скажешь? «Я так знаю, это укусил вот тот»? А он тебя подслушает, и зуб себе отломит! Проведут эксперимент, и скажут: «Не он кусал!» И будешь ты тогда виноват, и тебя тогда накажут. — В суде?.. — Семён не знал, от чего он в большей растерянности: от идеи выбить себе зуб вот так вот просто, от того, что герой может быть виноват или от того, что суды вообще… Что надо доказывать, что преступник — преступник. Ведь не стали бы его ловить, если не преступник! — А ты как хочешь? Просто так, ты сказал, и сразу в тюрьму? Так нельзя. Ярослав звучал даже не просто гордо, а прямо противно-напыщенно! Но что ему возразить Семён никак не мог придумать. И даже чувствовал себя виновато. — Ладно. Нам надо вернуться в столовую, — не дождавшись ответа, фыркнул Ярослав. — Надо… — тут уже точно не поспорить. Только коридор был очень страшный. — Но я не знаю отсюда дороги. Может, они нас в свой волшебный лес бросили? — Семён вообще не был уверен, как работает волшебное перемещение. Ярослав скривил губы. — Никакой это не волшебный лес. И коридор не волшебный. От него из Академии идут в Блок тринадцать. Вон эта стенка, — стенка за их спинами правда имелась. Тупик. — Открывается, когда высшие хотят. И там дальше подземный ход. — А откуда ты знаешь? Ярослав вздрогнул, но дёрнул плечами по-взрослому возмущенно. — Кибер рассказывал. Отсюда идти далеко. А времени у нас очень мало — этот вор и Снегурочку украдёт! И Снеговика! — А кто он?! — правда, чем ждать ответа, Семён поднял с пола яблоко. И растерянно замер. Перевёл взгляд на Ярослава. Тот был как будто смущен. Нет. Наверное… Наверное, теперь стало понятно, почему понадобился эксперимент. Слишком странно! — Слава… — Я не знаю! — Так же не может быть? — Детективы так не говорят! Они все проверяют! Пошли быстрее! Сначала, на страхе перед преступником рядом с невинными, они шагагли очень быстро, почти бегом. Но потом… Рядом был блок тринадцать. Семен теперь чувствовал спиной, как это жутко! Там даже сидит самый страшный преступник современности — Злат. И это где-то рядом! Да и сам коридор был совсем пустой, тихий, унылый. Казалось, будь в нем даже страшная паутина, и то было бы лучше — страху было бы на что прилипнуть. А тут… Как-то не сговариваваясь, они зашагали тише. Медленнее. Потом вовсе взялись за руки. А потом… Потом стало как-то совсем страшно. Потом появился поворот. Какая-то тень за этим поворотом двигалась. Прижав палец к губам, Ярослав отпустил руку Семена и подкрался к углу. Выглянул. Вскрикнул. Отбежал обратно. Семён уже совсем не знал, что ему делать. Ярослав выглядел таким странным!.. — Что… Что там, Слава? — дрожащим шёпотом спросил Семён. — Кот! Там кот! — Баюн? — почти в отчаянии уточнил Семён. Надежды, что в академию забрался простой уличный кот, почти не было. По правде сказать, Семён бы и такому не обрадовался: он очень плохо понимал кошек, и помнил, как бабушкина била его лапой за попытку погладить. А тут целый сказочный! Ярослав очень быстро кивнул. Весь он поджался. Наверное, ему было так же страшно. Даже ещё страшнее, он ведь видел! И выхода никакого: с одной стороны Баюн, с другой блок тринадцать! А между двери, но наверняка в кабинеты. А в столовой… Или уже не в столовой?.. Бедная Снегурочка. И Дед Мороз. — Что же нам делать? Ярослав странно нахмурился. Очень сильно. Изо всех сил даже. — Выбора нет, — даже голос у него странно дергался. — Надо идти. Баюн людей не ест, он их только усыпляет. Если быстро пройдёшь, не успеет. Наверное. А ещё… — он сунул руку в тот самый карман и протянул Семену что-то чёрное и пушистое. Это оказались заколки с кошачьими ушками. — Я нашёл их. Мы их наденем, и кот решит, что