Противостояние

Вернувшись домой, Сашка ещё долго не мог отойти от пережитого позора. Нет, это не дело. Всë идëт не по плану. Он ходил взад-вперед по комнате и напряжëнно думал. Противник оказался силëн, но и он не слабак. Он открыл шкаф, разглядывая свой, не слишком шикарный, гардероб. Никогда раньше его это не заботило. Ну одежда и одежда, и что с того? Бренды, фирмы, он в этом полный лох. Порывшись в шкафу, он выудил оттуда более-менее приличные трусы серого цвета, какую-то футболку и шорты. Взял полотенце и отправился в ванную комнату... Они все ещё пожалеют, что смеялись надо мной, думал парень, намыливая губку для тела. Знаю ли я, что такое шампунь? Нет, блядь, я из каменного века, углëм моюсь... Он шумно выдохнул. — Спокойно, Саша, спокойно, — сказал он вслух. — Проигран только бой, но не война... Эта скотина иностранная ещё огребëт... На следующий день, что Эмиль, что Сашка друг с другом пол дня не разговаривали, но переглядывались не слишком доброжелательными взгядами. В столовой снова очередь. Все хотят успеть урвать себе пиццу. Это единственное, что здесь съедобное, по мнению школьников. Пирожки тоже ничего, но маленькие, ими не наешься, а брать несколько, слишком накладно. Успешно купив желанную еду, Сашка с друзьями уселись за столик возле окна. К недовольству парня, немец тоже приобрёл себе пиццу. Он сидел спиной к Сашке и мило болтал с девчонками. — Выпендрëжник, — проворчал парень, засовывая в рот последний кусок. Пицца оказалась жирная, а салфетки никто не положил на столы. Сашка хмыкнул, встал со стула, подошёл к Эмилю и с наглой рожей вытер свои жирные пальцы об его волосы и рубашку... Эмиль, не ожидавший такого, на мгновение растерялся, не зная что ответить, но уже в следующую секунду схватил свой стакан с компотом и плеснул парню в лицо. Наглая усмешка тут же сползла с лица Сашки, вместе с каплями и яблоками от компота. — Ты охуел, Крюгер! — вскрикнул он. — Это ты охуел, — прошипел Эмиль. Схватив свою недоеденную пиццу он быстрым шагом вышел из столовой. — Я его прибью... — Сашка растерянно хлопал глазами, пытаясь вытереть лицо. Девчонки хохотали, показывая на него пальцами. Матвей и Коля раздобыли другу салфеток. — Санëк, я думаю, надо предпринять что-то по-серьезнее. Этот немец просто издевается над тобой, — Коля попытался вытереть ему рубашку, но пятно только расползлось ещё больше. — Что посоветуете? — Надо подумать... Пошли в туалет, тебе надо лицо умыть, а то липкое будет... — сказал Матвей. А Эмиль не стал дожидаться удобного момента, он зашëл в класс и открыв рюкзак Сашки, засунул оставшийся кусок своей пиццы тому между тетрадей. — Будет знать, как портить мне волосы, — проворчал он. Снова звонок и снова Сашка вместе с друзьями опоздал на урок. — Пирогов, ну что это за внешний вид? — возмутилась Ирина Игоревна, показывая на мокрую рубашку. — Я не виноват, это всё немец! Он на меня компот вылил! — Не правда, — спокойно ответил Эмиль. — Я не мог такого сделать. Он сам его на себя пролил... — Саша, Саша... Ну нельзя же так людей обвинять.. — Да это правда он! — вскрикнул парень. — Вы что, мне не верите? Вы посмотрите на эту наглую рожу! Он же врëт! — Пирогов, садись на место, и хватит орать, — вздохнула учительница. — Мы свидетели, — подал голос Матвей. — Пужаев, знаешь, что бывает со свидетелями? — заметила Алла. — Поэтому, если хочешь выжить, не ввязывайся в то, где ты проиграешь... Матвей улыбнулся девушке. — Аллочка, а пошли завтра в кино? — С кем? — удивилась она. — Как это с кем? Со мной... — Матвей обиженно надул губы. — И что я там с тобой делать буду? Там нет детских комнат... Сидевшая рядом Жанна, начала хохотать. Как и все остальные. — Прикол... Матвей нахмурился и молча сел на своë место. — Это что за хрень!? — заорал Сашка, открыв рюкзак. Он двумя пальцами вытащил