Глава 1
22 января 2025 г., 23:55
В начале шестого курса Гермиона Грейнджер и Теодор Нотт были назначены старостами Хогвартса. Это вызвало немалое удивление: словно преподаватели нарочно решили объединить двух совершенно разных людей. Гермиона, лучшая ученица и гордость Гриффиндора, и Тео Нотт, молчаливый, но язвительный слизеринец, известный своим спокойствием и тонким сарказмом.
Их дежурства проходили тихо, иногда почти дружелюбно. Гермиона заметила, что Тео значительно разумнее и спокойнее большинства его однокурсников. Они изредка обменивались колкими шутками или обсуждали школьные правила, но чаще просто молча выполняли свою работу.
Однажды вечером в ноябре Гермиона заметила, что Тео выглядит нездорово. Его лицо было бледным, а движения неуверенными.
— Тео, ты в порядке? Может, я подежурю одна? — осторожно спросила она, когда он тяжело опустился на диван.
— Я справлюсь, Грейнджер, — отмахнулся он, но тут же пошатнулся.
— Конечно, справишься, — с сарказмом заметила она, перехватив его за локоть. — Сначала ты упадёшь посреди коридора, а потом мне придётся объяснять, почему слизеринский староста валяется в таком виде. Сиди здесь и отдыхай, я обойду школу сама.
Тео хмыкнул, но не стал спорить. Он чувствовал себя отвратительно, голова кружилась, а ноги подкашивались.
— Ладно, Грейнджер, сделай доброе дело, — пробормотал он, ложась удобно на диван.
— И не думай вставать, пока я не вернусь, — предупредила она, накидывая ему на плечи свой шарф.
— Спасибо, — коротко ответил он, слабо улыбнувшись.
— Только не забудь про ванную старост, там сейчас Дафна и Пэнси, — добавил он напоследок.
Гермиона кивнула, уже направляясь к выходу.
— Спи, Нотт, и постарайся хотя бы немного сбить температуру, — бросила она напоследок.
Тео усмехнулся, наблюдая, как она исчезает за дверью. "Ещё одна загадка Грейнджер", — подумал он, чувствуя, как его веки медленно смыкаются.
***
Гермиона отправилась на обход, на ходу прокручивая в голове список мест, которые нужно проверить. Мысль о ванной старост беспокоила ее больше всего. Она знала, что Дафна и Пэнси там, и, хотя Тео заверил, что они не нарушат правил, её внутренний голос подсказывал, что не все так просто. Подойдя к двери ванной, Гермиона почувствовала странное напряжение в воздухе. Она достала из кармана карту Мародеров, проверяя перемещения вблизи. Дафна и Пэнси были на месте, но что-то не сходилось. "Почему я так беспокоюсь?" — думала она, тихо открывая дверь. Когда Гермиона вошла, её сердце замерло. Перед ней предстала жуткая сцена. Дафна лежала без сознания на полу у края бассейна. Пэнси, рыдая, пыталась оттолкнуть Эдриана Пьюси, который схватил её за плечи и силой удерживал. Губа Пэнси была разбита, а по лицу стекали слёзы. — Эдриан, прекрати! — кричала она, отчаянно вырываясь. — Твои родители уже всё решили за тебя, Паркинсон, — спокойно произнёс он, ухмыляясь. — Ты моя, и сопротивление только ухудшит твоё положение. — Отпусти её! — голос Гермионы эхом отозвался в помещении, и она подняла палочку, целясь в Пьюси. Тот обернулся, его взгляд был наполнен ледяным презрением. — Ну надо же, Грейнджер. Тебе, грязнокровке, тут явно не место. — Гермиона, осторожно! Он заколдовал помещение! — крикнула Пэнси, пытаясь предупредить. В ушах у Гермионы звенело, но она с трудом сохраняла ясность ума. Лежа на холодном полу, она старалась собрать силы. Через мутную завесу перед глазами она разглядела, как Пьюси разрывает одежду на Пэнси. Его пальцы крепко сжимали её запястья, и крик девушки прорезал