мы котята, и, может, не станет нас трогать. Он тут же достал ещё ушки, и взялся крепить на свои волосы. Семену пришлось заняться тем же. Он даже чуть повеселел: Ярослав теперь выглядел совсем как настоящий сердитый котенок! Но… — А если станет, Слава?.. Ярослав посмотрел ему в глаза совсем страшно. Серьёзно. Мрачно. Взял за руку. — Ты прав. Если станет, придётся бежать. И это очень важно: если один из нас уснёт, другой все равно должен продолжать путь. Дед Мороз расколдует, если что, а вот если мы оба пропадем, и его никто не спасёт, и нас. Так что, давай пообещаем. Поклянемся. Клятва была страшная. Такая страшная, что в первую секунду после неё, шагнуть за поворот даже показалось легко. Но вот потом!.. Вопреки надеждам, взгляд Кота поймал юных детективов, кажется, ещё до того, как они успели покинуть своё убежище. Прожигающе-зелёный и неотвратимый… Если бы не глаза, он бы вовсе выглядел как странно длинная, гибкая тень зачем-то отклеившаяся от стены. И эта тень сделала шаг. Второй и третий и вдруг нависла над мальчиками, странно улыбаясь. — И как же сюда занесло таких милых котят? Семен невольно сделал шаг назад, хоть и понимал, что бежать надо вперёд. Как же вперёд, если эта тонкая тень как-то собой заняла все место?! Но самое страшное!.. Ярослав замер перед Баюном, распахнув глаза! Наверное, на него тут же начал действовать гипноз! — М-мы… — губы почему-то с трудом размыкались. — Ищем дедушку… Мороза! — Калашников, например, отставал от тех, кто отвечал на его вопросы правильно. Но кто знает Баюна? И кто знает, какие ему ответы правильные?! — Мороза? — Кот вопросительно наклонил голову и прищурился ещё хитрее. — А зачем он вам? Ходит молва, что он умеет исполнять только… Детские желания, во всех смыслах. Ни масштаба, ни фантазии, а за это ещё и требует послушания целый год! — Кот возмущённо и слишком уж ненаигранно вздохнул, ненавязчиво… Гладя Ярослава по волосам. А Ярослав — ну совсем растерялся, даже ни шажочка не сделал! Семён понял: если ничего не сделать, то всему точно конец! И он сжал ладонь Ярослава в своей. И пока Баюн не заметил, что его жертву тянут назад, крикнул: — Неправда! Он мне в том году принёс трактор на управлении, хотя я много чего разбил и сломал! Он очень добрый!.. А всякие, как ты, хотят от него всяких гадостей! — Семён все ещё очень боялся. Но Ярослава от Баюна всё-таки отдернул. Ярослав даже вскрикнул, наверное, слишком уж сильно потянул… И опомнился, но только не до конца, даже судя по голосу: — Там всякие глупенькие без нас… — нет, всё-таки, гипноз на него действовал! — Я?.. Я всего-то хочу, чтобы он не воровал моих котят! — словно тёмный туман лапы Баюна обвили Ярослава и на этот раз… На этот раз подняли, легко, словно пушинку, и так, чтобы Семён ну никак не смог до него дотянуться! А Ярослав… Ярослав почти тут же стал совсем странный. Мягкий, будто настоящий котенок! — Не все котята твои! Отдай Славу сейчас же! — честно говоря, Семён ужасно дрожал. Но… Но!.. А Ярослав вдруг издал слабый звук… Может быть, он так зевал? С силой, наверное, с самой последней силой!, выпрямился, опираясь на кошачье плечо. — Ты же клялся!.. Беги, скорее!.. — голос у него стал странный-странный. Слабый, жалобный… — Но… — Клялся!.. — он снова упал головой на плечо Баюну, но зато закрыл ему глаза ладонями. — Что? Куда делся второй?! — охнул Баюн, нервно озираясь с закрытыми глазами и, казалось, от возмущения даже крепче сжал Ярослава. — Беги, — ещё раз пропищал Ярослав. И Семён побежал. Побежал, спотыкаясь, но не останавливаясь ни на минуту. Даже если упадёт, даже если разобьёт все коленки, он найдёт Деда Мороза, и тогда!.. Все станет хорошо...