оттуда кусок пиццы вместе с тетрадками. Те, уже успели впитать в себя весь жир, превратившись нечто противное. — Крюгер! Эмиль улыбнулся и сделал удивлëнное лицо. — Это не я! — Как это не ты? Больше некому! Ты вышел из столовки со своей пиццей! — Сашка покраснел от возмущения. — Пирожков, я тебя не понимать, — ответил Эмиль с сильным акцентом. — Что ты не понимать? — вспылил парень, тряся свомим тетрадками перед лицом парня. — Не прикидывайся, всë ты понимаешь, урод! — Найн, я не понимать, — снова повторил Эмиль. — Что ты хотеть? Я не хочу купить твой тетрадь... Класс ржал вместе с Ириной Игоревной. Она понимала, что нельзя себя так вести, но происходящее было слишком забавным. — Ты издеваешься? — рявкнул Сашка. — Найн, я не знать, что это значит... — Ах так, да? — парень сжал зубы и кулаки. — Сейчас ты у меня узнаешь... — он выскочил из класса и хлопнул дверью. — Вот ведь урод... Сашка был очень зол, особенно ещё и потому, что все его старания оборачивались против него. Он заскочил снова в столовую, уже шëл урок и там никого не было. Схватив со стола раздачи коробочку с томатным соком, он криво усмехнулся. — Сейчас я устрою тебе кровавые разборки, свинья... — пока он шёл обратно к классу по пустому коридору с боевым настроем, то даже и мысли не допускал, что может пойти что-то не так. На этот раз всë получится. Вскрыв коробочку, он открыл дверь и зашëл в класс. — Пирогов, сколько можно устраивать сцены? — устало сказала учительница. — Тебе же не пять лет... Но Сашка её не слушал. Он решительно подошёл к Эмилю и вылил ему на голову и лицо весь томатный сок. Все ахнули и замерли, гляля на парней. — Умойся кровью, Крюгер! — рявкнул на него Сашка и заржал. Эмиль, обычно, не поднимает руку на тех, кто слабее его, но... Размахнувшись, он отправил Сашку в нокаут. Тот упал между рядов, не в силах подняться. Потолок кружился, а голоса одноклассников казались эхом. Но и полежать ему тоже не удалось. Эмиль схватил его за рубашку в районе груди и рывком поставил его на ноги. — Пирожков, если ты не хочешь склеить ласты, то советую прекратить меня домогаться. Понял? Девчонки прыснули от смеха, а до Сашки не сразу дошёл смысл сказанного. Вернее, он вообще не понял его. — Хочу и домогаюсь, — пробубнил он. — Ты мне жизнь испортил... — Мальчики, сейчас же прекратите, — ругалась на них Ирина Игоревна. — Я сейчас директора позову. Ну сколько можно? Эмиль молча отшвырнул Сашку к его парте, а сам вышел из класса. — Мне надо умыться, — бросил он на выходе. Сашка никогда в жизни не получал кулаком в лицо. В голове по-прежнему всё кружилось и звенело, отчего ненависть к немцу росла в геометрической прогрессии... Эмиль посмотрел на себя в зеркало и нахмурился. Голову надо мыть, однозначно. Рубашка испорчена, пятна от томатного сока просто так не оттереть. Он шумно выдохнул и попытался успокоиться. С одной стороны Эмиль жалел, что не смог сдержаться и ударил парня, а с другой... надо бы ему ещё пиздюлей навесить... Что за надоедливая муха? У него раньше никогда не возникало подобных конфликтов и разборок. И что ему с ним делать Эмиль тоже не знал. Примерно к половине урока Сашка немного оклемался и пришëл в себя. Немца до сих пор нет. Наверное, моется под краном в туалете, подумал он и внутренне хохотнул. Будет знать морда иностранная, как с ним связываться. Пощупав своë лицо, он обречëнно вздохнул, будет синяк. Дверь открылась, зашëл Эмиль. — Извините, что задержался, — сказал он зачëсывая пальцами влажные волосы. Ирина Игоревна кивнула и продолжила рассказывать тему. Подойдя к своей парте, Эмиль наклонился к Сашке и шепнул ему. — Не расслабляйся, Пирожок, это ещё не конец, — зачем он ему это сказал, Эмиль и сам не понял, но врага надо держать в тонусе. — Это ты не расслабляйся, — шикнул парень. — За синяк ответишь, чмо...