тишину, разрывая сердце. Гермиона повернула голову, стараясь оценить обстановку. В нескольких шагах от неё Дафна пошевелилась, пытаясь приподняться, но, всё ещё ослабленная, снова опустилась на пол. Взгляд Гермионы зацепился за железную трубу, оставленную кем-то из работников школы. Трясущимися руками она схватила трубу, чувствуя, как страх сменяется яростью. С трудом поднявшись на ноги, она сделала неуверенный шаг вперёд, сжимая трубу в руках так, что побелели костяшки. — Эй, Пьюси! — её голос прозвучал неожиданно резко, перекрывая шум в ушах. Эдриан повернул голову. Его выражение лица изменилось — смесь удивления и презрения. Но он не успел ничего предпринять. Гермиона, размахнувшись, ударила его по голове. Раздался глухой удар, и он пошатнулся, ослабив хватку на запястьях Пэнси. Она не остановилась. Вновь и вновь труба опускалась на его тело, пока он, покачнувшись, не рухнул на пол. Комната погрузилась в пугающую тишину, нарушаемую лишь учащённым дыханием Гермионы и всхлипываниями Пэнси и стон Дафны. Пэнси опустилась на колени, закрыв лицо дрожащими руками. Гермиона бросила трубу и тут же подбежала к ней, снимая свою мантию, чтобы прикрыть разорванную одежду. — Всё закончилось, — тихо прошептала она, хотя сама с трудом верила в эти слова. — Ты в безопасности. Пэнси не ответила, лишь крепче сжалась в комок, как будто пытаясь скрыться от реальности. Гермиона осторожно обняла её за плечи, стараясь не напугать, её взгляд невольно метнулся к неподвижному телу Пьюси. Тем временем Дафна, всё ещё пошатываясь, медленно подошла ближе. Её лицо было смертельно бледным, а в глазах читалась смесь шока и ужаса. Она остановилась на полпути, её взгляд метался между Эдрианом и девушками — Он… он мёртв? — её голос был еле слышен, почти как вздох. Гермиона посмотрела на Дафну, но не сразу смогла ответить. Тишина, наполненная тяжёлым дыханием, повисла в воздухе. Наконец, она кивнула, её взгляд всё ещё был прикован к Пьюси. — Да, — едва выговорила она, чувствуя, как от этих слов её собственное сердце сжимается от тяжести. Все трое замерли, словно время остановилось. Страх, вина и отчаяние заполнили комнату. Они понимали, что больше ничего не будет, как прежде. Решения, которые они примут сейчас, навсегда изменят их жизни. Пэнси наконец перестала рыдать и подняла голову, её взгляд был затуманен, но в нём читалось отчаяние. — Что нам теперь делать? — прошептала она, глядя прямо на Гермиону. — Нас найдут… они узнают. Мы все пропали. Дафна крепко обхватила себя руками, словно пыталась защититься от реальности. — Мы не можем оставить его здесь. Если его найдут… — её голос оборвался, и она судорожно сглотнула. — Они поймут, что это сделали мы. Гермиона глубоко вдохнула, стараясь подавить нарастающую панику. Её мозг лихорадочно искал выход. — Нужно… нужно убрать тело, — произнесла она, словно говоря это самой себе. — Мы не можем позволить, чтобы его нашли здесь. Пэнси затрясла головой, её глаза наполнились ужасом. — Убрать? Куда? Как? Грейнджер, это невозможно! — её голос дрожал, и она снова закрыла лицо руками. Гермиона сжала кулаки, заставляя себя сохранять спокойствие. — Мы сделаем это вместе, — твёрдо сказала она, её голос прозвучал неожиданно уверенно. — Если нас найдут здесь с телом, никто не будет слушать объяснений. Нам нужно спрятать его, пока у нас есть время. Дафна шагнула ближе, её руки сжимались в кулаки. — А что потом? — спросила она, её голос был холодным и резким. — Спрячем его, а дальше что? С этим жить? Это никогда не кончится. Гермиона посмотрела на неё, в её глазах мелькнула тень сомнения. — Потом мы разберёмся, — ответила она, стараясь не дать дрожи в своём голосе выдать её. — Но если мы сейчас ничего не сделаем, всё закончится ещё хуже. Нам нужно время. Пэнси, всё ещё сидя на полу, посмотрела на них, её лицо выражало отчаяние. — Грейнджер, ты уверена, что мы справимся? — её голос был почти умоляющим. Гермиона опустилась на колени рядом с ней и крепко взяла её за руки. — Мы справимся, — твёрдо сказала она. — Вместе. Дафна кивнула, стиснув зубы, а потом подняла палочку. Она выпрямилась, её взгляд стал более решительным. — Давайте сделаем это, пока никто не пришёл, — сказала она, её голос прозвучал неожиданно твёрдо. Гермиона кивнула, поднялась на ноги и посмотрела на тело Эдриана. — Мы должны работать быстро. Гермиона первым делом повернулась к Дафне, которая все еще стояла, пошатываясь, и держалась за стену. — Сядь, ты бледная как привидение, — сказала Гермиона, вынимая из своей бездонной сумки небольшую металлическую коробочку. Она достала оттуда корень бадьяна и протянула его Дафне. — Разжуй это. Это поможет снять головокружение. Дафна, не споря, послушно взяла корень и начала жевать, слегка поморщившись от горьковатого вкуса. Затем Гермиона повернулась к Пэнси, которая все еще сидела на полу, обхватив себя руками. Её тело мелко дрожало. — Пэнси, ты должна прийти в себя. Держи, — Гермиона достала еще один кусочек бадьяна, а затем флакон с успокаивающим зельем. — Выпей это, а потом пожуй бадьян. Я знаю, тебе сейчас тяжело, но нам нужно сосредоточиться. Пэнси подняла на неё взгляд, полный благодарности и боли, затем дрожащими руками взяла флакон и послушно выпила его содержимое. Глубоко вдохнув, она взяла бадьян и медленно начала его жевать. Постепенно её дыхание стало ровнее, и дрожь немного утихла. Гермиона, быстро оценив состояние Пэнси, заметила разорванную одежду и порванную мантию. Это было недопустимо: если их кто-то встретит, вопросов не избежать. Она взмахнула палочкой, наколдовав для Пэнси аккуратную, но простую школьную форму, которая идеально подходила по размеру. — Вот, переоденься, — сказала она, протягивая одежду. — Мы не можем позволить, чтобы тебя кто-то увидел в таком состоянии. Пэнси молча кивнула, принимая одежду. Её пальцы всё ещё слегка дрожали, но она старалась не подавать виду. Пока Пэнси переодевалась, Гермиона взглянула на свою собственную мантию. Грифиндорский герб бросался в глаза, что могло вызвать ненужные вопросы. Она снова взмахнула палочкой, и эмблема трансфигурировалась в герб Слизерина. — Возьми, — сказала Гермиона, протягивая мантию Пэнси. Пэнси взглянула на Гермиону с неожиданным удивлением, затем нерешительно взяла мантию. — Спасибо… — её голос был тихим, почти шёпотом. Гермиона окинула взглядом помещение. Пол был испачкан, вокруг всё ещё царил беспорядок. Она выпрямилась и сжала губы, придавая себе решимости. — Мы должны прибрать здесь, — сказала она, уже доставая из сумки свою палочку. — Если кто-то придёт, мы не можем оставить никаких следов. Дафна, хотя всё ещё выглядела ослабленной, кивнула и тоже взяла свою палочку. Пэнси с усилием поднялась на ноги, опираясь на стену, но в её глазах загорелся проблеск решимости. — Мы сделаем это, — хрипло произнесла она, голос звучал слабо, но твёрдо. Девушки начали очищать помещение. Гермиона колдовала с сосредоточенной яростью, убирая каждую каплю крови, каждый след, оставленный на полу. Дафна приводила в порядок раскиданные вещи, а Пэнси занялась восстановлением сломанных элементов обстановки. Когда всё было почти закончено, Гермиона снова полезла в сумку и достала две вещи: мантию-невидимку и карту Мародеров. Она посмотрела на них, вспоминая, как умоляла Гарри дать ей их на прошлой неделе, чтобы "изучать передвижения профессоров". Теперь она была благодарна себе за предусмотрительность. — С этим мы сможем вынести его из ванной, чтобы нас никто не заметил, — сказала она, развернув мантию. Затем она разложила карту на полу и коснулась её палочкой. — «Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость». Карта ожила, на ней начали проявляться коридоры и точки, обозначающие людей. Когда всё было готово, Гермиона развернула мантию-невидимку, и её союзницы удивленно переглянулись. — Это что, мантия-невидимка? — спросила Дафна, её глаза расширились. — Откуда она у тебя? Пэнси, с трудом застёгивая пуговицы на новой одежде, также подняла взгляд. — И карта… та карта, что показывает всех в Хогвартсе… откуда она? Гермиона нервно вздохнула. Она знала, что такие вещи обычно не ассоциировались с образцовой ученицей. — Мантия принадлежит Гарри, — призналась она. — Он одолжил мне её на прошлой неделе. И карта… тоже его. Это карта Мародёров, она показывает, кто где находится. Дафна смотрела на неё с недоверием. — И он просто… дал их тебе? — Я сказала ему, что хочу лучше понимать передвижения профессоров, — уклончиво ответила Гермиона. — Это была не совсем правда, но мне они были нужны для защиты… на всякий случай. Пэнси хмыкнула, усмехнувшись впервые за весь вечер. — Защита, Грейнджер? Ты иногда поражаешь. — Сейчас не время для разговоров, — строго сказала Гермиона, надавливая на карту палочкой. — Нам нужно выбираться отсюда. И чем быстрее, тем лучше. Мы посмотрим, где сейчас все находятся, и выберем безопасный путь, — пояснила Гермиона. — Если кто-то будет рядом, спрячемся под мантией. Дафна и Пэнси напряженно кивнули. Каждая из них понимала, что этот план — их единственный шанс. Гермиона, внимательно следя за картой Мародёров, нашла неиспользуемый потайной ход на пятом этаже. Она быстро указала путь Дафне и Пэнси. — Нам сюда, — шепнула она, ведя девушек к узкому проходу. Они двигались в полной тишине, стараясь не издавать ни звука. Холодный ветер обжёг их лица, как только они вышли наружу. Ночной воздух был пропитан влагой, а слабый свет луны едва пробивался сквозь густые кроны деревьев Запретного леса. Троица дотащила тело Эдриана глубже в лес, туда, где уже не было видно ни огней замка, ни ухоженных тропинок. Остановившись на небольшой полянке, Гермиона поставила карту и мантию невидимку в сторону, достала палочку и взглянула на Пэнси. — Нужно копать. Это место достаточно удалённое, никто сюда не доберётся, — произнесла она с тихой решимостью. Гермиона и Пэнси взялись за дело, используя палочки для создания углубления в земле. Их руки дрожали, но ни одна из них не остановилась. Земля была холодной и влажной, и каждая секунда казалась вечностью. Тем временем Дафна занялась телом. Она использовала заклинания, чтобы очистить Эдриана от любых следов, которые могли бы указывать на их причастность. Её лицо оставалось непроницаемым, но руки немного дрожали, выдавая внутреннее напряжение. Когда яма была достаточно глубокой, они втроём осторожно опустили тело Пьюси в неё. Гермиона взмахнула палочкой, и земля медленно начала заполнять яму, пока не выровнялась с поверхностью. Дафна использовала заклинание, чтобы замаскировать свежую землю под окружающий ландшафт. Тишина повисла над полянкой. Только звук их прерывистого дыхания нарушал ночной покой. Пэнси первой нарушила молчание. Она взглянула на Гермиону, её глаза были полны слёз. — Спасибо, Грей…Гермиона… Я не знаю, что бы мы сделали без тебя. Дафна кивнула, её голос был едва слышен: — Ты спасла нас. Неожиданно Пэнси бросилась обнимать Гермиону, и через секунду к ним присоединилась Дафна. Это короткое мгновение единства стало для них островком утешения в море страха. Они отступили назад, глядя друг на друга. Гермиона, твёрдо встретив взгляды девушек, подняла руку. — Клятва. Никто не должен узнать о том, что случилось сегодня. Это останется между нами. Пэнси первой положила ладонь поверх её руки, затем Дафна. Все трое поклялись молчать, зная, что это решение изменит их жизни навсегда. Когда клятва была произнесена, девушки молча смотрели друг на друга, осознавая тяжесть того, что они сделали. — Нам нужно вернуться, — тихо сказала Гермиона, забирая карту Мародёров и мантию-невидимку. — Если нас не будет слишком долго, это вызовет подозрения. Они начали двигаться обратно к потайному ходу на пятом этаже, стараясь не оставлять следов в лесу. Холодный ветер продолжал обжигать их лица, а напряжение казалось почти осязаемым. Когда они наконец вернулись в замок, потайной ход вывел их в один из укромных коридоров. Гермиона ещё раз проверила карту, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. — Всё чисто, — прошептала она. Гермиона настояла, чтобы проводить Пэнси и Дафну до их гостиной Слизерина. Девочки молча шли через пустынные коридоры, изредка оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто их не заметит. У подземного входа Пэнси вдруг остановилась и повернулась к Гермионе. — Спасибо, — тихо произнесла она, её голос дрожал, но глаза были полны решимости. — Если бы не ты… Гермиона коротко кивнула. — Мы справились вместе. Теперь главное — держаться. Никто не должен узнать, что произошло. Дафна, всё ещё бледная, добавила: — Если что-то понадобится… Ты можешь рассчитывать на нас. — И вы на меня, — твёрдо ответила Гермиона, прежде чем девушки скрылись за каменной стеной, ведущей в гостиную Слизерина. Она постояла несколько секунд, прислушиваясь к тишине замка, а затем направилась в гостиную старост. В коридорах было тихо, только эхо её шагов разносилось по каменным стенам. Когда Гермиона вошла в общую гостиную, полумрак окутывал помещение. Тео, растянувшись в диване, спал спокойно, его ровное дыхание едва нарушало тишину. Гермиона на мгновение замерла, наблюдая за ним. Вид его мирного лица напомнил ей, как сильно изменилась её собственная жизнь за один вечер. Она осторожно прошла мимо, стараясь не разбудить его, и поднялась к своей комнате. Закрыв дверь, Гермиона медленно опустилась на кровать, чувствуя, как усталость и напряжение наваливаются с новой силой. Её мысли были беспокойными, но она знала, что сейчас важнее всего сохранить спокойствие. Слёзы выступили на глазах, но она быстро смахнула их, напоминая себе, что должна быть сильной. Слишком многое поставлено на карту, и слишком много зависело от её способности не выдать тайну, которая могла разрушить их жизни. Но Гермиона, Пэнси и Дафна не ведали, что теперь, помимо Волан-де-Морта и Пожирателей смерти, их подстерегает новая, неведомая опасность. Тьма сгущалась, словно предвещая неотвратимость беды, и в воздухе витало нечто зловещее, не поддающееся объяснению. Их судьбы, сплетённые воедино, оказались на краю пропасти, где каждый шаг мог стать роковым.
